Суровая зима сменяется романтичной осенью

      Ноги болели, дыхание было сбивчивое. Отдышаться слишком сложно, особенно когда стараешься успеть на автобус после физ-ры. Он был готов поклясться, что готов проклинать чёртов урок физкультуры. Не успел. — Да блять!.. — Выругался под нос Дима, согнувшись и оперевшись ладонями о свои колени. Идти до детдома оказалось далеко. Дима хотел уже было лечь на кровать, как в комнату зашла воспитательница. — Дмитрий, как вы это объясните? — В руках у женщины была пачка сигарет. В голове возникло парочку оправданий, но парень лишь пожал плечами и уставился пол, изучая обшарпанные доски. — Всё с тобой понятно. — Тяжело выдохнула Людмила Петровна. Она была строгой, но доброй женщиной, всегда готовой помочь и волнующейся за детей как за родных. — Почему ты не поехал со всеми детьми на автобусе? — Но сейчас она выглядела уставшей и злой. — Опоздал. — Хотелось, чтобы эта сценка из "Ералаша" кончилась побыстрее, но, к сожалению, жизнь нельзя перемотать. Женщина тяжело выдохнула. — Надеюсь, такого больше не повториться. — С этими словами Людмила Петровна ушла из комнаты. Будто подгадав, в комнату забежали двое детишек и запрыгнули на кровать к Диме. — Дима! Дима! — Хором звали близняшки. В детский дом их отдали родители года два назад. Тогда детишкам было ужасно некомфортно и неуютно (а было ли здесь уютно хоть кому-то?), они жались друг к другу и терпели выходки со стороны сверстников. Но стоило близнецам подружиться и притереться к Диме, как все более учтиво стали относиться к близняшкам, и позже детишки даже нашли себе друзей. — Сегодня будешь читать сказку? Пожалуйста! — Они забрались на кровать парня и стали смотреть щенячьими глазками на Диму. — Ещё не время для сказок. — Сказал альбинос, сев на край кровати, вымученно поднимая свой взгляд на них. — Ну ты сейчас уснёшь, а кто нам будет читать на ночь? — Кажется, это стало некой традицией: близняшки звали его к себе в комнату и заставляли читать сказки. Иногда дети с соседних комнат тоже заглядывали, чтобы послушать размеренный, сладкий голос Димы. — Ладно, я обещаю не спать. — выдахает парень, прикрыв глаза он потирает свои виски. — а если всё-таки усну, то с меня шоколадка. — Он устало улыбнулся. Катя и Даня - копии друг друга, только разного пола, но это не мешает им копировать друг дружку. Дети выбегают из комнаты с радостным «Ура!», оставляя Диму с самим собой. С желанием отдохнуть альбинос ложиться на кровать. Но этому не суждено случится. Дверь открылась, и в комнату зашёл его новоиспеченный сосед, Фил Кузьмин. Наркоман, что часто попадал в разные передряги. Про наркотики Дима случайно узнал сам, когда увидел его синяки от уколов на руках и зип пакет в кармане с каким-то порошком. Лезть парень в это не стал, за что Фил был ему благодарен. — Дашь списать? — Ни "привет", ни "здрасте". — Я ещё не садился за домашку. — Дима поднялся, притащил рюкзак к столу и сел на стул, который неприятно заскрипел. — Это я вижу, а потом? — альбинос тяжело выдохнул и кивнул, на что сосед улыбнулся. Он никогда не отказывал в таком. Не то чтобы парень был заучкой или отличником, совсем нет, чаще всего он просто списывал, хоть изредка решал и сам. Кузьмин лёг на кровать соседа, чтобы быть поближе к столу, за которым сидел владелец койки. — Эй, Снежок. — Парень поморщился. Эту кличку он получил почти сразу, как попал в детский дом. Сложно было не обратить внимание на белые, как пресловутый снег, волосы Димы. — Как думаешь, мы ещё сможем выйти из детдома раньше, чем в восемнадцать? — Фил прикрыл глаза и слабо улыбнулся. Явно проваливаясь в свои мечтания. — Не думаю, — Отозвался Дима, разбивая все мечты Фила. Кузьмин приподнялся на локтях и с удивлением посмотрел на парня сидящем за столом. — не я, не ты отсюда явно не выйдем, ты наркоман, я не из благополучной семьи. — скучающе альбинос разглядывал ручку в своих руках. — Это не помеха. — Дима откинулся на спинку стула и перестал вертеть предмет канцелярии. — Во-первых, мы оба не отличаемся высоким баллом в поведении, — Этот пункт всегда оценивался в баллах, где позже в делах детского дома отмечается воспитателями и родителями, что решили их забрать. — Во-вторых, ты вообще видел себя в зеркало? — Фил цокнул. — Я о твоих длинных цветных волосах, пирсинге. — Кузьмин провёл рукой по своим волосам, зачесав их назад. Да, в этом Дима был прав, они сильно отличаются внешне от остальных детей тут. — А в-третьих, мы слишком взрослые. Ты же сам видел, что чаще забирают мелких. — Фил нахмурился и лёг обратно. — А я думаю, что есть у нас все шансы. — Альбинос саркастично хихикнул и продолжил делать домашку.

***

— ...так слоник и нашёл свою семью. — Этими словами закончилась сказка. Дима тихо поднялся с пола и положил книжку на тумбочку рядом с кроватью Кати. Все в комнате уже спали, даже те, что изначально обещали не засыпать до конца сказки, чтобы показаться крутыми перед другими детьми. Выключив ночник, он закрывает дверь в их комнату и направляется в свою. Там всё как обычно - шкаф, что стоял слева от двери, и две кровати. Им с Филом достаточно повезло иметь такую комнату. Раньше здесь жил персонал, но вскоре комнату отдали детям. Кузьмин застёгивал пуговицы и смотрелся в зеркало, что висело на шкафу, оценивая свой аутфит. Дима закрывает дверь и открывает окно нараспашку. — В общем, Снежок, если, что прикрой меня. — Прошептал парень. — Скажешь, что я отошёл в душ или туалет. Ну, придумаешь, короче. — Фил подошёл к окно, задевая Диму плечом и выпрыгнул. Слава богу они жили на первом этаже, и такие трюки были безопасны. Дима цокнул и достал пачку сигарет из рюкзака. Он обещал воспитательнице на прошлой неделе, что дорисует плакаты. Поэтому устроив быстрый перекур, парень усаживается за роботу.

***

— Ты че, спал на столе? — Парня разбудил голос Кузьмина. Дима потянулся и огляделся. Он всё ещё в своей комнате. Вокруг всё те же коричневые обои и две кровати. На столе творился кавардак: карандаши упали на пол, повсюду валялась куча бумажек и грязных кисточек. — Получается, что так… — альбинос посмотрел на плакат, который получился и слабо улыбнулся. Аккуратно переложив его на подоконник, парень стал собирать карандаши. — Давай помогу. — Кузьмин забрал грязную воду из-под краски и бумажки, и направился в ванную. Диму немного удивился. Сам Фил помогает ему? Да, они были в хороших отношениях, но чтобы помочь Диме — ни разу. Чаще всего парень отговаривался и нёс откровенную чушь, лишь бы не помогать.       Когда всё было прибрано, Кузьмин потащил Диму в столовую. Там как обычно подавали кашу с комочками, к которой многие уже привыкли и ели её, так как до обеда было ещё долго. Фил потащил парня за руку и усадил за самый дальний стол. — Щас я чай возьму, хотя бы его выпьешь. — Дима снова впал в ступор. Почему, почему Кузьмин стал о нём заботиться? К чему такие проявления заботы? — Вот, держи. — Перед Димой сосед ставит чашку с чаем и садится рядом. — А ты? — Пить напиток парень не стал. — Я уже поел. — Фил мечтательно вздохнул. — К чему такая забота? — Нахмурил брови Дима. Лицо Фила стало потерянным. — Вчера ты был прав на счёт усыновления, да и раз мы оба в одной лодке, всё таки надо стать ближе. — Альбинос непонимающе посмотрел на соседа по комнате. Видимо, это задело Кузьмина. — Я вчера долго размышлял об этом, я не хочу остаться один после выхода отсюда. — Парень облегчённо выдохнул. — Возможно ты прав, прости. — Дима отвёл взгляд и отпил чай, в котором плавали чаинки и кусочки лимона.

***

— Ты же помнишь, что сегодня к нам придут? — Отозвался сонно Кузьмин, лёжа на своей кровати. — Как похуй. — Дима повторил интонацию из известного мема. — Мне стало всё равно уже как года три-четыре. Мне ничего в таком не светит. — Парень отвернулся к стене и прикрыл глаза. — И то верно. — Грустно выдохнул Фил. — Ставлю жопу, что сегодня заберут близняшек. — сказал в тишину он. — Готовь попу. — Посмеялся Дима, его смех подхватил и Фил.

***

      Всех собрали в игровой. Дети, что попали недавно, были напуганы для них это впервые. Остальные же тихонько игрались с конструктором и другими игрушками. Фил и Дима сидели в углу, о чём-то перешёптываясь. Наконец настал долгожданный момент для многих здесь находящихся. — Проходите. — В дверях появилась пожилая семейная пара. За ними зашла Людмила Петровна. — Знакомьтесь с детьми, а мне надо отлучиться. — Ну что, сорванцы, — Обратился к детям дедушка. Фил и Дима оглянулись на них. — Как у вас тут дела? — К нему подбежало несколько детишек лет семи-девяти. Теперь тишину разорвали голоса детей. Каждый требовал к себе внимание. — Смотри, — Дима повернулся к возможно новым опекунам. — Твои близняшки тоже там. Может, им таки повезёт? — Фил улыбнулся, а за ним и альбинос последовал его примеру.       Время пролетело незаметно, и какое же счастье было, когда пожилая пара под руку увела близняшек. Дима грустно улыбнулся. Он рад, что Катя и Даня нашли себе семью, но он будет по ним скучать. Как бы тут не было ужасно, дети в любом случае держаться друг за друга. Фил понимающе обнял друга и снова уселся на пуфик. — Ну-у-у, — хитро улыбнулся Кузьмин. — Попа моя в целости и сохранности, а я теперь гадалка. — Парни засмеялись. Вдруг в игровую снова кто-то заходит. Это оказывается Людмила Петровна. Она кого-то ищет глазами, и её взгляд останавливается на Филе и Диме. — Дима! — Позвала женщина парня. Фил удивлённо глянул на друга, тот повторил его действие. — Давай быстрее. — Парень поднялся и пошёл за воспитательницей. Как понял альбинос, они идут в холл. И он не прогадал. Там уже в куртках стояли близняшки. Как только парень зашёл, дети с визгом полетели на него. — Дима-а-а! — Дети прижались к нему и, перебивая друг друга, пытались что-то донести. — У вас мало времени, давайте быстрее, солнышки. — В холл зашла Людмила Петровна и с ней та пожилая пара. — Дим, мы будем скучать. — Улыбка с лица Кати пропала. — Мы тебя очень любим, и обещаем посылать тебе письма! — парень погладил детишек по голове и, пожелав удачи, проводил взглядом близняшек, что под ручку ушли в новую жизнь. Когда дверь с хлопком закрылась, к Диме повернулась воспитательница и сказала: — Иди обратно в игровую, скоро придут ещё. — Парень удивился. Здесь давно такого частого приезда не было, особенно в этом месяце. — Так что веди себя прилично. — Её голос неприятно хрипел, отчего он поморщился и направился обратно.

***

— Да ты шутишь! — В шоке прикрикнул Фил. На них косо глянули другие дети. — Ты точно правильно расслышал? — В их детском доме нечасто кого-то забирали. Сам детский дом находился на окраине маленького города-посёлка. Заезжали туда редко, а местные в ещё одних голодных ртах не нуждались. — Ты гадалка, а предугадать не смог? — Усмехнулся Дима. Фил несильно ударил кулаком в плечо друга. — Ладно, предлагаю сходить сегодня ночью за пивом и сигами. — Фил самодовольно улыбнулся. — Не сдержался? — Он знал, что парень пытался бросить, но, видимо, не вышло. — Всем нам надо расслабляться. — Грустно усмехнулся Дима.

***

— Блять, они заебали нас тут держать. — Выругался Кузьмин. — Мы тут час третий сидим. — Альбинос, соглашаясь, кивнул. — Ди-и-им, может свалим? — Идея казалось лучшей в данной ситуации. — В любое другое время я бы отказался, но сейчас... Пойдём быстрее. — Парни поднялись и направились к двери. — Только выйдем через окно в нашей комнате.       Они старались не шуметь. И вот, заветная дверь в комнату, но- — Молодые люди, а вы куда собрались? — Этот мерзкий скрипучий голос парни узнают из тысячи. Нина Григорьевна. Помощница Людмилы. — Вам же сказали сидеть в игровой. — Она подошла ближе к парням. — Марш в игровую. — Положив свои руки на спины подростков, женщина подталкивая, повела их обратно.       Стоило их привести в игровую, как на них повернулись все детишки. Старшие злобно посмеялись. — Приветик. — К Диме подошла высокая женщина и улыбнулась, её он не заметил когда сидел здесь или может она пришла после них? — Здравствуйте. — Немного отстраненно и испуганно ответил он ей. Фил встал чуть ближе, надеясь, что парень рядом почувствует себя более защищено. — Я Динара. — Она поправила свои длинные чёрные кудри. — Давай сходим прогуляться вокруг десткого дома? — Её голос звучал мягко. Парень с минуту подумав соглашается.

***

— ...вот так и живём. — Завершив свой рассказ улыбнулась она. — Как у тебя в школе дела? — В порядке. — Дима постоянно отвечал односложно, совсем не желая говорить с Динарой. Ведь не хотел давать самому себе ложные надежды. — А чем увлекаешься? — Она не прекращала улыбаться и пыталась из раза в раз разговорить его. — Ничем. — Альбиноса очень раздражала её натянутая улыбка. И было что-то ещё, что отталкивало Диму от Динары. — Дим, — Она в замешательстве спрашивает: — Ты меня боишься? Я сделала что-то не так? — от её грустного тона, парню стало стыдно. Он ведёт себя как капризный ребёнок. — Нет, просто- — думает, стараясь подобрать слова. — У нас редко забирают детей старше двенадцати, я не совсем понимаю, почему вы выбрали меня. — Дима отвернулся и посмотрел на лес, что был рядом. — я всегда мечтала о втором ребёнке, но, — она замолчала. — вообщем, я не могу больше иметь детей. — Динара смахнула несуществующую слезинку. "она специально?" — пронеслось в мыслях. — Прости, — женщина вздохнула и вновь на её губах появилась улыбка. — Последний вопрос и мы пойдём обратно. Как бы ты отреагировал, если бы тебя забрали отсюда? — Дима удивился, но решил быть честным. — Я был бы рад выбраться отсюда. Я всегда мечтал обрести семью, в которой меня будут любить, и я буду любить в ответ. — Они зашли в здание, и Дима пошёл переодеваться.       Динара ушла сразу же, как Дима вышел из гардероба. В игровой никого не было, поэтому парень направился к себе в комнату.

***

— Ну так что? — Стоило зайти альбиносу в комнату, как к нему подскочил Фил. — Тебя забирают? — Он выглядел обеспокоенно. — Ага, щас, размечтался. — улыбнулся парень. — Ты выглядишь разбито. — Кузьмин сел обратно к себе на кровать. Снежок последовал его примеру, уместившись рядом, стал рассказывать, что произошло. На это Фил отмахнулся: — Да забей ты на это, вырвемся, и будет все нормально. — Докатился, от наркомана слышу о прекрасной жизни чаще, чем от себя. — Он печально усмехнулся, а Фил улыбнулся и ответил: — А я как выйду отсюда пойду сразу в наркологичку. Или сам справлюсь. Я в себя верю, да и в тебя тоже. — Парень приобнял альбиноса. Диме стало неловко, уж давно к нему с теплом не прикасались. — я кстати купил, держи — Кузмин протягивает банку энергетика и сигареты. — Пачман ред, прям как ты любишь, вишнёвые. — альбинос усмехнулся, спрятал сигареты в рюкзак, а энергетик на кровать.

Я тебе рёбра переломаю. Раздались грубым и до боли неприятным голосом в голове, слова. Отец. Для многих эти четыре буквы значат очень многое, а для кого-то абсолютно ничего. Он всё ещё помнит, как в свои двенадцать пришёл к отцу в тюрьму. За убийство дали всего ничего, шесть лет лишения свободы, но после накинули ещё четыре. Запомнились и слова, которые сказал отец. — Только попробуй кому-нибудь рассказать. Я тебе рёбра переломаю. — Он словно вновь оказался на кухне несколько лет назад. Голубая плитка с трещинами, пожелтевшие обои от времени и сигарет. Деревянный прямоугольный стол, с приемвшимся рисунком матрёшки и цветов. Отец с ножом в руках, отпечатался надолго в памяти ребёнка.

Родственники отказались брать к себе Диму. Они не любили ни мать, ни нового зятя.

— Странный какой-то, да и по любому весь в отца.

Странный. Он странный.