Всё пройдёт, всё проходит когда-то

— ВЫ СДЕЛАЛИ ЧТО!? Северус был в ужасе. Снейп готов волосы на голове рвать. Сказать, что Северус был взбешён – ничего не сказать. Он был в ярости. Он был готов придушить старика в эту же секунду. О-о-о… Он уже чувствовал как руки сомкнутся на шее директора и как тот будет задыхаться… Потому что это убийственная тупость! Это маразм! Если Альбус ДЕЙСТВИТЕЛЬНО сделал то, о чем только что сказал, это значит, что его пора увольнять! — Успокойся, друг мой. Все не так ужасно, как ты думаешь. В голубых глазах резвились бесы. Нет, ну вы посмотрите! Он ещё и насмехаться! — Не так ужасно!? Вы сейчас серьёзно? Вы решили притащить в школу чертого волка! Гребаного оборотня! Волк! В школе! В школе с маленькими детьми! Это же… Северус даже не знал, как это назвать! И личная неприязнь к Люпину не играла роли. Хорошо, не играла ключевой роли. Сегодняшнее утро началось ужасно. Во-первых, Северус проснулся от грохота в гостиной. Испугался и едва не прибил вылетевшего из камина Дамблдора. Лучше бы прибил. Во-вторых, очень сильно пожалел о своём месте для сна. Спина не сказала «спасибо» сну в кресле. В какой-то момент от боли он даже не мог вдохнуть. Но это все мелочи. Известие о новом преподавателей ЗОТИ – вот настоящее потрясение. Северус даже почувствовал, как нерв под левым глазом начал произвольно сокращаться. И ведь Северус прекрасно знает о том, что шутить с таким не стоит. Если страдают лицевые нервы – нервная система орёт о том, что ей очень не хорошо. О, Мерлин, пошли ему терпения! Ещё больше выводил из себя донельзя довольный вид Альбуса. Тот напоминал кота, объевшегося сметаны! Какого черта он так спокоен! Зачем он вообще придумал ЭТО!? Оборотни опасны! А Люпин в принципе чуть ли не худшая кандидатура. Жалкий, заносчивый и невероятно самоуверенный. Северус прекрасно помнил, какие пакости ему устраивали мародеры. А этот Люпин точно был генератором идей, он же считал себя таким умным! От одного этого имени кровь в жилах закипала. Снейп ненавидел Люпина. Как вы прикажете терпеть это исчадье ада столько времени? Да он же полшколы разнесёт! Снейп вообще много чего думал насчёт этой идеи. И видит Бог, пусть Дамблдор скажет спасибо, что не услышал и половины этих мыслей. Если коротко… — Нет! НЕ ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ, ВЫ ЭТОГО НЕ СДЕЛАЕТЕ! Дамблдор сделал вид, что не понял. Он вообще всегда очень удобно делал вид, что ничего не понимает. Чёртов фокусник! Кажется, ему доставляли огромное удовольствие наблюдать, как Северус бесится. Северус решил, что у него осталось и так не очень много новых клеток и что глупо тратить их на события, исход которых от него самого никоим образом не зависит. Поэтому он глубоко вздохнул и постарался выровнять дыхание. Потом упал в ненавистное для спины кресло и вновь тяжело вздохнул. Успокоится, сейчас главное успокоиться. Он, конечно, ещё попробует переубедить Альбуса, но можно быть уверенным почти на все сто… Нет, двести процентов! Он не изменит своего выбора. — Я уволюсь, Альбус. Вы прекрасно знаете, что я на дух не переношу эту волчью морду. Поэтому, раз вы не согласны выгнать его – уйду я. Самому стало противно насколько уставшим и обреченным тоном были произнесены эти слова. На самом деле это была весьма слабая манипуляция. И Северус это знал. Дамблдор, видимо, тоже думал так же. Поэтому только посмеялся в свою бороду. — О, друг мой. Конечно же, ты этого не сделаешь. К тому же, нужно будет варить аконитовое зелье. Но об этом мы поговорим потом. От бессилия Снейп зарычал. Что осталось «незамеченным» одним весьма взбалмошным волшебником. — А теперь, к цели моего визита. Я поговорил с Молли. Они готовы взять Гарри к себе — он сверился со своими наручными часами. — Она прибудет примерно через полчаса. За это время тебе нужно собрать его вещи. Надеюсь, вы управитесь? — Конечно, директор. Наверное, ему были необходимы эти несколько дней тишины. Весь его отпуск прошёл как на пороховой бочке. Да и мальчик точно предпочтет компанию шумных и весёлых Уизли, чем его, мрачного вампира подземелий. Только вот почему-то мысль о том, что мальчик уедет, вызвала в его сердце какую-то тоску. А когда он начал упаковывать его чемодан, его, будто иглой, укололо сожаление. Почему-то ему не хотелось, чтобы Гарри желал сбежать от него. Ровно в 10 утра в дверь позвонили. На пороге стояли Дамблдор и Миссис Уизли. Она как-то по-особенному улыбалась и казалась немного печальной. Не то, чтобы он был экспертом, но она явно была… Встревоженной? Молли всегда относилась к нему довольно тепло, хотя Северус никогда не давал повод. С ней, как и со всеми, кто пытался проявить к нему какие-то чувства, помимо ненависти, он общался с изрядной порцией яда. В какой момент он дал слабину? Она хорошо дружила с Лили. Хоть и не застала их в Хогвартсе. А после того, как Северус стал шпионом, Молли одна из немногих знала, что он служит Ордену Феникса. Когда Снейп был юнцом, он не мог понять мотивов директора. Как и почему он доверил столь важную информацию домохозяйки с целым выводком детей? Но со временем он оценил её по-настоящему львиный характер. О, он знал, скольких ПСов она вырубила. На самом деле, он всегда жалел тех идиотов, которые попадали под руку этой фурии. И вот теперь она снова посвящена в некоторую тайну. Он знал, что она давно догадалась о его мотивах в этой войне. Она знала, что он знает. Но никогда не давала поводов сомневаться в том, что это может узнать кто-то другой. И никогда не осуждала его за прошлое. Северус мог быть уверен – его мальчик в надёжных руках. Наверное, никому больше он не смог бы доверить этого сорвиголову. — Здравствуй, Северус. Альбус объяснил мне, что произошло. — На этих словах она очень выразительно посмотрела на старика, что мгновенно стало ясно: он получил ещё одну порцию яда и негодования по поводу произошедшего. — И я в ужасе от того, что мы все этого не заметили. Хотя я насторожилась после того, как мои дети вытащили его из дома дяди и тёти. Но Альбус — Снова злобный взгляд в сторону директора — Убедил меня, что все в порядке. — Молли, я, правда, не думал, что они могут навредить ему. Я надеялся на человечность Петунии. — Знаю, Альбус. На самом деле, я тоже очень виновата. Я не постаралась выяснить у него, почему он такой худой и зашуганный. Мне казалось, что он просто очень скованный и стеснительный. Черт, я ведь действительно умилялась этому. Почему до меня не дошло, что нормальные дети так себя не ведут? Она, правда, сожалела. Северус не думал, что здесь есть её вина, все же она провела с мальчиком не слишком много времени. Но она готова была помочь, что радовало. — Я ещё не сказал мистеру Поттеру о том, что он поедет к вам. Но думаю, он будет только рад… Повисшее «сбежать отсюда» испортило всю атмосферу. Разговор и без того не особо приятный, а теперь. — О, Северус… Он только отмахнулся. Что он, не знает что ли, что парень чахнет в стенах этого дома. Да, уже не такого мрачного, но все ещё не особенно приветливого. Но обидно было все равно. Чтобы не наговорить лишнего, и не вставить себя идиотом, Снейп просто пошёл в сторону комнаты Гарри и поманил гостей за собой. Мальчик не спал, но все ещё лежал в кровати и читал какую-то книгу. Как только зашли гости, он сразу же отложил её на полку и внимательно посмотрел на вошедших. — Гарри! Я так рада тебя видеть! Молли сразу же обняла парня и совсем по-материнские потрепала вечно торчащие волосы. Тот был рад и ластился к руке, совсем как игривый котенок. Северус в который раз удивился, насколько мальчику не хватает прикосновений. И это одна из миллиона вещей, которую он, Северус, не может дать. Даже если хотел бы. Предводитель рыжей гвардии все продолжала прижимать мальчика к себе, давая такой необходимый телесный контакт. Нашёптывала ему про друзей, про семью, про волшебный мир, а Гарри все больше расслаблялся. Вместе с ним расслабился и зельевар. Рано. Голос подал директор. Сначала он прокашлялся, а потом миролюбиво заговорил. — Гарри… Миссис Уизли любезно согласилась приютить тебя у себя. Твои вещи уже собраны, осталось переодеться и умыться, и ты отправишься к друзьями. Уверен, Рон уже тебя ждёт… Мальчик мгновенно замер в руках женщины. Казалось, он окаменел. От улыбки не осталось и следа, её заменила мертвенная бедность. Северус не понимал причин такой резкой перемены настроения. Что не так в этот раз? Мальчик посмотрел на директора. Потом на Молли. А потом со слезами на глазах на Снейпа. Что? — Сэр? В этом «сэр» было столько боли… Он вновь стал затравленным маленький мальчиком... Да что опять не так!? Северус вопросительно приподнял одну бровь. Обычно это работало. — Что я сделал не так? Почему вы выгоняете меня? Мир Снейпа сузился только до этих глаз. Вопросительных. Молящих не отказываться от него. До Северуса только сейчас дошло. Великовозрастные идиоты! Хорошо – Снейп идиот. Нужно было объяснить все по порядку, но Северусу и в голову не пришло, что мальчик воспримет это как-то по-другому. Дамблдор порывался что-то на это ответить, но зельевар жестом заставил его замолчать. А потом очень выразительно указал на выход. Старик попробовал что-то возразить, но Снейп пресек это одним взглядом. Более проницательная Молли уже направлялась к выходу, почему-то улыбаясь. И Северус мог поклясться, что проходя мимо она «случайно» коснулась его ладони. Мальчик хмуро свёл брови к переносице, но молчал. Был растерян и расстроен. Но молчал, ждал приговора. Снейп магией закрыл дверь перед носом Альбуса и наложил заглушающие чары. А потом уже привычно присел на край кровати. — Ну и что это было, молодой человек? По какому случаю слезы? Мальчик непонимающе уставился на профессора. — Ты помнишь, что я тебе говорил? Я не брошу тебя, что бы ни случилось. Он старался говорить как можно мягче и спокойнее. В который раз мальчик казался ему диким зверем, с которым в один миг можно просчитаться. — Но вы… — Что? Поттер с обидой уставился ему в глаза. — Почему же вы отправляете меня к Уизли!? — Гарри, пожалуйста, успокойся. Ещё раз повторяю – я тебя не бросаю. К Уизли ты едешь отдохнуть. У тебя каникулы, у меня отпуск. И что то, что другое вышло… Не особенно радостным. Там все таки много детей. Тебе полезно развеяться. Мальчик немного расслабился, но все ещё хлюпал носом. — Значит… Значит мы не увидимся до сентября? Звучало все ещё обиженно и печально. Терпение, Северус. Вдох-выдох. — О, Мерлин! С чего ты это решил? Несколько дней, всего лишь пара дней. В крайнем случае, неделя – и ты вновь окажешься здесь. Конечно, если сам не захочешь остаться, там. Ещё раз – ты под моей ответственностью. Это неизменно, незыблемо. Я НЕ брошу тебя. Если желаешь, я буду повторять тебе это каждый день, пока ты не запомнишь. Гарри повеселел, но все ещё сомневался. В чем? Да шут разберёт, что этот ребёнок себе навыдумывал. Поэтому Снейп почувствовал необходимость объясниться. Надо сказать, далось это ему тяжело. Он не привык обсуждать мотивы своих действий. Особенно перед… ребёнком! — Не смей думать, что я от тебя избавляюсь. Ты тут вообще не причём. Это не с тобой что-то не так и, разумеется, ты не приносишь мне хлопот. Просто у меня есть дела, которые нужно урегулировать. Согласись, меня можно понять, я не был готов ко всему этому. Поэтому нужно разгрузить меня, тебя и дела. — Хорошо. Я понял, сэр. — Если что-то пойдёт не так – я сразу тебя заберу. Если почувствуешь себя плохо – я вернусь за тобой. Ты только не молчи, хорошо? Утвердительный кивок и уверенный взгляд. Что ж, это уже лучше. Снейп не злился, было бы глупо. Он был готов к этому, но не готов исправлять. А придётся. Он вышел из комнаты, оставив мальчика одного. Тот побежал умываться и собираться. Северус очень надеялся, что все пройдёт гладко, иначе он поседеет. Ещё и Дамблдор со своим Люпином! Гости обнаружились в гостиной, спокойно пили чай. Ну, ладно, не особенно спокойно. Чувствовалось некоторое напряжение. Видит бог, Северус не хочет в этом разбираться, взрослые люди. Поэтому спокойно сел в кресло и сделал себе чай. Спасибо магии и бытовым чарам. — Всё хорошо, Северус? Молли обеспокоена. Это не просто вежливость, она переживает. — Да. Поттер собирается, надеюсь, мы будем на связи. Если что-то случится – обязательно посылайте за мной. Даже мысль о том, чтобы присутствовать при «расставании» почему-то вызывала отвращение. Кажется, Снейп стал слишком сентиментальным. Это не хорошо. Поэтому единственно верным решением Северус посчитал спрятаться на кухне. Выход из его дома гости найдут сами. Ну и в самом деле, не на всю жизни же они расстаются! Голоса затихли, и зельевар уж было решил, что все ушли. Почему-то мгновенно стало тоскливо. Но дверь тихо открылось, и в щели проснулась лохматая голова. Мальчишка нервно улыбался. Почему он ещё не уехал? И почему он здесь? — Что..? Северус не успел выразить мысль. — Я хотел попрощаться. Мальчик напоминал нахохлившегося воробья. Неуверенно топтался на пороге и кидал на Снейпа подозрительные взгляды. Почему-то он ощущался, чем-то правильным. Идеально вписывался в холодную кухню. С ним она переставал быть такой холодной. И Северус, не успев толком подумать, уже оказался рядом с этим нескладным существом. Его рука будто сама собой потянулась к волосам. Будто сама трепала по голове. С какой-то затаенной нежностью. С тихой радостью. Что-то внутри у Северуса подпрыгивало. Желудок сделал несколько кульбитов, а сердце опустилась куда-то вниз. Вероятно в бездну. И мальчик радостно улыбнулся. В этот момент Снейп понял – он все сделал правильно. Аккуратно подтолкнув ребёнка к выходу, он и сам последовал в гостиную. Кивнул Молли. Подал порох. Отправил в Нору. — Сообщайте, если что-то произойдёт. В любое время. — Хорошо, Северус. Всё будет хорошо. Только почему-то верилось в это плохо… Ребёнок ушёл. А дом будто опустел. Даже притом, что рядом с зельеваром стоял Альбус. Это не то. Всё не то. Что же с ним происходит? Поборов желание последовать за Гарри он все же сел в кресло и приподнял одну бровь — Ну? Альбус ухмыльнулся в усы и погладил бороду. Напомните, почему Северус не может запустить в него чем-нибудь очень неприятным? — Северус, Хогвартсу нужен хороший учитель. Римус справится. Прекрати судить людей по первому впечатлению. Между прочим, он принёс свои извинения. Он, правда, считает, что то, как они вели себя с тобой – несправедливо и неправильно. Снейп сдавленно зарычал и произнёс сквозь плотно сжатые зубы. — Извинения? Неправильно? Несправедливо? Волк чуть не убил меня! И вы, Альбус НИЧЕГО не сделали! Директор выглядел смущённо. — Да, друг мой, ты прав… Это одна из миллиона ошибок, которые я совершил. Сожалею, я очень сильно испортил тебе жизнь. Возможно, если бы не моё предвзято отношение ты бы не обратился к тьме. Прости старика. Но Снейп не злился. Вроде бы. Не злился же? Это не продуктивно и вообще, он – взрослый человек! Он выше этого! Только почему при мысли о чёртовом волке внутри все дрожало и переворачивалось? Он же давно не тот нескладный мальчишка, которого можно запугать толпой! Если на то уж пошло он – один из сильнейших магов современности. И мастер зелий на минуточку! Правда же? Быстро выпроводив старика, Снейп пошёл в лабораторию. Нервы были на пределе, и ничего не могло его успокоить так же, как методичное нарезание ингредиентов разной степени мерзости. Самое то, для вспухшего мозга. К тому же, аконитовое зелье не самый частый гость. Признаться, Снейп готовил его второй раз жизни. А первый был давно и не правда. Во время обучения. Вдыхая чуть спертый запах холодной лаборатории Северус немного пришёл в себя. А когда пришёл – совершенно не понял, почему так вызверился сегодня. Нет, то чудище, что настраивало его против Люпина все ещё тихо скребло когтями, но не настолько же! И что это было во время прощания с Поттером? Если совсем честно – его пугали чувства. Он не хотел привязываться. Привыкать. Это слабость. Так на него можно легко надавить, можно манипулировать. Но мальчик тянулся к Снейпу. И Северус тоже тянулся в ответ. Ничего не мог поделать в ответ. Да и не хотел, на самом деле. День прошёл в спасительном одиночестве. Северус не любил людей, ему хватало компании самого себя. Мыслей в голове было предостаточно, а достойных собеседников (кроме самого себя, разумеется) было не так много. И все они были в Хогвартсе, и признаться уже надоели. Поэтому сейчас он пытался структурировать все произошедшее. Да-а-а, жизнь, конечно, изменилась сильно. Теперь одиночеству можно сказать «прощай». Но жалеет ли он об этом? В блаженной ритме прошла неделя. За это время Северус успел восстановить личные запасы зелий, приготовить зелья на продажу и почти закончить «волчье противоядие». Как бы он не фыркал и не отнекивался – нельзя было не признать. Ему было интересно готовить его. Пусть и для того самого Люпина. Что б ему икалось! Успел уладить некоторые дела в Гринготтсе (да будут прокляты эти чёртовы гоблины), успел обжиться в доме. И даже как-то… успокоился. Как вдруг на восьмой день своеобразного отдыха прилетел патронус — Северус, Гарри плохо. Поднялась температура, он бредит. Ничего не могу сделать, скорее! Лошадь говорила взволнованным голосом Молли Уизли. Да что же это такое! Он только выдохнул! За что ему такое наказание? Разве он не достаточно отмучался?! Северус был готов выть и биться головой об стену. Но вместе с тем волнение взяло верх. Это явно не просто болезнь, иначе Молли с лёгкостью сбила бы жар, все же она мать семерых детей. Северус взял зелья первой необходимости и сорвался в Нору. Всё это ему ох как не нравилось. Камин полыхнул зелёным пламенем. Северус буквально кубарем вывалился их него, потому что запнулся за небольшой порожек внутри. Мысленно проклиная тех, чей крошечный мозг это придумал, Северус попытался восстановить равновесие. И когда мир перестал качаться, мужчина увидел перед собой бледную Молли. — Северус, с ним что-то не так. Жестом указав следовать за ним, она повела его по многочисленным лесенкам со скрипящими ступенями. Северус так нервничал, что даже не заметил, в какой момент они оказались перед дверью. Рядом стоял долговязый друг Поттера, он тоже казался бедно-зелёным. — Профессор Снейп? Гарри, он… Дальше продолжить ему не дали, так как из комнаты разделся болезненный стон. Всё мигом рванули к мальчишке. Он метался по кровати. Одеяло было кубарем свалено в ногах, простынь смята. Бедное лицо покрыто испариной. Губы тряслись, а глаза были плотно закрыты. Он тихонечко поскуливал. А Северус просто замер. Он вновь ощутил липкий ужас. Холодный пот стекал по спине. Это было не похоже ни на что из того, что знал. Судя по лицам присутствующих, единственный, кто мог что-то рассказать – младший Уизли. — Рональд, мы можем поговорить с вами? — голос был уставший, но зельевару уже было плевать. Совершенно не было сил и желания управлять эмоциями. Хотя мальчишка, и без того бледный, побледнел ещё сильнее. Всё же многолетняя репутация играла на руку. — Где это можно сделать? — Снейп обратился к хозяйке дома. Та засуетилась и проводила их на кухню. Обеспокоенность взглянула на него, но развернулась и ушла, закрыв за собой дверь. — Вы знаете, что с мистером Поттером? Мальчик был напуган, это понятно. Наверное, сложно быть лучшим другом Гарри Поттера. Постоянно живёшь в напряжении. Почему-то Северус подумал, что если бы Уизли был щенком, то непременно поджал бы уши. Тот поник и постарался сжаться, чтобы выглядеть меньше. — Всё было хорошо, сэр. Он переживал, правда, но, кажется все шло не плохо. А потом он пожаловался на шрам… Рон посмотрел на него многозначительно, будто Северус должен был понять и сделать какие-то выводы. Только вот Снейп не понял ни-че-го. — Шрам? У него болел шрам? Что это значит? Уизли смутился и продолжил уже менее уверенно. — Ну, мы сами не знаем, что это значит. Но шрам у Гарри болел при Квирреле. И когда в прошлом году он сражался с Томом Реддлом. Волан-де-морт? Это звучало плохо. Очень плохо. Очень-очень плохо. Ужасно. Северус в очередной раз буквально почувствовал, что седеет. А ведь ему едва перевалило за тридцать. Он выхватил палочкой и наколдовав патронус. Лазурная лань радостно запрыгала вокруг него и приготовилась слушать. — Альбус, срочно. С Поттером что-то не так. Возможно, в этом замешан Тёмный Лорд. Лань ускакала, а им осталось только ждать. Северус вновь поднялся в комнату к мальчику. Тот все так же метался по кровати и не открывал глаза. — Отпусти… Больно, больно… Он шептал и протяжно стонал. Выглядел болезненно. Северус решил, что может сделать только хуже, поэтому сел радом и сжал детскую ладонь. Мальчик скрипел зубами до того сильно, что Снейпу приходилось сдерживать себя, чтобы не достать палочку. Он очень хотело помочь, но не знал как. Дверь с силой, распахнулась и в комнату влетел взволнованный Дамблдор. Он обеспокоено посмотрел на всех присутствующих и указал на выход. Рыжее семейство переглянулось, но действительно поспешил удалиться. Северус остался на месте. — И ты иди, Северус. — уверенно произнёс Альбус. Раздражение волной прокатилась по телу и Снейп вскинул одну бровь. — Нет. Никуда он не пойдёт. Он не оставит мальчишку одного. Однако, директор был непреклонен. — Ты здесь не нужен. Если мне понадобится твоя помощь, я позову. И он подтолкнул мужчину к двери с помощью лёгкой магии. Как непослушного котёнка. Северус только хотел возмутиться, но развернувшись, встретился носом с закрытой дверью. Из коридора на него смотрели несколько пар глаз. — Северус? Пойдём, я налью тебе чай. В глазах Молли стояли слезы и она, видимо, старалась занять себя и обитателей, дома хоть чем-то. Артур, стоявший по левую руку от жены, согласно закивал, и жестом попросил следовать за ними. Но зельевара, будто магнитом, притягивала дверь. И он в серьез решил не отходить от неё ни на шаг. В итоге, в ответ на приглашение выпить чай, он показательно уселся рядом с дверью, подогнул одно колено к себе и откинулся, на стену. Никто не сказал ни слова. Минуты тянулись медленно. Несколько часов прошли в гнетущем одиночестве. Ничего. Тишина. Внизу что-то скрипело и падало. Кипела жизнь, не смотря на то, что все уже должны спать. А Снейп сидел под дверью. Кому скажешь – не поверят. Внезапно рядом с ним опустилась фигура. Северус даже вздрогнул, он и не услышал, как к нему кто-то подошёл. Низкорослый, лысеющий Артур. Он тихо дышал возле Снейпа, но ничего не говорил. Ему в руки вручили кружку с горячим чаем. Судя по запаху с мятой и мёдом. Зельевар крепче охватил кружку руками и отпил чай. Пытался отогреть замерзшие пальцы. Артур все так же сидел рядом. Вот так просто, на полу. Снейп никогда бы в этом не признался, но молчаливая поддержка мужчины была необходима. — Как-то Рон, когда маленький был, вылетел с третьего этажа. Я видел, как он летел. Еле успел достать палочку. — произнёс Уизли неожиданно. — Что… — А когда в Джинни вселился Тот-кого-нельзя-называть, думал, что в тот же день поседею. Мы с Молли тогда сразу в школу рванули. А она тогда бледная лежала. Я даже вдохнуть мог. Но знаешь что? Это нормально. Переживать за своих детей. Северус задохнулся от возмущения и… страха. От того, что его раскрыли. Что в лицо сказали то, что он и про себя не произносил. — Я не переживаю! Но прозвучало неуверенно. — Тебя никто не осуждает, Северус. Не ищи в людях двойное дно. А Гарри нужна твоя искренняя поддержка. Мы успели к нему привязаться, поверь. Он милый мальчик. Но ему нужна семья. Настоящая. И, кажется, он нашёл её в тебе. Подумай об этом. Артур Уизли по характеру и повадками напоминал Снейпу Хагрида. Искренние и добрые простаки. На первый взгляд. Но почему-то именно они всегда знали и видели больше других. Пора перестать удивляться, не так ли? Сколько ещё они просидели так, Северус не знал. Но в тот момент, когда он был готов уже рвать волосы на голове и взламывать дверь – та открылась. И вышел измученным и бледный Дамблдор. Северус мигом вскочил на ноги и выжидающе уставился на Альбуса. Но тот только мотнул головой. — Я не могу ничего объяснить. Но могу сказать точно – Гарри ничего не угрожает. Всё в порядке. Во «все в порядке» Снейп, конечно же, не поверил. Но смотря в лицо Дамблдора, Северус видел, что вопросы задавать не стоит. Не сейчас. Но если старик думает, что может так легко отделаться от него… Он очень глубоко ошибается. — Северус. Зельевар посмотрел в глаза Альбус и увидел там глубокую печаль и страх. А ещё море сожаления. Снейпу не нужна жалость, ему нужно узнать, что с его мальчишкой. — Ты очень нужен ему сейчас. Забери его домой. Мужчина насмешливо фыркнул. Он и не думал об обратном. Разумеется, он заберёт его под свое крыло. — Мы отправимся сейчас же. Но его мягко остановил Артур. Он аккуратно взял его за предплечье и тихо сказал. — Ему нужно поспать, Северус. Не трогайте его до утра. В этом был смысл, а спорить не было ни сил, ни желания. Поэтому он согласно кивнул. Молли, подошедшая совсем недавно, ни произнося не слова, перестелила кровать, принадлежащую, видимо, младшему Уизли. Северус был благодарен всем за то, что они не задают вопросов. Он не готов ответить на них даже себе. Уже засыпая, он подумал, что с присутствием мальчика в жизни он смирился как-то слишком быстро. И на удивление не почувствовал сожалений по этому поводу.