От ненависти, до любви - один шаг

Тишина резко прервалась телефоным звонком. Мелодия - это Ран. Неужели всё-таки заметил исчезновения брата. Брать трубку было страшно, вдруг наедет, или отругает, за то что тот ушёл ничего не сказав. Страх, дрожь по телу, единственное, что сейчас ощущал парень, но поняв, что выхода нет, блондин взял телефон, поднёс динамик к уху, и прочистив горло произнёс: – Алло? – стараясь унять дрожь в голосе, проговорил Риндо, внимательно прислушиваясь к звукам на том конце трубки. – Живой. Где ты блять шляешься? Ты время видел? Быстро иди домой! – под конец Ран перешёл на грубый тон. Младший понял, что тот явно зол, голос всё сам за себя говорил, но в тоже время в нём были слышны тонки беспокойство, что слегла успокоило блондина. – Успокойся, я просто вышел прогуляться, пока вы там заняты были, скоро вернусь, – проговорил парень и сразу же сбросил не дожидаясь ответа от брата. – Риндо, всё в порядке? – с осторожностью и беспокойством поинтересовался младший Кавата, внимательно смотря в фиолетовые глаза напротив. – Да. Ран звонил, домой сказал идти, – опустив взгляд в пол, а после продолжил, – я смогу вернуть я к вам, если вдруг что? – неуверенно дополнил свою речь Риндо, и с некой надеждой поднял взгляд на хозяев квартиры. – Ухм...можно, если я скажи иначе,то меня Соя придушит, – усмехнулась проговорил Нахоя. После этих слов, блондин выдохнул с облегчением, и поблагодарив за всё, отправился домой к брату.

***

Дорога до дома оказалась слишком короткой, не такой длинной, какой она была до этого, когда Риндо сбегал от туда, скорей всего оно так всегда, когда ты куда-то не хочешь, это место всегда становится ближе, чем было тогда, когда ты уходил от туда. И вот младший уже стоит перед дверьми квартиры, осознавая, что сейчас ему явно будет пиздец, ему не избежать разговора с братом, а если тот ещё и воспользуется грубой силой, то парень терпеть не будет, и реально въебёт ему. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, блондин всё-таки открывает эту злощастную дверь, и зашёл в квартиру. Всё было ожидаемо, как только парень вошёл в квартиру, на пороге его ждал брат, деваться было не куда, это билет в один конец, либо Риндо зайдёт в эту квартиру навсегда, и они всё решат, или же это крайнее его нахождение в этом месте, сейчас всё решится, мысленно себя подготовив к диалогу, блондин закрыл дверь, после её закрытия, длинноволосый заговорил: – Ты где шлялся? Почему ушёл и ничего не сказал? Рин, я вообще волнуюсь за тебя! Или ты обо мне вообще не думаешь? А если бы с тобой что-то случилось? – стараясь сохранять спокойствие произносил Ран, а в это время его брат уже переместился на кухню наливая себе кофе, но старший тоже не дурак, он последовал за младшим, – Риндо, я с кем разговариваю?! – Блять, ты меня заебал, не ори а. Я всё и так услышал. Я не ребёнок, чтоб перед тобой отчитываться, я сам могу решать, что да как мне делать, и ничего со мной не случится! Указывать своей шлюхе будешь, меня в отличие от неё не изнасилуют, – Риндо не следил за речью, он просто дал волю эмоциям, волю словам, однако когда поднял взгляд на брата, понял, что зря он сказал про Юи. Обладатель косичек каждый раз бесился, когда младший затрагивал его возлюбленную, или как либо её оскорблял. Хайтани это понял, но понял поздно, понял тогда когда уже за шиворот футболки был прижат к стене. – Я тебе миллион раз говорил, не смей её как-либо затрагивать, или кидаться такими оскорблениями, которые вылетили, из твоего поганого рта, – произнёс Хайтани старший поднимая свои глаза, и заглядывая в глаза напротив. Самого Риндо охватил страх, когда он увидел брата в таком состоянии, крайний раз он был таким, когда заступался за блондина, обещая что этот взгляд будут видеть только их противники, младший не ожидал, что когда-то этот взгляд окажется на нем. Было страшно, хотелось сбежать, глаза бегали по комнате в надежде найти что-то за что можно зацепится, и у юноши почти вышло бы, если бы рука не сжалась сильнее давая знак, что нужно смотреть в глаза, и Хайтани поддался заглянув в глаза Рана, своими испуганными глазами, – Зачем ты это делаешь? Риндо! Что за хуйню ты творишь? Для чего? – переходя на ещё более повышенные тона завершил свою речь обладатель косичек. – Да потому что я тоже хочу твоего внимания! Хочу, чтоб ты был со мной, а не с ней. Хочу, чтоб ты так же на меня смотрел, как смотришь на неё! Я хочу, чтоб ты был моим! Потому что я люблю тебя, долбаёба кусок, и люблю больше чем брата! Ты нужен мне, и нужен не только как брат, но и как возлюбленный! Почему ты этого не можешь понять? – изначально Риндо всё это произносил на повышенных тонах, но последние слова, он сказал уже более мягче, опустив голову вниз, и начал ощущать, как по щекам катятся слёзы. Блондин не хотел плакать при брате, он не должен был, но сил не осталось ни на что, поэтому парень позволил эмоциям взять верх. Слёзы продолжали катится по щекам младшего, а старший будто остолбенел, опустив футболку, что недавно держал в руках обладатель косичек отшатнулся и позволил брату скатится вниз по стене. В голове Рана это не укладывалось, он только что получил признание от своего братика, от того к кому сам не ровно дышал, стараясь забыть в чувстве самообмана, и в другом человеке, который его даже не привлекал. Сев на расстоянии вытянутой руку, Хайтани взглянул на Риндо с чувством жалости, но это была не та жалость, о которой можно было подумать. Крашеноволосому было жалко того, потому что он сам придурок, который думал, что блондин ходит таким помятым, из-за чувств к Кавата младшему, но он и не мог предположить, что на деле всё легче и очеведней чем кажется. Риндо же, заметив на себя этот взгляд, сразу же поднял глаза, и огрызнулся: – Не смотри так на меня! Я не жалок, понял меня?! – сдерживая слезы проговорил блондин, а после отпустил взгляд снова в пол, стараясь успокоиться. – Ринни-Рин, нет, ты не жалок, ты наоборот молодец, я даже и не думал, что всё так выйдет, – подсаживаясь ближе к блондину, обладатель косичек взял руки собеседника в свои, и поднимая голову того, заглядывая в глаза продолжил, – я думал, что те твои слезы, которые я слышал и видел, это из-за Сои, но я не смел даже предположить, что ты плакал из-за меня. Рин, братик, я даже и не думал, что наши чувства окажутся взаимными. Я тоже тебя люблю, ты не представляешь, как я сейчас безумно счастлив, – прижимая наконец, настолько родное и желаное тело ближе к себе, заключая в объятия, Ран продолжал говорить, – прости за то что сейчас было, я защищал её только, чтоб ты ничего не заподозрил, на деле она мне вообще не нужна, я просто хотел, убедить себя, что эти чувства временные, это ведь не правильно, мы братья. Но мне плевать, я с каждым днём влюблялся в тебя всё сильнее и сильнее, прости меня, прости за то что я такой дурак, Риндо, я тебя так сильно люблю, ты даже не представляешь насколько. Я счастлив, что всё взаимно. Те слова, что произносил Ран, блондин не мог воспринимать серьёзно, у него было столько вопросов, однако тот и на них ответил. Счастье – первое, что испытал парень после слов своего брата. Он действительно был счастлив, был счастлив, что теперь может обнимать брата сколько душе угодно, был счастлив, что наконец может говорить о своей любви, был счастлив, что наконец Хайтани станет только его, однако, одно "но" всё равно оставалось. – Ран, а как же Юи? Она же любит тебя, и хочет быть с тобой вместе, а я не хочу быть третьим лишним, или любовников, – отстраняясь от столь тёплого тела, проговорил блондина заглядывая в глаза брата, но тот даже и бровью не повёл, а просто улыбался внимательно смотря в глаза напротив, а после поднялся и что-то невнятно сказав, ушёл в комнату, где его ждала его девушка (а может уже и бывшая девушка).