Только твоя рыцариня

В комнатном полумраке слышно тяжёлое женское дыхание. Мерзкий скрип кровати перебивается ещё и сухими ветками, битый час тарабанившими по окну из-за сильного ветра. Ужасная. Беспокойная ночь. Читаро кривится. Выражение её всегда спокойного личика удручает, не всегда девушку можно увидеть корчащейся от чего-то. Скорчившись от боли, она и не догадывается, что ей всего лишь снится плохой сон. Наматамэ сильно вспотела, отчего слабый ветерок вызывал мурашки по коже, а влажная подушка создавала чувствительной шее дискомфорт. Одеяло душило, но стоило какой-либо конечности неаккуратно выйти за его пределы, как та шустро возвращалась назад, прячась от призрачного холода. Рыцариня не могла свободно дышать, то и дело совершая рваные и тяжёлые вдохи, вперемешку с невнятными выдохами. Мышцы всего тела напряжены — на руках, к примеру, даже вены показались. Не понятно, почему принцесса, находящаяся в тёплых объятиях этих рельефных сильных рук, совсем не чувствовала давления и не перенимала настроение всей комнаты. Киригая натягивала одеяло к носику, беззаботно сопя и не подозревая, что любимую в данный момент неслабо штормит. Словно от удара током, Читаро вскочила, перед этим нездорово содрогнувшись. Холодный пот скатывался по вискам и за ушками, по лбу и кончику носа, в конечном счёте стекаясь к подбородку. Пышная бордовая шевелюра неряшливо растрёпана, как бы показывая, какой сумбур сейчас в голове Наматамэ. Дышать было нелегко: воздух вдруг обжигал горло и переносицу, а в лёгких частенько случались болезненные спазмы. Глаза, что свыклись со тьмой, были широко раскрыты, но даже так рыцариню мазало слишком сильно. Читаро первым делом устремляет свой взор на самую прекрасную девушку во всём свете; её гладкая кожа, аккуратный носик, тонкие губы, бирюзовые локоны, прикрытые очи, лёгкое дыхание. Хицуги воистину идеальна. В судорожном взгляде Наматамэ читались тревога и очарование. Возжелав коснуться принцессы, она, будто боясь обжечься, решилась не сразу, однако, как только её ладонь легла на мягкую бархатную щёку, Читаро моментально успокоилась. Это всё ещё реальность. Реальность, в которой они вместе. Живут ото дня в день жизнью, коей грезили со дня знакомства. — Я люблю тебя. Люблю… всем сердцем… моё всё… — хриплым голоском прошептала Наматамэ. Девушка в очередной и последний раз задумалась о том, что же заставило их с Хицуги так долго вымаливать друг у дружки прощение. Времена, о которых никто из них больше не захочет говорить. Читаро окончательно простила свою любимую, убедившись, что лежащая рядом с ней принцесса — больше не убийца. Не безразличная лгунья, для кого любая жизнь не более, чем пустое место. А она сама — не доблестная рыцариня, а верная супруга, ставящая их счастье куда выше всего другого. Прижав хрупкое тельце к себе покрепче, Наматамэ, сохраняющая спокойствие благодаря теплу и уюту Киригаи, позволяет уставшим векам опуститься, не без труда, но всё же засыпая. Девушки изменились благодаря любви друг к дружке. Краски навсегда смешались. *** В бурлящий котелок с багряной жидкостью падают щепотки кристаллической соли и тёмного перца. Получившаяся смесь медленно мешается ложкой до тех пор, пока специи окончательно не смешиваются с супчиком. Едва не чихнув из-за перца, принцесса, жмурясь, глядит в смартфон. — «Огонь на минимум»?.. Чего?.. Я же на максимальном варила! Твою мать, держись! — Киригая выкручивает газ на минимум, вытерев выступивший на лбу пот. Пока ароматный запах пропитывает собой воздух внутри кухни, начинающая повариха кладёт алюминиевую ложку обратно на деревянную дощечку. Хицуги вслух перечитывает взятый с интернета рецепт, освежая память. Она, кстати, вчера подстриглась. Это был своеобразный ритуал, благодаря которому она провела чёткую грань между прошлой собой и нынешней. Обновлённая короткая стрижка едва доходила до подбородка и открывала шею. С левой стороны пряди укорочены, отчего виднелось ушко. С другой стороны асимметрия — бирюзовые волосы были длиннее и боковые локоны вместе с чёлкой прикрывали уголок глаза. Возможно, Киригая бы сейчас добавила ещё немного кипятка в котелок, но мелодичный звонок в дверь отвлёк её. Тут же девушка пролистала в голове список гостей и, обнаружив, что никого не ждала, недовольно вздохнула. Пришлось отвлечься от готовки и направиться к двери, звонки в которую поражали своей настырностью. «Что ты насилуешь этот звонок? Иду же». Оказавшись у двери, Хицуги сперва смотрит в глазок, но обнаруживает, что некто закрыл его с той стороны. Она напряглась, но тянуться за оружием не стала, ограничившись коротким: — Кто там? Ответ не заставил себя долго ждать: — Рехнулась? Думаешь, что к тебе много людей в квартиру стучат? Учитывая то, что ты вообще здесь не прописана. Знакомый голосок заставил низкорослую сперва обомлеть, а потом шустро дважды повернуть внутренний замок. Она оставила сантиметровую щель лишь для того, чтобы наигранно пропеть: — Мы ничего не заказывали. Убирайся. Киригая тут же попыталась запереть дверь обратно, но нога старой знакомой сильно мешалась. Девушка нещадно отдавливала её, а незваная гостья кряхтела и тянула на себя, пока окончательно не пересилила физически слабенькую принцессу. Поправив чуть опустившиеся очки, рыжеволосая возмутилась: — Тебе тоже здравствуй, зараза. Скажи спасибо, что я не держу обиды на ядовитый дротик. — Я тоже «рада» тебя видеть, Кенмочи. Жаль, что ты выжила. Неприязнь между этими двумя видна невооружённым глазом и читается даже в языках тел: что одна, что другая не могут без напряжения стоять рядом. Сразу появляется некая зажатость, напряжение в плечах и шее, а так же зуд в сжатых кулаках. Шиена вздыхает, но стоило ей открыть рот, как Хицуги моментально заявляет: — Спасибо за визит! Теперь делай ноги из моего дома, пока я тебя не покрошила и не кинула в суп. — Девушка начитает силком выталкивать гостью из квартиры, но обе замирают, слыша характерный скрип пола. Устремив взгляды в дверной проём гостиной, девушки застали внезапное появление Читаро, протиравшей усталые рубиновые очи рукой. Утро началось с сыр-бора, как раз его мечница и застала, вопросительно изогнув бровь. — Любимая, что происходит?.. Почему Кенмочи здесь? — задаёт вполне обоснованные вопросы девушка, чья ночь оставляла желать лучшего. Никто не мог ответить на вопросы, поэтому Киригая встала как вкопанная, а зачинщица беспорядка, Шиена, внезапно, тоже умолкла. Сердечко убийцы залепетало как маленькая птичка при виде прекрасной Наматамэ. Пальцы хакерки дрожали равно так же, как и ноги. Вновь испытав то самое чувство, когда объект обожания находится в нескольких метрах от тебя и пропадает способность здраво мыслить, Кенмочи даже не понимает, почему ей хочется то посмеяться, то улыбнуться. Как же она соскучилась по Читаро. Она успела проголодаться по чувству, когда в животе летает стая бабочек, а бездействие по-своему помогает продлить ту эйфорию в сердце, что может вызывать лишь истинная возлюбленная. Выдыхая, как казалось, горячий пар, девушка еле-еле выдавила: — Я-Я пришла… п-поговорить… Щёки Шиены краснеют от смущения. Щёки Хицуги краснеют от гнева, но натянутая улыбочка помогает не раскрывать свою вскипающую изнутри ярость. «Чего ты удумала, мочалка? На мою Наматамэ глаз положила, сучка? Ты будешь умирать медленно, а потом я скормлю твои останки змеям, клянусь» — немного о том, что сейчас происходит в голове принцессы. Читаро не знала, как реагировать. Слишком много информации обрушилось на голову, что кое-как проспала несколько часов. Ни радости, ни печали от визита экс-одноклассницы она не испытывала. Хотелось ли ей встретиться с Кенмочи? Она даже о ней не вспоминала. Хочется ли узнать о причине визита? Безусловно. *** Сменив обстановку и немного остыв, все трое обосновались в гостиной. Хозяева расположились на диване, передвинув кресло напротив, чтобы гостья смогла сесть и рассказать о том, что хотела. Влюблённые не давили, терпеливо дожидаясь, пока Кенмочи сможет подобрать нужные слова. Подняв опущенную голову и сложив очки на столе, девушка откашливается, без лишнего беспокойства уставившись на собеседниц. — Как бы правильнее будет начать… Думаю, стоит сказать прямо. После интригующей паузы с уст Шиены слетает: — Судзу Сюто погибла в битве. Смятение тут же проявилось на лицах влюблённых, рефлекторно взявшихся за руки. Девушки напряглись, переваривая сказанное минутой ранее. Казалось, только вчера они сидели с Сюто в одном классе, хоть и не о чём, но вели диалог, пересекались в сауне и столовой, а сейчас этой мудрой и улыбчивой женщины не стало. Тот факт, что некто смог прикончить настолько элитную и опытную убийцу, коей даровано чудовищное долголетие, смущало их не меньше. — Ваше недоумение можно понять, — пожала плечами рыжеволосая. — Откуда ты знаешь об этом? — интересуется Читаро, прокручивая разные сценарии в голове. Только Хицуги ненадолго сохраняла тишину, подбирая нужные слова и правильные вопросы. А Кенмочи, к слову, расслабила спину и дала ответ: — Свои источники. Мир убийц куда теснее, чем кажется. Вам ли не знать. — Кто её убил? — подперев голову кулаком, спросила принцесса. Впервые за долгое время между Киригаей и Шиеной состоится адекватный диалог. — Об этом никто не знает, но судя по тому, что известно, кто-то чрезвычайно сильный. — Сильнее убийц из класса «Курагуми»? — Вряд ли. Скорее равный по силе. Но это же бред, девочкам незачем убивать друг дружку. Тем более все явные кандидатки отпадают. — По повреждениям на теле можно понять, кто совершил убийство. В зелёных глаза хакерки мелькнул огонёк страха, тут же конвертированный в слова, сказанные после недолгой паузы: — Тогда попытайся предположить, кто мог продырявить Судзу и оторвать ей нижнюю челюсть, которую нашли в дыре в соседней комнате. Только если кто-то, обладающий доселе невиданными физическими показателями. Если принцесса сначала не поверила, то Читаро заметно взбудоражила такая новость. Неужели есть некто кроме неё, способный показывать настолько монструозную физическую силу? Её это ни капли не пугало, скорее заинтересовало и встряхнуло, заставив усомниться в словах гостьи. — Вы можете мне не верить, моё дело предупредить, а ваше — внять моим словам. Наступила тишина. Каждая обдумывала и мусолила полученную информацию, пока рыжеволосая, съев заранее припасённую конфету, не получила вопрос от Наматамэ. — Какой тебе резон нам помогать? И что ты имеешь в виду под «все явные кандидатки отпадают»? Шиена была приятно удивлена тому, что рыцариня сама пошла на контакт, но вот вопрос насторожил хакерку. — В последнее время я чувствую что-то неладное. Будто грядёт нечто нехорошее, и все предпосылки намекают, что самое время мне залечь на дно. Подожду, пока всё утихнет. Слушайте, давайте проясним. Я всё ещё считаю вас подругами, кхм, поэтому не хочу, чтобы вы закончили, как Адзума и Хару. Когда я услышала об их смерти, сразу поняла, что это дурное знамение. Самое странное, что все убийства имеют одинаковый почерк: общая разруха и тела, которые находят в жутком состоянии. Видимо, эта девушка охотится за бывшими членами класса «Курагуми». Сердца девушек ненадолго замерли. На этот раз Шиене удалось их шокировать. Они могли представить что угодно, но явно не смерть, как казалось, самой талантливой убийцы. По виску Киригаи скатилась пара капель холодного пота, тотчас вызвавшая колкие мурашки. Принцесса не много знала об Ичиносэ Хару: любимые специи, еда, интересы и любовь к ярким безделушкам. Среди всего прочего, Хицуги всегда выделяла лишь одно качество Хару, уникальное даже для лучших убийц их поколения — желание жить. Никто настолько сильно не хотел выжить, как Ичиносэ. Сумевшая перетерпеть и переждать нападки отбитых головорезов, отравительниц, сумасшедших, долгожительниц, шаманок, киборгов и людей с невообразимыми физическими возможностями; такая живучая дева не смогла выйти сухой после столкновения с новой угрозой, нависшей над всеми причастными к «чёрному» классу. Читаро, знавшая, что из себя представляет Адзума, не единожды признавала, что Токаку не имеет явно выраженных слабых мест. Имея талант от природы и предрасположенность к изучению новых навыков, даже столь одарённая убийца сложила голову в битве с таинственной потрошительницей. Впервые за долгое время Наматамэ по-настоящему обеспокоена силой возможной оппонентки. Прибивающую в тишине комнату, словно гром средь ясного неба, взбудораживают слова Кенмочи: — Читаро, я люблю тебя. Рыжеволосая раскраснелась, как расцветшая роза, излучая уверенность и храбрость, коей никогда не славилась. Хоть нижняя губа и подрагивала, а открытые участки кожи горели, будто ожоги, гостья упёрто смотрела на рыцариню. Не успела та и рот открыть, как обомлевшая от такой наглости Киригая воскликнула: — Что ты себе позволяешь, болотная тварь! — Принцесса едва не встала и не ударила осмелевшую деву. — А что ты себе позволяешь, а?! — раздраженно выплеснула Шиена. — Паразит, пользующийся добротой Читаро. Убийца, лгунья и собственница. Тебе хватает наглости открывать свой поганый рот после того, что ты совершила? Забыла? Я напомню! Обманывала Читаро! Водила её за нос и помогала «искать» саму себя! У тебя нет права находиться рядом со столь невинной девушкой. От скрипа в зубах до вспухших на нежных ручках вен — ярость переполняет сердце Хицуги. Рыжеволосая со всего маху бьёт по столу, снова переходя на крик: — Ты убила дочь её наставницы и притворялась… играла роль скорбящей принцесски. Ты никогда не сможешь перестать врать. Это у тебя в крови, в ДНК! — следующие слова застряли в горле Шиены, неслабо порезав его изнутри, когда выходили наружу. — Я… Я… неидеальная, но… Читаро заслуживает ту, кто будет с ней честен. Могу я хоть раз получить вознаграждение за свои старания?.. Читаро, доблестная рыцариня, образец стойкости и сострадания… ты покорила моё сердце своим добродушным взглядом. Молю, поезжай со мной. Начнём всё заново, без убийств и обмана. Пока одна вскипала, другая, преисполненная надеждой, ждала заветных слов. Шиена не рассматривала отказ, ведь против конкурентки за сердце Читаро играло всё. Рыжеволосая подготовилась как никогда хорошо, выбрала самое правильное время и пересилила саму себя, открыто признавшись в своих чувствах. Идеальный момент, чтобы бутон, по имени Шиена Кенмочи, наконец раскрылся. Ничего не могло пойти не так, кроме холодных, наполненных каким-то… безразличием слов, слетевших с уст рыцарини: — Нет. Ни в коем случае. Сердце гостьи упало и звонко разбилось на сотни алых осколков. — Н-Но п-почему?.. — Потому что я люблю Хицуги. Я не испытываю совсем никаких тёплых чувств к тебе, Кенмочи… никогда не испытывала. Ты моя бывшая одноклассница, но не более. Неожиданно жестокий, но в то же время прямолинейный ответ от мечницы, не оставивший принцессу равнодушной. Когда Читаро её приобняла, на личике Киригаи расплылась ехидная змеиная ухмылка. — Если это всё, тогда проваливай из нашего дома. — Она раздавила соперницу ментально, смотря снизу вверх так, будто та была какой-то грязью. Рыжеволосая разрыдалась как маленький ребёнок, не в силах поверить, что Читаро, даже зная обо всех неблагодарных и ужасных поступках, которые совершила Хицуги, выбрала её. Несправедливо. И снова жизнь обошлась с ней несправедливо. Она вновь глотает пыль, пока соперницы испытывают эйфорию от победы. Обиженно топнув ногой, Шиена одаривает прекрасную Наматамэ и надменную Киригаю взглядом, не подозревая, что он, возможно, станет последним. Спустя пару минут от хакерки и след простыл, но та сумела оставить после себя невнятное послевкусие. Рассматривая прибывающую в смятении любимую, Хицуги честно признаётся: — Я ревновала. Читаро в ответ нежно целует её макушку. — Я тысячи раз говорила, что люблю лишь тебя. Не о чем беспокоиться. Я никогда не смотрю на других. Невзирая на всё это, по рыцарине видно, что она не в состоянии отпустить что-то из сказанного Шиеной. Нечто засело ей в голову так прочно, что виски начинают неприятно пульсировать. Мечницу охватывает мандраж. Среди всего творящегося в рассудке кавардака чётко виднеются только две фигуры: Киригая и наставница. Вернуть Читаро обратно в реальность смогло прикосновение первой, вмиг сведшее на нет и головные боли. — Любимая, что тебя гложет? — Я ни в чём не уверена, но, возможно, пришло время раз и навсегда зарыть топор войны между тобой и моей наставницей. Я не знаю почему хочу… вернее, почему должна, но я обязана организовать вам встречу. Когда их пальцы сплелись, принцесса задала один-единственный вопрос: — Ты уверена? — Я не знаю… *** Холодной ночью, когда все силы света отправились отдыхать, наружу вышли те, кого привыкли называть злодейками. Стук алых глянцевых туфелек разносится по неживой тихой улице. Свет в окнах уже давно перестал гореть, а до восхода солнца оставалось ждать ещё несколько долгих часов. Неужели жужжание уличных фонарей для неё столь меланхолично? Или всё же тоска по любимой, что ждёт её дома? Она и сама не знает. Иногда ей становится обидно, что никто в такое время не сможет оценить шикарный внешний вид и похвалить безумно дорогие вещи, шитые на заказ. Выветрив из головы последние остатки мыслей не о том, блондинка, глубоко вдохнув, достаёт из кармана смартфон. — Адрес верен. — Лик её окрашивает ухмылка. Сумиреко словила себя на мысли, что убийство старых друзей и товарищей не просто не ново, а нечто обыденное. То, что в её голове не подвергается и обсуждению. Уже по уши измаравшись в крови, девушка лишь думает, как бы поскорей закончить со всей этой морокой. Район удостоился её высокомерного взгляда, после чего она продолжила свой путь. Не успев и шага ступить, дева остановилась — некто позади её окликнул: — Ты ведь Сумиреко Ханабуса, да? — послышался холодный женский голос. Испытав секундный шок, блондинка немедленно обернулась, ничуть не разочаровавшись увиденным. Пустив короткий смешок, Ханабуса промолвила: — Чем я заслужила пристального внимания «Датур», Аконит? Ох, точно, забыла, вы же распались. Ветер задул куда сильнее, будто стальные воли обеих женщин старались перебороть друг дружку. Младшая из них сохраняла уверенную ухмылку, старшая же — с пугающим хладнокровием «погружалась» в голубые очи собеседницы. Аконит нарядилась как на праздник: парадная белая рубашка, накинутый на плечи белоснежный пиджак в клеточку и тонкие слаксы той же раскраски. Бóльший интерес вызывали ножны с торчащей рукоятью, ведь нечасто увидишь лидерку «Датур» готовой к бою. — Как ты меня нашла? И повторюсь, зачем? — переспрашивает блондинка, визуально отмеряя дистанцию между собой и потенциальной противницей. — Преступный мир тесен. Зная о твоей «охоте», несложно было догадаться, что, услышав о распаде «Датур», ты первым делом отправишься убивать Ангельскую слезу, зная, что она осталась без союзников. Спешу огорчить, она уже давно не в моей лодке. Я пришла поговорить. Ханабуса обнаружила себя в непривычном положении. Обычно именно она была той, кто настолько проницателен, что способен «читать» собеседницу. Теперь же читали её саму. Нахмурившись, дева задаёт закономерный вопрос: — О чём же? — Не скажу, что я была невнимательна. Эта девушка терпеливо ждала своего шанса, и вот, когда представилась возможность, Киригая переметнулась к моему главному врагу. Она жила, прикрываясь моим именем, но любовь побудила её сделать свой ход и предать меня. — И что ты меня предлагаешь? Ближе к делу. — Остановись, — выпалила Клаудия, отчего Сумиреко едва не отпрянула. — Ты и твоя союзница Банба заслуживаете уважения и доверия. Вы сильны, спору нет, но сила эта может привести к необратимым последствиям. Вам не время сейчас драться. Вы не выйдите живыми из возможного столкновения. Крона говорила уверенно, зная, какую на самом деле опасность представляют рыцариня и принцесса. Несмотря на внешнее спокойствие и серьёзность, в голосе женщины отчётливо слышались нотки страха. Сказанное ей — не совет, а предостережение. — Оставь Читаро и Хицуги в покое. Это моя к тебе просьба. Словно ужалив словами, женщине удалось ошарашить молодую собеседницу. Веки удивлённой Ханабусы расширились. Она долго хранила интригующее молчание, внимательно глядя на Клаудию. Полминуты спустя тишину ночной улицы развеял громогласный смех Сумиреко. — Хах… хах… ха-ха! Ты стала говорить, как та мелкая уродина Нио! Годы совсем не щадят тебя. Неужели ты настолько наивна, полагая, что я отвечу согласием на столь бессовестную просьбу? Подобным ты меня лишь рассмешила, не более, пхах. — Вытерев слезу после хохота, блондинка смело выпрямила спину и взглянула женщине прямо в карие глаза. — Ты потеряла рассудок, Аконит. Я бы с радостью вспахала твоей головой асфальт, однако признаю, в моём положении будет глупо сражаться с тобой. И я, и моя сторона потеряют много сил. — Конфронтация невыгодна никому. Позволь мне сразиться с Читаро и Хицуги первой. Ежели я не выйду из сражения живой, ты вольна продолжать охоту. — Тогда встречное предложение к тебе: пропусти меня и дай разобраться с ними прямо сейчас. Коль что-то пойдёт не так, вмешайся и добей ослабших противниц, — самоуверенно, будто с сарказмом передразнивала миллиардерка, а затем расположила одну руку на тазе. — Это моя воля, я уничтожу тех, кого раньше называла одноклассницами, не лезь в это. Ты мне не помешаешь. — Так ты ищешь возмездия? — удивлённо задала вопрос мечница, разделяя чувства девушки. — Именно! И я свершу свою месть, но сперва, видимо, мне нужно разобраться с тобой. Своенравная Сумиреко упёрлась, словно бетонная стена, будучи абсолютно уверенной в своих силах подавить лидерку некогда устрашающей своими размерами организации. Аконит, в свою очередь, пугала невозмутимостью; решимость старшей впитывалась в кожу младшей через смелый взгляд. Ни одна, ни другая не желали уступать. Поняв это, Крона обнажила свой чёрный клинок. — Если тебе не терпится с кем-то сразиться, вперёд, я с радостью обуздаю весь ужас твоего гнева. Ты не тронешь их. Малышка, ты и представить не можешь, сколько я шла к своей мести. — Клаудия встаёт в атакующую стойку, один в один напоминающую старую стойку Читаро, направив сверкающее белым светом лезвие на соперницу. — Что скажешь, Сумиреко? В ответ Ханабуса лишь надменно усмехнулась, после чего колко выдала: — Сегодня ты как никогда красива, Аконит. Эта фальшивая кисть тебе идёт. Сорвавшись с места, Ханабуса вмиг сократила дистанцию. Наконец металлический кулак и титановое лезвие столкнулись, отчего земля под их ногами в страхе дрогнула. Небеса и правда поделились надвое в ту беспокойную ночь.