Только твоя рыцариня

Сквозь непроглядный мрак слышится омерзительный звон, отдающий тягучей болью в голове. Он становится громче и громче по мере пробуждения девушки и в конечном счёте добивается того, чтобы та проснулась. Нехотя приподняв веки, Читаро видит лишь размытую комнату, но никак не источник шума, который она попыталась нащупать на прикроватной тумбочке. Виски неприятно пульсировали, глазницы тоже периодически побаливали, а с бухты-барахты оторванное ото сна тело мучали короткие спазмы. Ничего не обнаружив, едва ли не со скрипом в зубах мечница, оперевшись на локти, окидывает помещение взглядом. Рядом как ни в чём не бывало сопела Киригая, спрятавшая своё обнажённое тело под одеялом. Как же Наматамэ не хотелось, чтобы сон её принцессы потревожил какой-то телефонный звонок. В памяти отчётливо запомнился рингтон на телефоне любимой, она часто слышала его во времена «Мёдзё», но с тех пор никаких звонков не поступало. Она осторожно, без лишнего шума, села на край кровати, после чего встала босыми ступнями на холодный пол. Противная мелодия приглушённо играла где-то около стены. Шаг за шагом в голову рыцарини возвращались события ночи. Искусанные в кровь губы, исцарапанная спина, немного забитые мышцы и сладенький вкус Хицуги, навсегда осевший на языке; всё это заставило лицо девушки вновь стать багряным. С бóльшим осознанием приходил бóльший экстаз, пока гордость переполняла пятнадцатилетнюю рыцариню. Она находит среди прочих вещей выброшенные на пол джинсы любимой, откуда и достаёт гудящий смартфон. Рубиновые очи моментально отреагировали на резкий яркий свет, потому прищурившаяся девушка, несильно вглядываясь в имя контакта, принимает вызов. — Здравствуй, не помешала? — Голос неизвестной был мягким и нежным. Сам факт того, что её второй половинке звонит какая-то девушка, судя по манере разговора, хорошо знающая её, заставил мечницу приревновать и занервничать. — Кто это? — довольно грубо ответила Читаро. — Вы с Хицуги знакомы? После недолгого молчания собеседница непринуждённо усмехнулась, но более проницательные отчётливо различили бы нервозность. — Надо полагать, это её… девушка? — Не угадала. Я её жена. Повторюсь, кто вы? И зачем звоните ей? — Мечница нахмурилась и перевела взгляд на спящую Киригаю. — Я всего лишь её начальница с прошлой работы. Вот хотела встретиться и узнать, почему она убивает своих коллег. Зрачки Наматамэ расширились от услышанного, а последовавший за этим надменный смех разозлил ещё сильнее. — Я говорю с лидеркой «Датур», да? — Мечница сжала кулаки. — Верно, Ястреб, — презрительно вымолвила Клаудия. — И с минуты на минуту я приду, чтобы забрать у тебя всё, что тебе дорого. Я убью твою ненаглядную Киригаю, я убью твою наставницу, а после… медленно, смакуя каждую секунду, убью тебя. Дыхание перекрыло, будто она получила сильный разряд. Рыцариня оцепенела от ярости. Если существует что-то, чего Читаро боится больше всего на свете, так это потерять Киригаю. Когда Наматамэ хоть на миг представляет, что любимой больше нет рядом, её передёргивает, уши закладывает, а дышать становится практически невозможно. Едва не согнувшись от мучительной боли в груди, она вспомнила худший момент в своей жизни: истекающее кровью тело Хицуги лежит у неё на руках, а она беспомощно наблюдает, как увядает остаток жизни возлюбленной. Каждый раз, вспоминая это, на глазах Наматамэ сами собой наворачиваются горькие слёзы; та сжимает кулаки, надеясь, что кости сотрутся в порошок. Она поклялась себе, что больше никогда не допустит повторения того рокового дня. Поклялась, что защитит любимую, чего или кого бы это ни стоило. С того момента, как Крона стала угрозой для Киригаи, их счастья и будущего, она стала врагом номер один для Читаро. Мечница больше не собиралась давать ошибкам своего прошлого вмешиваться в настоящее. Сомнений не осталось, Наматамэ решила, что убьёт Аконит. — Тогда я клянусь, что не пощажу тебя, — прошипела рыцариня, после чего сбросила вызов. Даже после звонка девушка не могла успокоиться. Температура подскочила, лицо горело, разъярённый оскал сопровождал мерзкий скрип зубов друг о друга; мышцы на дрожащих руках напряглись, образовав красивый рельеф. Бицепс, трицепс, плечо, предплечье и кисть — везде взбухла целая паутина из толстых вен. Она ощущала себя уже пробуждённым вулканом, лава в котором поднимается всё выше и выше, и процесс этот не остановим. Будто взбешённый красной тряпкой бык, Читаро была готова протаранить головой стоящее перед ней окно. Наматамэ глубоко вдохнула, а после выдохнула. И ещё раз. Но кипящая ярость, словно цунами, привыкла дурачить отливом, следом за коим приходит массивный прилив. Возможно, Читаро не справилась бы со своими эмоциями в эту ночь, но тёплые, обвившиеся вокруг локтя руки на время утихомирили надвигающийся шторм внутри рыцарини. — Любим… — Наматамэ прервали на полуслове. — Тс-с-с-с, давай просто постоим так ещё немножко. — Обнажённая Киригая плотно прижалась к телу рыцарини и положила голову ей на плечо. Принцесса кожей чувствовала злость второй половинки, всё больше убеждаясь, что хитроумная задумка Аконит сработала. Естественно, та, понимая, что уступает во всём, ухватится за любую возможность как-нибудь ослабить Наматамэ. Она уколола Читаро за самое дорогое, специально вывела из эмоционального равновесия, чтобы мечница бездумно кидалась на неё в попытке расправиться. Методы Клаудии смертоносны и почти прозрачны, но Хицуги хватает опыта их прекрасно видеть. Если Наматамэ предстоит драться с противницей физически, то ментальная битва принцессы и Аконит уже началась. По мере того, как на горизонте появлялись первые лучи слепящего солнца, ритм сердца Читаро постепенно приходил в норму. В рубиновых очах погасла ненависть, дыхание теперь ровнее, а девушка куда спокойнее, чем была полчаса назад. Рыцариня зарылась личиком в короткие бирюзовые локоны любимой, вдыхая их пьянящий фруктовый аромат. Они наконец крепко обнялись, как в той пресловутой клятве делясь горем и радостью, усталостью и болью, дабы облегчить плохое и разделить хорошее. Мечница осторожно провела рукой по мягкой щеке Киригаи и там же остановилась. Принцесса видела в её глазах смелость, решимость, каплю настороженности и изредка мелькавшее желание со всем поскорее покончить. — Я хочу, чтобы ты знала, — Хицуги обхватила её ладонь своими и уверенно вымолвила: — не важно, что сегодня случится, я останусь на твоей стороне. Принцесса выбрала лучшие слова. На лице Наматамэ тотчас появилась счастливая улыбка. — Теперь я могу идти хоть против всего мира, хах. — Читаро подметила, как тусклое освещение красиво выделяет все черты и изгибы любимой. — Я люблю тебя, мой цветочек. — И я люблю тебя, только моя рыцариня, — разделив улыбку с ней, призналась Хицуги. Немного полюбовавшись на полураздетую воодушевлённую любимую, низкорослая, начав поочерёдно застёгивать у той пуговицы на чёрной рубашке, поведала об их противнице: — Когда мы с ней выполняли заказ на Джубе, Аконит всегда нападала перед рассветом, под покровом ночи, когда враг измучен. А когда бой в разгаре, солнце уже его ослепляет, вытягивая остатки сил. — Пусть приходит, это наше поле боя. Я знаю каждый уголок на территории этого поместья. Навяжем ей бой во внутреннем дворе, где у меня будет больше пространства. — Рыцариня подобрала с пола джинсы Хицуги и чёрную водолазку. — Хочешь заставить её играть по нашим правилам? — Киригая передала возлюбленной брюки с тёмно-бордовым градиентом. — План Б имеется? — Она и не заметит, как земля начнёт гореть под ногами. Запас её энергии не бесконечен, рано или поздно Аконит выдохнется и станет уязвимой для обычного оружия. — Мечница заправила рубашку и надела свой парадный пиджак. — Я неоднократно видела, что ей можно нанести урон, будь то пуля или взрыв. По всему дому проведён газ, район полон автомобилей с горючим, уверена, мы застанем её врасплох. — Хицуги поправила свою чёлку и закрепила на поясе кинжал, дав в руки Наматамэ «Грифона». — Готова? — Да, а ты? — Читаро поняла всё по её глазам, после чего вернула на лицо уверенную улыбку. — Покончим с ошибками нашего прошлого, любимая. *** Она была очень избирательна в своей тактике на бой и иногда ходила на тонкой грани с изощрённым желанием превзойти противника во всём. Рождённая и жившая в войне сегодня готова расстаться со своей жизнью в эпицентре самой важной для неё войны. В голове её твёрдо засела одна мысль: «Мне страшно». Прокручивая это снова и снова, тело раз за разом пыталось отговорить её двигаться в сторону злосчастного поместья. Мандраж, судороги, холодный пот и участившееся дыхание. В очередной раз женщина спрашивает себя: «А нужно ли?» Не лучше ли будет укрыться где-нибудь, струсить в последний момент, но зато остаться в живых хотя бы до ещё одного рассвета? Сколько же лет её мучают подобные вопросы. Позади неё не осталось ничего и никого, впереди не видно ясного будущего. Так почему бы не попробовать в последний раз? Убегать уже всё равно некуда и нечего больше терять. Клаудия не солгала, стоя на рассвете перед величественными железными воротами. За ними было крупное поместье, от которого веяло до дрожи знакомой аурой. Женщина ощущала её как нечто, медленно проникающее в кожу через поры. Незримые иголки. Холодок проходил по телу от одного осознания, что частички противницы заполняют и подавляют тебя изнутри. Покрыв кисть энергией, Аконит небрежно пробивает ворота и открывает себе путь во двор. Сделав шаг вперёд, женщина начала отчётливо слышать каждый беспокойный стук своего сердца, участившийся пульс, вдохи и выдохи. Через точно такие же ощущения она проходила пять лет назад, сразу узнав подавляющую дух энергию Читаро. Единственное, что помогало ей как-то сопротивляться — собственная сила, но и той едва ли удавалось давать отпор. Медлить было нельзя. Крона уверенной походкой двигалась к входной двери, как вдруг та открылась. Оттуда на гэнкан вышли Наматамэ и Киригая. Судьбоносная встреча случилась. Между этими тремя было столько слов, что выговориться не хватит всей жизни. Столько обид, что на искупление уйдут столетия. Они дошли до той точки, когда разговоры — пустая трата времени, слишком уж много крови пролито. Им наконец предоставился шанс раз и навсегда положить конец вражде, либо уничтожив её, либо быть уничтоженными вместе с нею. — Ты осталась одна, — иронично уколола Киригая. Принцесса испытывала отвращение, смотря на бывшую соратницу. Она стала для неё олицетворением того прошлого, в котором имели место быть убийства и обман Читаро. Девушке хотелось прикончить Аконит только за то, сколько боли её существование приносит Наматамэ. — Я была одна с тех пор, как не стало моей капитанки. Сегодня я пришла отомстить, поэтому нет нужды сожалеть о содеянном. — Женщина сконцентрировалась и начала скапливать энергию. — Вижу, ты, Хицуги, обрела своё счастье. — Рядом с Читаро я могу быть собой, не прятаться за ложью и не стесняться своих недостатков. Она полюбила худшую версию меня, которую ты активно лепила. Крона, единственная преграда для нашего счастья стоит перед нами. Принцесса указала на неё пальцем. Гостья ответила раздражённой ухмылкой, после чего закатила глаза и вздохнула: — Знаешь, а вы стоите друг дружку. Две лгуньи, прикрывающие убийства «защитой своего счастья». Я насквозь вас вижу. — Волнение, страх, мандраж — всё это постепенно перерастало в ярость, усиляя бьющую через край белую энергию. — Твоя «невинная» рыцариня вскипает от желания меня убить. Не важно, заслужила я того иль нет, Читаро по сей час наполнена злобой. Сколько бы ты не старалась, сколько бы не молила Хицуги о помощи — всё равно тебе никогда не удастся измениться. Ты осталась тем же Ястребом с Виргинских островов, убившим миллионы по воле прихоти и отнимающим жизни за парочку золотых монет. Наматамэ оскалилась, деревянный пол под их ногами треснул, а тремор распространялся едва ли не по всей территории поместья. Жутковатая алая аура полупрозрачным слоем укутала рыцариню. Вокруг девушки почти невозможно было находиться в верхней одежде, ведь даже растения в нескольких метрах тут же иссыхали и вяли. Не ясно почему, но принцесса не попадала под действие аномальных способностей. В данный момент разум девушки занят совершенно иными мыслями. Она взялась за рукав любимой, на лбу которой уже вспухли вены. Для мечницы это ощущалось так, словно к разгорячённому телу приложили пакетик льда. Взгляд Кроны чересчур неожиданно изменился. Женщина как будто смотрела на Читаро с трепетом, неторопливо шагая в сторону пары. — Люди говорят: «Если бой один на один, Читаро победит». — Клаудия вынула из ножен прекрасную чёрную катану. — На суше, на море, в воздухе — убийца, известная как сильнейшее существо из ныне живущих. — Это моё сражение, а она порождённая моими ошибками проблема. — Преисполненная решимостью Читаро сжала рукоять всё ещё спрятанного в ножнах клинка. — Я разберусь с ней! Хицуги никогда не видела её такой. Впервые Наматамэ жаждала уладить конфликт самостоятельно, намеренно пытаясь держать любимую подальше от всего, что связано с блондинкой. Читаро решилась. Несмотря на план, девушка опрометчиво выходит вперёд, спрятав любовь всей жизни позади. Девушка больше всего на свете желала возразить и тотчас встать бок о бок с рыцариней, но неестественное рвение последней взяло над Киригаей верх. Сейчас лучше наблюдать и ждать момента, когда понадобится помощь. Крона стояла всего в нескольких метрах, лезвие её меча покрылось белой оболочкой. Женщина прыгает на соперницу, оттолкнувшись от земли с такой силой, что там образовалась яма. В воздухе она хватает рукоять двумя руками, заправляя клинок за спину. — Я явлю твоё истинное лицо, Ястреб! Наматамэ поражает стремительный старт дуэли. Молниеносно среагировав и горизонтально выставив клинок перед собой, девушка успешно блокирует выпад. От столкновения двух легендарных лезвий разлетаются искры. Клаудия пытается пересилить оппонентку, прикладывая столько усилий, что нежные кисти покрываются витиеватыми венами. Женщина твердо упёрлась ногами в деревянный пол, вдвое больше вливая энергии внутрь катаны, противостоящей «Грифону». Лезвие последнего лишь сейчас начало излучать алую ауру, становившуюся всё ярче и ярче. Энергетическое столкновение привело к импульсу, сотрясшему половину района. Крона бросается в свирепую атаку, чередуя удары по голове и корпусу. Они почти незримы для обычного глаза, но рубиновые очи, словно сенсор, отслеживают каждое резкое движение. Женщина буквально не даёт сопернице хотя бы раз спокойно вздохнуть, оказывая агрессивный прессинг. Каждое режущее движение чёрной катаны заряжено белой энергией, опять-таки подтверждая стремление блондинки задавить Наматамэ градом бесконечных ударов. Читаро узнаёт в её движениях и стойке более молодую версию себя, что использовала идентичный стиль, унаследованный от Айзавы. Без сомнений. Положение обеих рук на рукояти, вес тела на опорной ноге, наклон корпуса вперёд, чтобы всегда иметь возможность достать до цели — стиль фехтования, оттачиваемый рыцариней долгие годы. Но дева с пышной бордовой шевелюрой также поняла, что Аконит «модернизировала» его. Вернее, украла её приёмы, ведь это Наматамэ додумалась вкладывать чудовищное количество энергии в удары и использовать ненависть как оружие. Рыцариня пятится назад, но при этом никогда не отступает по прямой линии, меняя угол и направление. Таким образом Читаро оставляет для себя возможность контратаки, если заигравшаяся Клаудия потеряет равновесие. Пока что младшей мечнице остаётся только отбиваться, используя каждый миллиметр данного ей пространства. Подобно вихрю, женщина атакует под разными углами, неизменно целясь либо в живот, либо в голову. Звук во время короткого соприкосновения лезвий напоминает ковку чего-то металлического на наковальне. Громогласный звон и еле слышный скрип. После любого взмаха мерцают багряная и белая вспышки, озаряя внутренний двор чарующим свечением. Клаудия не жалеет ни сил, ни энергии, её катана молниеносно меняет вектор атаки, из горизонтального положения переходя в вертикальное и обратно. Движения Аконит напоминали дровосека, пытающегося срубить очень толстый ствол дерева. Она атаковала основание, иногда чуть выше, но ей всегда казалось, что следующий удар точно станет последним, а дерево рухнет. Этого не происходило. И опять. И снова. Читаро всегда удавалось отойти немного назад, в сторону, вовремя сблизиться и завязать оппонентку в клинче. Лезвие чёрной катаны неизменно встречалось с другим легендарным мечом, блокирующим очередной смертельный взмах. Всё дело в стиле фехтования Читаро. Его движения сосредоточены непосредственно рядом или вокруг тела использующего, что позволяет блокировать любые возможные выпады противника. Эта техника создана для наиболее пассивных и мирных людей, ибо практически не включала в себя приёмы нападения. Философия стиля называлась «Око бури». Мечница представлялась этим самым оком в событиях эпицентра боя, но спокойным и ничем нетронутым, что достигалось чрезмерной концентрацией на защите. Люди, использующие её, предпочитали выжидать, пока оппонент выдохнется, прочитывали его движения и контратаковали в наиболее подходящий момент. Благодаря защитному стилю Читаро и способна стоять напротив Кроны, не боясь быть убитой одним из её бесчисленных выпадов. Она ожидает и выискивает слабые стороны женщины. Единственный минус данной формы фехтования в том, что та являлась именно оборонительной, предназначенной больше для выживания, чем для победы. Только такая мастерица, как Читаро, могла эффективно атаковать с этим стилем. Будучи более юной, рыцариня использовала другую форму фехтования, изобретенную её наставницей — Айзавой Игами. Крона тоже является одной из приверженцев этого стиля. Он заключается в непрекращающихся агрессивных, мощных, широких атаках с огромным количеством применения акробатики. Прыжки, выпады, сальто — всё это помогало пользователю атаковать не только спереди, но и сбоку, сзади, обескураживая врага. Разумеется, у формы также были свои минусы: потребление неимоверного количества внутренней энергии и сил, необходимость открытого пространства, слабая защита; Наматамэ по сей день полагает, что все эти факторы стали причиной поражения Айзавы на войне сильнейших. Увидев фатальные недостатки изобретённой наставницей формы, Читаро и перешла к максимально оборонительной. Клаудия теснит Наматамэ, заставляя ту задыхаться от сумасшедшего темпа поединка. Не позволяет обдумать даже следующий шаг, размашистыми ударами стараясь разрубить мечницу. Казалось, что разъярённая блондинка машет наугад, надеясь только на грубую силу. Отчасти правда. Честно фехтовать с рыцариней — себе дороже. Аконит постоянно меняла угол атаки — катана косыми взмахами искала путь к телу противницы. Слева, справа, под углом. Защита Читаро безупречна. По ходу встречи девушка становилась всё менее скованной, не загружала голову и наперёд видела любое, даже самое незначительное движение оппонентки. Рыцариня избрала иной метод обороны, исключительно эффективный и надёжный. Дева зачастую не блокировала, а отбивала лезвие чёрной катаны в сторону, дабы забить её мышцы, доставить дискомфорт кисти и, что главное, выиграть драгоценные мгновения, пока Клаудия вернёт руку в прежнее положение. При этом вес тела молодой мечницы всегда оставался на задней ноге, это давало возможность оттянуться и уйти с линии нападения. Похоже на шахматную партию, где двум гроссмейстеркам необходима лишь одна ошибка, чтобы поставить эффектный мат. Неудачно срезав угол, Читаро обнаруживает себя прижатой спиной к одному из яблочных деревьев — скверная позиция. Крона тут же настигает её, словно голодная пума набросившись на добычу. Удары Аконит как никогда сильны, но в то же время бездумны. Наматамэ заблокировала две размахайки в туловище, нагнулась, а после отбила ещё атаку. Девушка поняла, что настало время огрызнуться. За резким движением вперёд последовал колющий удар в грудь; Клаудии удалось защититься, но её ожидал разящий пинок в голень. Две контратаки позволили рыцарине уйти вправо от дерева и уже самой наседать на прижатую к стволу соперницу. Недолгий размен на встречных курсах оканчивается тем, что Читаро пропускает неприятный удар ногой в живот, принудивший её разорвать дистанцию и отпрыгнуть назад. Бой складывается куда сложнее, чем предполагала Наматамэ. Во враге слишком много ненависти. Нехотя, но девушка решает перенести схватку внутрь поместья, где, несмотря на дефицит пространства, могут появиться новые возможности для нападения. Крона рывком догоняет Читаро, добавив себе манёвренности сменой хвата рукояти на одноручный. Женщина вновь берёт небрежный замах, что только на руку молодой оппонентке, отошедшей назад; Аконит завалилась вперёд и потеряла равновесие. Переняв эстафету, рыцариня совершает три коротких взмаха по трём этажам — ноги, корпус, голова. К удивлению атаковавшей, молниеносные удары были заблокированы благодаря вовремя выставленной вертикально катане. Это не смутило Читаро: она сразу же схватила запястье женщины и контратаковала локтем в челюсть, после чего предприняла попытку отрубить потрясённой сопернице голову. Лезвия сталкиваются, ослепляя ярким свечением двух энергий и оглушая мерзким скрипом металла. Крона отбрасывает соперницу, и смертельный танец продолжается, равно как и агрессивное наступление женщины. Девы зачарованы битвой настолько, что почти полностью игнорируют окружение. Читаро ногой выбила дверь и продолжила пятиться назад, даже когда они оказались в тесном коридоре. Там Крона окончательно разбушевалась, махая катаной из стороны в сторону настолько яростно, что стены разлетались в щепки. Потихоньку приближалась точка кипения. С каждым новым столкновением мечей ударная волна втрое усиливалась, сотрясая уже не только поместье или район, а весь город. Рубка на встречных курсах продолжалась вплоть до кухни; как полагала Наматамэ, здесь защищаться от выпадов противницы станет легче. Так и произошло. Она сумела отбить в сторону два размашистых удара и даже зажать лезвие чёрной катаны между «Грифоном» и раковиной, но в этот момент рыцариня пропустила точный удар кулаком в челюсть. Согнувшись, Читаро получает парочку коленей в живот, после которых Крона намертво сжала её тонкую шею. — Кха!.. — Дыхание перекрывает, будто по телу прошёл мощный разряд. Ни вдохнуть, ни выдохнуть, горло беспощадно жжёт. Пресс тянуще ноет, хват Клаудии стал намного крепче. Правая кисть невольно разжимается, лишив деву верного оружия. Блондинка возвышается над ней, перекрыв кислород и почти прижав ненормально прогнувшуюся в спине противницу к полу. Наматамэ отчаянно рыпается, до последнего не давая Клаудии ощутить превосходство. Молодая мечница, совсем не жалея побагровевшее горло, резко дёргается туда-сюда, из-за чего хватка женщины ослабевает. Воспользовавшись появившимся шансом для контратаки, обладательница рубиновых очей с маху, вложив весь вес, бьёт Крону локтем в висок, принуждая уже её согнуться от тотчас наставшего головокружения. Далее комбинацию завершили два ответных колена в корпус женщины и хлёсткий удар ногой в голову. «Почему её удары сильнее, чем протезы Сумиреко Ханабусы?!» — последнее, о чём Крона успела подумать. Следующие мгновения пролетели перед глазами женщины, словно слайд-шоу. Её сознание отключилось. Почва будто провалилась из-под ног, а тело застыло вплоть до полного приземления. Память об ударе напрочь отшибло. После падения Аконит настигли ужасные головные боли и омерзительный звон в ушах, но хотя бы рассудок потихоньку приходил в норму. Рыцариня успела сделать несколько бесценных вдохов. Читаро без раздумий кинулась добивать ошарашенную и обезоруженную Клаудию, кое-как поднявшуюся на ватные руки. У женщины совсем не остаётся вариантов, и она, жадно пытаясь выжить, бросается в ноги. Ей удалось перевести противницу на землю, но последствия предыдущей атаки безжалостно высасывали последние силы. Из покрасневшего носа бежала густая кровь, язык не мог досчитать двух зубов. Сейчас это не важно, женщине всё же предоставилась возможность отдышаться, но Наматамэ не хочет ей этого позволять. Дева колотила её макушку локтями, отпихивала намертво вцепившуюся Аконит, искавшую возможность улучшить позицию. Так как голова старшей зарылась на уровень таза, младшая не могла провести ни удушение, ни болевой приём. Оставалось только вернуть бой в стойку, где за счёт более разнообразного арсенала у Читаро имелось преимущество. Рыцариня протиснула руку ей в под мышку, разорвав захват и встав на ноги. — Твой грэпплинг невероятен, — вытирая кровь с лица, похвалила Клаудия. — А твой — ужасен. — Мечница пробует повторить удар ногой в голову, но на сей раз женщина перекрывается и отвечает неприятным ударом в голень. Противницы сокращают дистанцию. Блондинка выкидывает разведочный удар левой, Наматамэ опередила её, молниеносно контратаковав правой. Вскользь зацепив висок, девушка следом наносит мощный удар ногой в живот. Желая тут же отквитаться, Аконит подпрыгивает и бьёт коленом в челюсть — ножки обладательницы бордовой шевелюры загуляли, в очередной раз запутав бросившуюся в необдуманную атаку противницу. Всего на миг ослабив бдительность, женщина пропускает левый боковой навстречу, сваливший её с ног. Читаро хватается за упавшего «Грифона», заряжает энергией и заносит над лежащей противницей, коей тоже удаётся нащупать потерянное ранее оружие. Клаудия в последний момент успевает покрыть катану аурой и защититься. Когда лезвия заклятых врагов столкнулись, импульсная волна уничтожила почти весь первый этаж, выбила окна во всём поместье и пошатнула здание. Киригая продолжала стоять на гэнкане. Она закрылась рукой от поднявшейся пыли, обеспокоено глядя в сторону ожесточённой схватки. Дева чувствовала себя никчёмной, беспомощной. Хотелось разбить лоб в кровь и выть. Молитвы за любимую уже начинали царапать горло. — Места себе не находишь? — до рёва знакомый голос донёсся позади. — Тебя не хватало… — с отвращением огрызнулась принцесса, схватившись за дверную ручку. — Отойди от меня, иначе воткну кинжал в селезёнку. — Вообще-то, это мой дом, поэтому угомонись. — Игами неспешно поднялась по ступенькам и присела на одинокое кресло в углу. — В день, когда я не убила Аконит, я знала, что она рано или поздно придёт за Читаро. И так находившуюся на грани нервного срыва Хицуги замкнуло, и та резко обернулась. Пересилив желание плюнуть бывшей противнице в лицо, принцесса сделала пару шагов к ней. Кулак сжался сам по себе. — Что ей нужно от моей жены?! — недовольно фыркнула Киригая. — Умоляю, не называй её так, иначе меня стошнит… мерзость… — Женщина поднесла ладонь ко рту и наигранно сдержала рвоту. — Я тебя сейчас… — Спокойней, отставим шутки в сторону. Мне хватило вчерашней ночи и ваших стонов. Спасибо, я думала, что мне снится кошмар. — Айзава закатила глаза, после чего более серьёзно посмотрела на собеседницу. — Ты слышала о поборниках Шио? Девушка задумчиво промычала и полминуты спустя отрицательно покачала головой. — Неудивительно. Ты слишком молода, да и правительство тщательно скрывает любые сведения об их шайке. — Причём тут они? — С каждым следующим грохотом Киригае становилось сложнее сохранять хладнокровие. — Поборники Шио — легендарная команда убийц, неофициально правившая миром из тени ещё до прихода «Датур». Сильнейшая в своей эпохе. — Игами рассказывала о них с недюжинным уважением, испытывая ностальгию по минувшим дням. — Их капитанкой была королева убийц, самый свободный человек в мире — Наматамэ Шио. Услышанное перевернуло мир девушки с ног на голову. Янтарные зрачки расширились, она не могла поверить в это. Киригая дрожащим голосом спросила: — Мама… Читаро?.. — Я могу понять твоё смятение. Богатство, слава, сила… Наматамэ Шио имела всё. Женщина встала с кресла, печально уставившись вдаль. Некоторые вещи ей всё ещё сложно отпустить. — Да, ты права, родителями Читаро были Наматамэ Лала и Наматамэ Шио. Две могущественные женщины, плод любви которых полностью перенял их лучшие качества. Но не одна Шио наводила страх на мир. — Кто ещё был там? — Хицуги понемногу начинает углубляться в жизнь любимой, терзая себя за то, что знает ничтожно мало. — Пиратка Киино Корэ, бывшие адмиралы «Датур» — Арамаки и Мирей, сильнейшая мечница в мире — Ёру Ташиги, чернокнижница Юри Меичи и Крона Клаудия, более известная как Аконит. Сложно поверить, что такие личности были всего лишь подчинёнными, но факт остаётся фактом — Шио имела управу на всех них. — Б-Безумие… директриса Юри. Аконит… И все они работали сообща?.. — В голове принцессы творился хаос. — Каким же могуществом они обладали… Почему я о них не знала? Почему Аконит молчала? И где они вообще?! Разом появились сотни вопросов, которые девушка без раздумий вывалила рассказчице. Игами вздохнула, пальцами массируя переносицу. — Не так быстро. Я не настолько молода, чтобы слова от зубов отлетали. Как я уже говорила, правительство тщательно скрывает их существование, дабы снизить риск появления подражателей и тех, кто вдохновится ими. Что касается Аконит… Для неё это больная тема. — Айзава интригующе притихла, сочувствующе опустив взгляд в пол. — Не было на свете человека, которого Крона любила бы больше своей капитанки. Как мне рассказывала Ёру, она была готова без раздумий отдать жизнь за Шио. Смотрела на неё с очарованием и восхищением… — Кто остановил их?.. — Киригая прикрыла рот ладонью, догадываясь, к чему всё идёт. — Около пяти лет назад правительство в отчаянии наняло единственную, кто, по их мнению, мог составить Шио конкуренцию. Её дочь — Читаро Наматамэ. Лишь потому, что та являлась её наследницей и родной кровью, Шио согласилась сразиться один на один. А после победы над ней команда распалась, десятилетняя Читаро получила славу и признание в преступном мире. Вот поэтому Аконит мечтает отомстить. Твоя жена, пусть и неосознанно, забрала у неё всё, чем она дорожила. Убийцы несут лишь страдания, никому не давая счастья взаимен… Для Киригаи наконец сложился весь пазл. Теперь, узнав важные детали её прошлого, она намного лучше понимает чувства рыцарини. Девушка легко улыбнулась. — Ч-Читаро победила Шио?.. В десять лет?.. Хах… Пха-хах… И почему с каждым днём я восхищаюсь ей всё больше?.. — Киригая рассмеялась на ровном месте, приложив руку ко лбу и широко раскрыв глаза. — Ты удивительна, любимая. Такая реакция застала Игами врасплох. Женщина вопросительно изогнула бровь и спросила: — Удивительна потому, что сражалась насмерть с собственной матерью? — Хех… нет… нет-нет-нет. — Принцесса приложила ладонь к сердцу. — Потому что у неё каждый раз получается меня удивить. Я счастлива. Теперь у меня есть чёткое представление о том, кто такая Читаро Наматамэ. Спасибо тебе, Айзава. — Перестань нести ерунду, будто бы хватило пары… — Я поняла, насколько моя Читаро неидеальная. И я люблю это… Так же сильно, как и её хорошие стороны. Хицуги ошарашила бывшую противницу. Игами ожидала от неё всё, кроме подобных слов. Через призму сомнений женщина осторожно полагает, что Ангельская слеза и правда могла сгинуть. Стоящая перед ней девушка совершенно не та, с кем Айзава билась пять лет назад. Она знает, что значит «любовь». Принцесса обернулась на грохот внутри поместья. По отдаляющимся звукам ясно, что бой перешёл на второй этаж. Девушка стиснула зубы и едва не приложилась по входной двери. — Мы можем чем-нибудь помочь ей?! — нервно прошипела Киригая. — Сунешься — и точно умрёшь, не глупи. — Игами сохраняла трезвый рассудок. — Попросту не будешь поспевать за их атаками и движениями. Как ты собралась драться? Хицуги фыркнула. — Не знаю… — Ты очень сильна. Настолько, что будучи ребёнком дала равный бой разгневанной мне. Ныне твои показатели выросли стократно, но есть одна загвоздка… У тебя нет энергии. — Женщина вытянула вперёд руку и кисть тотчас обволокла синяя аура. — В любом случае ни обычные люди, ни элитные убийцы никогда не достигнут и трети того, что могут обладатели энергии. — Я не понимаю… — Девушка нахмурилась, а потом возмущённо уставилась на собеседницу. — В чём её сила? Какова природа? Что она даёт?! Как мне получить эту вашу энергию?! Айзава рассеяла ауру. Женщина в который раз видит упёртый характер Киригаи, иногда граничащий с тихой яростью. Спокойный омут и правда прячет демонов. В разговорах появляется возможность получше узнать о принцессе, что проницательная Айзава и делает. — Начнём с того, что пробудить энергию способен лишь один из миллиарда человек. Она, как ты могла догадаться, не приходит из ниоткуда. Энергия есть во всём, что нас окружает: воздух, вода, земля, деревья, предметы и даже души. Пользователь поглощает её в себя. — Сначала ты говорила о «пробуждении», а не о поглощении. — Пробуждают внутреннюю, а уже потом человеку становится под силу вбирать в себя окружающую энергию и при необходимости высвобождать. Смешав внутреннюю и внешнюю, получится создать куда более мощную энергию. Благодаря ей многократно усиливаются физические возможности, скорость, реакция, рефлексы и базовые характеристики. Степень владения можно оценить по количеству выделяемой ауры. Покрыть кисть или меч легче, чем, к примеру, полностью укутать тело. — Игами вспомнила собственные тренировки и тренировки Читаро. — Научиться правильно сдерживать, контролировать и направлять её — чрезвычайно сложно, ведь природа энергии — эмоции. Поражённая Киригая вопросительно изогнула бровь. — Всё зависит от эмоций? Как это? — Совершенно верно. Только благодаря выплеску эмоций я сумела столь долго продержаться против всей «Датуры». Из раза в раз моя выносливость восстанавливалась, энергия залечивала смертельные ранения и испаряла яд. Я становилась сильнее, когда вспоминала о смерти дочери. Ярость, скорбь, обида… аура питается ими, равно как любовью. Чем сильнее испытываемые эмоции, тем сильнее энергия. — Женщина взялась за подбородок и задумалась. — Вчера Читаро покрыла себя пламенным покровом, помнишь? Девушка похлопала глазками, обрадовавшись, что схватывает на лету. — Он, кстати, не приносил мне вреда и даже перебрался на моё тело. — Киригая стукнула кулаком о ладонь. — Внутри было тепло… Я чувствовала себя в полной безопасности. — Не претендую на истину, однако Читаро вполне могла достичь могущества, доселе недоступного ни одному из смертных. У неё есть одна пугающая особенность, коей не было ни у меня, ни у Шио, ни у Кроны. — Женщина насторожилась. — Её энергия неисчерпаема. Любой другой рано или поздно выдохнется и не сможет сконцентрироваться на поглощении. Но она совершенно иная… вся использованная энергия тотчас возвращается к ней. Вкупе с тем, что она до потери рассудка влюблена в тебя, энергия пассивно питается эмоциями и вырывается наружу, обретая облик пламени. Игами сама побаивается теоретических возможностей бывшей ученицы. На то были веские причины. — В режиме «высвобождения» энергии Читаро буквально непобедима. Никакая атака не пройдёт сквозь ауру из пламени. Она способна создавать удары такой разрушительной силы, что они будут равны тысячи взрывающихся солнц. — Сказанное Айзавой испугало даже Киригаю. Та нахмурилась. — Не ясно, почему Читаро не войдёт в него сию минуту, но смело предположу, что она сдерживается. Принцессе хватило пары мгновений, чтобы понять ход мыслей женщины. — Она боится зацепить нас? — И, зная Читаро, она искренне верит, что на голову выше Кроны в базовом состоянии. — Разве это не так? — Хицуги видела все чудеса, которые Наматамэ творила без режимов. — Так, но вчерашняя ссора плохо повлияла на психологическое состояние Читаро. Не используя высвобождение, она всё ещё уязвима к эмоциям. — Женщина повернула голову к поместью. — Вопрос лишь в том, сколько она сможет сдерживаться и просто фехтовать с Кроной, дерущейся в полную силу. Ответа от Киригаи не последовало. Вдруг наступившая тишина порезала Айзаве уши. Взглянув из-за плеча, та увидела принцессу, стоящую с виноватым видом. Казалось, что слова застряли в горле девушки. Хицуги подняла глаза на бывшую противницу, незримо корчась от жжения гортани. Терпеть невмоготу. — Мне очень жаль твою дочь… Мой поступок непростителен… Игами едва сдержала измученный годами крик. От злобы лицо горело, виски́ неприятно пульсировали. Женщине противны не сами извинения, а их искренность. Словно сыпят соль на рану, помогая той скорее зажить. Токи бы точно простила… — Просто будь наготове… Ты единственная, кого она послушает. Ты нужна Читаро, — стоя спиной к принцессе, сказала Айзава. *** Противницы сошлись в центре комнаты. Ни одна не пятилась назад. Сродни двум яростным буйволам, упёрлись ногами в пол и «бодались» на мечах. Ближний бой испытывал их скорость, физическую силу, смекалку; необходимо предугадать выпад оппонентки, защититься и нанести собственный удар, иначе будет поздно отступать. Бой напоминал смертоносный танец. Средь серии невидимых обычному глазу атак дуэлянтки сжали рукояти и замахнулись. Далее клинки обеих встретились в очной схватке. Скрип металла сменился наэлектризованным гулом, помещение озарила слепящая красно-белая вспышка. Они одновременно выбросили удар, столкнув заряженные энергией кулаки. Мечницы кряхтели, скалились в отчаянной попытке пересилить друг дружку. Секунды ощущались часами. Импульс отбросил их в разные концы комнаты, но Клаудия сумела подняться быстрее и, оттолкнувшись от стола, наброситься на рыцариню сверху. Рубиновые очи в спешке оглядели комнату, остановившись на находившейся в паре метров раковине. Читаро влила внутрь водопроводного шланга столько энергии, что тот моментально лопнул и окатил Крону горячей водой. Женщина промахнулась, удар пришёлся по деревянному комоду, а Наматамэ уже уверенно встала на ноги. Шаг за шагом Аконит теряла самообладание — всё шло из рук вон плохо. — Я ненавижу тебя! — свирепо завопила блондинка, пока перед глазами мелькала их первая битва. — «Ты… осталась такой же… Твой надменный взгляд, хищное спокойствие, уверенная стойка… Откуда в тебе столько высокомерия?!» Клаудия ненавидела всё, что с той связано. Даже манера речи, характер, движения, тело, алые волосы. Почему она так непохожа на свою прелестную маму? Аконит отказывается верить в их родство. Нет, эта дьяволица не имеет ничего общего с её бесценной капитанкой. Полная противоположность. Антипод. Смотря на неё, женщина каждый раз возвращается в тот проклятый день… *** Шесть лет назад. Остров Скариф, юго-восток тихого океана. Восемнадцать часов по всему земному шару бушевали землетрясения, небеса разверзлись на тысячи километров, а мировой климат менялся каждые пару минут. Наконец всё утихло. Поборники Шио были словно на иголках. Волнительное ожидание исхода боя матери и дочки медленно, но верно убивало. Среди всей команды только первая помощница, правая рука капитанки Клаудия, не могла найти себе места. Ходила по берегу взад-вперёд, неровно дышала, бранилась. — Юри, ну что там?! — нервно спросила она. — Терпение, Крона, терпение. — Меичи наблюдала за битвой, используя чёрную магию. Заклинание требует, чтобы глаза были закрыты. Ёру Ташиги, сидевшая на валуне неподалёку, успокаивала светловолосую соратницу: — Незачем волноваться… она всегда справлялась. — Взглядом сильнейшая мечница обратилась ко всей команде с немой просьбой присоединиться к её мнению и выразить сочувствие. — По-моему, всё закончилось. Уже пару минут ничего не слышно, расслабься, — добавила Арамаки, после чего отпрыгнула от дёрнувшейся Клаудии. — Закройте пасть! — выругалась блондинка, желавшая уйти прочь от нервировавших подчинённых. Вдруг красноволосая чернокнижница перестала левитировать и встала посреди других девушек, собрав взгляды всех присутствующих. Томительное ожидание поборников кончилось болезненным: — Бой окончен… — вполголоса сказала Юри. Все собрались вокруг неё и умолкли. Женщина добавила поникшим тоном: — Наша капитанка пала… Ч-Ч-Читаро… Она… победила… Сердце Кроны со звоном разбилось на десятки осколков. Те вонзились в душу и психику. Время словно остановилось. Дева чувствовала, будто из неё выдернули нечто, без чего невозможно ни дышать, ни любить, ни говорить, ни слышать. Уши заложило, голова пошла кругом, тело двигалось само по себе. По раскрасневшимся горячим щёкам начали стекать полосы прозрачных слёз, блестевших на садившемся солнце. Всё как в тумане. «Ненавижу» — единственная мысль. — «Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!» Клаудия бросилась в океан. Никто не пытался её остановить, команда понимала, что она переживает утрату больше всех. Бесполезно что-либо делать — худшее уже случилось. Стоя по колено в тёплой воде, блондинка заплаканными глазами смотрела на горизонт. Шио была для неё всем. Никого она так не любила, как её. Теперь все совместные путешествия, все чувства, всё проведённое время вместе… стали всего лишь воспоминанием. Сожранная скорбью, мечница вопрошала: «Почему это произошло именно со мной?» Как же несправедливо. Клаудия рухнула на колени и напряглась так сильно, что начала дрожать. Девушка истерично завопила. Отчаяние, беспомощность… крик порезал уши всем. — Шио!.. — провыла Крона. — Почему ты оставила меня одну?! Девушка рыдала вплоть до потери сознания. Рыдала до тех пор, пока опухшие веки не стали слишком тяжелы. Эти события глубокими шрамами въелись ей под кожу, напоминания о себе по сей день. *** Сгустки белой энергии просачивались через пол, стены и потолок. Полупрозрачная аура тянулась к женщине, наслаивалась и периодически вливалась в неё. Мощный тремор сотрясал здание. Читаро становилось труднее противостоять Клаудии. Осанка рыцарини сломалась, ноги подогнулись в коленях, а дрожащие от напряжения руки еле-еле удерживали клинок. Наматамэ кривилась, чувствуя, как оппонентка становится сильнее: её мощь, реакция, скорость, давление и выносливость стократно возросли. Когда мечница поняла, что уступает, было уже слишком поздно. Белый свет затмевал алый. — Ты отняла у меня всё! — со слезами на лице прорычала женщина. Эмоциональный всплеск подарил ей второй шанс. Аконит пересиливает Читаро, впоследствии отбросив импульсом так сильно, что та пробивает телом толстую деревянную стену. Шокированная Наматамэ пролетает три этажа и жёсткого ударяется спиной о землю. На миг она окоченела. Вдоль позвоночника прошёл оглушающий разряд. — О-Она… пересилила м-меня?! — лёжа на холодной траве, недоумевала девушка. — Н-Невозможно… Приподнявшись на вялые руки, рыцариня обнаруживает стоящую перед собой противницу. Тело Клаудии окружала белая аура, образуя подобие барьера. Во взгляде старшей читалось презрение, отвращение, сжигающий изнутри холод. Оскалившись, Читаро попыталась встать и продолжить бой, но мгновенно потеряла точки опоры и повалилась на землю. За те секунды, что понадобились девушке для подъёма, Крона успела пинком подсечь её руки. Разница в скорости невероятна. Базовое состояние сковывает Наматамэ. Пока сдерживается и дерётся вполсилы, она уступает во всём. — Знаешь… — отдавливая мечнице пальцы, молвила Аконит. — Я слишком много лет держала боль внутри… Мне будет мало твоей смерти. Хочу заставить тебя страдать… сожалеть… почувствовать то же, что и я. Читаро разъяренно выла от боли и гнева. Первая стадия алого покрова вышла наружу. Тусклые сгустки выделялись из тела девы, подобно хозяйке «закипая». Столь жалкого количества энергии недостаточно, и Клаудия спокойно пинает противницу на несколько метров. Сама женщина устремилась обратно в поместье. Огромные запасы энергии Айзавы помогли Кроне отследить двух оставшихся людей в доме. Шагая по руинам первого этажа, она встречает их в разрушенной гостиной. Те явно были не рады видеть здесь блондинку. — Где Читаро?! — озлобленно прорычала Киригая, глядя на бывшую соратницу. — «Нет такого исхода, при котором Аконит бы победила! Любимая, умоляю, перестань беспокоиться о нас и сотри её!» Женщина не видела здесь настоящих конкуренток. Всё выглядело проще, чем отнять конфетку у ребёнка. Некая обида из-за предательства Хицуги тлела внутри, но жжение затихало. Обретя новые силы, она возомнила себя богиней. Вокруг неё веяло отвращением и высокомерием. Изменились даже тон, походка. Теперь Клаудия говорит отчуждённо, испытывая к врагам если не жалость, то слышимое безразличие. Осанка стала уверенней, она втянула живот, выпрямила грудь и расправила плечи. Дьявол в мелочах. — Забудь о ней. Ястреб мне больше не противница. — Блондинка схватилась за рукоять катаны. — Пожалуйста, кричите погромче, чтобы её мучения продолжались как можно дольше. Игами не находила причин для беспокойства, в отличие от молодой и вспыльчивой принцессы, сохранив хладнокровие. Впервые за пять лет их с Аконит взгляды пересеклись. — Не трать нервы на недорослей. — Похлопав Хицуги по плечу, она вышла вперёд. — А ты, вижу, к нам с громким праздником пришла? — Айзава Игами… Ох, ты не представляешь, как сильно я хочу тебя убить. — Клаудия аж засияла. — Наставница и воспитанница Ястреба с Виргинских островов. Грехи тебе подобных не смываются. Подобрав это недоразумение, ты обрекла себя и свою дочь на смерть. — Столько громких слов… — Вопреки надеждам Аконит, Айзава оставалась непоколебима. — Ты будто бы не меняешься с годами, хах. Какой бы сильной ты не была, сколько бы белых тряпок не нацепила… Клаудия оскалилась. — …всё равно останешься хвостиком Шио. — Игами ухмыльнулась. Блондинка совершала один глубокий вдох за другим. Пол под ними треснул, с потолка посыпалась штукатурка. Яростно фыркнув, незваная гостья собиралась тотчас атаковать женщину, но в последний момент среагировала на дёрнувшуюся с места Хицуги. Принцесса пугающе быстро сократила дистанцию, после чего пригнулась, заранее предугадав горизонтальный взмах катаной. Далее Киригая атаковала голень Аконит, правое запястье и голову. Кинжал не сумел пройти сквозь белую ауру, а лишь оставил на ней рваные отметины. Шокированная девушка отпрыгнула назад, но Крона поймала её и схватила за шею. — Как ты… — Непробиваемый барьер по каким-то причинам не восстанавливался после ударов Хицуги, неслабо обеспокоив хозяйку. — Не важно. Лучше скажи, зачем ты её защищаешь? Человека, который относился к тебе, как к грязи. Женщина указала на Айзаву. Метнув взгляд к бывшей убийце, Киригая прокряхтела: — П-Потому что… о-она… важна для м-моей любимой… На удивлённом лице Игами сверкнула небольшая ухмылка. Зрачки нападавшей расширились. Недовольно выдохнув, та отпустила Киригаю и направилась к Айзаве. Принцесса беспомощно упала на землю, жадно вдыхая драгоценный кислород. Несмотря на ноющее горло, девушка ползком пыталась догнать противницу, лишь бы не пускать её к бывшей наставнице Наматамэ. Катана блондинки воспылала белым пламенем. — Эй, Хицуги. — Айзава смело улыбалась, стоя прямо на пути разбежавшейся Кроны. Читаро ворвалась в помещение. — Сенсей! — Рыцариня совершает отчаянный прыжок в надежде отбить лезвие Клаудии. Перед глазами женщины проносится вся жизнь. Игами словно смотрела фильм в очень ускоренной перемотке. Фильм, наполненный взлётами и падениями. Ошибками, ошибками и ещё раз ошибками. Но было и то, в чём Айзава преуспела. Она вспомнила невинные улыбки Токи и Читаро — двух девочек, считавших её родной мамой. Женщина кинула взгляд сначала на приёмную дочь, а далее на Киригаю. — Благословляю вас. Рыцариня рухнула на пол. Сильно ударившись головой при падении, она несильно понимала, что происходит. Уперевшись на руки, девушка поднимает голову вверх. Крона пронзила сердце Айзавы катаной. Наматамэ застыла. Реакция дошла до мозга с опозданием. Она не поверила ни своим глазам, ни своему кольнувшему сердцу. Мир рухнул, будто карточный домик. Разбился, будто ваза с красивыми цветами. Кисти рыцарини дрожали, взгляд судорожно метался по изгибам тела бывшей наставницы. Увидев стекающую с чёрного лезвия кровь, дыхание Читаро участилось. Не успела. Девушка не успела спасти уже вторую из трёх самых дорогих сердцу людей. Женщины, которая воспитала её и отдавала всю себя, чтобы наполнить юную девочку любовью, больше нет. Мечницу затрясло настолько сильно, что начались болезненные спазмы. Омерзительный звон в ушах окончательно увёл от неё осознание происходящего, та даже не могла пошевелиться. Болезненные стуки сердца отдавались от головы до пят, но после каждого из них внутри что-то нетерпимо жгло. Сильнее. И сильнее. Душу окатывало дикое пламя. Айзава подавилась поступившей к горлу горячей кровью, сплюнув немного на землю. Будь то вдох или выдох, грудная клетка нетерпимо колола. Женщина намеренно остановила пассивную регенерацию. Она практически ничего не чувствовала, кроме того, что тело немеет. Ноги подкашиваются, рассудок мажет, а перед глазами размываются контур за контуром. Веки потяжелели настолько, что воительница больше не могла держать глаза открытыми. Приглушённый крик Хицуги стал последним, что она услышала. Почва ушла из-под ног. Вместе с ударом о холодный пол душа легендарной мечницы покинула тело. Клаудия самодовольно ухмылялась, любуясь остывающим телом бывшей противницы. — На сей раз не восстанешь, — злорадствовала блондинка и далее повернулась к Наматамэ. — Ну что, как тебе это чувство? Нравится? Вид сломленной и беспомощной Читаро доставлял ей визуальный оргазм, но он напоминал скорее мимолётный экстаз, чем полное удовлетворение. Клаудия медленно подошла к рыцарине и, глядя сверху вниз, вымолвила: — Ты, наверное, с трудом дышишь сейчас. Глотку как будто стиснуло. Скорбь сковывает… намертво прижимает к земле. Скопившиеся внутри слёзы давят на глазное яблоко, но из-за нашей воинской натуры мы сдерживаем их… сами того не желая. Крона хотела сесть на колено и поговорить, однако хруст деревянного пола позади вынудил блондинку обернуться. Никого не обнаружив, женщина усыпляет бдительность, и только барьер помог ей избежать смертельного попадания кинжала. Разъярённая Киригая напала сзади, продолжив осыпать удивлённую противницу градом атак. Удары с ног и рук стали очень хлёсткими, тяжёлыми, будто проецируя всю злобу принцессы. — Как ты посмела?! — прошипела дева, вонзая остриё кинжала глубоко в защитную оболочку. — Клянусь, за это ты умрёшь! Обездвиженная рыцариня с замиранием сердца наблюдала за происходящим, всем существом желая отогнать любимую прочь от опасности. Принцессе удалось оттеснить Клаудию, но значимого ущерба нанести не вышло. Та многократно превосходила Хицуги в скорости, вдобавок весь урон нивелировала аура. Как только эффект неожиданности развеялся, Аконит легко выбила оружие из рук девушки и замахнулась для удара рукой. Киригая заблокировала его предплечьем, кости в котором тотчас дали трещину. Несмотря на пронзающую боль, она продолжала гордо стоять. — Любимая, уходи отсюда! — Выдавив вопль, что есть сил взмолилась Наматамэ. Блондинка смотрела на бывшую соратницу. — Почему ты всегда такая упрямая?.. — негодовала Крона, схватившись за рукоять катаны. — Хоть убей, я не дам тебе дотронуться до моей жены, грязная шлюха. — Среагировав на движение оппонентки, она попыталась отпрыгнуть, но кончик чёрного лезвия всё-таки чиркнул по левому веку. Потеряв равновесие, девушка рухнула. Со стороны всё выглядело так, словно Аконит удалось серьёзно ранить принцессу. Это стало последней каплей. Перед ошарашенными глазами Читаро лежали два тела, а между ними Клаудия. Сильнейшее потрясение добило её. Она больше не смогла сдерживать злобу внутри. Зрачки рыцарини расширились, после чего капилляры лопнули в нескольких местах, залив белок кровью. Следующий стук сердца ненормально содрогнул всё тело. Наматамэ забилась в жутких конвульсиях. Из неё начала буквально вырываться алая энергия, словно тайфун уничтожая поместье. Огромные багряные сгустки вырывались из-под земли, кружа около потерявшей рассудок рыцарини. Та ощущала, как каждый миллиметр тела рвётся и срастается, и так по кругу. Адская боль. Читаро истошно зарычала. Она высвободила ровно половину своей энергии, отчего случился импульс, моментально стёрший с лица земли поместье и половину района. Остался лишь глубокий кратер, на дне которого бушевал красный шторм. Крона удержалась на ногах только благодаря барьеру, не дающему алым потокам сжечь или сбить её. Блондинка изумлённо следила за превращением. «Количество энергии отражает ярость Читаро…» Обломки и раздробленные валуны улетали отсюда за тысячи километров, ломая дома, словно пряничные. Ударная волна сотрясла континент. Высвобождённая ранее энергия возвращалась к хозяйке. В радиусе десятка метров из живого и неживого вытягивалась прозрачная аура, становящаяся красной. Вся алая энергия скопилась на дне кратера, приняв форму большого плотного купола: внутри были укрыты принцесса и тело бывшей наставницы. Когда тот рассеялся, взору Кроны предстала абсолютно иная Читаро. Рыцариня свирепо рычала, скалилась, безжалостно глядела исподлобья. Она полностью утратила контроль над собой, движимая лишь желанием сдиреть плоть с костей Клаудии. Рассудок притупился до примитивного мышления хищника. Запах крови женщины раздражал Читаро ещё сильнее, отчего окружающая мечницу энергия «воспылала» багряным огнём. Помимо внутренних изменений, Наматамэ претерпела и значительные внешние: волосы, одежда и клинок покрылись мерцающим алым пламенем; вокруг глаз появилась красная пигментация; полупрозрачная бордовая аура всё время окружала рыцариню, служа своеобразным барьером, способным изменять форму по желанию хозяйки. Новый режим даровал моментальную пассивную регенерацию, благодаря чему прошлые повреждения затянулись. Взгляды противниц встретились. Один преисполнен ненавистью, другой — высокомерием. Не успела Крона двинуться, как Читаро оглушительно зарычала. Просто взмахнув рукой, дева направила во врага настолько мощный поток воздуха, что тот превратился в смерч. Женщина усиливает барьер, рассеявший стихийное бедствие. — М-м?! — Земля под ногами Аконит начала ненормально дрожать. Из-под почвы одна за одной появлялись титанические багряные сгустки, разрушая земную кору от самой мантии. Огромные каменные глыбы разлетались, словно конструктор, осыпая собою поле боя. Видя впереди гордо стоящую противницу, Читаро издала истошный вопль и ударила по глыбе, тотчас распавшейся на кучу более мелких частей. Каменный град пулемётным дождём накрыл блондинку. Кроне не составило труда их разрезать с помощью катаны, и даже прилетевшая следом скала не сумела застать мечницу врасплох, ведь барьер защитил хозяйку. Читаро срывается с места и на бешеной скорости доносит сокрушительный удар по лицу Кроны. В нерушимом барьере образовалась дыра. Шокированную воительницу отбрасывает за километр отсюда. Та воткнула клинок в землю, тем самым погасив инерцию, однако пребывание на ногах долго не продлилось. Подобно молнии, рыцариня уже настигла Клаудию. Дева не напрягаясь вырвала, а затем и подняла многоэтажное здание, после чего забила им противницу в стену, будто молотком гвоздь. Когда пыль рассеялась, старшая окинула глазами младшую. — Да что с тобой случилось?.. — недоумевала она, высвобождая застрявшие конечности. — Ты похожа на демона. Как в тебе может быть столько ненависти?! Она ответила зловещим рычанием. Тело Наматамэ ненормально задёргалось. По ходу боя рыцариня становится сильнее, а новые вспышки ярости лишь многократно приумножают это. Изо рта девушки теперь выходило красное пламя. Громоподобно прорычав, Читаро запустила цепочку пожаров вокруг Кроны, но они так же охватили львиную долю города. — Я заставлю тебя страдать ещё больше! — завопила блондинка и нанесла удар по земле. Клаудия создала мощный энергетический выброс, затушивший дикий красный огонь. Поле боя накрыла завеса пара. Женщина рванула вперёд и обнажила сверкающую белой аурой катану. На пути стояли алые сгустки, подобно рукам пытавшиеся поймать неуловимую противницу. Их было так много, что маневрировать пришлось едва ли не по всему городу. «Проскальзывая» меж небоскрёбов, блондинка искала возможность подобраться к сорвавшемуся с цепи монстру, но безрезультатно. Мечницы двигались на таких скоростях, что обычный глаз не способен видеть ничего, кроме мерцающих вспышек. Энергии Читаро удалось прибить блоху, однако та сразу усилила барьер. Наступило неожиданное затишье. Сгустки вернулись к хозяйке, находившейся вне поля зрения Клаудии. Через пару секунд нечто затмило свет солнца. Подняв голову вверх, женщина с ужасом осознаёт, что это осадки из багряных энергетических атак. Рыцариня совершает неисчислимое количество взмахов клинком, после каждого из которых с лезвия «Грифона» слетают тысячи косых энергетических волн. Движения озверевшей девы уже изгибают пространство. Клаудия укрылась под барьером, словно броненосец в панцире, пережидая опасность. Смертельный «дождь» обрушивается на город. Снаряды взрывались и разрушали небоскрёбы, здания, окрестности. Военные структуры подумали, что Токио подверглось залпу баллистических ракет. Три района были моментально стёрты с лица земли. Когда обстановка стихла, Крона позволила себе самодовольно ухмыльнуться. — Ястреб, неужели это всё? Рассекая плотную завесу пыли, на Аконит мчалась гигантская алая волна. Такие атаки невозможно отразить, поэтому барьер разлетелся и рассеялся, а саму хозяйку мощнейшим взрывом откинуло через десяток улиц. Крона серьёзно разодрала ладони при торможении. Дыхание обжигало горло, а злоупотребление энергией изнашивало тело изнутри. Женщина понемногу уставала. По логике, здесь должен был наступить переломный момент, где опыт блондинки в сражениях сказывался и склонял чашу весов в её сторону. Но биться с противницей, чья необузданная сила превосходит любые рамки возможного — это как совать руку в мешок с кобрами, надеясь, что ни одна рептилия тебя не укусит. Подгадав момент, Клаудия сносит опору крупного моста, под которым стояла Читаро, и тот рухнул прямо на неё. Сквозь сооружение начали прорастать корни из красной энергии, раскалывая бетонные блоки на части. Вырвавшаяся на волю Наматамэ разъярённо разбрасывала ошметки моста в разные стороны. Пока она раздраженно дёргалась и рычала, Клаудия метнула в неё свою катану. Пропитанное энергией лезвие пробило одну из алых лап и легко поцарапало плечо рыцарини. Радость женщины длилась недолго. Оттуда сразу хлынул неконтролируемый поток пламени. Огонь распространялся даже по бетону и камню, почти мгновенно плавя их. Царапина затянулась в считанные миллисекунды, однако последствия заставили Аконит нервно сглотнуть слюну. Читаро пронзительно завопила. Поток ветра от её крика повсюду разбросал горящие обломки. Крона почувствовала, что кожа покрылась мурашками, а сердце будто ушло в пятки. Секундная заминка едва не стоила даме жизни, благо та успела уклониться от падающего «метеора». Цветовая гамма всей местности изменилась на светло-оранжевую из-за пожаров. Противницы стояли друг напротив дружки, сфокусировав внимание на лежащей катане. Мечницы бросились за ней. «Она слишком быстрая!» — запаниковала Крона, когда мерцающая красная фигура буквально исчезла. Схватившись за рукоять торчащего из земли клинка, женщина вытащила его, но сразу подверглась атаке рыцарини. Читаро оказалась сзади и нанесла удар в затылок, разбив образованный мгновение назад барьер. Заклятые враги вновь встречаются в бою на мечах. Каждое столкновение их лезвий расшатывает материк. Дуэлянтки наплевали на технику, небрежно размахивая легендарным оружием налево и направо. Горькая правда медленно озаряла Клаудию. Она уже не могла реагировать на удары или выпады рыцарини, те словно появлялись из ниоткуда. Её мощь, скорость, ярость, бьющая через край энергия… Всё это подавляло волю Аконит. Даже раскрыв весь потенциал белой энергии и обретя невероятные способности, блондинка чувствовала себя беспомощной. Сконцентрировав силу в кулаке, она попыталась ударить Наматамэ, однако последняя легко пересилила Крону идентичным ударом, зацементировав превосходство алого над белым. Опять старшая отлетает за многие мили отсюда, телом вспахивая длинные линии асфальта. Женщина врезалась в небольшой утёс, по которому тотчас пошли трещины. Подобно неживому чучелу, Клаудия сползает вниз, оказываясь под завалом обрушившихся сверху камней. Читаро догнала обидчицу. Почувствовав угасающую жизнь под грудой андезита, девушка подняла «Грифон» над головой и начала подготавливать атаку. Частички алой энергии со всех окружающих объектов устремились к полыхающему лезвию. Оно становилось ярче и ярче. Клинок вобрал в себя энергию, сопоставимую с маленьким солнцем. Вдруг из-под камней показались две руки, что блестели светлой аурой. Крона скопила достаточное количество энергии, чтобы импульсом обрушить шатающийся утёс прямо на врага. Так и случилось. Глыба упала, однако моментально прогремел взрыв. Ослепительная ударная волна поднялась выше облаков, стирая всё в радиусе двадцати километров. Ни одно живое существо не смогло пережить взрыв, ведь красная вспышка сжигала тела на атомном уровне. Континенты стряхнул ряд страшных землетрясений. Багряное бедствие виднелось с соседних японских провинций и городов, а на месте взрыва не осталось ничего, кроме гигантской воронки. Небеса ненадолго затмили дым и поднявшаяся пыль. «Вот как выглядит сила сильнейшего существа?..» — Клаудия выползает из-под земли, наблюдая последствия атаки Наматамэ. Пустив все запасы энергии на защиту от взрыва, дама осталась без регенерации и барьера. Дефицит сил вернул женщину в базовое состояние. Аура рассеялась, явив покалеченное во многих местах тело. Из разбитой макушки текла тёплая кровь, пачкая собою лицо; стильный белый костюм порвался от плеча до пояса, остальные же ткани вот-вот должны были разойтись по швам; золотистые волосы потеряли аккуратную укладку, теперь они растрёпаны и взъерошены; Клаудия оставила всю себя в этой схватке. Восстанавливая тяжёлое дыхание, Крона дрожащей рукой сжимает катану, в кровь разрывая мозоли. — Не стоило ожидать меньшего от той, кто победил госпожу Шио… — Потихоньку энергия женщины восполнялась. — «Как бы то ни было, мне не победить Читаро. Если сражение продолжится, я просто умру. Не думала, что до этого дойдёт, но, видимо, придётся прибегнуть к крайним мерам». Она посмотрела по сторонам. «Вроде мы достаточно далеко, чтобы никто не пострадал. Благодарю, Ястреб, что развязала мои руки». — Крона закрыла уставшие очи и сфокусировалась на поглощении окружающей энергии. — «Какой бы сильной ты не была, следующую атаку невозможно пережить. Мне уже всё равно на свою жизнь… Главное — забрать тебя с собой. Я вберу в тело и высвобожу столько энергии, что недавний взрыв покажется лёгкой хлопушкой. Ну что, готова, дьяволица во плоти?» Тем временем рыцариня показалась на горизонте. Когда девушка шагала, под её стопами загоралась почва. Раздражённо рыча, Читаро изучающе рассматривала противницу. Невероятная сенсорика помогла мечнице увидеть колоссальное количество энергии, что заполняет тело Клаудии до краёв. Избыток неминуемо приближался. Порядок перерождался в хаос. Подобно мерцающей алой вспышке, Читаро мгновенно оказывается около ошарашенной Кроны. Девушка замахивается, однако старшая самоуверенно кричит: — Слишком поздно! Вслед за этим, кулак младшей пробивает насквозь грудную клетку женщины. По плану Клаудии, сейчас должен произойти взрыв, ведь белая энергия уже буквально вырывается из неё, но ожидание длится пугающе долго. Шокированная Крона нервно метается взглядом то на противницу, то на ранение в теле. — П-Почему мы ещё… — Осознание произошедшего передёрнуло женщину, сродни ледяной воде, попавшей на кожу. — Н-Нет… Нет! Нет-нет-нет! Не может быть! Рыцариня буквально вытягивала её белую энергию, беспощадно поглощая всё, что та скапливала. Единоразово вобрав в себя исполинские запасы энергии, Наматамэ даже не ёкнула, а лишь угрожающи прорычала. Абсолютно обессиленная и сломленная блондинка рухнула на землю. Глазами, полными отчаяния, та глядела в лицо смерти. Животный страх за жизнь заставил хладнокровную воительницу дрожать, словно испуганного зверька. Читаро загнала Аконит в угол. Истошно завопив, женщина вскочила и попятилась назад, прикрываясь катаной. — Н-Не с-с-смей подходить ко мне! Ч-Чёртова зверюга! — слабеньким голоском огрызалась она. Наматамэ не медлила. Разъярённая дева накинулась на добычу, осыпая градом чудовищных атак. Она безжалостно колотила её катану, отчего саму хозяйку штормило из стороны в сторону. Под ожесточённой осадой рыцариня вынудила вялую противницу пасть на землю и закрыться оружием. Раз, два, три, четыре удара, и лезвие легендарной чёрной катаны разваливается на части. Нерушимый клинок пал. Следующим взмахом Читаро отрубает Кроне ненастоящую кисть. Мечница напоминала дикого зверя, бесконтрольно забивающего тушу вплоть до того, пока та не станет кровавой кашей. Клаудия падает на спину, запуганно затаив дыхание. Она одновременно боялась и ждала смерти, понимая её неизбежность. Кровь застыла в венах. Читаро победила… …однако не желала останавливаться. Нависнув над заклятым врагом, девушка занесла пылающий клинок для последнего удара. Нацелившись снести голову с плеч, Наматамэ предвкушала сладостный момент, когда её обрызгает кровью блондинки. Победный экстаз. Она уже представила, как бездыханное тело Аконит дёргается в предсмертных муках, а голова валяется где-то недалеко от туловища. Эйфория. До закипания вен хочется увидеть отрешённый и застывший в ужасе взгляд Кроны, смотрящий в никуда. Блаженство. — Умри, — ненавистно прорычала Читаро, после чего взмахнула клинком. Рыцариня верила, что всё кончено. Однако мерцающее лезвие так и не сумело достичь хрупкой шеи блондинки. Кто-то на невероятной скорости отбил удар Читаро, шокировав и младшую, и старшую. Растерянно оглядывая явившуюся деву, Наматамэ узнала в ней… — Хицуги?.. — куда человечнее выдавила дева. Сомнений быть не может. То же лицо, то же тело, волосы, одежда, кинжал с гравировкой «любовь»; лишь одна деталь вводила в ступор. Вокруг глаз Киригаи появились идентичные любимой красные пигментации. Неясно как, но принцессе открылась вторая стадия режима высвобождения. Смело окинув взглядом сначала вторую половинку, а потом и поверженную даму, девушка вымолвила: — Что с тобой случилось, любимая? — Она разочарована в самой себе. — Эти силы неожиданно пробудились внутри меня, после чего появились странные… «тени» вокруг глаз. Я могла чувствовать вас за тысячи метров отсюда. Когда я отнесла тело Айзавы в безопасное место, сразу бросилась сюда… Видимо, даже на дарованной мне скорости я опоздала… Сражение зашло слишком далеко. Ту ласковую рыцариню совсем не узнать за кроваво-красным мерцающим покровом. Девушка знала и понимала, что могла воспрепятствовать превращению любимой в чудовище, управляемое яростью. Сперва Киригая оказалась недостаточно сильна, затем недостаточно быстра… Она не была рядом с Наматамэ. Грудную клетку будто пронзали незримые иголки. Совесть корила настолько, что не давала принцессе раскрывать рот, поэтому той пришлось буквально выталкивать из себя слова. — Ты победила, любимая. Теперь пора успокоиться, — неспешно молвила Хицуги, подходя поближе. — Опусти клинок и поговори со мной. Киригая встала между Читаро и лежащей Кроной. Ослеплённая гневом девушка выглядела непривычно спокойной. Мечница будто приходила в себя, но от непонимания происходящего испытывала головные боли. Озлобленно корчась, Наматамэ сказала: — Хорошо… но первым делом я должна убить Аконит… — Вновь попытавшись занести меч, она увидела, что принцесса продолжает стоять. — Отойди… прошу. — И не подумаю, — строго ответила Киригая. — Почему?! — пламенный покров воспылал с небывалой мощью. — Она убила мою наставницу и хотела убить тебя! — Потому что я не позволю ей победить! — закричала Хицуги, указав пальцем на Клаудию. — Я сделаю что угодно, лишь бы моя рыцариня не запятнала руки в крови… ибо знаю, как это ужасно. Если убьёшь Аконит — дашь ей победить. Она докажет, что ты осталась Ястребом с Виргинских островов, и этот порочный круг ненависти никогда не замкнется! Я не дам этому случиться! Речь Читаро становится неразборчивой, перетекая в разъярённое рычание. Дева сжимает клинок. Злоба закрывает ей глаза, затыкает уши. Тихий шёпот велит утолить жажду крови. Она чувствует, будто тонет. Отдаляется всё дальше горизонт. Утопают надежды в глубоком небосводе. Читаро задыхается. Тёмная беспросветная заводь поглощает рыцариню до остатка. Девушка даже не понимает, как и когда оказалась здесь. Голову посетила одна мысль: «Если бы отбросила всю печаль, было бы куда легче…» — Кислород иссяк быстро. Наматамэ беспорядочно задёргалась. Голова шла кругом, тело билось в конвульсиях. Девушка от недостатка воздуха попыталась завопить. Вода сию минуту начала затекать внутрь, жидкость заполнила каждый миллиметр лёгких. Так ощущается смерть. Конечности Читаро перестали брыкаться, веки опустились. Видимо, она смирилась. «…но тогда бы совсем не смогла быть честна с собой». Когда рыцариня почти сдалась, подобно свету солнца, сквозь непроглядную толщу воды явилась рука, схватившая её запястье. — Дыши! — голос Киригаи взывал к разуму девушки. Наматамэ ошарашенно раскрыла глаза, в которые тотчас пробилась ослепительная вспышка. Мечница желала сделать глоток бесценного кислорода. Киригая крепко держала её за руку, унося подальше от бездны ненависти, злобы и скорби. Она продолжала призывать любимую бороться. — «Не важно, что сегодня случится, я останусь на твоей стороне». Помнишь эти слова? Если да, знай, что любовь моя никогда не померкнет. — Хицуги тащила их обеих кверху, едва не выбиваясь из сил. — Дыши! Пожалуйста! Ради меня! Ради нас! Читаро сорвала оковы. Темнейшая ночь сменилась ясным небом, будто вернувшим рыцарине свободу. Собрав волю в кулак, девушка наконец подала голос. — Я хочу дышать! Даже сквозь всю боль! Осознав своё счастье, она больше никогда не утонет. *** Рыцариня очистила рассудок и вернулась к происходящему наяву. Мерцающий покров рассеялся, волосы, одежда и клинок перестали пылать, пигментации вокруг очей испарились. Гнев навсегда утратил власть над Читаро. Перед ней вновь стояла её принцесса, держа за руки. Ладони Киригаи были такими тёплыми. — Наши способности взаимосвязаны, — объясняет принцесса, самостоятельно отозвав метки у глаз. — У меня получилось привести тебя в чувство, любимая. Девушка не смогла сдержать слёз, при этом стоя с добродушной улыбкой на лице. — Ты снова со мной… — вымолвила Киригая, почувствовав, что рыцариня опустилась на колено. Наматамэ внезапно задрожала. Хицуги сразу заключила вторую половинку в крепкие объятия, ласково покачивая, дабы успокоить. Сильно укусив дрожащую губу, Читаро дала волю слезам. Солёные капли одна за другой скатывались по горячим щекам, разбиваясь о холодную землю. Поглаживая бордовые пряди, принцесса сочувственно прошептала: — Скольких бы ты не убила, ни Токи… ни Айзаву… уже не вернуть. Мы дали обещание никого не убивать, ежели это не прямая угроза нашей жизни… Поклялись, что уничтожим убийц внутри нас. Аконит повержена. Нам больше ничего не угрожает. Киригая разделяла всю скорбь любимой. Она не могла нормально вдохнуть, ведь грусть безжалостно царапала трахею. — Читаро, вспомни, почему ты перестала убивать? — Стеклянные очи мечницы тотчас широко раскрылись. — Убийства также стали причиной того, почему Крона обозлилась на тебя… Рыцариня сцепила между собой пальцы, что аж костяшки побелели, вымолвив: — Всё из-за меня… — Н-Не… — Я не смогла защитить племянницу, я не смогла защитить наставницу, я почти потеряла тебя… дважды… Зачем я вообще была рождена на этот свет?! — Выкрик опустошённой, сломленной и измученной девушки. — Все дорогие мне люди неизменно погибают по моей вине, а у меня никогда не хватает сил их спасти!.. Я… по-прежнему не могу предотвратить их гибель… Взгляд Наматамэ бродил по сторонам, пока она говорила, то и дело сглатывая, чтобы выдохнуть. — Какой смысл в жизни, состоящей из сплошных ошибок, за которые должны расплачиваться все мои близкие?! От моего прошлого… осталась только ты… Киригая вскинула брови и разомкнула губы, безмолвно скуля. Принцесса и рыцариня рыдали, однако последняя находила силы продолжать говорить: — «Ты счастлива, Читаро?» — Ч-Что?.. — «Скажи… ты счастлива, Читаро?» — Выдержав паузу, она приобняла любимую, погрузившись в воспоминания. — Этот вопрос… задала мне Судзу Сюто во время учёбы в академии… Я сказала: «Да! Конечно, счастлива! Я сильнейшее существо! Кто не был бы счастлив?!» А потом… вспомнила то чёртово… безжизненное поместье, в котором для меня больше не было места. Я задумалась, почему соврала… Я не хотела, чтобы так случалось… Лишь искала способ успокоить свою душу. Чтобы у меня были любимые. Чтобы я была… счастлива. Голосок рыцарини охрип, а прекрасные очи покраснели и опухли. Она жадно вцепилась в заплаканную Киригаю, будто та являлась единственным островком надежды, спасения… искупления. — Я думала, что отмщение поможет наконец избавиться от проклятого чувства вины за мои ошибки… Но я… устала… винить себя… Это сжирает меня изнутри… Вытягивает всю жизнь и силы… — Девушка изливала душу, чувствуя, как старые трещины затягиваются одна за другой. — Я никогда не просила об этой силе! Я никогда не хотела убивать свою маму! Я!.. Я… Я всего лишь… человек… Киригая с тяжестью сглотнула слюну, отодвинувшись назад, дабы в следующий миг уложить ладони на горячие щёчки Читаро. Даже будучи в слезах, рыцариня оставалась для неё самой красивой. Сейчас Наматамэ как никогда нуждается в ней, в её тепле и заботе. — Да… Да, ты права. Ты человек и тоже имеешь право на ошибки. Я просто хочу, чтобы ты знала… Любимая, все те, кто отдал за тебя жизнь — любили тебя и желали только счастья. Пожертвовав своими жизнями, они хотели, чтобы девочка… всю жизнь проходящая через боль… смогла насладиться её остатком. Что Токи, желавшая для тебя лучшей жизни, что Айзава, до самого конца верившая в свою ученицу. Даже твоя мама… ведь с улыбкой на лице приняла поражение от дочери. И я была готова отдать жизнь только для того, чтобы ты утолила свою жажду мести, любимая… Янтарные глазки засияли надеждой, греющей обомлевшую рыцариню. — Невозможность отпустить прошлое полностью потушило огонь твоей наставницы… Но… Но!.. Я ни за что не дам и твоему огню тоже потухнуть! Любимая моя… только моя рыцариня… сколько бы ты не ошибалась, я всегда буду давать тебе бесконечное количество шансов! Я всегда буду рядом! Последние слова принцесса аж прокричала, дабы они добрались до самых далёких уголков израненной души. Наконец Читаро не нужно быть одной. Побыв слабой, сломленной и сдавшейся, рыцариня лишь благодаря Хицуги смогла снова расцвести. Ей опять хотелось жить. Ей опять хотелось любить эту девушку всё больше и больше. Сквозь горькие слёзы влюблённые лучезарно улыбнулись. — Я люблю тебя, моя единственная любовь, Читаро! И я совсем ни на что не обижаюсь! И клянусь быть с тобой до самого-самого последнего вздоха! И! И!.. — У Киригаи было столько всего, в чём она хотела бы признаться, однако любимая и так всё знала и чувствовала. Тихонько усмехнувшись, принцесса вымолвила: — Ведь у нас есть только мы. Хах… Как же мы всё-таки одиноки, да? Пока Киригая смеялась, Читаро смотрела на неё с замиранием сердца. — М-Мне кроме тебя никто и не нужен!.. — проскулила мечница. — Умоляю… будь со мной всегда, мой цветочек. — Конечно, моя рыцариня. Клянусь, что буду твоей любимой до самого последнего вздоха. — И всё же… прости меня… за всё… — Перестань извиняться, я тебя прощаю. Поцелуй меня наконец! Прильнув к родным губам, влюблённые оставили последние силы в этом ласковом поцелуе. Уставшие, заплаканные, однако несмотря ни на что любящие друг дружку. Нежно сминали потрескавшуюся кожу на губах, смакуя редкие, но такие сладкие прикосновения кончиками языков. Внутри дев чувства забурлили с новой силой. Под ритмичные стуки сердец Читаро и Хицуги отстранились. Красное и белое навсегда смешались. Новая глава их жизни только началась. *** Когда Наматамэ и Киригая поднялись на ноги, они заметили сидящую неподалёку фигуру. Женщина вдумчиво смотрела куда-то вдаль. Игривый ветерок раскачивал золотистые локоны Клаудии, а утопающее в горизонте солнце будто звало её за собой. Малиновый закат украшал загадочное молчание. Меланхолия момента тронула даже подошедших влюблённых. Аконит обернулась. — Закончили? — поинтересовалась она. Поведение врага вводило в небольшой ступор. Спустя пару мгновений женщина довольно усмехнулась. — Я… рада за вас, — с искренней улыбкой на лице, призналась Крона. — Надеюсь, вы и впредь сохраните столь чистые и нежные чувства друг к дружке. — Что на тебя нашло? — Киригая вопросительно изогнула бровь. — Хах… сама не знаю… Однако здесь мой путь подошёл к концу. — Женщина болезненно вздохнула, однако выглядела очень довольной. Наслаждаясь недоумением на лицах девушек, Крона выждала интригующую паузу, прежде чем вновь начать говорить. — Я слышала ваш разговор от начала до конца. Он словно… пробудил меня ото сна. Мне вернулось отвратительное, но, к сожалению, неизбежное чувство… Чувство осознания. Я поняла, что мои старания напрасны. Сколько бы жизней я не отняла, мою капитанку ничто не вернёт назад… — Даже зажмурившись, Клаудия не смогла сдержать пару горьких слезинок. — Мнимое желание мстить всему живому преследовало меня, но режущая глотку боль не стихала никогда… Смерть Айзавы не смогла унять и треть той боли, что приносит пустота в моей груди… Пара была скована. Тяжесть момента давила на них, заставив безмолвно наблюдать за решением Аконит. Блондинка смиренно схватила верную катану, тепло смотря на Читаро и Хицуги. — Твоя мама была… лучшей из лучших. Моим солнцем, освещавшим путь даже в самые тёмные дни. Без неё… мне нет места в этом мире… — Далее Крона указала на рыцариню. — Читаро, стань для Киригаи солнцем, каким твоя мать являлась для меня. Сегодня ты доказала, что Ястреб с Виргинских островов навечно сгинул. Растроганная мечница крепко сжала ладонь любимой. Проводив бывшую противницу смелой улыбкой, Наматамэ вымолвила: — Обещаю! Хицуги вытерла выступившие слёзы, напоследок улыбнувшись бывшей соратнице. Аконит села на колени и уцелевшей рукой занесла катану. В следующее мгновение женщина не раздумывая пронзила своё сердце. Резкая боль оглушила Клаудию, но дальше она испытывала лишь блаженное умиротворение. Лезвие пробило сердце насквозь, однако блондинка его совсем не чувствовала. Последние лучи солнца пробивались через полузакрытые веки. Вдали наконец прояснился путь, что был скрыт от неё долгие годы. Новое начало только ожидало Крону. Будто рассыпаясь, женщина в последний раз улыбнулась, вспомнив беззаботную ухмылку своей бесценной Шио. Под печальный хор ветра Крона Клаудия умерла, а её душа получила долгожданный покой. Рыцариня и принцесса проводили женщину минутой молчания, после чего отправились назад, дабы поставить точку в законченной главе их жизни. *** Полночь. Фамильный особняк. Спальня. Металлическая кувалда опускается на пол, сотрясая мебель. Помещение залито тусклым светом тающей свечки. Последние новости взбудоражили мир убийц, не пройдя мимо наиболее кровожадных его обитателей. — Всё-таки проиграла! Бездарность! — послышался высокий голос Банбы. Беловолосая недовольно покачала головой, а далее повернулась к собеседнице. Та, закинув ногу на ногу, безмятежно сидела в кресле. Сумиреко осторожно поднимает со стола бокал яблочного ликёра и, прежде чем пригубить, слегка взбалтывает, омывая жидкостью стенки. — Неужели тебе всё равно? — интересуется Шинья, неотрывно копаясь в небесно-голубых глазах любимой. — Сучка украла у нас уйму времени. Уголки губ Ханабусы интригующе приподнимаются. — Всё нормально. Из-за вмешательства Аконит появилось немного свободного времени. — Блондинка встаёт и указывает в панорамное окно. — Учитывая, во что они превратили пригород Токио, нужно крайне осторожно задумываться о следующих целях. Банба хитро ухмыляется. — Схватка двух чудовищ. — С одной из которых мы скоро столкнёмся. *** Городу и его жителям потребовалась целая неделя, дабы полностью отойти от случившейся катастрофы. Вовсю шли реставрация и перестройка районов, уничтоженных необузданной силой двух мечниц. Власти Японии замяли инцидент, спихнув вину на несчастный случай во время внеплановых военных испытаний. Они понимали, что девушки легко сотворят подобное не только со страной, но и со всем миром. Страх сделал своё дело. Отныне Читаро Наматамэ и Хицуги Киригая освобождены от любой ответственности, невзирая на тысячи человеческих жертв и многомиллиардные убытки. Айзава Игами была похоронена рядом со своей дочерью Токи, в долине небесных утёсов. Влюблённые не забыли и об Аконит. Тело Клаудии захоронили на бывшей штаб-квартире «Датур», вместе с хозяйкой упокоилась и легендарная чёрная катана. Не так давно стало известно, что всё награбленное Наматамэ Шио за сорок пять лет состояние принадлежит её дочери. Королева убийц имела очень большой аппетит, поэтому могла за раз опустошить казну десяти королевств. Точная сумма известна лишь Читаро, однако очевидно, что пара не будет испытывать проблем с финансами. *** На ещё недавно безмятежном и спокойном небе закружились хмурые свинцово-серые тучи, задавившие солнце своей тяжестью. Светило, как будто растерявшись, совсем скрылось за их непроглядными боками… Сверкнула молния, а мгновение спустя невдалеке пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на землю обрушатся тысячи водяных капель. И люди, и звери начинают суетиться, стремясь поскорее спрятаться от неотвратимо надвигающегося ливня. Начался проливной дождь. Лишь только рыцариня и её принцесса неравнодушно смотрят в окно, удобно усевшись на подоконнике. Девушки наслаждались и холодным воздухом, проникающим через форточку, и тем необъяснимо мечтательным настроением, словно бутон расцветавшим с каждой минутой. Как приятно осознать, что все трудности остались позади. Это не что-то вроде шторма, который удалось переждать в укромном месте. Нет. Это был настоящий смерч, наполненный горем, испытаниями, трудностями и ощущением безнадёги. Пара не просто пробежала сквозь него, а покорила, научилась превращать хаос в порядок. Хицуги Киригая и Читаро Наматамэ по всем обстоятельствам и канонам должны были стать кровными врагами. Никто не мог и подумать, что девушки полюбят друг дружку. Полюбят настолько сильно, что забудут обо всём мире вокруг. Без демонов внутри, коварно толкающих на убийства, им жилось куда легче. Больше между ними не было вранья. Больше между ними не было сковывающих недосказанностей, душащих обид. Отныне всё получится иначе, чем тогда на злополучном спектакле. Читаро теперь не ошибётся, не выберет бесполезное правосудие. Для рыцарини существует лишь Хицуги, ради которой она, не дрогнув рукой, пожертвует всем миром. Ветер перемен оставил им только истинную, нефальшивую любовь. А дождь всё капал и капал… Как в день их знакомства, признания в любви, первого поцелуя, первого соития и долгожданного примирения. Он сопровождал девушек всю любовную историю, застав все взлёты и падения. Сегодня не стало исключением, однако в тот час… небо так же проливало слёзы, но не горечи, а счастья за них.