Тu seras heureux

- Бесполезный кусок дерьма!! – кричала женщина на высокого юношу, который с каменным лицом смотрел на это шоу, - чего ты молчишь?! Сказать нечего, да?! Проваливай! Не хочу тебя видеть, - последние слова были не сказаны. Женщина выплюнула их со всей своей злобой и ненавистью. - Как скажешь, мамочка, - озлобленно кинул парень, вложив в последнее слово всё презрение и отвращение, какое он испытывал к своей матери, после чего хлопнула дверь. И вот уже юноша несётся вниз по ступенькам лестниц, к выходу из подъезда. Даже несмотря на то, что квартира находилась на 11 этаже, он всегда предпочитал спускаться по лестнице, нежели кататься туда-сюда на лифте. Привычка. Выбежав из подъезда, парень вздохнул полной грудью и постарался прогнать слёзы, которые вот-вот выступят на глазах. Достав из кармана куртки пачку сигарет, он ловко выудил одну и тут же закурил. Что говорить. Тоже привычка. Знакомьтесь – Антон Шастун, 17 лет. Ученик 11 А класса. Самый обычный подросток с РПП. Самый обычный подросток, который выкуривает в день по пачке сигарет. Самый обычный подросток, на теле которого уже нет места, где ещё можно оставить след от лезвия. Самый обычный подросток, жизнь которого пошла по пизде 5 лет назад. Самый обычный подросток, который ещё не выкинулся из окна только из-за своих друзей – Сержа и Димки. Самый. Обычный. Подросток. Антон шагал по знакомой улице, шелестя листьями под ногами. Конец октября. Были осенние каникулы, так что всё свободное время Шастун проводил либо на улице, либо у друзей. А с друзьями он творил полную дичь. Однажды оказались в отделении. Антон дорого заплатил за эту шалость. Родители избили его до полусмерти, после чего лишили еды на 5 дней и запретили гулять с друзьями. Но кто они такие, чтобы запрещать ему жить? Конечно, Антон сбегал из дома ночью, врал про дополнительные уроки, в общем делал всё, чтобы подольше не находиться дома, а проводить всё время с Серёжей и Димой. Они были настоящими друзьями, никогда не предавали Антона, всегда поддерживали, пускали к себе на ночлег каждый раз, как Шастун оказывался под дверью одного из них в ужасном состоянии. Однажды Антон чуть не умер. Тогда его спасли именно Дима с Серёжей. Не родители. Друзья. Он ценил их больше своей жизни, хотя никогда не говорил напрямую. Но они и так знали это. Ноги сами принесли Антона к детской площадке возле его школы, и ему не оставалось ничего, кроме как пойти и сесть на качели. Сегодня утром у матери произошёл срыв, но Антон понимал, что в этом был виноват он. Всё шло нормально. Нормально для их семьи – это когда сына не избивают, а просто неприятно смотрят на него. Когда его не запирают дома, а просто самым противным голосом спрашивают: «где ты так долго шлялся?», не нуждаясь в ответе. Когда они ужинают без метания посуды и диких воплей. Вот, что значит нормально. В это утро всё было нормально. Только был один минус. Это была суббота. Антон не любил выходные, потому что ни ему, ни матери с отцом не надо было куда-то рано утром, а это значило, что завтракать придётся всей семьёй. После завтрака Антон быстро сваливал гулять, бросая лишь «буду вечером», иногда получая в ответ противное «не утруждайся». Тогда он приходил ночью, ближе к часу, ведь спать всё-таки хотелось. Но сегодня что-то пошло не так. Позавтракали в довольно напряжённой обстановке, однако парень не придал этому значения. А потом начался... Отец уехал в магазин, а мать вдруг завела странный разговор. - Антош, - услышав это, Антон поперхнулся чаем. Женщина никогда не называла его ласково, - послушай. Возможно, твоя жизнь и не самая лучшая, но я знаю, в глубине души ты любишь нас с папой, - мысленно Антон заорал «НЕТ!», но лишь мысленно, - и сможешь понять. В общем… у папы на работе небольшие трудности… а у его начальника есть дочь. Очень красивая и хорошая девушка, - дополнила женщина, - а тебе через полгода исполняется 18 лет… и… так, - вдруг её тон похолодел, и Антон снова стал узнавать свою мать, - нам с отцом нужно, чтобы ты женился на дочери начальника. И это не вопрос, Антон. Через полгода свадьба, она назначена на 23 апреля, через 4 дня после твоего совершеннолетия. Понятно? – женщина встала из-за стола и убрала тарелки в раковину. - Нет, - неожиданно для самого себя Антон встал и посмотрел на мать как на сумасшедшую, - я не буду жениться на левой девушке. Хоть заморите меня голодом, хоть избейте до смерти. Я жениться не буду. У меня вообще планы на совершеннолетие – сброситься с крыши. - Мальчик, не зли меня! – когда его мать приходила в ярость, начинала называть Антона «мальчик» или «мальчишка». Видимо, имя сына было ей противно, - я же сказала, это был не вопрос, - жёстко отрезала она. - Меня это не волнует, - Антон надел свою похуистическую маску, - не будет у меня жены. С хуяли я должен вам помогать? Может, я должен быть за что-то благодарен? Может за то, что вы избиваете меня? Или за то, что лишаете еды? - Заткнись! Как ты смеешь так разговаривать со мной?! – наконец взорвалась женщина. Она подошла ближе и посмотрела на Антона самым злым взглядом, - ты должен быть нам благодарен за подаренную жизнь! Мы тебя одеваем, содержим! А ты даже помочь не хочешь! Что тебе стоит?! Девушке нужно замуж! Разведёшься через год или два! – мать вздёрнула брови и немного отошла. - Да ты что, - тихо проговорил Шастун, - мам, - он улыбнулся, а женщина аж растерялась от такого обращения, - а знаешь, почему я действительно не могу жениться? – Антону с 12 лет нравилось выводить родителей из себя. Такая уж у них борьба. Он их выводит – они его бьют, - а всё потому… - юноша выдержал паузу, - что я гей. Прикинь? Прикольно, да? – недолго на губах парня играла улыбка, ведь почти в ту же секунду ему прилетеле пощёчина. - Бесполезный кусок дерьма!! Как ты смеешь?! Как ты смеешь мне говорить такое?! Проваливай! Не хочу тебя видеть! – она посмотрела на него с отвращением и отвернулась, через секунду услышав лишь звук хлопнувшей двери. Прокрутив в голове последние события, Антон ещё раз убедился, что сам довёл мать, и решил покататься на качелях. Сколько бы его ни избивали, ни морили голодом, ни оскорбляли, ребёнка в нём убить не получится. В глубине души он всё тот же маленький Тоша. Вдруг Антон почувствовал вибрацию в кармане куртки. Телефон всегда стоял на беззвучке. Он достал мобильник из кармана и прочёл на экране: «Врач». Так у него был подписан Дима, так как тот собирался поступать в мед после выпуска, да и в принципе его стиль жизни сильно отличался от Шастуновского. Не курит, не пьёт, редко участвует в их авантюрах, зато часто читает морали. Недолго, конечно. Антон поднял трубку. - Привет, Тох, - раздалось с того конца, - я хотел предложить сегодня погулять. И Серого позовём. - Да, привет, Поз. Погулять? – на секунду Антон засомневался. Да в жопу всё, - где, во сколько?

***

16:12, они договорились встретиться в 4, а Антон только начал движение в сторону дома Серёжи. Идти недолго, минут 10. Ему звонили уже 3 раза, но он не слышал. Залип в наушниках, сидя на качелях. Шастун чувствует, что друзья дадут ему пизды. Ну, не привыкать. В темпе вальса уже в 20 минут пятого Антон увидел Диму с Серёжей возле подъезда второго. Они всегда встречались тут, ведь что Антону, что Диме было одинаково близко идти до дома Серёжи, который жил между ними. - Ну наконец-то! – недовольно заворчал Серж, попутно обнимая Антона, - сука, Шаст, как так можно? Ты ж у нас пунктуальный вроде. - Да бля, ребят, сори. Засиделся на качелях, - отмахнулся Антон, обнимая уже Диму. Была у них такая традиция. Вот как все остальные пацаны? Какие-то жесты руками, просто здороваются, пожимают руки. А у них вот так. По тёплому. - Ну нихуя себе, - Дима матерился не так часто, в отличии от Антона и Серёжи, - на качелях? Ну ты Шаст даёшь… - Ой бля, завалитесь, - закатил глаза Антон, - куда идём искать приключения на жопу? - Короче, - если это говорил Серый, то значит приключения будут, - у нас нихуя, - приключений не будет. - Коротко и ясно, - вздохнули ребята. - Ну бля, ещё не всё потеряно. Мы можем поступить как обычно. Пиво, скамейка, менты. - Идеально. На том и порешили. Вот уже минул 10 час, а это значило, что солнце давно село, а ребята больше не могут гулять одни. Но они же не какие-то малолетки. Спокойно сидят на скамейке во дворе возле школы (не на школьном!), попивают энергосы (на пиво денег не хватило), разговаривают о жизни. Найс. - Тох? – мальчики уже выпили все энергетики и просто сидели разговаривали, - а… как у тебя дома дела? – Серёжа попытался максимально аккуратно и не навязчиво затронуть эту тему, поскольку друзей она волновала очень сильно, но для Антона была больная. Шаст грустно усмехнулся, опустил глаза в пол и, запустив руки в волосы, просидел так несколько секунд. - Дома, - с сарказмом выдал парень, пережёвывая и выделяю каждую букву этого ненавистного слова, - дома, Серёж… у меня нет. А если только квартира, где живёт родившая меня женщина и её муж. Почему я с ними живу - не знаю. Ну так вот в этой квартире всё паршивее некуда. Буду называть этих людей родителями, чтобы вам было понятнее, - Шастун не хотел иметь ничего общего с людьми, которые испортили ему жизнь, - так вот, они решили женить меня на дочери своего начальника, чтобы сгладить все свои проблемы на работе. Как вы понимаете, я отказался. Из-за этого моя мать орала пол утра, а я пошёл «гулять», лишь бы не видеть этого лица, - Антон закончил рассказывать сегодняшние домашние приключения, а когда поднял глаза, наткнулся на полные сочувствие и понимания взгляды друзей. Они тут же обняли парня с двух сторон. Если бы ребята знали, как он им был тогда благодарен… Прообнимавшись так где-то минут 5, Антон постарался незаметно утереть слёзы, выступившие на глаза. После друзья ещё долго сидели и обсуждали совершенно разные темы. - Кста-а-ати, - протянул Дима и ребята уставились на него в ожидании продолжения, - у нас же с этой четверти новый учитель по русскому. - Ой бля, - Антон закатил глаза, - очередная старая тётка. - Согласен, нам и так хватает таких… экземпляров, - Матвиенко полностью поддерживал Шаста. - Не-е-е-ет, ребятушки, совсем не старая, - Поз сиял как звезда, - и совсем не тётка. - А кто? – скептически поинтересовался Серёжа, - молодой и сексуальный мужик? - Насчёт сексуальный не знаю, но да, бинго, Серёж, это мужчина и ему в районе 26 лет. - А. А, ДА?! – Антон не мог в это поверить. У них в школе работал только один мужчина, и то это был директор. А сейчас в этом штабе ведьм появится учитель-мужчина? Да ещё и не дед какой-нибудь, а молодой парень. - Пизда, Антош, - усмехнулся Димка, - Да, да. Я только пока не знаю, какой он вообще, инфы почти нет, разве что возраст. - Да всё равно, новость ахуенная, - Шастун аж повеселел, - надеюсь, он будет норм чел и мы…подружимся. Было уже в районе 12 часов, так что ребята решили разойтись по домам. Серёже с Димкой было немного по пути, а Шаст поплёлся "домой" один.

***

И вот настало 8 ноября, начинается 2 четверть. За каникулы юноша не отдохнул вообще. После ссоры с мамой его неделю (то есть все каникулы) не подпускали и близко к холодильнику. Родители наивно полагали, что их методы до сих пор действуют. Ничего из того, что они практиковали на сыне, уже не давало абсолютно никаких результатов. Если избиения и наносили Антону урон, то запрет на еду Шаст давно пропускал мимо ушей. Он не ест, потому что ему запретили или он не ест, потому что сам себе запретил. Какая разница? Организм привык к длительным голодовкам, довольствуясь лишь водой, энергетиками и чаем. Без сахара, разумеется. Антон еле встал по 5 будильнику, что означало, что он прилично проспал. Собираясь в дикой спешке, парень опрокинул на себя чай, испачкав белую рубашку. Придётся заменить на худи. Отец уже уехал на работу, а мать собиралась, попутно кидая на сына неприятные взгляды. Вышел из дома Антон в 8:16, напоследок хлопнув дверью и услышав от матери: «ты мне ещё похлопай тут!». До школы 20 минут на метро, а значит на первый урок он, хоть и немного, но опоздает. Добравшись до школы за 22 минуты, потратив ещё 2 на путь до кабинета, Шастун выдохнул и вошёл в помещение, где сейчас проводился русский язык. 8:40 – неплохо. - Здравствуйте, извините за опоздание, можно войти, - скорее, как утверждение, нежели вопрос, произнёс юноша отточенную годами фразу. Антон сразу понял, что-то не так. Кто-то. Новый учитель, точно! Мужчина медленно повернул голову в сторону нарушителя порядка и окинул его оценивающим взглядом. На нём была обычная чёрная обтягивающая майка, на неё преподаватель надел серый и пиджак и (походу, это был костюм) серые брюки. На ногах были не то кеды, не то кроссовки. На лице учителя красовались до потери пульса идущие ему очки в нетолстой чёрной оправе, на первый взгляд совершенно обычные, но на нём они казались просто шикарными. А за очками был океан. На мальчика через два окошка смотрели две кристально-чистые бухты. Сейчас там начинал подниматься ветер, но Антон был уверен, что в спокойном состоянии эти глаза ещё красивее. Вокруг океана на лице, высеченном будто из мрамора, настолько оно было прекрасно, лежали целые поля родинок. Это всё смотрелось настолько гармонично, что на пару мгновений Антон потерял дар речи. - Фамилия, причина опоздания, дневник на стол. Вы опоздали на 10 минут. Это максимум, молодой человек, - спокойным и ровным тоном сказал учитель и продолжил выжидающе смотреть на парня. - Шастун… проспал. Э… Дневник сейчас будет, - из-за ослепительной красоты учителя и привычки Антона залипать на красивых людей, парень не сразу включился в реальность, - а... Арсений… - замялся ученик и вопросительно посмотрел на учителя. - Сергеевич, - как-то насмешливо-снисходительно ответил ему преподаватель. - Арсений Сергеевич, ещё раз извините, дневника не будет. Собирался в спешке, - Шаст быстро нацепил свою маску а-ля «я-злой-и-колючий-и-мне-плевать-на-тебя» и попытался сделать вид, будто ему действительно плевать, - сесть можно? – единственное, что выдавало Антона, это был голос. Он немного дрожал, отчего юноша не мог полностью держать себя в руках. - Что ж… - вымолвил старший и окинул ученика недовольным взглядом, хотя про себя отметил, что произвёл впечатление на мальчишку, - тогда задержитесь сегодня после уроков. Проведём… воспитательную беседу, - не по-доброму улыбнулся Арсений Сергеевич и разрешил Антону сесть. - Чё за бред? – тут же накинулся на него Дима, с которым они вместе сидели за партой, - чё он так с тобой? Молодой человек, - передразнил учителя Поз, - может ты ему понравился? - Не знаю… не знаю, - как-то отстранённо ответил Антон и начал раскладывать вещи на парту. - Tais-toi*, Шастун, ты опоздал и ещё позволяешь себе болтать на моём уроке?! – прикрикнул Арсений Сергеевич на Антона. - Извините, - только и буркнул парень в ответ. Прозвенел звонок, и все покинули кабинет. Вторым уроком биология – опаздывать нельзя. Екатерина Александровна не строгая, но очень не любила опоздания. По пути на второй этаж друзья рассказали всё Шасту. Пришёл директор – Павел Алексеевич, представил нового учителя, сказал ему что-то и вышел. Попов провёл перекличку, но за неимением Антона в начале урока, отметил как отсутствующего. - Блять, этот пидор испортил всю малину, - ребята дошли до кабинета, но на переменах обычно не пускали, так что они сели на свободный диванчик, - я думал, что будет какой-то неуверенный в себе пацан, добрый такой, который не будет портить оценки и обижаться на шутки, будет спускать нам с рук какие-то пакости. А пришла машина для убийств. «Это максимум, молодой человек», - передразнил учителя Антон, - хуяксимум. Ещё на французском балакает, педик, сто пудов. - Судя по тому, как он спрашивает – мужик требовательный, - Дима протёр свои очки. - Да хер с этой требовательностью, - Серёжа снова был на стороне Шастуна, - он строгий пиздец походу. Ну или просто это такой первый день. - Ладно, ребятушки, вы, похоже не успокоитесь, а мне биологию пропускать нельзя, - Поз потащил задницы своих друзей в кабинет. Непонятно каким чудом, но сегодня у 11 класса было 6 уроков, вместо обычных 7-8. Вот это уже было круто. Последним стояла физ-ра и даже тут ребятам подфортило! Евгений Геннадьевич – физрук – отпустил их со своего урока! Так что в принципе всего было 5. После биологии геометрия, которую проводила их классная – Мария Викторовна, потом английский и алгебра (снова у классной). После уроков Антон весь такой счастливый-довольный хотел было направится погулять с друзьями, но тут вспомнил, что Арсений Сергеевич просил его задержать в школе. «Скорее требовал», - подумал Антон и понуро двинулся обратно в кабинет русского языка и литературы. Шастун аккуратно постучал в дверь, после чего, услышав негромкое «войдите», зашёл. - А-а-а, - увидев Антона, протянул и усмехнулся учитель, - Шастун. 10 минут опоздания, без дневника, разговаривает на уроках. Тrès bien**. - Вы меня зачем-то звали, - Антон решил проигнорировать слова Попова, хотя это было очень трудно, учитывая, что парню надо было сохранять самообладание. - Конечно, - старший встал с кресла и подошёл к ученику, - я бы хотел провести с тобой воспитательную беседу, - немного нахмурился Арсений Сергеевич и посмотрел Антону в глаза. - Ну… проводите. - Значит смотри, Антоша, - начал учитель, - если ты и впредь будешь опаздывать на мои уроки или разговаривать на них, мне придётся тебя наказать, - если раньше Арсений Сергеевич говорил непринуждённым тоном, то на последних словах его голос стал более глубоким. Он… злился, что ли? - Ага, - кинул Антон и странно посмотрел на Арсения Сергеевича, - вы можете, конечно, попробовать… - Антон, - мягко осадил его учитель, - я не пробую, я делаю, - он на секунду прикрыл глаза, а потом мягко и с усмешкой посмотрел на ученика. Антон вздохнул. Для Попова это должно было означать, что мальчик не заинтересован в его словах, но сам Шаст это сделал, чтобы успокоится. - Арсений Сергеевич, - попытался он выдавить усталый голос, - делайте, что хотите, мне всё равно. Хоть заставьте меня сидеть в школе до 9 вечера, хоть позвоните родителям, хоть сделайте так, чтобы меня поставили на учёт. Мне – всё – равно. Арсений Сергеевич странно, и даже обеспокоенно покосился на Антона. Что несёт этот парень? Что за бред? Неужели ему действительно настолько похуй? - Давай я подвезу тебя до дома, - вдруг неожиданно для обоих парней сказал Попов. Увидев неуверенный взгляд Антона, он продолжил, - серьёзно, давай. Я знаю, ты живёшь не слишком близко. - Ну… - замялся Антон, - ладно. Если вы не хотите завезти меня в лес и убить… - Антон! – возмущённо воскликнул Арсений. - …то я не против, - закончил свою мысль Шаст, - хотя даже если хотите, то я всё равно не… - Антон резко замолчал, понимая, что выдаёт себя с потрохами. «Идиот! То ты не можешь успокоиться, потому что, видите ли, не можешь даже дышать нормально рядом с ним, но ты несёшь какую-то хуйню про лес! Долбоёбище… всё! Заткни свою пасть и тупо кивай-мотай головой. Просто – иди – за – ним». Арсений Сергеевич очень обеспокоенно посмотрел на Антона, который всем своим непринуждённым видом старался не показывать, что орёт сейчас сам на себя. Почти получилось, это уже успех. - Ладно, - произнёс старший, - не буду я тебя убивать, поехали. - Поехали. Парни спустились по лестнице, миновали консьержку, 2 минуты проторчали в гардеробе, и наконец вышли на улицу. Начало ноября, холод… ахуенно. Они подошли к машине Арсения Сергеевича, он быстро открыл её и пригласил Антона сесть. - Как дамочка, - тихо пробормотал Антон. Либо учитель его не услышал, либо предпочёл сделать вид, что не слышит. В любом случае, ответа не последовало. - Куда тебя везти? – Арсений Сергеевич повернулся лицом к Антону, - адрес, - уточнил он, будто Шаст без него не понял бы, что нужно назвать адрес. Парень без особого энтузиазма что-то пробормотал и отвернулся. - Хорошо. Весь путь они молчали. Арсений изредка открывал рот, чтобы что-то сказать, но не находил нужных слов. Иногда ему и вовсе казалось, что если он что-то скажет, то спугнёт и без того зашуганного Тошу. А этого не хотелось. Но всё было с точностью до наоборот. Антон хотел, чтобы учитель как-то начал разговор, неважно, на какую тему. Даже если он спросит про их сегодняшнюю «беседу». Мальчик хотел поговорить, но сам не мог отважится первым вступить в диалог. Вот так они и доехали в тишине. Наконец Шаст увидел такую знакомую и такую ненавистную многоэтажку. «Дом». - Здесь остановите, пожалуйста, - тихо попросил Антон учителя, указывая на подъезд. - Конечно, - как-то чересчур ободряюще ответил Арсений Сергеевич, - ну… ладно, Антош, иди. И завтра и не опаздывай на мой урок, - немного ухмыльнулся Попов и разблокировал двери, - пока. Et ne plaisante pas***. - До свидания, - пробормотал Антон и быстро вышел из машины. Попов ещё долго смотрел вслед мальчишке. Если точнее, пока тот не скрылся за железной дверью.

***

Антон молился всем известным ему богам, чтобы ни один из родителей ещё не вернулся. Поднявшись на лифте на 11 этаж, он, дойдя до своей двери, аккуратно нажал на ручку, с облегчением почувствовав, что та не поддаётся. Быстрым движением достав из кармана ключи, Антон открыл дверь и зашёл в пустую квартиру. Снять кеды – помыть руки – кинуть рюкзак в угол комнаты – завалиться на кровать. Готово. Шаст залез в телефон и открыл тт. Опять все эти люди со своими проблемами, повами, историями, глупыми шутками. Парень не заметил, как прошёл час. ЧАС?! Фак-фак-фак! Скоро вернётся мать… Издав стон, полный отчаяния, Антон медленно встал с кровати и направился к столу, по пути взяв с собой портфель. Опять эти уроки… физика, химия, геометрия и… русский язык? По этому предмету задают домашку? Пиздец, не знал. Сразу после этих мыслей в голову парню закралась другая: новый учитель. Да-а-а, Арсений Сергеевич не оценит, если «Антоша» не сделает задание по его предмету. А если опоздает. Мммм…красота. Резко, как по щелчку пальцев, Антон, который уже пару месяцев не чувствовал почти никакого азарта и предвкушения (в принципе положительных эмоций), захотел подразнить Арсения Сергеевича. Опоздать на его урок, который по счастливому стечению обстоятельств снова стоял первым, прийти без дз. Тот разозлится. Вот так Шастун и ищет себе приключения на жопу. Как только парень закончил со всеми уроками (кроме русского, разумеется), он услышал характерный звук открытия двери. А через секунду до его ушей донеслось приятное щебетание матери. Вот это уже странно. С отцом женщина никогда так не разговаривала. Судя по словам, она договаривалась с кем-то о встрече, а закончила разговор кокетливым «целую». Антон вышел из своей комнаты и опёрся на косяк, сложив руки. - Любовник? – коротко поинтересовался юноша. - Мальчик, - пренебрежительно закатила глаза женщина, - не порть мне настроение. Скажи лучше, в школе к тебе нет никаких претензий? – её взгляд стал строже. Антон замялся. Если пока нет, то завтра они точно будут. - Нет, - так же ёмко ответил Антон и удалился в свою обитель, предусмотрительно закрыв дверь. Сегодня мать была в хорошем настроении. Она не кричала на сына, не била. Даже ничего не сказала про еду. Хотя Антон уже привык голодать. Даже когда он не был наказан, аппетита всё равно не было. Снова плюхнувшись на кровать и взяв в руки телефон, Антону в голову пришла мысль. Нарыть информацию про этого «Арсения Сергеевича». Поиск в Инстаграмме увенчался успехом. Судя по фоткам, учитель жил очень даже полной жизнью. Бар, пляж, машина… ну нихуя себе! Педик. Эта мысль пришла в голову Антону быстрее, чем он успел подумать об этом. На секунду парень даже позволил помечтать себе о такой жизни. А может даже не о жизни… * - замолчи! ** - очень хорошо. *** - и не балуйся.