Игры на троих

Кларк сидел в мягком кресле напротив молодой женщины и молчал. Спина его сгорблена, голова низко опущена, руки нервно теребили подол рубашки, одна коленка подрагивала. Густые, длинные до плеч волосы цвета ореха свисали, прикрывая лицо, скрывая от посторонних беспокойную дрожь ресниц и что-то безмолвно шептавшие сухие губы. Фрау Гудзен наблюдала за парнем и тоже пока сохраняла молчание. Она думала. Как помочь юноше, чем? Как его успокоить и вернуть к нормальной жизни? От неё, как от психолога потребуется много усилий. Женщина открыла лежавшую перед ней папку с делом. "Кларк Абринг. Потерпевший. Насилие... Издевательства... извращённой форме... Групповое изнасилование..." Мда, много вытерпел. Сколько? Семь месяцев?! И всё время молчал, никому не жаловался! Слабый? Или был запуган? - Почему ты никому не говорил, Кларк? - наконец задала вопрос фрау Гудзен. - Мне... мне было... было стыдно... - не поднимая головы, пролепетал парень. - Почему не защищался, не противился? - Я... я слабый. - Тебя запугивали? Тебе угрожали? Кларк отрицательно покачал головой. - Но тебе не нравилось то, что с тобой делали Леон и Отто? Кларк помолчал, а после вновь показал отрицание. Однако несколько неуверенно. "Неужели что-то нравилось?" - мысленно подивилась психолог. Женщина вновь пригляделась к сгорбленному парню. Ему всего 17, строен, приятен на внешность. Но слаб, да. Совершенно без силы воли. И всё же, неужели ему ни разу не хотелось защититься, воспротивиться или хотя бы сбежать? За 7 месяцев! Насильникам тоже было по 17 лет. Парни учились с Кларком в одном классе. Оба уверенные в себе, даже наглые. Особенно Леон, с ярко выраженными качествами лидера. Конечно, они подавили, уничтожили хилую волю робкого юноши. И всё же. Любому терпению рано или поздно приходит конец. - Ты рад, что их осудят, Кларк? - вновь заговорила фрау Гудзен. Молчание. И за ним не последовало отрицания. Не рад? - Не знаю,- тихо отозвался парень. Женщина захлопнула папку. Надо спасать мальчишку. Иначе он навсегда замкнётся в себе. Или ещё хуже, станет патологическим мазохистом. - Кларк. В твоей душе слишком много груза. Ты хочешь поговорить о ваших играх? Молчание. - Хочешь рассказать о них? Молчание. Долгое и нервное. Руки оставили в покое подол рубашки и принялись за складку на брюках. - Если бы они не перешли в нашу школу... ничего бы не было... - наконец произнёс Кларк. - Не было бы ничего. Но они пришли. В школу. В мой класс. Там, где я. И мы встретились.