Я не поступлю так, никогда.

...

Алма, успевшая вернуться в петлю во время, сидела и ужинала с остальными воспитанниками академии. Имбрины мисс Зарянка и мисс Шилоклювка расспрашивали как их воспитанницы провели день, многие из них в открытую лгали, но их не стали выдавать те, кто оставался в петле, никто не хотел подводить друг друга, зная какие наказания могут последовать. Пока все продолжали поедать вкусный ужин, Сапсан планировала план побега из-за стола. Алме всегда надоедали такие расспросы, потому она придумала причину. Под предлогом того, что она уже поела, Сапсан собралась покинуть столовую. –Алма, не так быстро, зайди ко мне в восемь, – продолжая поедать свой ужин, отозвалась мисс Шилоклювка. Ничего не ответив, Алма ушла. Время тянулось, как резина, а тревога перед походом к куратору повышалась. У девушки было плохое предчувствие. Не вызывают же просто к себе в кабинет. Подойдя к дубовой двери, Алма сделала 3 коротких стука. Женщина впустила воспитанницу в комнату, где не редко бывала Алма, когда слушала лекции о морали. Заперев дверь, женщина медленной походкой подошла, и облакатившись на стол, начала пристально смотреть на Сапсан. –Что-то произошло? – не понимая происходящего, воспитанница задала вопрос. Не ответив, женщина подошла и ударила Алму по щеке. На бледной коже девушки красовался красный отпечаток руки, а боль сменилась на другую, когда женщина дала подзатыльник девушке. –Может быть, Алма, поведуешь мне, с каких таких пор ты у нас отношения с девочками начинаешь? Думаешь, что я не видела? Я птица, если ты это не отложило в своей памяти, то я тебе об этом напоминаю. Ты, Сапсан, меня вообще не слышишь? Такими темпами, ты не выйдешь из этой академии. Ты будешь никем, запомни это. Имбрины не могут начинать отношения, особенно с человеком их пола. Это неприемлемо! Ты никогда не станешь хороший имбирной. Ты будешь посредственной, а дети твои, которые бедные, окажутся у тебя станут жертвами не адекватности и слабоумия, – ударив девочку в живот, женщина продолжила читать свою тираду. Алма схватилась за живот, когда имбрина продолжала её бить. Девушка брыкалась, чем ещё больше вызывала гнев у женщины. У Алмы на щеках оставались мокрые дорожки от слез. Из глаз, не переставая, лилась соленая вода, а девочка срывалась на крик, из-за сильно боли, которую ей причиняла имбрина. –Ты жалкая, – ударяя в очередной раз воспитанницу, мисс Шилоклювка продолжила оскорблять Алму. Девушка взвизгнула громче, из-за сильног удара, когда в ту же секунду ей прилетел подзатыльник с большей силой, она поняла, что кричать смысла нет... –К слову, о твоей подруге. Я её убила, – безразлично произнесла мисс Шилоклювка. От этого у девушки сжалось сердце в груди, а из глаз полилось ещё большее количество слёз, ей было невыносимо больно слышать новость о том, что она потеряла своего самого близкого человека. Она приняла позу эмбриона, пока её куратор продолжала избивать её. –Хватит, пожалуйста, – еле сказав такую короткую фразу, Алма потеряла сознание от боли. Пнув девушку в живот, женщина успокоилась, когда увидела, что воспитанница перестала брыкаться. Открыв дверь, мисс Шилоклювка увидела пред собой мисс Зарянку. –Эсмеральда, уйди по-хорошему, – шипя, сказала глава совета. –Что ты сделала с девочкой? Дай пройти, – отодвинув женщину, птица подошла к ученице и ужаснулись от картины. Девочка без сознания, а на её теле кровоточащие раны от ногтей мисс Шилоклювки... –Эсмеральда, если что-то выйдет за пределы этой комнаты, то ты станешь новой игрушкой тварей, а все твои дети будут отданы пустотам, усвоила? – со всей язвительностью, мисс Шилоклювка констатировала факт, ведь лучшая защита - это нападение. –Я об этом умолчу в том случае, если ты переведёшь Алму в мою группу, – начав гнуть свою линию, мисс Зарянка не сомневалась, что сможет добиться своих целей. –Великолепно, уже завтра она будет переведена. А теперь, будь так добра, забери это бездыханное тело, – посмотрев в сторону бывшей воспитаннице, Мисс Шилоклювка покинула свой кабинет. Перенеся девочку в комнату, Эсмеральда взялась обрабатывать раны, которые Сапсан получила от бывшей кураторши. В голове птицы крутилось лишь одно: „За что с ней так?..“ Мисс Зарянка всегда видела Алму милой девочкой, которая отличалась от других воспитанниц. Она гордилась тем, что та имеет своё мнение. Имбрине было понятно для чего ломают этих девушек, но такую жесткость она видела впервые... Пока Эсмеральда обрабатывала раны, Алма проснулась и еле слышно прошипела от боли, отдёрнув руку. Все тело ломило от боли, а голова болела так, будто её били молотком. Не выдержав всего происходящего, Алма расплакалась. По её щекам текли слезы, а она даже не могла представить как будет продолжать существовать в этой петле. –Алма, всё хорошо, больше тебя никто не тронет, – поглаживая по плечу, повторяла мисс Зарянка. –Почему вы так думаете? Я же ее собственность, значит она будет продолжать это делать, – плача, произнесла Сапсан. –Тебя переводят ко мне в группу, а обижать тебя я не позволю, как и других своих детей, Алма, – смотря в глаза, имбрина вытерла слезы девочке. –Почему вы мне помогаете? – любопытство Алмы всегда было при ней. В комнате Алмы повисла тишина, лишь дождь, до сих пор барабанивший разбавлял эту мрачную да угнетающую атмосферу. –Знаешь, это сложно объяснить, но я хочу сказать тебе, что не один ребенок не заслуживает такого отношение к себе, чтобы он не сделал, – со всей печалью, женщина слабо улыбнулась. –Я не поступлю так, никогда, – дрожащим, но со всей уверенностью в голосе, произнесла Алма. –Я верю в тебя, – сказала мисс Зарянка, накрывая одеялом Алму. После, Алма часто будет вспоминать их разговор. Эти слова всегда будут отдавать эхом в ее голове. Именно эта женщина заставила её в тот момент не умереть. Ей так хотелось, чтобы та забрала всю её боль. Но в тот момент говорить о всём с чем она жила, ни физически не морально она не могла. Дни сменялись один за другим, а раны, синяки и гематомы зажили, осталась боль, с которой ей предстояло жить дальше. В один из однотипных вечеров, когда по крыше вновь стекали капли дождя, девушка плакала от отчаяния. В тот момент мимо её комнаты проходила мисс Зарянка, которая услышала тихие всхлипы за дверью. –Я войду? – постучавшись, Эсмеральда открыла дверь. И оказалась в прокуренной дешёвыми сигаретами комнате. О сигаретах женщина не стала заводить разговор, видя состояние воспитанницы. Пред её глазами была картина маслом. Алма, вжавшись в подушку плачет, не находящая в себе силы даже посмотреть кто к ней пришёл и разбросанные вещи по всей комнате, „видимо разбросала во время истерики“ – подумала мисс Зарянка. Закрыв дверь за собой, птица подошла к воспитаннице, и присев на край кровати, начала поглаживать по спине дрожащую от истерики Алму. –Я не могу так больше, – срываясь на крик, говорила Алма. Эсмеральда с трудом понимала, что говорит ее воспитанница. –Если ты сможешь взять себя в руки, то я смогу понять твою речь, Алма, только в этом случае у меня получится помочь тебе, прошу, услышь меня, – поглядывая за реакцией девочки, мисс Зарянка присела на кровать. Со временем Сапсан начала успокаиваться, и лишь тихие всхлипы выдавали её. Она вынудила себя сесть и начать повествовать историю о том как влюбилась, а после оказалось, что самый дорогой ей человек - убит. Убит мисс Шилоклювкой. У девочки лились слёзы ручьем, а она продолжала повествовать имбрине о своей жизни. Как ей было больно, когда над ней издевались братья, а теперь, когда её избила глава совета ей страшно. Повествовала о том, как она боится быть имбриной. Боится стать такой же, как мисс Шилоклювка. Боится навредить детям, которые будут под ее крылом. Она не готова... –Алма, знаешь, мы теряем близких нам людей, всем нужно время, чтобы пережить то, что происходит. Ты потеряла её, но это не значит, что в твоей жизни не появятся другие важные для тебя люди, ради которых ты будешь жить и любить свою жизнь. А над счёт Мисс Шилоклювки, ты единственная из имбрин, в ком я ни секунды не сомневалась и не буду сомневаться. Твои дети будут самыми счастливыми, поверь мне. Будь собой и не отступай от своих принципов, тогда у тебя всё получится. Я верю в тебя! – обнимая за плечо, Эсмеральда заставляла свою воспитанницу верить в себя. –Спасибо за всё, мисс Зарянка, я ценю ваши слова, – роняя слёзы, произнесла Алма. Ей было приятно слышать эти слова, она верила в правдивость этих слов. –Скоро твой выпуск, все будет хорошо, – со всей уверенностью, Эсмеральда обняла Алму. –Спасибо, – еле улыбнувшись, Алма обнимала женщину в ответ. После ухода Эсмеральды у Алмы были смешанные чувства. В ее голове сражались два голоса. Мисс Шилоклювки и мисс Зарянки. Этот когнитивный диссонанс, когда подсознательно хочешь верить в лучшее, настоящие и правильные слова, но заставляешь себя не сомневаться в худшем. Каждое слово резало. Уничтожало безжалостно её душу. Каждый день, до окончания академии.

***

Конец. Это конец. Последний день. Их выпускной. Это конец этого этапа жизни. Многие плачут, а кто-то не верит, что наконец покинет это место. Все воспитанницы должны пройти этап старения. Каждая из них постарела лет на шесть-десять. Например, Алма из семнадцатилетний стала двадцатипятилетний, а её подруга мисс Кукушка стала двадцатишестилетний. Для обеих это было радостным событием. Когда они поняли, что их взгляды сошлись, то стало понятно - они станут подругами. Девушкам предстояла выбрать куда они отправятся. Для сего был специальный глобус, который раскручивали и куда попадал палец имбрины,туда та и отправлялась. Когда наступил черёд Алмы у неё повысилась тревога, но взглянув на мисс Зарянку, которая всем видом показывала ей, что та справится и все будет хорошо, она всё-таки решила не беспокоится и отдаться судьбе. Тогда Алме чёрной тканью из шёлка закрыли обзор на глобус. Девушка остановила глобус, попав пальцем на какой-то не приметный остров под названием Кэрнхолм, Уэльс. Девушка успела подумать, что это станет ужасным место для дома, но ей ничего не оставалось. Отойдя от глобуса, Алма сказала себе под нос слова, которые придали ей уверенности. –Жить настоящим? – спросила Сапсан. –Да! – со всей уверенностью ответила сама себе Алма. Когда-то на этот вопрос отвечала ей Ален, но не сегодня... В этот момент она одна. Новый эпизод в её жизни. Новые люди. Новое место жительство. Всё, что она так хотела теперь будет. С ней не будет рядом близких людей. Но ведь кому-то она сможет позвонить или послать письмо. А с кем-то лишь поговорить в пустоту. Это ранило, но нельзя страдать всю жизнь от утраты. Все что было раньше, теперь уже не важно. Алма любит многое из прошлого и не перестанет любить никогда. Но сейчас новый этап и она идёт дальше, выбирая себя.

***