Настоящая команда

Сегодняшний день Кисе Рёты начался вчера. Менеджер, вызвонив его на работу рано утром: «Срочно, Кисе – это совсем срочно! Без ванны на три часа и прихорашиваний еще на пять!», не уточнила, что потребуются ночные съемки, да еще и на другом краю города. Заказчик, казалось, сам не знал, чего он хочет – «алые перья заката», «огни ночного города» или «золото рассвета». Но хотел он сделать все в срочном режиме и был готов хорошо заплатить за сверхурочные часы и, таким образом, один выходной день Кисе превратился в рабочие сутки. Хорошо, что за сутки они все же получили то, что устроила заказчика. Хотя, самому блондину казалось, что больше просто не осталось незанятого времени – его успели заснять с разных ракурсов и, наверное, по фотографиям можно было отследить ход светила. Направляясь в сторону отеля уже днем, все его мечты и желания были сосредоточены только вокруг кровати, подушки, одеяла и крепкого сна - хотелось просто исчезнуть для всех хотя бы на денек. Навстречу ему спешили прохожие, с громким гиканьем носились дети, солнце ярко согревало землю, заставляя парня щурить сонные глаза, громкий щебет птиц намекал, что для всех нормальных людей день начался, а спать надо по ночам. Кисе даже улыбнулся своим мыслям, заметив, что в голове начал оправдываться перед птицами за неспокойную ночь. Спать-спать-спать, и срочно – пока оправдываешься перед птицами, а не ловишь радужных единорогов! Однако, его мечты были прерваны звонком телефона. - Кисе! Какого хрена?! Где тебя носит?! - Касаматцу-сэмпай? – Кисе был настолько обескуражен началом разговора, что даже не смог в своем привычном стиле вываливать на собеседника весь свой позитив и энтузиазм, которого, признаться, осталось не очень много. - Игнорировать меня вздумал? Сейчас же в школу! То, что я выпустился, еще ничего не значит для тебя! Сейчас же! – трубка после громких криков печально погудела сброшенным звонком и замолчала. Кисе ошарашенно уставился на нее, не очень понимая, что это только что было. Бывший капитан, конечно, всегда был излишне строг и, возможно, даже немного необъективен по отношению к модели, но всегда до этого он хотя бы пытался придумать оправдания своим крикам, пинкам и ударам. Сонное сознание неожиданно зацепилось за иконку чата команды и цифре «238» над ней, намекающей на продуктивный общий диалог, происходящий, скорее всего, во время работы парня. Открытый чат пестрил сообщениями разного плана, весь смысл которых сводился к обсуждению необходимости встречи, выбора времени и уточнений, всем ли это удобно. То, что ответа от аса команды не дождались и, судя по всему, вообще его отсутствия не заметили, было неприятно. Тем более, что не заметить парня было сложно – не в его манере было ограничиваться одним коротким сообщением. По-хорошему, конечно, стоило бы позвонить сэмпаю и объяснить, что у него была работа, что он не думал, что кто-то решится собрать уже бывшую команду на каникулах, но крики капитана все еще стояли в ушах и Кисе просто не решился раздражать его еще больше, а потому в том же самом чате выписал: «Приветушки! Простите-простите-простите, ребята! У меня было столько работы, такие сложные съемки!» Парень нажал «Отправить» и начал набирать второе сообщение, когда на экране высветилась надпись «Доступ ограничен. Сообщение не отправленно.» Модель обиженно уставился на экран, как будто это он был виноват в том, что в чате команде ему отключили возможность писать сообщения. Конечно, ему все время говорили, что его слишком много и за его сообщениями теряется важная информация, но разве так можно? Как так вообще можно?! Они же команда, они должны быть вместе! А то, что это получается? Когда Кисе противопоставляет себя команде, то это ай-яй-яй, а когда команда его от себя отделяет, то все нормально? Но порефлексировать как следует у парня не вышло – подняв взгляд от экрана, он, неожиданно, наткнулся взглядом на знакомую голубую макушку. Мысль о том, что фантома никогда не было так легко заметить, даже не успела оформиться, а ноги уже несли блондина к товарищу: - Куроко-ччи! – от громкого крика разлетелись птицы, что-то выговаривая на своем языке, прохожие оборачивались, неодобрительно поглядывая на нарушителя спокойствия, и только сам виновник, ничего не замечая, продолжал идти вперед. – Куроко-ччи! – еще раз позвал Кисе, на этот раз не ограничиваясь голосом, а заодно вцепляясь в плечи друга, рывком разворачивая его к себе и крепко обнимая.- Я так рад тебя видеть! Я здесь был на съемках, мы только закончили, я собирался в отель, потому что до дома далеко, а тут ты! Ты гуляешь? А где Нигоу? Ты его с собой не взял? Зря, сейчас такая хорошая погода, он точно был бы рад с тобой пройтись! Или ты был занят? Ты куда-то ходил, куда нельзя с собаками? А куда? - Здравствуй, Кисе-кун, - привычно безэмоциональный голос фантома почему-то заставил Кисе замолчать и внимательно всмотреться ему в глаза. Что-то казалось ему неправильным в этих знакомых пустых глазах, но что именно он понять не мог. - Куроко-ччи, у тебя все хорошо? – все же уточнил блондин, продолжая вглядываться в голубые глаза напротив, пытаясь вытащить оттуда хоть что-то. - Да, Кисе-кун. - Это очень хорошо! Значит, мы сможем пройтись вместе! Нам сейчас по дороге – мой отель в той же стороне, что и твой дом. Ой, и как я не додумался сам тебе позвонить, чтобы встретиться после съемок? Большая удача, что мы встретились вот так, да, Куроко-ччи? – парень беззаботно щебетал, утаскивая Куроко в сторону его дома, но его мозг почти не отслеживал того, что именно говорит язык – сейчас было важно не что, а как он говорит. В то, что все в порядке, он совершенно не поверил, потому что, будучи неплохой моделью, без ложной скромности, он прекрасно умел отыгрывать необходимые эмоции, а потому то, что у друга что-то случилось, он почувствовал, несмотря на умение Куроко мастерски держать лицо. Пожалуй, они были полными противоположностями друг друга, но, наверное, именно из-за этого Кисе отлично понимал фантома – он олицетворял все то, чего не было у модели. Наверное, если бы их объединили в одного человека, то они бы уравновесили друг друга и стали бы обычным человеком, одним из этой серой массы. Ужас какой! Но это сейчас было не важно. Важно было то, что чем больше блондин говорил, тем больше его друг погружался в свои мысли, прекрасно зная, что модель и сам прекрасно справится с ответами самому себе на вопросы. А сам Рёта внимательно следил за другом, отслеживая самые незначительные проявления эмоций. Конечно, большинство людей этого бы просто не заметили, но здесь сыграли свою роль несколько фактов – парень хорошо знал Тецую и часто работал с камерой, показывая те эмоции, которые было надо показать, а не те, которые испытывал. И сейчас он очень хорошо видел, что его друг даже не расстроен, а просто-таки потерян, выбит из колеи, из привычного русла настолько, что стал заметен окружающим, настолько, что сам не заметил яркого приятеля, настолько, что просто не смог придумать, как от него отвязаться и сейчас просто шел вместе с ним, даже не задумываясь о том, куда именно он идет. Это тоже стало причиной, по которой Кисе решил прицепиться к другу – он за него откровенно испугался и для собственного же спокойствия решил довести до дома, хотя отель находился в совершенно другой стороне. - Кисе-кун должен позвонить Касаматцу-сану, - надо же, кажется его все-таки слушали. Правда, сам Кисе не особо задумывался, о чем именно говорит. Видимо, жаловался на команду. – Это ведь твой капитан, Кисе-кун. Вы команда. - Но они меня совсем не ценяяяят, - проныл модель, продолжая внимательно следить за реакцией друга. Судя по тому, что именно на это среагировал Куроко, возможно, именно с командой и связана его хандра. Куроко – командный игрок. Нет, даже не так – он абсолютно командный игрок. Если любой из команды – и речь сейчас даже не о Поколении Чудес, а о самой обычной команде – оставался игроком без команды и мог играть один на один, то для раскрытия способностей фантома были нужны остальные 4 игрока. Ну, на крайний случай, тандем «Свет-Тень». - Ты ведь сам их выбрал. С этим Кисе мог бы поспорить: он выбирал школу, а не команду и до недавнего времени вообще считал команду чем-то вроде подтанцовки, да и, признаться, до сих пор не получалось признать их равными себе – слишком разные уровни, умения и возможности. Конечно, он понял, что хотел донести до них Тецуя своей игрой – показать, что они потеряли, развивая индивидуальные способности и забыв об игре в команде, но у всего этого был один просчет: Поколение Чудес могло быть командой и было ей именно из-за того, что каждый из них был силен. Они были равны, каждый имел свое место, свой стиль, был в чем-то лучше, но ни один из них не был на голову, а то и на несколько, выше остальных в игре. И сейчас, в этой команде, Кисе было скучно – ему не к кому было стремиться, не с кем было тренироваться, потому что до его уровня они не могли дойти физически. С этой командой парень чувствовал тоже самое, что и множество раз до этого, меняя свои кружки – ему становилось скучно из-за того, что он становился лучшим. Но кое-что Кисе все же удалось заметить – Куроко действительно реагировал на темы, связанные с командой. Конечно, для него эта тема всегда была важна, но сейчас Рёта был точно уверен, что с командой Сейрин что-то нечисто – очень уж поникшим становился фантом, слушая рассуждения аса Кайджо о том, как его не любят, не ценят, не понимают в команде, а он ведь просто «ух»! Доведя приятеля до дома, радостно поздоровавшись с его бабушкой, пообнимавшись со щенком и попрощавшись, Кисе достал телефон. Он не собирался оставлять все, как есть. Он хотел все выяснить, все узнать, даже если Куроко решил скрыть от него правду. И он точно знал, кому он будет звонить.