Бутылка вина

      Слегка дрожащие пальцы касались цветных следов на бледной коже, пока он рассматривал себя в отражении. Перед глазами проплывали воспоминания о вечере, и Дилюк закусил губу, вспоминая тот пыл Кэйи. Тело словно всё ещё ощущало на себе его жаркие губы, а в памяти отложилось тепло карамельных рук. Сердце радостно трепетало, стуча об клетку ребер, жадно желая вновь очутиться рядом с дорогим ему человеком, и мужчина был с ним согласен в этом порыве.       Однако с этим придётся повременить. Сегодня он уедет в другой город на показ и увидит Рагнвиндр его нескоро. А сейчас… — Сейчас работа — немного грустно пробормотал он, одеваясь.       Рубашка по обыкновению застегнута до самой последней пуговицы. Он сосредоточенно оглядывает себя и замечает едва выглядывающий след. Так не пойдет. Дилюк переодевается, натягивая водолазку по самый подбородок, и теребит воротник, проверяя, закрывает ли он то, что должно быть сокрыто от посторонних глаз. Для некой гармонии цепляет кулон и завязывает высокий хвост. Пышные кудри послушно легли ему на плечи своим буйным вихрем. Смотря на себя, вспомнил ласковый голос Кэйи, который говорил о том, как он красив. Легкий алеющий румянец коснулся щек, ложась под медленно сходящими синяками недосыпа. Брови немного нахмурились, а мужчина глубоко вздохнул, прогоняя наваждение. Подумать только, сутки прошли, а все эти ощущения так свежи в памяти, словно он вчера с ним целовался.       Заказчики задерживались, и мужчина ждал их в пустой студии, прислонившись спиной к стене. Сунув руку в широкий карман брюк, он достает небольшой блокнот с ручкой. Открыв новую страницу, минуя прошлые зарисовки, Дилюк озаглавливает страницу слегка небрежным из-за быстрого написания почерком. «Что любит Кэйя.»       Дилюк задумчиво приложил ручку к губам, вспоминая Альбериха. Судя по его запаху, что он случайно почувствовал от шелковых блестящих прядей и нежной кожи, то он любит свежесть и прохладу. Многочисленные украшения, сверкавшие под разным освещением, что успели побывать на нем за весь период их общения, говорили о любви к блеску и мерцанию, подобному тому, что видно в его разных глазах. Ароматное вино, поданное с подходящей для него едой, наверное, ему явно не безразлично, чем питаться. Об этом говорило и ухоженное подтянутое тело, с ровной упругой кожей, за которой Альберих ухаживал. Именно из-за его случайных ночевок у мужчины в ванной появилось несколько кремов и пара масок. Кэйя любил прикосновения, и Дилюк часто замечал, как тот касается своих друзей, или не против, когда касались его. Как прикрывал красивые глаза, когда кто-то клал руки ему на слегка опущенные плечи после показа, разминая уставшие мышцы. Музыка, которую не только слушал, но и иногда даже напевал мужчина, была полна захватывающих легенд о приключениях, словно сказки пиратов. Как-то Альберих говорил про лилии, растущие рядом с водоемами. Кажется, их называют лилии калла. Может они ему понравятся? Дилюк быстро записывал все, что вспоминал, и делал небольшие зарисовки. Раздумывая, он нередко прикусывал нижнюю губу, сосредоточенно сводя брови. «Алкоголь всё же не лучшая идея» подумал он, вычеркивая небольшую зарисовку из небольшой кучки других.       Пришли долгожданные клиенты. Дилюк сдержанно поздоровался, слегка кивая головой. Съемка в знакомый журнал, где, чем необычней кадр, тем лучше. Раскрашенная в неестественные цвета модель, без волос и бровей с макияжем, словно она неземное существо спокойно смотрела в объектив, слегка повернув к нему голову. Губы были приоткрыты, а щеки сверкали от блесток. Её тело выгнулось в нестандартную позу, привлекая внимание. Детализированная одежда сидела точно по фигуре, повторяя изгибы. Дилюк приложил к объективу небольшой прозрачный камушек, с неровными гранями, добавляя странных бликов. — Коснитесь щеки, и отведите от меня взгляд — спокойным не громким, но и не тихим голосом проговорил он, а модель послушно выполнила то, что он сказал. Заказчик издали наблюдал за процессом, иногда дополняя новыми деталями то, чего он хочет добиться от них. Дилюк вступал с ним в короткие, но ёмкие диалоги, говоря, что возможно выполнить, а что нет. Он объяснял это немногословно, быстро донося мысли. Сосредоточенность не покидала его лица, а все действия были предельно четкими. Ни одного лишнего движения. Голос его все же звучал приветливо, хоть и строго, когда он вновь обращался к модели. Та даже немного легонько улыбнулась, а Дилюк поймал этот кадр.      

***

      Отойдя от группы, погруженный в собственную пучину мыслей, Кэйя посмотрел вдаль, вслед мрачным прямым путям. На платформе вокзала в это время было довольно немноголюдно. Он теребил меж аккуратных пальцев, увитых разными кольцами, билет в другой город. Небольшое волнение молодого, но подающего надежды дизайнера, чью одежду они будут представлять, охватывало всю группу. Более опытный стараясь успокоить его, рассказывал о своем опыте. Кэйя даже не смотрел на них, стоя к ним в пол оборота спиной. Красные полосы на столбах напомнили о пылком мужчине, а сердце тосковало по его теплу. Кэйя достал из кармана телефон и заглянул в чат. Его не было в сети с раннего утра. Увидев в ленте забавную картинку, Альберих переслал её собеседнику, представив, как тот выдохнет тихий смешок, глядя на неё, а обычно поджатые губы изогнутся одним из уголков в еле заметную улыбку, что согревала его, внушая трепет среди внутренностей. Альберих нередко отсылал ему подобное, незаметно следя за реакцией, когда они были где-то вместе. И получив удовлетворение от содеянного уже сама модель широко улыбалась, озаряя все своей лучистой идеальной улыбкой. Раздались предупреждающие гудки и звук приближающегося состава. Это выдернуло его из мыслей на поверхность. — Что-то ты сегодня больно задумчивый — произнес знакомый голос. Экстравагантно выглядящий дизайнер положил руку ему на плечо, глядя со знакомой еле заметной искрой в, казалось бы, холодных даже мертвых глазах. Кэйя улыбнулся, убирая телефон. — Правда? Я просто уже представляю бархатный слегка кисловатый вкус ароматного алого вина, которое выпью приехав в город. — На показ пьяным не приди — шутливо строгим голосом сказал дизайнер и отошел к остальным.       За окном было темно, а размеренный стук колес об рельсы успокаивал. Кэйя сидел у окна, зависая в новостной ленте соцсети. Его спутники уснули, и он один остался в полуночном свете из большого, немного зашторенного окна. Было немного скучно, и он вновь заглянул в чат, надеясь на что-то. Был пять минут назад. «Может, Дилюк еще не спит, он же поздно ложится». Кэйя написал приветствие, предвкушая радость от возможного диалога, пусть и короткого. Общаться в переписке не то, что вживую. Дилюк мало пишет, но отвечает на каждое сообщение, требующее этого. Его собеседник предпочитает слушать, наблюдать, словно хищник из укрытия, подмечая детали большими глазами. Альберих не был лишен подобного качества, тоже подмечая, как сдержанный и немногословный мужчина реагирует, хоть и едва заметно. Однако в последнее время Рагнвиндр стал говорить чуть больше, медленно понемногу открываясь перед ним. Словно шкатулка, но с ржавыми петлями, которым нужно время проскрипеть, с трудом открывая путь к содержимому. Настоящему сокровищу, как считал Кэйя, и в нем словно был дух пирата, ведь он всем сердцем желал завладеть им.       В ночной тьме, усиленной плотными шторами, не пропускавшими лунный свет, и нарушаемой только неярким светом экрана раздавались тихие, но грубые ругательства. Читая статью, Дилюк не специально все визуализировал и теперь старался отделаться от прилипчивого откровенного образа, который представал перед ним, едва он закрывал глаза, овладевая сознанием. Полыхая от смущения, он некстати для такого момента увидел сообщение Кэйи. «Доброй ночи, сова. Охотишься?» Он ответил: «Чего не спишь?»       Кэйя быстро получив ответ от Дилюка улыбнулся, ощущая трепет. «Могу спросить то же самое. Лично я без твоего тепла не могу уснуть. В вагоне так пусто без тебя» — он улыбнулся сильнее от резко пришедшей мысли — «Вот бы ты вновь прижал меня к себе, покрывая поцелуями. Твои губы так нежны. Я бы ответил, наблюдая за твоим очаровательным румянцем. Ты так красиво краснеешь, смущенно постанывая от прикосновений к своему телу»       Дилюк тихо чертыхнулся и закрыл к чертям статью, которую читал до этого. Она лишь дополняла то, что ему сейчас написал Кэйя, распаляя его воображение. Играется? Хорошо, он ответит.       «Кто бы говорил про смущения. Сам то, как звучишь, стоит мне коснуться твоих бедер. Или как очаровательно розовеют твои щеки, когда я целую твою шею. Тебе же нравится, когда я там тебя касаюсь?»       «А нравилось ли тебе, когда я касался твоего члена, лаская тебя? Хотел ли бы испытать большего? Я бы тебе показал свои умения, раздевая тебя вновь. Мои засосы идеально смотрятся на твоей коже, а сам ты подобен античной статуе. Такой красивой и холодной. Пока, конечно не разгоришься. Твой жар так приятен, когда я касаюсь нежной кожи, не видевшей света. Мои пальцы медленно, но верно бы огладили бы тебя там, где я никогда тебя не касался, пока ты бы наверняка шептал бы очередное ругательство. Готов поспорить, ты и сейчас их шепчешь, читая это»       Дилюк действительно грубо ругнулся, изгоняя очередной образ. Он задумался, как бы ему ответить. «А может я бы наоборот шептал бы, как ты мне дорог. Без тебя в жизни появляется больше черно-белых оттенков, делающих её тусклой, ты в ней словно яркое назойливое пятно, что вечно отвлекает меня».       Кэйя смущенно вздохнул, и быстро напечатал: «Я бы в любом случае довел бы тебя до состояния, когда ты бы двух слов связать бы не смог».       Дилюк закусил губу, случайно представляя. Новые знания, подчерпнутые из ранее закрытой им статьи пригодились, дополняя образ дополнительными деталями, делая фантазию более реалистичной.       Кэйя навис над ним, придавливая его к матрасу. Ласковые губы вновь и вновь целовали бы его, пока руки дразнили бы, оглаживая закованное в ткань тело. Отрываясь от него, он бы смотрел своими темными звёздами, утонувшими в пошлом желании, что ощущалось на физическом уровне. Он бы освободил его от плена рубашки, сидя сверху, пока Дилюк бы гладил его упругие бедра, от которых не хотелось отрываться, а продолжать и продолжать ласкать это тело, глядя прямо в лицо, что было искажено в удовольствии. Вновь касания, вновь ласка и тихие вздохи. Ловкие пальцы спускались бы все ниже. Пока Кэйя бы рассказывал что-то, он бы наверняка огладил его там, и проник бы внутрь, разрабатывая. Дилюк не знал, как это будет ощущаться. Знал лишь, что смущение и любопытство уже сейчас наполняли его через край, заставляя несчастное пылающее сердце яростно биться, словно об ребра.       Тихо чертыхнувшись, он взглянул на экран и заметил сообщение: «Приятных снов!» Ответив ему похожим сообщением, он вновь вернулся к статье, постепенно, медленно, но верно успокаиваясь.

***

      Репетиция к показу происходила вполне успешно. Модели проходили по длинному подиуму, якобы демонстрируя одежду, которая будет на них на показе. Дизайнеры стояли перед подиумом, оценивая их дефиле. Кэйя даже в своем обычном облике умудрялся сверкать, очаровывая собою окружающих. Он явно был любимчиком публики и обычно сверкал брильянтом под многочисленными взглядами. Красивые стройные ноги в узких штанах, подчеркивающих это, с некой плавной точностью двигались по подиуму, пока он слегка заигрывая в своей обычной манере улыбался. Подходя к определённому участку, модели позировали, а потом, разворачиваясь, уходили. И пока Кэйя подходил, одна из новеньких, шедших ему на встречу случайно споткнулась. Кэйя грациозно поймал её, надежно держа в крепких руках, словно это был элемент танца и развернулся, поставив ее на ноги, словно все это было элементом какого-то представления, и тихо поинтересовался, в порядке ли она. Смущенная, она ответила что да. Кэйя отпустил её, и картинно, но с тем грациозно кланяясь, попрощался, возвращаясь к своей задаче. Руки на тонкой талии и он уже изгибает себя, демонстрируя одежду. Ритмично взмахнув руками, переступая ногами, он слегка прошелся еще ближе, вновь заигрывая, а потом развернулся и плавно покинул подиум.       Громкая музыка показа, словно всё ещё звучала в ушах, на самом деле отразившись в памяти. Очень трудный рабочий день, наконец, закончился. Кэйя сидел на своей узкой постели, разминая уставшие ноги. Ступни ныли после тесной высокой обуви. С тихим стоном он упал на спину и обнял подушку. Стоило вернуться его соседу по номеру, как он уже вновь улыбался, полулёжа сидя на кровати, медленно потягивая вино из бокала. Во второй руке был телефон, в котором он смотрел фильм, используя наушники. — Ты снова взялся за вино? — с недовольством в голосе спросил сосед — Ты столько пьёшь, что уже даже твой организм отказывается пьянеть. Но как же ты умудряешься еще, и выхаживать по подиуму, забирая всё внимание?! К тебе опять подходили фотографы после!       Кэйя сквозь наушники услышал его вопрос. Он сильнее улыбнулся и слегка покачав бокал, протянул его вперед, словно приглашая отпить. — Хочешь, и тебе налью? — Нет, у меня свои способы расслабиться — и собеседник стал куда-то собраться, а затем отправился к двери. — Помни, у нас отъезд утром — сказал ему в след Альберих, расслабленно улыбаясь — не опоздай. — Я-то не опоздаю, а ты много не пей. Вдруг опьянеешь и не сможешь дойти — и он покинул комнату. Альберих поставил на тумбочку пустой бокал и вновь вернулся к увлекательному для него фильму. Поздним вечером, почти ночью ему пришло сообщение. «Напомни, когда конкретно ты будешь свободен» — от Дилюка. Кэйя задумался, припоминая, и накрутил локоны на палец свободной руки. «В понедельник я весь твой». В ответ ему прислали лишь короткое согласие. А потом Рагнвиндр пожелал хорошо отдохнуть и вышел из сети. Кэйя лег, глядя на его последнее сообщение. Трепет от ожидания встречи с ним лишь разгорался и он незаметно для себя погрузился в сон, воплощавший некоторые из ожиданий, которые Кэйя старался не строить.       Перед отъездом Альберих получил сообщение «В понедельник я зайду за тобой в семь вечера. Дресс-кода нет». С расширяющейся улыбкой на лице он показал билет проверяющему контролеру, пока внутри него разгонялся сладостный трепет. Радость, что он скоро увидит Дилюка обжигала изнутри, словно огненный цветок распускался внутри.       Наступил долгожданный день встречи. Трепет внутри лишь нарастал. «На часах скоро семь,» —вертясь перед зеркалом, подумал мужчина, собираясь на свидание. Он хотел вновь зацепить своим видом, хоть и знал, что это не требуется. Но самому было всегда приятно ощущать на себе взгляд. Синие прямые волосы аккуратно зачесаны с косым пробором, слегка свободная темная рубашка вновь оголяла загорелую грудь, пиджак расстегнут, дополняя силуэт. Узкие классического кроя брюки подчеркнули стройность ног. Он побрызгал себя немного духами и вновь осмотрел себя. В квартире раздалась трель дверного звонка. Открывая дверь, Альберих увидел желанного гостя.       Смущенное бледное лицо вновь порозовело, а теплые глаза восторженно блестели, глядя на него. Губы слегка изогнулись в подобие улыбки и приятный голос смущенно проговорил. — Ты так красив — Дилюк протянул Кэйе руку, что держал за спиной. Небольшой букет едва распускающихся лилий калла, что сразу нежно окружили своим запахом, были протянуты Кэйе, стоило Рагнвиндру переступить порог. Кэйя улыбнулся, и легко коснувшись щеки мужчины в мимолётном поцелуе, забрал букет. — Добрый вечер — обняв хрупкие цветы, прижав их к трепещущему от радости сердцу, произнес Альберих — подожди, я поставлю их в воду. Дилюк поздоровался, и стоило Кэйе отвернуться, уходя вглубь квартиры, он легко коснулся щеки, ощущая зарождающееся тепло внутри, что душило его в желании окружить лаской этого человека. Дарить ему все цветы, лишь бы вновь получить новый поцелуй. Возможно, эгоистично, но он хотел быть рядом, и начинал осознавать, насколько же сильно ему обычно не хватает Кэйи. Этого яркого пятна, что ранее злило, а теперь без него рядом так пусто и тихо. Даже переписка не спасает, лишь немного отодвигая печаль на время, которая глубоко поселилась внутри. Дилюк поправил воротник белой рубашки и сунул руки в карманы пальто, когда Кэйя, наконец, вернулся, вновь озаряя все собой, словно яркая звезда.       Весь вечер с губ Дилюка не сходила призрачная полуулыбка, которая слегка изгибала их. Теплый взгляд алых глаз был прикован к спутнику. Рагнвиндр словно в первый раз его видел и всё никак не мог налюбоваться. Кэйя легко сжимал его шероховатые пальцы, немного раскачивая переплетённые руки в такт ходьбе. Он искренне улыбался, озаряя этот вечер своим счастьем. Звезды как никогда ярко сверкали в его глазах, отражая внутренний свет. Альберих ощущал нежный трепет, согревающий изнутри, легкий, словно стая бабочек, что билась в клетке рёбер. Походка была пружинящей, и Дилюк слегка ускорил шаг, чтобы поспевать за ним. Легкий вечерний холод окружал их, но они словно не замечали его, завернувшись в свой уютный кокон на двоих.       Они шли по давно знакомым улицам, и Дилюк посмотрел на одну из витрин. Знакомое стекло большого окна было увито по краям узорами инея, а в холодной глади отражалась счастливая пара. — О, а не здесь ли мы пили тот странный кофе? — Повисая на его плече, спросил на ухо Кэйя. Его шёлковые волосы упали на бежевое пальто Дилюка, слегка путаясь в концах. Дилюк задумчиво взял их, и немного теребя в попытках распутать, вспоминал. — Ты про который? Если ты про тот, с разными запахами и вкусами фруктов, то здесь. — Там еще молока полно было и пены — отстраняясь от его плеча, весело ответил Кэйя. Он совсем не был против того, чтобы Дилюк теребил его волосы, но сейчас ему хотелось другого. — Погреемся? — приподнимая бровь в намёке, спросил Кэйя. Дилюк отпустил его волосы, к легкому разочарованию владельца, и кивнул, отводя пылающий взгляд.

***

      Кэйя сидел в углу за столиком, ожидая Дилюка. Он теребил один из рукавов, погрузившись в себя. Было так спокойно и тихо, но казалось, словно впереди еще что-то будет. Это ожидание томило изнутри, а он не обращал на него внимания, наслаждаясь вечером. Что может случиться?       Дилюк появился, тихо ставя на столешницу пару стаканчиков, а затем двинул один из них к Кэйе, который благодарно улыбнулся. В нос ударил сладковатый запах мяты. От кофе, которое уже успел отпить Дилюк, пахло виноградом. Альберих хохотнул про себя. Его спутник видел, что он до этого теребил свой рукав, а теперь словно не знал, куда пристроить руки и поэтому протянул одну из своих, ладонью вверх, намекая, что он может потеребить её, если хочет. — Всё хорошо? — слегка обеспокоенно, но мягко спросил он. Альберих коснулся руки и переплёл пальцы. — Вполне. Просто небольшое волнение — собеседник кивнул, вновь отпивая напиток — А ты как себя чувствуешь? — Хорошо, — коротко ответил он, ставя стакан и касаясь освободившимися теплыми пальцами карамельной руки, — здесь сегодня красиво.       Альберих окинул взглядом кафе. Они повесили новые ярко сверкающие холодным светом гирлянды, а на столах стояли новые салфетницы. В зале было как никогда чисто и на удивление немноголюдно. В их углу и вовсе рядом никто не сидел. — Красиво, — ответил Кэйя, а затем, хищно улыбнувшись, понизил голос, приблизившись к собеседнику, что сидел рядом, а не напротив, как обычно до этого, — идеальное место, чтобы поцеловаться. Дилюк довольно быстро вспыхнул, смутившись на глазах. Кэйе понравилась эта реакция, и он хотел продолжить. — Но так делать в общественном месте не очень хорошо. Плюс я не хочу, чтобы кто-то посторонний видел, как ты смутишься сильнее, закусив губу от продолжения моих прикосновений. О, а я тебе их много бы их подарил. Касался бы, сколько разрешишь.       Он как нив чём не бывало, отпил кофе, пока Дилюк смущенно кашлянул, переводя взгляд на свой стаканчик. Хотелось бы больше его раззадорить, но Альберих не знал, до чего это может довести. Поэтому он пока решил перевести тему. — Ох, на показе видел одного нашего общего знакомого. Помнишь, в странном обличие, с шипами и перчатками, которые кажутся очень острыми? — С вином вечно? — тихо спросил Дилюк, присоединяясь к разговору. — Да. Такого целомудренного, но с тем и горячего наряда я в жизни не видел, что был представлен на показе. А как уверенно и холодно смотрели глаза. Тебе бы понравилось это выражение, ты любишь всякие эмоции снимать — на это Дилюк лишь моргнул, словно соглашаясь. Незаметно для себя он стал гладить руку Кэйи, что до сих пор лежала в его ладони. Второй же он держал наполовину опустевший стакан ароматного крепкого напитка. — А ещё мне понравились те новые фотографии, что ты недавно добавил себе в группу. Там цвет так сочно смотрится, а картинка настолько приятная и живая, — пока это говорил, он заметил, как немного смущенно Дилюк вздохнул. Слышать то, как Альберих отзывается о его работе, было приятно, даже если он критиковал, и мужчина ничего не мог с собою поделать, кроме как замереть — Вот только…       Кэйя как-то немного странно с наклоном взглянул на него и Дилюк спросил, заинтересованно кивнув. — Что? — Почему ты меня не фотографировал в подобном ракурсе? — он игриво приложил палец к губам, глядя на него с хитринкой. — Разве? — собеседник сдвинул брови, что-то пытаясь вспомнить, и отвел от него взгляд. Прикусив нижнюю губу, он глубоко вздохнул, а затем вновь взглянул на него, чуть сильнее сжимая чужую ладонь, — а та фотосессия, когда рекламировали украшения? Там вроде мы так цепь снимали — а затем чуть тише добавил — но хочешь, я еще тебя сфотографирую так как-нибудь.       Кэйя согласно кивнул, не переставая по лисьи улыбаться своим мыслям. Отводя взгляд от Дилюка, он взялся за свой напиток. — А какие ещё у тебя планы? — спросил он спустя время, когда кофе был почти допит.       Дилюк задумчиво теребивший его пальцы, слушая до этого рассказанные истории, оторвал взгляд от рук и взглянул на него. По взгляду алых глаз было понятно, что немногословный собеседник что-то немного недоговаривает, а если обратить внимание то, что периодически теребит то губу, то волосы, не имея возможности свести руки в привычный жест на груди, то можно было подумать, что он стесняется. — Ну, мы можем прогуляться по парку — мягко произнес уверенный голос, несмотря на кажущееся волнение. — Парк? Там сейчас свежо. И наверняка красиво, романтичная ты моя особа. — Кэйя широко улыбнулся, склонив голову набок. Дилюк немного свел брови, поджимая пухлые губы. — Не романтичная. Пошли. — Чуть ли не шикнул он.       Он встал, немного сминая свой пустой стаканчик и отправляя его в ближайшую урну. Кэйя сладко потянулся, а затем поднялся следом, бросая лукавый взгляд. Обгоняя, он невзначай коснулся чужого бедра, но стремительно вышел на улицу, пока мужчина не успел отреагировать. Когда Дилюк вышел, тот уже стоял под фонарным столбом, выдыхая пар, словно дым. Стоило мужчине приблизиться, как Кэйя широко улыбнулся, обхватывая его руку. Тот лишь кивнул в сторону маршрута, по-совиному моргая алыми глазами и уткнувшись в собственный воротник. — На улице сегодня прохладней, тебе не кажется? — Альберих шел рядом, переплетаясь своими пальцами с чужими и теплыми. Дилюк сунул их руки в свой широкий карман и кивнул. — А кто разберёт эту странную погоду. Она раскапризничалась, не знаешь что ждать. Только вчера солнечно было. — Может из-за того, что сейчас так поздно? Который час? — крепче переплетая пальцы, нежно оглаживая их при этом, спросил Кэйя. — Поздний — пробурчал Дилюк, а затем показал ему телефон, на экране которого светились цифры, отражавшие время. — О, это мы почти под закрытие покинули кафе.       Дилюк кивнул, ответно гладя прохладные пальцы в своем кармане. И почему руки Кэйи так быстро мерзнут?       Ночной город был тих. Фонари красиво горели, освещая ровно выложенную плитку. Тихий приятный разговор, переплетенные руки, давно желавшие касаний друг друга. Дилюк остановился, уверенно посмотрев на собеседника, словно желая что-то сказать. Альберих замолк, с интересом глядя на него, мягко улыбнувшись. Мужчина приблизился и, убрав синюю прядь за ухо, чем вызвал приятный трепет в жадном до его ласки мужчине и проговорил, заглядывая в разные глаза, сверкающие звездами в окружающей их мягкой темноте ночи. — Ты сегодня ещё прекраснее. Я всё сильнее… — он начал понемногу краснеть, сбиваясь со своих до этого четких мыслей, а его голос задрожал от нарастающего волнения и пока сам не успел окончательно смутиться, поцеловал Кэйю, который был только рад новым прикосновениям. От Дилюка приятно пахло ароматным кофе, делая этот момент уютнее. Отстраняясь от ласковых губ, Рагнвиндр приложил его ладонь, которая до этого оставалась в руке к своей груди. Кэйя с любопытством наблюдал, не перебивая. Дилюк тихо, с теплом в голосе произнёс — Ты мне очень дорог.       Кэйя с замиранием в томящемся сердце смотрел на него. От волнения глаза начали блестеть сильнее, разгораясь холодными звездами. Альберих собственной ладонью ощущал жар, исходивший от мужчины, ощущал его немного учащенное сердцебиение даже сквозь одежду. Словно он пытался признаться, но не словами, а своим телом. Просил услышать его сердце, сообщавшее о чувствах, поселившихся в нём, немым криком. Свободной рукой Кэйя коснулся пылающей щеки. Карамельные пальцы скользили по гладкой коже, а мужчина, заглядывая в лицо волнующемуся и смущенному собеседнику, признался: — Ты греешь меня изнутри, ярким пламенем освещая жизненный путь. Рядом с тобой просто хочется быть. И не только. Я хочу отдавать тебе свои чувства, свою любовь.       Дилюк издал смущенный звук, вздыхая, пока Альберих, отводил дрожащий взгляд. Он хотел убрать руку со щеки, но ощутил легкое касание теплых, слегка шершавых пальцев. — Взаимно — тихо произнес приятный голос, от которого сердце готово было выпрыгнуть, опаляя всё теплом, что томилось в нём.       Кэйя резко обнял его, смущенно уткнувшись в плечо лбом. Дилюк сперва немного застыл, а потом рассеяно погладил его по спине и прижал к себе сильнее. Альберих сгорал от счастья, осознавая, что на его чувства ответили. И ответили взаимностью, хоть и в своеобразной форме. Стоило ему отстраниться, он заметил, каким взглядом всё это время смотрел на него мужчина. Алые глаза излучали такое количество тепла и любови, что можно было захлебнуться в этом бурном потоке.       Спокойная, словно сказочная атмосфера сказки подходила к концу, когда они покинули ярко освещенную аллею. Тихая прогулка, в приятной тишине. Им не нужно было слов, они и без этого ощущали себя комфортно, жестами тела выражая любовь. Кэйя поглаживал руку Дилюка, идя немного медленнее, чем обычно. Дилюк сперва ухмыльнулся, замечая, что их разница в росте не настолько велика, чтобы Кэйя замедлял шаг, а тот, улыбаясь, ответил, что хочет больше провести времени с ним, растянуть момент. Договорив он приобнял мужчину, у которого каждое прикосновение прохладных пальцев вызывало бурю чувств, отдаваясь ощущением маленьких взрывов чего-то приятного. Даже не смотря на то, что в последнее время Дилюк часто касался Кэйи, прикосновения для самого мужчины всё ещё были вещью непривычной. Но даже сейчас Рагнвиндр понимал, что не сможет без этих мимолетных касаний, без того, что Кэйя рядом, без него.       Дилюк шел вперед, оглаживая прохладные пальцы и раздумывал над дальнейшим планом. Он кое-что приготовил для Кэйи, но хотелось, что бы это было сюрпризом. Холод неприятно пробрался под пальто, когда ветер резко обдал их на одном из пешеходных переходов, трепя тяжелый подол. — Ты не замёрз? — спросил он у Альбериха, который казалось даже не заметил этого порыва ветра, прижимаясь к мужчине. И хоть тот тоже был одет по погоде, но Дилюку вечно казалось что тот мерзнет. Из-за пальцев ли, которые быстро становились холодными, стоило ненадолго расцепить руки или из-за казавшейся легкости одежды, которая тоже разлеталась на ветру, или из-за приоткрытого горла, настолько, что он замечал выступы ключиц. — Немного прохладно — ответил Кэйя оглядываясь на спутника. Дилюк на мгновение потерялся в его сверкающих звездах, но быстро опомнился, возвращаясь к реальности. — Давай до меня, тут близко — он легко огладил загорелую, но прохладную щеку теплыми костяшками пальцев, а Альберих прикрыл красивые глаза, нежась от прикосновения. — Отлично, чур ночую я у тебя — он лукаво блеснул открывшимися глазами, широко улыбнувшись — а то не хочется в поздний час такси вызывать. Автобусы то скоро ходить перестанут.       Дилюк кивнул, про себя отмечая, что никуда бы он так поздно Кэйю бы не отправил. А тот лишь радостно дернул их переплетенные руки. — Чур диван мой — весело хохотнул он. — Ты его так облюбовал, хоть забирай. А я уж думал, что ты погреешься со мной.       Кэйя недоверчиво моргнул, и перевел взгляд с дороги на Дилюка. Тот легонько улыбался, шире, чем обычно. — Такой большой, а спать один не хочешь? — протянул, дразня Кэйя. Подумать только, Дилюк снова зовет спать рядом. — Если не хочешь, я не настаиваю — с нотками игривости проговорил он, хоть взгляд и говорил о некоторой обеспокоенности. — Хочу — весело ответил Кэйя — но давай позже, слишком рано было бы засыпать. Дилюк кивнул. — Я бы не дал тебе быстро уснуть — он потянул руку едва застывшего Альбериха за собой, призывая перейти дорогу. Ступая за ним на желтые полосы тот ответил игривым тоном. — О, и каким же образом, хотел бы знать? Дилюк выдохнул тихий смешок и откинул волосы за спину, выпрямляясь. — Ну фильм можем посмотреть. Если ужасы так и вовсе не уснём. — Не хочу ужасы — честно ответил Кэйя — может приключения? — О, они отлично подойдут — отметил Дилюк, заканчивая переход. — Куда подойдут? — поинтересовался Альберих, ступая в полутьму вслед за Дилюком.             Тротуар в этом участке неярко освещался теплым светом редких фонарей. Теплая шершавая ладонь надёжно держала его пальцы, словно мужчина не хотел, чтобы спутник отстал и заблудился. — Куда-то — загадочным тоном ответил Дилюк, а затем с серьёзным выражением лица продолжил путь, заканчивая его у нужного подъезда. Кэйя хотел бы знать ответ, но понимал, что Дилюк сейчас не ответит. Возможно он что-то еще приготовил, и эта догадка поселилась в его голове, подкидывая иные предположения того, что бы это могло быть.       Рагнвиндр отворил дверь квартиры, пуская Кэйю. Стоило гостю скинуть пальто, как Дилюк попросил его не торопиться. Сняв свою верхнюю одежду, он поинтересовался. — Ты голоден? — Немного — ответил Кэйя, наблюдая за ним, перекрестив руки на груди и хитро прищурившись. В голове стали селиться новые догадки — Ты что-то приготовил?       Дилюк кивнул и повел его на кухню. Что странно свет в этой комнате он не включил, ненадолго оставляя Альбериха в полумраке. Однако вскоре комнату озарили блестящие гирлянды, мерцающий свет которых отражался от разноцветных разномастных стеклянных бус и фольги. На столе что-то стояло, накрытое полотенцем. Рагнвиндр подошел, и просовывая руку под него пробормотал. — Ещё не остыло. Мой руки и присаживайся. Фильм здесь включим? — Можем и без него — удивленный Кэйя, с интересом осматривая украшенную причудливыми бликами комнату и отправляясь к раковине, ответил на вопрос Дилюка. Рядом с ней он заметил небольшую вазу с разными небольшими и нежными цветами, которые окружали ветки мяты. Кэйя обернулся и кивнув на них, спросил у Дилюка, который только вернулся и замер в отдалении, вытирая собственные мокрые руки, которые успел помыть. Тот взглянул на то, что показывал Кэйя и ответил. — Пытался в новые рецепты. С газировкой и лаймом смешивал. — О, интересно попробовать — Кэйя вскоре подошел к столу. Дилюк поставил на стол пару глубоких тарелок и убрал полотенце с небольшой кастрюльки. — Предупреждаю сразу, блюдо экзотично — и отошел к холодильнику, доставая газировку. Кэйя приподнял крышку, ощущая пряный аромат. — А что это? — Это саль… — Дилюк оторвался от приготовления напитка и потянулся к записной книжке. Под тихий смешок Кэйи он заглянул внутрь и прочитал — сальмагунди. — Ох и выдумал то — Альберих разглядывал содержимое кастрюльки. Обжаренные кусочки мяса, среди зелени и тонких кубиков копченостей, а сверху было украшено зелёным луком, маслинами и долькой лимона — Чем хоть вдохновлялся то, на такой эксперимент кулинарии? — Приключениями. Но я отошёл от рецепта и мариновал мясо иначе. Получилось вкусно, но возможно не так, как в задумке первоисточника. Цвет точно не столь же яркий как у того мяса — Дилюк поставил перед ним стакан с напитком. — Надеюсь приключениями без участия больницы. А почему отошёл от рецепта то? — поинтересовался Кэйя, протягивая руку к освежающему угощению. — Там вино, я не рискнул выбирать его. Кэйя хохотнул, вспоминая его предыдущую покупку. — Ну один раз не повезло, повезёт в другой, не переживай — Кэйя весело посмотрел на него — хочешь потом как-нибудь посоветую тебе?       Дилюк сдержанно кивнул, поджав губы. Алкоголь не очень нравился ему, но если он и продолжит так экспериментировать с кухней, то рано или поздно столкнётся с рецептом, где заменить вино не получится. Он доделал второй стакан и поставил его на столешницу, недалеко от пустой тарелки.       Кэйя отпил освежающий напиток и продолжая держать стакан с прозрачным льдом внутри в собственной руке, не замечая как она становится холоднее, и поднял взгляд на Дилюка. — А неплохо получилось. Барменом не про… Хотя с твоим умением выбирать алкоголь я бы взглянул на посетителей — махнул рукой Кэйя, мягко улыбаясь. Дилюк еле заметно улыбнулся, присаживаясь рядом и глядя куда-то в темное окно. — Не переживай, зато фотографируешь прекрасно, у каждого свои слабости — Альберих уж подумал, что немного начал перегибать. Он не задумываясь коснулся рукой щеки Дилюка, желая привлечь его внимание. И удивился когда тот сначала отшатнулся, а потом удивленно посмотрел на него. — У тебя руки оледенели? — спросил Рагнвиндр, беря его холодную ладонь в свои теплые руки, от приятного жара которых начало покалывать в пальцах. — Ой, я ей стакан держал — Кэйя улыбнулся, а затем выпутавшись из его ладоней коснулся холодными пальцами выглядывающего из-под воротника участка шеи. Дилюк рефлекторно дернулся, чем вызвал лишь задор в мужчине. — Холодно ведь — пробормотал он, растирая шею и увернулся от нового прикосновения. А затем вновь поймал его руку и легко поцеловал костяшки. — Давай я сперва ее согрею, а потом касайся меня как хочешь? — глядя прямо в сверкающие озорством глаза из-под своих пушистых полуопущенных ресниц тихо спросил Дилюк. — Так не интересно — протянул Кэйя, но руку не выдергивал — но так уж и быть — согласился он, когда почувствовал очередной поцелуй и мягкое растирание замерзших пальцев. — Тебе так интересно меня морозить? — тихо спросил он, отрываясь от руки, но не прекращая греть её. — Может быть, немного — улыбаясь ответил Кэйя — но касаться мне нравится больше.       И словно в подтверждение своих слов свободной рукой провел по гладкой коже щеки, что начинала медленно розоветь. Кэйя придвинулся ближе и заглядывая в тёплые глаза спросил: — Я поцелую твои прекрасные губы? — кокетничая спросил он, а Дилюк смущенно кивнул, резко вдыхая свежий мягкий аромат, исходивший от собеседника. Губы мягко накрыли его, слегка пощипывая, словно в желании насытиться ими. Свободная рука вплелась в пышные пряди на затылке, слегка оттягивая их у корней, массируя кожу подушечками пальцев. Губы все сильнее втягивали в поцелуй, от которого не хотелось оторваться. Мягкое касание и Кэйя отстранился, заглядывая в слегка розовеющее лицо. — Я люблю тебя — прошептал он.       Дилюк кивнул и отпуская уже потеплевшую руку нежно коснулся мужчины, беря его лицо в свои теплые ладони. Слегка касаясь пальцами шеи он погладил его и приблизившись к Кэйе коснулся в поцелуе его шеи. Зная, что здесь очень приятно для него он нежно касался губами тонкой кожи, покрывая почти невесомыми многочисленными поцелуями. Легкие касания рук, которые словно покрывали все тело, сминая ткань одежды не забывали ни об одном участке. Дилюк касался его до дрожи, лаской обжигая нервные окончания. Внутри что-то трепетало, тая от такого внимания. Альберих наслаждался им, отвечая на все действия, сильнее разжигаясь в огне страсти. Горячие мягкие губы коснулись уха и Дилюк прошептал, щекоча дыханием. — Не хочешь выполнить то, что обещал мне в нашей переписке? Твоя страсть нехило тогда меня раззадорила — он ласково провёл руками по телу, сжимая в объятии — или ты только дразнить такой смелый.       Кэйя поперхнулся воздухом и ненадолго посмотрел прямо в жадно горящие рубиновые глаза. Сам он уже давно погряз в похоти, желая мужчину, но не ожидал, что тот сам предложит. Еще и таким образом. Дилюк дразнил его, возбуждая касаниями и словами. Пылкие поцелуи его слегка влажных губ обжигали при прикосновениях, остужая прохладой, когда он отстранился от кожи. Вновь и вновь продолжая эту приятную пытку. Кэйя улыбнулся и потянулся к застёгнутому воротнику. Расстегнув пару пуговиц он оставил легкий поцелуй на бледной шее. — Вижу мои прошлые поцелуи уже сошли — прошептал он — хочешь новые оставлю. Мое предложение показать тебе всё ещё в силе. — Ну так покажи — ответил Дилюк приподнимая уголок припухших губ. Кэйя заглянул в его довольное лицо и вновь одарил поцелуем. Руки скользили по телу, расстегивая сильнее белую рубашку, сминая некогда ровную ткань пальцами. Получая доступ к коже прохладные пальцы огладили её, пробуя на ощупь тело. Разноцветные глаза жадно следили за реакцией партнера, который хоть и смущался, но пытался сохранить серьезность. Он прикусил нижнюю губу, когда Кэйя коснулся вставшего соска. Поглаживая его легкими касаниями Альберих приблизился к краснеющему лицу и проворковал соблазняющим голосом. — Может перейдём в другое место?       Дилюк кивнул и оставил легкий поцелуй на теплой щеке, отодвинув синие пряди и заправив их нежным касанием за ухо. Переплетя руки они покинули кухню. В тёмной квартире оставались блики гирлянд, светивших на кухне и мерцающий свет падал на них, отражаясь во влюбленных глазах.       Кэйя нежно гладил чужие слегка дрожащие пальцы, всем телом ощущая волнение Дилюка. Тот не хотел признаться даже себе в этом, считая что тут нечего бояться. Ведь Кэйя не сделает ничего плохого, и сам он его любит и давно хочет всё это ощутить всем своим пылающим нутром, дрожащим скорее от предвкушения. Успокаивающие движения потеплевших пальцев не сильно помогали и как только Дилюк завел его в комнату Альберих прильнул к нему, тепло обнимая. — Не волнуйся, всё будет хорошо. Хочешь, мы в любой момент можем остановиться — мягко произнёс он. Дилюк слегка нахмурился в полумраке и твердым голосом произнёс: — Я не боюсь. Но спасибо — добавил тише он — просто… Я очень хочу тебя. -До дрожи? — более лукавым голосом спросил Кэйя и опустил руку на его слегка оттопыренную ширинку. Мужчина глубоко вдохнул сквозь зубы. — Да — выдохнул он. Его руки быстро начали расстегивать тёмную полу расстёгнутую рубашку, немного сдёргивая пиджак. Опуская руки вниз по прижавшемуся к нему телу, он сжал на пробу округлые ягодицы, что красиво выпирали, будучи подчеркнутыми брюками. — Ты так прекрасен даже если я могу насладиться тобою лишь на ощупь — томно проговорил, уткнувшись носом в шею. — Зато в такой темноте может стесняться меньше будешь — тихо ответил Кэйя, ощущая как партнер касается в поцелуе шеи, прямо во время его слов. — Я хочу на тебя смотреть — сказал Дилюк — или ты чего боишься? — Я? Я боюсь так и не увидеть твоего румянца — касаясь теплой щеки мужчины ответил Альберих — ты так мило смущаешься. — Возле кровати ночник был, прямо на тумбочке — сказал Дилюк чувствуя, что Кэйя его куда-то повел, держа за обе руки. Так как он был лишь раз в комнате, то не знал, куда и как конкретно идти отчего во тьме наткнулся на кровать и плюхнулся на неё, утягивая Дилюка за собой. Изначально он сел, но когда к нему присоединилось другое тело, то упал, оказавшись прижатым им. — Ну не, я буду сверху — шутливым тоном сказал Кэйя и вывернулся. На ощупь он дотянулся до чего-то почти прямоугольного и деревянного. Изучая поверхность нащупал провода, а затем и выключатель. Тихий щелчок и приятный мягкий свет неярко осветил пространство, немного разгоняя мрак, но в основном в пределе постели. Кэйя обернулся и увидел лежащего Дилюка, что наблюдал за ним ожидая. Одной рукой он подпирал голову с полураспустившимся хвостом, пышные волосы которого обрамляли слегка смущенное лицо с едва розовеющими щеками. В рубиновых глазах, что словно не моргая смотрели на него расцветала бездна, а бледные пальцы второй руки слегка прижимались к нижней губе. Он лежал на боку и расстегнутая одежда открывала вид на едва порозовевшую от касаний грудь, которая учащенно двигалась от начинавшего сбиваться дыхания. Кэйя скинул с себя верх одежды, ловя одобрение в пылающем взгляде, что начал немного жадно исследовать его тело. Дилюк и ранее видел его полуголым и даже более, но именно сейчас он казался ему особенным. Карамельные руки коснулись его белой рубашки, начиная стягивать её. Раздевая Дилюка Кэйя целовал его и скидывая все больше одежды побудил его переместиться ближе к центру. Он гладил и целовал его, спускаясь ниже и делал это так невыносимо приятно, что Дилюк даже немного отползал, пока не коснулся спиной подушек. Отчаянно краснея он увидел как растягивающий губы в лукавой улыбке довольный Кэйя приблизился к его сильнее оттопыренной ширинке. Он огладил его сквозь ткань наблюдая как тот смущенно отвел взгляд от сверкающих звёзд. В губ сорвался тихий полустон, когда тот вновь повторил движение, но на этот раз еще и коснувшись второй рукой груди, потирая нежную бусинку соска. Ощущая трепет довольства от подобного результата Кэйя потянулся к ремню, начиная его расстегивать цепляя еще и ширинку. Дилюк робко повернулся к нему тихо говоря: — Подожди — Кэйя положил свои руки на его бедра и поревел взгляд на его смущенное лицо, которое сильнее краснело, а поджатые губы немного дрожали. Немного дрожащий голос проговорил — у меня в переднем кармане презерватив. Возьми… Я… Я готовился — все тише продолжая закончил он, отворачиваясь. — Оу! — Кэйя хохотнул — Честно я тоже захватил. А расскажешь, как готовился, пока я стяну с тебя штаны?       Он потянулся к карману чужих брюк и двумя пальцами выудил квадратный фантик с характерным рельефом колечка. Дилюк смущенно вздохнул, наблюдая как Кэйя, пошарив и в своих карманах, положил содержимое на тумбочку. В отличии от Дилюка тот припас несколько штучек с собою. — А зачем ты их? — сорвался вопрос с его губ. Дилюк не ожидал, что тот с собой что-то возьмет. — О, я решил их взять, помня ту ситуацию на диване. Я давно желал тебя, горячий ты мой — он поцеловал его ладонь, нежно обхватив её рукой — так продолжишь рассказ, меня ведь терзает любопытство. — Ну… Я прочитал несколько статей и прикупил кое-чего — он тихо кашлянул, переводя дыхание, и всё же взглянул на Кэйю, когда ощутил, что тот стягивает штаны, вместе с остальным — а еще под подушкой смазка — тихо добавил он. Кэйя издал довольный звук и потянулся за тюбиком. — Хо! А пробовал? — Немного. Странные ощущения — он погладил чужие бедра, что были в штанах — я хочу ощутить, как ты ей воспользуешься.       Кэйя довольно промычал и стянул всю нижнюю часть одежды, скидывая её куда-то в сторону. Он коснулся чужого наливающегося кровью органа, а потом положил руки на талию, придвигая Дилюка к себе ближе. — Но в следующий раз чур я буду сверху — резко сказал Рагнвиндр — я тоже хочу показать тебе кое-что. Кэйя смущенно хохотнул. — Хорошо, буду ждать, но сейчас моя власть — веселым голосом проговорил он и нажимая на грудь намекнул партнеру лечь. Нависнув над ним он посмотрел горящими в страсти глазами и жадно впился в губы, сплетаясь языками. Пошлый и немного влажный поцелуй, сопровождавшийся движениями рук доводивших тело. Нервные окончания начинали тянуть, желая большего. Вновь коснувшись потяжелевшего члена Кэйя хохотнул в губы, а потом спустился ниже. Он провел по ягодицам, раздвигая их, а затем коснулся и сжатых мышц ануса. — Сейчас я возьму смазку — проговорил он отстранившись, прикусывая затем кожу за ухом — а потом начну пальцами. Говори, что чувствуешь, хорошо? — напомнил он. Дилюк кивнул, и сильнее раздвинул ноги. Он смотрел на покрасневшего Кэйю, который оторвал от него влюблённый взгляд, а затем осторожно выдавил вещество себе на пальцы.       Нежное влажное касание, из-за которого воздух ощущался холоднее. Дилюк втянул воздух, а Кэйя медленно вошел пальцем, ощущая приятное тепло внутри Дилюка. Аккуратные уверенные движения, пока сам одной рукой держал талию парня. На мгновение он прервался, но лишь за тем, чтоб подложить под поясницу Дилюка подушку, меняя его положение. Вновь вернулся к действиям, еще и расцеловывая грудь и живот смущенного парня, что с интересом наблюдал за ним, прикрывшись одной рукой. Кэйя пока не отнимал её, желая, чтобы тот не чувствовал себя уязвимым, однако каждый раз отстраняясь от очередного поцелуя шептал приятные слова. Почувствовав свободу он прибавил палец. Припав губами к соску и посасывая его он ощутил тихий стон, который издал парень. Попадая пальцами в нужную точку он увидел, как задрожала бледная коленка, а Дилюк закусил губу, цепляясь руками за простыни. Продолжая свои движения он добился расслабления парня до состояния, когда три пальца чувствовали себя свободно, а партнер тихо постанывал, больше мыча, тая от прикосновений. Пылающие холодным огнем глаза жадно впитывали его реакцию, ведь Дилюк никогда раньше не представал в подобном обличии, настолько раскрыв свои чувства для кого-то. Кэйя остановился и вынув пальцы обтер их об дрожащее бедро, намереваясь снять остатки одежды с себя, что начинали нещадно сжимать его в причинном месте. Дилюк рассеянно посмотрел на него, а Кэйя тихо проговорил. — Всё хорошо? Я скоро присоединюсь, и войду в тебя. — Да — ответил он, отпуская сжатую в руках ткань. Ещё никогда ему не было настолько хорошо и приятно и еще никто не уделял ему столько внимания. Кэйя словно коснулся всего его тела, большую часть и вовсе покрыл поцелуями. Он ощущал легкую дрожь от возбуждения, а сердце разрывалось, переполненное чувствами. Подобное еще не представало перед ним, но он чувствовал себя спокойно, слушая приятный голос Кэйи, который совращал его, еще и признаваясь в чувствах. Тот делал это так легко, но он верил в каждый раз, чувствуя правду. Хотелось сообщить ему и о своих. Дилюк привстал, а уже раздевшийся Кэйя обернулся на него, отбрасывая ком одежды. Мужчина взял его руки и приложил их прямо к груди, ближе к бьющемуся сердцу. — Мне не хватает слов… — проговорил Дилюк, заглядывая в удивленное и начинающее смущаться лицо — Слов чтобы выразить свои чувства. Полноту любви. Просто забери мое сердце и знай. Мне нужен только ты.       Кэйя смущенно вдохнул, а затем обнял Дилюка, случайно опрокидывая того на спину. — Ты тоже мое забери — ответил он, приложив его руку к груди и гладя вьющиеся волосы, что разметались по постели. Нежные касания полные страсти. Кэйя закинул его ноги на плечи и поцеловал коленку, а затем приблизился, упираясь стояком, от которого разделял лишь натянутый презерватив, в мягкие ягодицы. Нависая над лежащим Дилюком, под его одобрение, скрепленное доверием он медленно вошел, давая возможность привыкнуть к ощущениям. Сам он ощущал приятное тепло, мягко окружавшее собою. Кэйя двигался наблюдая за партнёром. Тот выгнулся, цепляясь за постель, и приоткрыв рот в немом удивлении. Кэйя погладил плечо и целуя парня медленно двинулся. Отстранившись он понаблюдал за ним, но не заметил ни капли страха или желания прекратить. Дилюк промычал ощущая движение, а потом ругнулся. — Черт, очуметь как оно!       Кэйя улыбнулся и вновь двинулся, слыша более грубое ругательство, слетевшее со смущенно кусаемых губ. Дилюк прижимал его к себе сильнее, ощущая как что-то пульсирующее двигается внутри него, задевая нервы, которые отвечали приятной волной. Кэйя постепенно ускорялся, а смазка, излишки которой стекали из растянутого отверстия, чавкала, дополняя смущенное мычание и открытые постанывания Кэйи пошлыми звуками. Меняющимся от удовольствия голосом Альберих быстро говорил приятные вещи, обжигая покрывающуюся мурашками кожу сбивчивым дыханием. Дилюк слегка извивался, под нежными касаниями рук, которые в такт движениям Кэйи внутри него двигались на его члене, доводя его до грани. Мужчина резко задрожал в карамельных руках, теряя связь с реальностью, тая от сладких движений. Что-то внутри отпустило, даря бескрайнее удовольствие, которого было слишком много и оно вырвалось в стоны. Кэйя поцеловал дрожащее бедро, наблюдая за кончающим Дилюком, что начал немного метаться в забытье, сжимая внутри себя партнера. Альберих тихо ругнулся, ощущая что и сам на грани. Вид глубоко дышащего Дилюка, по щеке которого стекала слеза, а пухлые губы сгибались в счастливую улыбку, которая никогда прежде даже близко не появлялась на его спокойном лице, дорогого стоила. Кэйя прикрыл глаза запоминая это и резко вышел, ощущая что всё. Жадно улыбнулся, содрогаясь от приятного чувства, овладевшего им он думал, что теперь этот образ не раз будет следовать за ним. О, он запомнит этот вечер, уж позаботится об этом. Не каждый день он заставляет кончить Дилюка, который ему ещё и улыбается. Дрожащих пальцев коснулись теплые пальцы Дилюка. Тот всё еще лежал, но дышал спокойнее. В алых глазах плескалась бескрайняя любовь. — Кэйя, ты чудо.

***

      Принявший душ Альберих вышел из ванной и увидел свет на кухне. Он последовал туда встретив там Дилюка, который со слегка сырыми на концах волосами и в одних пижамных штанах сидел на стуле. На голой груди розовело несколько следов, а соски немного выпирали от холода. Альберих считал это прекрасным зрелищем и коснулся холодными пальцами горячего плеча. Дилюк поднял на него взгляд, отрываясь от газеты. — Ты есть то будешь? — спросил он — Или я зря сальма… Чертовщину эту пиратскую готовил. Кэйя заливисто засмеялся, присаживаясь рядом. — Так вот что — он хлопнул в ладоши — конечно буду, я ужинать хочу. — У нас скорее полуночный пир — Дилюк придвинул к нему забытую ими ранее тарелку. Блюдо в кастрюльке почти остыло, а лед в стаканах с напитком подавно растаял. Кэйя положил немного себе и вопросительно посмотрел на Дилюка. Тот махнул рукой. — Не, я сам положу, не беспокойся. Тут просто статья интересная. — О, и о чём же? — Кэйя немного добавил себе еще, ощущая, что желудок протестуя против пустоты исполняет песнь. — Всё в той же деревне случилась новая ситуация с инопланетянами — словно диктор объявляет новости, начал Дилюк — они похитили на свою голову человека, который донимал их, и в итоге спустя два с половиной года вернулся, написав про это книги. Человек утверждал, что они под конец молили его вернуться на землю, устав от его вопросов и шуток. И вместо писателя забрали себе брошенного кота. — Ну и бредятина же! А зачем им, не говорил? — спросил Кэйя, осторожно пробуя еду. — Типа домашнего питомца. Сперва они и его взяли в этих целях, но пришли к выводу, что лучше взять что-то, менее говорливое. В общем тебя бы они точно вернули. — Э, — хохотнул Кэйя — я не настолько же говорливый. — Ага, особенно когда я тебя в начале начинал снимать. Как не встреча, так новые истории. Я ж не могу перестать, мне интересно что ты говоришь, а ты обрывал на недели — с улыбкой говорил Дилюк, немного опустив газету. — А вкусная дичь — похвалил еду Кэйя, а затем указал ложкой на Дилюка — Зато мы хорошо сочетаемся. Я говорю, а ты слушаешь. — И я люблю это — скрываясь за газетой признался Дилюк. — А я тебя — Кэйя звякнул ложкой, отставляя тарелку — очень сильно, до дрожи.       Дилюк отложил газету и в ответ его лишь поцеловал, зарываясь руками в синие волосы.        Их полуночный перекус подошел к концу. Кэйя сидя за столом начинал зевать, прикрываясь и понемногу засыпал. Не привык он бодрствовать по ночам в столь поздний час, хотелось отдыха. Да и недавний показ, после которого он еще не восстановился. Дилюк мягко потряс его плечо и спросил: — Ты на диване или со мной? — Хочу с тобой — сонно ответил Кэйя и встал. Тихо следуя за Дилюком он сонно посапывал, едва не задев дверь. Оказавшись в постели он быстро обвил Дилюка конечностями и, оставляя поцелуй, быстро уснул в объятиях. Сжимая спящее тело Дилюк раздумывал о событиях, приходя к выводу, что остался довольным ими. Мягко поцеловав спящего Кэйю в лоб, он закрыл глаза, погружаясь в спокойное забытье.