Жизнь после 2

      В очередной раз на улице шёл дождь. Осень набирала свои обороты, заставив людей вновь достать самые тёплые свитера из дальних уголков шкафа. Каролина расположилась в кресле у окна и как всегда в её руках находилась толстая книга. Девушка увлечённо читала, поглощая информацию и вдыхая сладкий запах, доносившийся из маленькой кухни. Готовил Морт — он решил приготовить что-то необычное, вычитав рецепт в Интернете. В начале процесса из кухни можно было услышать различные ругательства — они начинались с матов и заканчивались тем, что писатель отправлял грязные тарелки в мойку, где некоторые из них и заканчивали существование. Но со временем, Морт освоился; он начал отмечать, что приготовление пищи не такое уж и сложное, если следовать рецепту. — Кара, скоро ужин будет готов.       Теперь она жила у него. Как оказалось, истерия с родителями — была сущей правдой — они совершенно сошли с ума, позволив Каролине остаться на улице. Морт радовался этому- нет, он не являлся эгоистом, просто он получил то, чего давно они вместе ждали и желали. Он бесконечно ухаживал за ней, окружная всевозможной заботой, которую, как казалось писателю, он не успел подарить ей в часы их отпуска. — Хорошо, я дочитаю и подойду к столу. Начинай ужинать без меня. Как только Кара откинулась на спинку кресла, в дверь громко постучали. Стук оказался быстрым, настойчивым, как-будто кто-то хотел сломать дверь в их общий рай. «И кого же принесли черти в эту глушь?» — Хей, Морт! Дружище, так рад тебя видеть! Ну че, как тут устроился? О, какая хата у тебя, огромная. Не то, что моя. Кхм... Че так далеко забрался-то? Я уже подумал, что ты давно сдох и тебя невозможно найти. Ты сволочь, Морт, знаешь об этом? Я пытался до тебя дозвониться, чтобы ты встретил меня… — Марк, я тоже рад тебя видеть. У меня новый телефон — мобильный, так сказать. — А старый, ты верно, расхерачил об стенку? — Да, ты прав. — Всегда знал, что у тебя проблемы с этими штуками. Ну — с, где же твоя женушка? Помнится, она готовила отличные пироги. Так хочется пожрать, ты не представляешь. — Эм..Чувак, её нет. — Ну тогда позови её, я хоть поздороваюсь. — Ты не понял, её нет. Совсем нет здесь. — А где она? Почему ты торчишь здесь без неё? — Она давно пребывает в очень интересном месте — в моем саду. Удобряет кукурузу. — Морт злобно ухмыльнулся, когда взгляд остановился на изумленном лице старого друга. — Ты прикончил её? С ума спятил, чел? — Она мне изменяла. Гадко и мерзко. Но я нашёл ей достойную замену и сейчас, я живу не один. — Морт перевёл взгляд на Кару, которая из-за всех сил пыталась сосредоточиться на книжке. — Чувак, сколько ей лет? Она же...Совсем ребёнок. — Ей 15, но у нас все взаимно. — Морт чувствовал, как стыд и смущение начинали брать над ним верх. Марк был первый, кому Морт открыто говорил об отношениях с Карой, поэтому, сейчас, когда Марк снимал обувь, чтобы пройти и познакомится с юной леди, в руках писателя находилась верная красная зажигалка — он использовал её в качестве антистресса. — Хееей, кто ты, прекрасное создание? — Марк... — Морт, я знаю, как общаться с девочками. — Ох, ну конечно. — писатель закатил глаза. Каролина отвлеклась от книги и подарила назойливому гостю такой-же зловещий и строгий взгляд — девушке не понравилась попытка Марка познакомится с ней. — Меня зовут Каролина Френсис. Можно просто Кара, если угодно. А ещё, я не люблю, когда мне мешают читать. Так что, Морт, я отправлюсь наверх, если никто не против. — Кара поднялась с места и через несколько секунд Марк и Морт наблюдали, как она ловко шагала по ступенькам. — Ну и девушку же ты нашёл…вся в тебя. Такая же хамоватая, дерзкая и смотрит так, как ты. Это случайно, не твоя дочь? — Слушай, если ты кому-нибудь скажешь… — Я похож на трепло, чувак? Да за кого ты меня принимаешь, леший? — Ты будешь кормить рыб, если что-то пойдёт не так. — Да понял я, понял.       Через несколько минут Морт и его друг сидели на кухне, обсуждая прошедшие годы. Кара так и не посмела выйти из комнаты — слишком уж ей нравилось одиночное чтение. Стоит сказать, что друг Морта произвёл на девушку не особо хорошее впечатление — дело было в том, что Кара испытывала к активным и назойливым людям не только отвращение, но ещё и какое-то презрение. Марк был не похож на обычных, старых друзей, которые посещают вас в сто лет; он как-будто явился сюда, скрываясь от закона или же… Или действительно решил навестить приятеля. По-крайней мере, Марк останется здесь на неделю, так как предлог у него был весьма веский, поэтому Каре и Морту снова придётся мириться с тем, что на их территории обитает кто-то лишний. — Кара, ты не спишь? — А? Нет, не сплю. Заходи. — Извини меня. Я не знал, что он притащиться сюда, да ещё и останется здесь на целую неделю. — Морт осторожно присел на край кровати, пытаясь не беспокоить читавшую девушку. — Он твой друг и это твой дом, Морт. Почему я должна быть против? — Ты его совсем не знаешь. Он успеет тебе надоесть. — Морт нервно поправил волосы, вспоминая, каким был Марк в годы их юности — тогда Марк и он были обычными выпускниками колледжа, но уже имевшие не мало проблем и с учёбой, и с законом. Морт оставался ещё в уме, когда как Марк увлекался первокурсницами, старшеклассницами, заманивая их в комнату. Ему было плевать на то, что они являлись несовершеннолетними, что они кричали и звали на помощь, когда Марк предпринимал попытки заняться с ними грязными делами, а потом Морту приходилось слушать эти ужасные истории об очередной, обманутой девушке. — Пожалуйста, будь осторожна. Не пытайся с ним оставаться наедине. — Морт достал клетчатую рубашку, заботливо поглаженую миссис Гарви. Он долго рассматривал себя в зеркале, пытаясь решить вопрос о том, стоит ли ему идти с Марком в клуб и как сказать Каре об этом. — Почему же? И...Куда ты собираешься? — Кара, просто делай так, как я тебе сказал. Мы собрались в бар, ты ведь сможешь посидеть одна? — Надеюсь, вы не приползете ко мне в ноги и не будете меня доставать всю ночь? — Мы попросту сюда не доберёмся. Запрись и открывай только мне.       «Он какой-то странный. Ничего толком не объяснил, ушёл в бар, оставил меня одну посреди леса в пустом доме. Почему же я должна открывать только ему? Все это так странно. Так нелепо, особенно, если считать тот факт, что сам Морт является не самым лучшим гарантом безопасности.» — так думала девушка, которая теперь не могла сомкнуть своих прекрасных шоколадных глаз без Морта. Она гладила пустую подушку, находясь при свете ночника, и слушая звуки ночной жизни. «Где же ты, Морт? Надеюсь, ты вернёшься целым.»       Мортон Рейни и Марк в это самое ночное время развлекались в шумной компании, выпивая дорошущий алкоголь, выкуривая дорогущие сигары, и в общем, ни в чем себе решили на отказывать — Морт совершенно забыл, что дома его ждёт не взрослая тётка — жена, вечно пилющая мозг (не даром существовала поговорка о том, что мужик без жены, как дятел без дерева), пьяного писателя ожидало дома маленькое создание, не в силах справиться с двумя взрослыми, пьяными мужиками. Впрочем, он давно себе не позволял так веселиться, поэтому сейчас, когда опиум и коньяк действовали на чердак, когда Марк кричал ему что-то в след, Мортон Рейни завис на танцполе. — О, чувак, не знал, что ты танцуешь. Когда научился??? — Отвали, Марк. Не хочу об этом сейчас. — писатель оттолкнул друга в сторону. В данный момент он пытался успеть за музыкой и за девушкой, с которой танцевал третий танец подряд. Она двигалась очень пластично, обнимая пьяного мужчину, не до конца понимающего, что с ним происходило. — Ты старая пьяная морда! Идём домой! Извините, милая леди, но Мортон вынужден вас покинуть. — Марк натянуто улыбнулся, вытаскивая ели стоящего Морта из лап симпатичной блондинки. — Как ты так успел накидаться, Рейни? Ты совсем в дерьмо! — К...Кар...Кара. Я.. Не ругайся, прошу тебя. — Ох, у него наступила третья стадия. Придётся нести тебя на руках, чувак. –Каролина! Каролина, открой дверь! Мы вернулись! Здесь Морт в полном дерьме. — Боже, да он пьян! А где он нос разбил?! Марк, какого хрена вы его споили? Вы же знаете, что ему противопоказано так много пить! — Цыпа, все в порядке! Не переживай, лучше скажи, куда бросить эту бездыханную плоть? — На диван. Оставьте его тут, боожее. — Морт не мог контролировать себя в минуты позора — сейчас тело отчаянно пыталось вывести отравляющий алкоголь, поэтому Морта попросту вырвало рядом с диваном. — Могло быть и хуже. — Марк присел в кресло, где ранее сидела Кара; он наблюдал за действиями девушки — Кара судорожно удаляла с ковра всю противную массу, затем она накрыла голову Морта холодной повязкой и потерпела крах в попытки дать Морту воды. — Ему надо выспаться. Оставим его. — Эм, да. Вы можете идти в комнату для гостей, а я останусь с ним. Мало ли, что может ещё понадобиться. — Каролина присела рядом с писателем, накрыла его пледом, когда он отвернулся к спинке дивана. — Ты могла бы тоже пойти спать, он не прилёта себя до завтрашнего обеда. — Я уже все сказала, спокойной ночи.       Утро. Рассвет Морт и Каролина встретили вдвоём — она сидела у постели, словно заботливая жена, а он беспокойно спал, поворачиваясь с одного бока на другой. Вероятно, Морт Рейни отравился в пьяном угаре чем-то непонятным, так как все ещё испытывал приступы тошноты и дикой рвоты. Кара же, в знак утешения, гладила мужчину по голове, меняла мокрые полотенца, вытирала пот и остатки рвоты. В это время Марк видел уже пятый сон. Да, они напились, но Морт явно перебрал, что огорчало, но не в этот раз, когда в доме находилось юное создание… — Морт, попей воды. Тебе нужно пить, иначе, ты можешь умереть. — К...Ка... Кара, мне очень плохо. Кара, зачем же я так напился? Кара, я не хочу пить. — Морт, попей. Тебе нужно промыть желудок. — Прошу тебя, ло...ложись. Тебе нужно поспать. — Пока ты не протрезвеешь, я не уйду. Морт закрыл глаза и медленно погрузился в долгий и крепкий сон. Кара выдохнула — теперь она могла и сама прилечь рядом, чтобы согреваться в его тёплых объятиях.       Прошло около двух часов, когда Кара легла в большую тёплую кровать, чтобы не тревожить Морта на узком диване. Она, наконец-то, заснула, все ещё ощущая какое-то несильное волнение; перед уходом Морт, конечно же, просто решил её напугать, делая из друга маньяка. И все же, когда часы пробили ровно 9 часов утра, девушке пришлось покинуть спальное место для двоих — нужно было приготовить завтрак. Не долго размышляя над этим, под наблюдением проснувшегося Марка, Кара разогрела тосты, и готовилась сделать яичницу; Марк резко прижал девушку к плите, затыкая ей рот ладонью. — Тише, цыпа, тише. Мы же не хотим, чтобы Морт проснулся, верно? Так вот, сейчас мы отправимся в комнату, а когда закончим дела, ты спокойно спустишься, продолжая готовить свой завтрак. Если Морт об этом узнает раньше моего отъезда, то пиняй на себя, все понятно? — девушка мотнула головой, а вскоре, они оказались в комнате. Марк притащил её сюда, несмотря на то, что девушки упорно сопротивлялась, кусала его ладонь, била по спине. Наверное, Марк привык к такой реакции, поэтому, действия девушки завели мужскую пружинку в его голове. — Запретный плод всегда так сладок, не находишь? — Марк осматривал помещение, пытаясь отыскать хотя-бы галстук, который помог бы связать девушку. — Ну-с, начнём урок. — Марк резко перевернул Кару лицом к одеялу; он быстро завязал ей руки крепкими узлами, зафиксировав их за спиной. — Ты мерзавец! Морт прикончит тебя. — Ох, как нам страшно. Как же нам страшно. Знаешь, когда-то твой ненаглядный и сам пробовал брать силой некоторых девушек, но казался слишком слабым, чтобы причинять им боль. А я не такой. Я люблю причинять боль! — Марк накинулся на беззащитное юное тело, он разорвал рубашку, стянул шорты, но когда девушка осталась в нижнем белье, Марк перестал торопиться — он осматривал её тело словно жадный, голодный зверь. — Хм, и как же ему так повезло? Черт. — в этот момент Кара нашла силы пнуть Марка в колено — он пошатнулся, задев при этом тумбочку, с которой с грохотом упал будильник. — Черт, он же сейчас проснётся. Тварь! — ладонь мужчины оставила красный след на бледном лице; теперь он судорожно развязывал свои морские узы, слушая каждый звук снаружи. — Кара? Кара, где ты? Мааарк? Где вы все? — Он, все-таки, проснулся. Хоть одно слово и мы мертва! — Марк наклонился к девушке, засоем поцеловал её в самые губы, не получив ответа. Она смотрела на него с ненавистью, с презрением и отвращением, которое испытывала на протяжении всего времени пребывания Марка в доме. Через пару секунд Марк освободил её, дал новую одежду и приказал сидеть тихо. — Морт, дружище! Ты уже проснулся? — Как видешь, а где Кара? — Она ещё спит. Я заходил к ней сейчас. — Кхм, а зачем? — Просто так. — Марк натянуто улыбнулся, преследовал на кухню, в то время, когда Морт поднимался на верх. «Я слышал грохот. Я отчётливо слышал какой-то грохот!» Он тихо постучал в деревянную дверь, но не дождавшись ответа, Морт осторожно зашёл в комнату — там царил настоящий бардак. Мужчина запер дверь, а затем осторожно коснулся детского плечика. — Кара, ты плачешь? Что случилось? — Ничего, Морт. Ничего. Просто плохое настроение. Иди, Морт. Уходи. Мне нужно побыть одной… — Кара, посмотри на меня. — Морт попытался развернуть к себе девушку, но потерпел поражение. — Морт, уходи. Уходи, прошу тебя. — В чем дело, черт возьми?! Каролина!       Она повернулась к нему и Морт застыл в ужасе — одна щека девушки горела ярко-красным румянцем, на шее остались непонятные следы, а куски одежды, которые Кара скрывала под одеялом предательски вылезли наружу. Он понял все. Понял, что оказался перед ужасным выбором — либо друг, либо маленькая девушка, с которой придётся скрываться до конца своей жизни. — Кара, это сделал он? Он пытался тебя… — Да, он пытался меня изнасиловать. Но прошу тебя, давай не будем об этом… Иначе. Иначе он убьёт нас обоих.       Морт молча продолжал сидеть рядом с ней, осматривая бледную шею, на которой уже выступили багряные следы от тонких пальцев. В его голове был бардак; Морт прекрасно видел все, видел, что девушка не врет, знал, что Марк такой и не сможет контролировать себя, но ничего не смог сделать. Хотя, он мог кое-что сделать. — Он сказал, что...Ты тоже пробовал так делать. — И ты поверила ему? Когда он приходил домой не один, я был ещё на лекциях. Марк слишком избирательная сволочь, продуманная до мелочей. — Морт отвернулся, и понял, что стыд снова берет над ним верх. Он не смог защитить их, не смог защитить и её. — Я не знаю, кому мне верить, Морт. — сжав одеяло, Кара опустилась на подушки. — Я проучу этого гаденыша. Он больше никогда и никому не причинит боли.- Морт уверено поднялся с места, затем открыл шкаф — он снова застыл в изумлении: шляпа находилась на верхней полке, она смотрела на него и будто говорила, что нужно делать дальше.       Через пару минут, когда солнце заняло удобную позицию, чтобы освещать озеро и городок, Морт и Марк вышли на улицу. Им обоим было страшно хреново после вчерашнего вечера; они не пытались это скрыть от друг друга — каждого так или иначе, касался синдром похмелья. — Хаха, чувак, зачем тебе эта шляпа? Выглядишь в ней так, как-будто тебе насрали и заставили одеть. — Кхм, вообще-то «надеть» будет правильнее. Я без неё работать в саду не могу. — Морт достал из маленькой ямки неизменного приятеля — свою лопату, которой когда-то… — Ну ты и зануууда. Куда же делся твой адский жаргон? Куда вообще делся тот Морт, которого я знал? Хей, Тигруша, где же ты? — Иди давай, и не отставай. Как видишь, работы здесь много. — Морт указал на клочок земли, давно заросший пожелтевшей травой; ранее там росли ароматные бутоны, а за ними кукуруза. — М-да, не думал никогда, что ты станешь садовником. «А я никогда бы не подумал о том, что ты сможешь притронуться к моей собственности!»       Морт молчал. Сейчас, когда он наблюдал за работой Марка, в голове рос посеянный корень раздора, мешающий Морту адекватно воспринимать людей после их предательств, измен, некоторых оскорблений, подлостей и прочего дерьма, на которое способны люди. Он стоял, слушал недовольные возгласы Марка, оперевшись на лопату, готовый копать землю, чтобы та освободилась от растительной дряни. — Всё, босс. Работа окончена. — Тогда возьми лопату. — Морт рывком вытащил инструмент из земли и кинул его другу. — Кхм, я же убрал все сорняки… — Да, ты прав. — Морт внимательно осмотрелся; повернувшись, лицо мужчины искозилось в ужасной гримасе — из-под шляпы на Марка смотрели самые тёмные и зловещие глаза, не хватало лишь фирменной ухмылки маньяка. Ветер раздувал белокурые пряди, едва касавшиеся плеч, так-же, порывы развивали и ткань одежды. — И чего же ты замолчал, амиго? — Копай. — Чувак, ты меня пугаешь. С тобой все в порядке? — Копай. Здесь. — Хорошо — хорошо. Копаю, видишь? — Марк отпустил ввереный ему инструмент, не до конца поримая поехавшего друга; тот смотрел на него пугающе — сверху вниз, как настоящие маньяки, которые заставляют тебя делать все, что придёт им в голову. — Глубже копай. Так, чтобы туда смогла поместиться твоя грязная задница, Марк Дейвис. — Что?! Ты совсем с катушек съехал? — Всё может быть. Не отвлекайся, тебе ещё столько всего предстоит сделать. Но в конце ты будешь счастлив. — Что за бред ты несёшь, чувак? Очнись, это я — Марк, твой друг. Помнишь меня? Морт? — Морта здесь нет. Он долго уговаривал меня не делать этого, но я никогда не слушал трусливого писаку. — Морт вытер вспотевшие ладони о штаны, облизнул губы и медленно начинал надвигаться на Марка. — Ты. Ты чего, чел? — Как же я рад, что не ошибся с выбором местечка. Оно так подходит.- в одно мгновение Морт оказался перед Марком — он прожигал его взглядом, словно как учитель неродивого школьника, но к сожалению, Марк был не из пугливых — мужчина крепко сжал лопату. — Морт. Морт, послушай. Я подозревал, что вы — писатели ещё те шизики, но не думал, что настолько. Если мы сейчас будем драться, то этот бой может затянуться. — К сожалению, вы не убедили меня. Теперь же я вынужден прикончить вас. — Морт выхватил лопату; в порыве смены личностей, писатель обретал невероятную силу и запросто мог порубить человека на куски лишь одной совковой лопатой; Марк просто отходил назад, пытаясь по пути найти что-нибудь, что могло бы спасти ему жизнь. — Не знаю, что там у тебя в башке, сукин ты сын, но знай, что это потом останется тебя на совести. Далее, Морт лишь нервно рассмеялся. Он увидел то, что видел почти в всех своих жертв — страх в глазах, увы, никогда и ничем не скроешь — ему удалось припугнуть засранца-дружка! — Вонючая ты сволочь, Мортон Рейни. Ты знаешь об этом? Ты старая, занудная, Вонючая сволочь! Я чуть в штаны не наложил. — Ахаха, но ты знал, с кем ты связывался. — Да уж, да уж. Надеюсь, этот несчастный ребёнок, которого ты насилуешь, не видел ничего подобного? — Во-первых, она не ребёнок; во-вторых, я её не насиловал — у нас все по согласию; в третьих, нет, мне лучше умереть, чем убить ее. Она свет моей жизни, проводник тёмной души в современный мир, где невозможно находиться без неё. — Ээ, брат, мне не стоит об этом говорить, я не хренов романтик. И да, ты сегодня сваливаешь со мной? — О нет, думаю, тебе одному будет гораздо веселее. А мне нужно ещё и дома подработать. — Каблук несчастный, ладно, бывай. Сейчас я в город, где сразу и останусь.