Солнце и небо отражаются в твоих глазах...

Милана Семейное путешествие превратилось в череду каких-то непонятных событий. Сначала вроде все пошло по плану потом все кувырком, такое складывалось чувство, что мы куда-то опаздываем. Мы сокращали стоянки, а родственники вроде рады и не рады были нам. Открывая для себя новые города, я вела дневник и записывала все приятные моменты. Я много фотографировала, почему-то мне хотелось запечатлеть каждый прожитый день в этой поездке. Альбом был переполнен эскизами для будущих моих шедевров. Как же хорошо в путешествии. Я отключила голову от проблем и просто получала удовольствие от поездки. Ветер. Теплый, ветер развивал мои волосы, когда я бежала на берег реки. Я опаздываю, кричала душа, быстрее торопило сердце. И вот теперь стоя на берегу реки, на мостике, который чудом остался цел, я кричу. — Приииивееет! — и мои слова подхватывает ветер и уносит эхом вдаль. — Я вернулась домой, — уже шепча, сказала я, стоя на мостике. — Я скучала. — Еще тише. К вечеру второй недели нашего путешествия, мы приехали на хутор, в котором я провела все свое детство до школы. Каждое лето, нет, не так, как только теплело, родители меня сплавляли к бабушке, тогда у меня начиналась настоящая жизнь. Жизнь ребенка, мы много с бабулей кулинарили, он рассказывала о своем детстве, о своей трудной жизни. Бабуля только мне все рассказывала. Я любила с ней сидеть на крылечке дома, и мы болтали, обо всем на свете, в тот момент она была моим миром. Только она понимала меня и верила. Она давала мне силы и надежды на будущее. Рассказывая о себе, она учила меня быть доброй, открытой, честной и верить в будущее. Я до сих пор помню ее морщинистые руки, но такие нежные и мягкие. Когда ее не стало, для меня рухнул целый мир. Но никто, никогда не знал, как мне было больно. Все считали, что я не переживаю. Я вела себя, как прежде, но никто не знал, что в этот момент творится в моей душе. Никто. Стоя на небольшом холмике ее могилы, я, молча с ней разговаривала. Я разговаривала душой. Мы прибрали могилку, подкрасили буковки на памятнике, и я положила ее любимые цветы — бордовые георгины. Она просто обожала их. — Я скучаю по тебе. — Молча, сердцем говорю я. — Я знаю, — приносит мне ветер ответ, растрепав резким порывом ветра мои волосы. Я вспоминаю ее и улыбаюсь. Она рядом. На сердце становится так хорошо. — Будь серьезней, — ворчит мать. Но я не придаю ее словам, большого внимания. Не сегодня, не в эту минуту, когда на сердце сейчас так хорошо. Побыв еще какое-то время, мы собрали свои вещи и мусор, отправились в дом моего детства. Волна воспоминаний в один миг на меня накатила. Сердце сжалось от переизбытка эмоций, я смотрю и вспоминаю свое детство. В памяти всплывают приятные моменты, и я вновь улыбаюсь. — Я дома. Скрип половиц отвечает мне, когда я по старой лестнице поднимаюсь на чердак, где было мое тайное укрытие. Улыбка до ушей. — Я дома. Я слышу, как препираются родители, распаковывая вещи. Все было, как и должно быть. Мой мир встретил меня толстым слоем пыли, от которой я начала чихать. Складывалось такое ощущения, что просто я вышла из комнаты и долго не возвращалась. Все вещи стояли на своих местах, как по воспоминаниям их оставила. Я опять чихаю и резко развернувшись, бегу на берег реки.