Вино воспоминаний

      Дверь в таверну медленно открылась. Экзотичного вида юноша в белоснежном костюме проскользнул внутрь. Но, не успел он сказать ни слова, как прозвучала строгая фраза:       — Простите, мы закрыты. Приходите завтра, — промолвил стоявший спиной к нему бармен.       — Одну полуденную смерть, пожалуйста, — прозвучал бархатный голос, обладатель которого уже вплотную приблизился к стойке. — Братишка Дилюк, отчего тебя не было на празднике?       — Повторяю, мы закрыты. Сэр Кэйа, покиньте таверну.       — Да ладно тебе. Неужели тебе вовсе не интересно, зачем твой братишка Кэйа пожаловал в столь поздний час? Обижаешь, мистер Дилюк, обижаешь…       — Ты мне не братишка, — грубо ответив, Дилюк налил бордовый напиток в стакан и толкнул его в сторону незваного гостя. — За счёт заведения. А теперь уходи.       Взяв стакан и внимательно приглядевшись к содержимому, Кэйа раздосадованно заключил, что ему опять налили виноградный сок. Да уж, пристрастий Дилюка Кэйе не понять — кто вообще пьёт сок в баре?       — Какой вы скучный, мастер Дилюк, — скорчив грустную мину, Кэйа спокойно поставил стакан сока на стол. — А я вот принёс вам подарок — знаменитое одуванчиковое вино, но, я замечу, с добавлением сладко-горьких специй по секретному рецепту… Как его… Забыл. Не суть! Дело вот в чём — это вино поможет вспомнить нашу бурную юность!       — Что? — с непониманием и не скрываемым раздражением ответил Дилюк, глянув через плечо.       — То самое вино, которое мы распивали за пару недель до твоего восемнадцатилетия… — томно улыбнувшись, Кэйа начал перебирать пальцами по бутылке. — То самое, Дилюк…       — До сих пор помнишь? Забудь. То, что произошло в ту ночь, было ошибкой. Нам обоим лучше не придаваться подобным воспоминаниям, — равнодушно вздохнув, Дилюк продолжил вытирать стакан, начищая поверхность до жемчужного блеска.       — А, так вот что ты думаешь об этом, — во взгляде Кэйи что-то дрогнуло, но весь его облик сохранил прежнюю гордость и непоколебимость. И лишь широкая улыбка шире заиграла на устах. — Ошибка, да? Хм…       * * *       — Дилюк, Дилюк! — бесцеремонно врываясь в комнату Дилюка, закричал Кэйа, но, опомнившись, попытался перейти на шёпот, хотя эмоции и переполняли его с головой. — Смотри, что у меня есть! — достав из-за пазухи бутылку, Кэйа горделиво помахал ею перед лицом Дилюка, корпевшего над бумагами уже который час.       — Ну что на этот раз? Не видишь, у меня много дел из-за предстоящего праздника.       — Да ладно, это важнее. Угадай, что это?       — Напиток? В бутылке.       — Зануда. Что за напиток, скажи лучше! — показав язык, Кэйа ещё сильнее зажестикулировал руками, пытаясь раззадорить сводного брата.       — Только не говори, что…       — Одуванчиковое вино с какими-то вкусными добавками! Ты не представляешь, каких сил мне стоило его добыть.       Мысленно обречённо вздохнув, Дилюк наконец-то обратил внимание на Кэйю.       — Братишка, а ты знаешь, что это значит?       — Не имею ни малейшего понятия…       — Значит, что мы наконец-то попробуем алкоголь, да ещё и какой!       — Кэйа, нам нельзя пить.       — Не будь занудой, мы почти взрослые. Да и какая разница, если никто не узнает. Все так заняты подготовкой к твоему дню рождения, что и не заметили пропажи. Ну же, давай попробуем, ради меня, ну!       — Отказываюсь. У меня много работы. Уходи.       — Ну бра-а-а-ти-и-и-к… Ну Дилюк, не будь хиличурлом, ну!       — Архонты, дайте мне сил.       Усмехнувшись, Кэйа одним махом откупорил бутылку и сразу же вдохнул сладкий запах напитка.       Сделав глоток, Кэйа расплылся в удовольствии, словно кот в миске молока. Он много раз слышал, как взрослые обсуждали алкоголь, но и подумать не мог, что он был настолько вкусным. Облизнувшись и присаживаясь на диван, Кэйа протянул бутылку Дилюку, как бы подзывая к себе, но тот всё медлил.       От вина озорство ещё больше пробудилось в Кэйе, и необычная идея вдруг пришла на ум.       Немного отпив из бутылки, Кэйа вдруг подошёл и развернул голову Дилюка к себе. И, пока тот замялся от неожиданности, слегка надавив на челюсть, Кэйа впился в приоткрытые губы Дилюка, пропуская напиток внутрь.       Опешив, Дилюк не сразу понял, что произошло, лишь широко распахнув глаза. Отстранившись и вытирая подбородок, Кэйа маняще поинтересовался:       — Ну как, понравилось?       Анемия от неожиданности прошла, и кровь в венах Дилюка забурлила. Он ударил кулаком по столу. Мигом встав, он ринулся к уже убегающему от него Кэйе, попутно сбив что-то из мебели.       — Отдай! — кричал Дилюк, осознавая, какую разруху может принести вино, если они оба потеряют контроль над собой, особенно Пиро Глаз Бога Дилюка, который в последнее время и так его беспокоил.       — Ты же не хотел пить! — одновременно уворачиваясь от цепких рук Дилюка, Кэйа умудрялся пить вино набегу.       — Стой! Нельзя!       Но вот рывком Дилюк резко сократил расстояние между ними и потянулся за бутылкой, когда Кэйа сильно отклонился назад. Раздался грохот. Бутылка укатилась куда-то под стол, выливая на пол часть своего вкусного содержимого.       Кэйа, больно приземлившись на спину, обомлел. Раскрасневшийся и злой Дилюк, быстро дыша от погони, навис над ним и упорно смотрел ему прямо в глаза. Словно в душу.       Вдруг задумавшись, Кэйа смутился и отвёл глаза. В его планы входило лишь распитие прекрасного вина со сводным братом, но то, что происходило сейчас, просто поражало воображение. Кэйа попытался отползти, но конечности не слушались. И лишь пульс тарабанил в ушах.       Будто бы и сам мозг отключился, пряча даже инстинкт самосохранения и уступая место нахлынувшим чувствам и желаниям.       Кротко вздохнув, Кэйа решил подчиниться новому и столь необычному ощущению, распространявшемуся внизу живота. А поэтому, приобняв Дилюка за шею, притянул к себе, начиная вновь по-юношески неумело терзать дрожавшие от злобы губы.       Но Дилюк почему-то не сопротивлялся. Вероятно, и для него эти ощущения были новыми и неизведанными. Хотя казалось, что ему не нравилось, Дилюк не отстранялся, лишь внимательнее наблюдая за происходящим. Но через какие-то несколько секунд и Дилюк словно потерял голову, углубляя движения губ и наконец-то закрывая глаза.       — Задыхаюсь, — зашептал Кэйа, когда пьянящие поцелуи сбили дыхание, но напор Дилюка усиливался только сильнее.       Словно на секунду вернув сознание, Дилюк вдруг остановился. И с неким страхом посмотрел вниз. Потом, вновь переводя взгляд на Кэйю, он тяжело сглотнул. Словно в душе его разрывалось нечто, боявшееся испортить такую «хорошую картину жизни».       — Ты тоже чувствуешь это, Дилюк? — игриво спросил Кэйа, приподнимаясь к самому уху Дилюка. — Что же нам делать с этой «проблемой»…       Попытавшись вырваться из объятий Кэйи, Дилюк дёрнулся назад. Но Кэйа держал крепко, сильнее прижимаясь своей грудью к нему.       — Пусти, — процедил сквозь зубы Дилюк, сдерживаясь из последних сил. — Иначе я за себя не отвечаю.       Хоть Кэйа и напрягся от такого заявления, но отступать сейчас он был не намерен. Упорно надавив коленом в то самое место, Кэйа расплылся в оскале:       — Не отпущу…       И, сильнее притягивая Дилюка к себе за шкирку, Кэйа вновь утянул его в поцелуй, вовсе не думая о том, что пожалеет об этом после. С первым движением Дилюка настрой Кэйи подостыл, а дорожки чьих-то горячих пальцев вдруг поползли по телу, так и намереваясь обжечь.       — Подожди, куда!..       Но Дилюк не позволял Кэйе говорить ни слова больше. Получив разрешение на действия, его распалённое алкоголем сознание больше не могло сдерживаться.       Пиджаки и рубашки уже давно валялись на полу. Дело близилось к брюкам. Борясь с собственным смущением, парни вовсю продолжали избавляться от мешающей одежды. Хоть они и видели друг друга нагими ранее, но этот раз был каким-то особенным, другим. И уж точно не связанным с водными процедурами.       — Дилюк… — шёпотом начал Кэйа, закрывая глаз и с головой погружаясь в ощущения.       — Чего?.. — хрипло дыша, спросил Дилюк, переводя взгляд выше.       — Мне… не по себе. Я чувствую себя странно. Ты тоже?       Вопросительно вскинув бровь, Дилюк ещё внимательнее посмотрел на Кэйю.       — Слишком много… Ощущений… Я словно разрываюсь вот здесь, — взяв горячую ладонь Дилюка, Кэйа поместил её себе на живот, судорожно глотая воздух от прикосновения. — Мне… страшно… — почти неслышно промолвил Кэйа, закрывая лицо рукой.       Он никогда не мог представить, чтобы его мог смутить другой человек, обстановка, да и собственные чувства в целом. Некоторые заклеймили Кэйю бесстыдником, хотя ничего постыдного он тогда и не делал. Но не сейчас.       — Не бойся… — со вздохом отозвался Дилюк.       — Аккуратнее, прошу тебя, Дилюк…       Будто вняв голос разума, глаза Дилюка на секунду прояснились.       — Ты хочешь… остановиться?       Отрицательно замотав головой, Кэйа возразил:       — Нет, вовсе нет! Я точно не хочу обрывать всё сейчас. Кто знает, вдруг у нас больше не будет такой возможности потом?..       Убрав руку от побагровевшего смуглого лица, Кэйа внимательно посмотрел на Дилюка. Грудь того часто вздымалась, но в глазах уже не читалось животной ярости и неудержимости.       — Продолжай, — прошептал Кэйа, чуть разводя ноги и спуская пальцы вниз. — Прямо туда, сделай это.       Нерешительно сглотнув, Дилюк замешкался. Сможет ли он сдержаться, чтобы не навредить Кэйе? Не активирует ли он случайно Глаз Бога? Пройдёт ли эта саднящая боль, если они зайдут дальше?       Сглотнув, Дилюк решился. И медленными движениями начал проникать. Кэйа вздрогнул, будто его проткнули тысячей иголок. Странное чувство начало заполнять его, окончательно отключая сознание. Но было больно, и от этого на тёмных ресницах Кэйи заблестела слезинка, которую тут же смахнули прочь.       Вытирая большим пальцем глаз Кэйи, Дилюк прислонился своей щекой к его, а потом вновь вернулся к уже нежному поцелую. Дилюк понимал, что его неопытность явно не была на руку ощущениям Кэйи, но как делать лучше он попросту не знал. Поэтому, стараясь помочь уже изученным способом, он стал целовать сладкие губы, постепенно продвигаясь глубже.       Изнывая от ощущений, Кэйа то выгибал спину, то вновь сжимался в комочек. Чувства, царившие внутри, были смешаны с некой болью, появлявшейся от трения. Но Кэйа старался расслабиться всеми силами, лишь бы только Дилюк не бросил его сейчас, увидев эту слабость.       Приближаясь к финишу, сердце Дилюка дрогнуло оттого, насколько сильно были сведены брови Кэйи. Он испугался, что делал что-то не так. Но и прекратить было выше его сил. И замедлиться не получалось. Поэтому, слегка подумав, он опустил руку вниз, подстраиваясь под сбивчивые толчки бёдер.       По спине Кэйи пробежали мурашки. Ему явно понравилось, он начал сладострастно постанывать:       — Ещё… Сильнее… Почти…       И, когда до желанной разрядки осталось всего ничего, Кэйа притянул к своим губам Дилюка, прошептав:       — Люблю…       Но тот, казалось, не заметил этого обрывка фразы, брошенного в пучине эйфории. И они достигли пика. Кэйа принял всё без остатка, с силой притягивая голову Дилюка к себе и обнимая за плечи. Блаженство разлилось по телу.       Но тут резко похолодало, словно в самый разгар лета в комнату ворвалась метель.       Вырвавшись, Дилюк начал спешно одеваться, приводя Кэйю в замешательство.       — Ты что делаешь?.. Куда ты? Дилюк! — криком остановив словно глухого Дилюка, Кэйа, нахмурившись, привстал. — Дилюк!       — Это всё неправильно, мы не должны были. Прости… И забудь.       — Что?.. — в неверии переспросил Кэйа, широко распахнув глаз. — Ты что говоришь? Не ты ли?.. Да как ты?! — до крови прикусив губу, Кэйа замолк.       Бросив в Дилюка какую-то подушку, Кэйа скрутился калачиком на полу. Его плечи затряслись.       Дверь хлопнула. И Кэйа остался наедине со своими мыслями. И чувствами, что стремительно губили его душу. И проклятьями, что бранили эту чёртову бутылку сладкого вина...       * * *