Королевство остывшего пламени

      Лиенна с любопытством оглядывала убранства главного сада Двора осени. Каменные колонны простирались высоко вверх, изгибаясь и соединяясь воедино. Некоторые из колонн были плотно увиты красным плющом, другие — покрылись паутиной трещин. Разнообразные цветы, кусты и деревья были высажены вдоль множества каменистых дорожек, которые неминуемо сходились к центральному фонтану, запущенный специально к прогулке принцессы Двора зимы.       Эрис лишь на мгновение задержал взгляд на переливах воды фонтана в свете заходящего солнца, прежде чем посмотрел на Эринн. Все последние недели она сохраняла с ним дистанцию и предельную холодность. Он уже и не мог вспомнить, когда ее пронзительные голубые глаза удостаивали его хоть каким-то вниманием, пускай и весьма холодным.       Сейчас она была сосредоточена на принцессе, мягко улыбаясь ей и указывая в сторону древнего дерева, чьи темно-красные листья напоминали звезды. От тихих слов Эринн Лиенна расплылась в довольной улыбке и завертела головой еще активнее, из-за чего ее белоснежные косы упали с плеч.       — Как вам сад, Ваше Высочество? — Эрис повысил голос, чтобы перекричать шум воды из фонтана.       — Это волшебно, верховный правитель, — юная принцесса отчего-то зарделась и потупила свой взгляд, стараясь не встречаться взглядом с Эрисом. — Каждый Двор так уникален!       — Рад слышать, — Эрис украдкой бросил взгляд на Эринн, которая сжала губы в тонкую полоску, от чего они побелели.       Лиенна продолжала ходить от куста к кусту, выражая свою восхищенность как-то чрезмерно. Эрис утомленно сел на лавочку, нащупав во внутреннем кармане камзола письмо. Это письмо ему передали еще по пути в сад, но он так и не решился его открыть. Это был ответ от Иветты и от всего Двора весны касательно «эфира». Эрис не сомневался в положительность ответа, но почему-то до сих пор не решил вскрыть письмо.       Тонкая желтоватая бумага мялась от каждого его прикосновения, отчего пришлось несколько раз провести пальцами по поверхности, чтобы ее разгладить. Жесткая темно-зеленая печать с ветвями тихо хлопнула, когда Эрис сломал ее. На большом листе было лишь несколько фраз, что вызвали у Эриса улыбку:       «Двор весны согласен. Верховные правители ждут тебя на следующей неделе. Не веди себя как полный идиот.»       Письмо не было подписано, но Эрис точно знал автора. Иви смогла убедить родителей, встреча являлась лишь формальностью.       Бумага в пальцах Эриса вспыхнула и за секунду полностью уничтожила письмо.       — Тайное послание? — находясь в своих мыслях, Эрис не сразу заметил, что Эринн находится совсем рядом с ним.       — От моей давней воздыхательницы, — Эрис поднял взгляд на девушку, что стояла чуть в сторонке от лавочки.       — Утомительно, должно быть, получать такие письма, — голубые глаза смотрели настороженно и с опаской.       — Я не столь интересен женщинам, как может показаться, — Эрис ухмыльнулся. — Присядешь?       Эринн с какой-то особой осторожностью оглядела место рядом с верховным правителем, прежде чем села рядом. Вся ее настороженность выдавала в ней волнение.       — Верховные правители услышали вас, — Эринн едва открывала рот, глядя перед собой. — И приняли ваши условия. Также они…       — Не хочу слышать их извинения от тебя, — устало отмахнулся Эрис. — Хочу тебе предложить кое-что. Эринн ничего не сказала, лишь расправила плечи, готовая принять любой удар.       — То, что ты подмешала тогда в вино — что это? — Эрис скользнул взглядом по белоснежному подбородку, который стыдливо дернулся, стоило ему напомнить о событиях той ночи.       — Сбор особых трав, что растет лишь на территории Двора зимы. Ничего опасного, — Эринн нервно заправила черную прядь за ухо, оголяя тонкую белоснежную шею.       — У тебя есть эта смесь еще? Сложно ли ее достать, находясь во Дворе осени? Эрис устал. Безумная и нестерпимая усталость каменной плитой ложилась на него каждый день, и обычный сон, даже затуманенный алкоголем, не снимал всю ее тяжесть. Но то, что Эринн подмешала ему в вино, позволило ему выспаться и ощутить спокойствие, что оставалось с ним на несколько дней, прежде чем новые проблемы и боли сваливались на него вновь.       — Нет, — без особых раздумий бросила Эринн. — Но злоупотреблять ими не стоит, может возникнуть привыкание.       — Сегодня к тебе заглянет мой личный лекарь, дай ему немного этих трав. И вечером я буду ждать тебя у себя.       Девушка лишь коротко кивнула, тень сомнения мелькнула в ее глазах, что никак не укрылось от Эриса.       Кошмары и бессонницы были чем-то совершенно нормальным для Эриса. Даже будучи ребенком, он спал мало, плохо и тревожно. С каждым годом его взросления росла и ответственность, и равно росту ответственности росла тревожность.       Лекарь успокоил Эриса тем, что травы, и правда, были не опасны и не ядовиты, но лишь в случае их малого и нечастого употребления.       Эринн немым изваянием застыла подле распахнутых дверей спальни Эриса, сжимая в руках бумажной сверток.       — Еще недавно ты была готова оказаться здесь не в столь лицеприятном образе, а теперь появилась некая скромность. Мне это не нравится,       Эрис лежал на кровати, обнаженный до пояса и с упоением наблюдавший за растерянностью девушки.       — Я хочу, чтобы ты каждый неделю приходила в мои покои с этими травами. В какие-то дни я буду их принимать, в другие буду придумывать более интересные события для вечеров, но неизменно будет одно — на всю ночь ты будешь оставаться в моих покоях.       Смятение в глазах Эринн сменилось лютой злобой:       — Я не девушка для утех, Эрис, как бы это не выглядело. И стелиться под тебя в угоду твоим мерзким желаниям я не стану…       — Да-да, лишь по приказу своих верховных правителей, — Эрис усмехнулся. — Я это уяснил. И посягать на твою честь и достоинство, какое бы оно крошечное не было, я не стану. Разве, что ты захочешь.       Смех Эриса смешался со злобным шипением Эринн, которая как разъярённая кошка кинула в его сторону сверток.       — Размешать две ложки в любой жидкости и, главное, при выпивании, не подавиться! — на белоснежной коже выступил злой румянец.       Эрис продолжал смеяться, наблюдая как девушка злобным вихрем вылетела из его спальни в гостиную, с громким хлопком закрыв дверь.       Он не собирался так легко ее отпускать, а уж тем более прощать ее предыдущие выходки. И он был все еще уверен, что она не просто случайно подосланная служанка Двора зимы. А также Эрис не мог отрицать, что-то к этой девушки неминуемо тянуло его и без действия алкоголя и трав.       Эрис медленно поднялся с кровати и подобрал с пола бумажный сверток. Босые ноги почти неслышно шли по ковру и лишь тихий скрежет открывания дверей оповестил Эринн о приближении Эриса. Она стояла подле растопленного камина, плотно обхватив свои плечи руками.       — Размешай травы в двух бокалах, — Эрис аккуратно положил сверток на стол с высоким стеклянным графином с водой и набором бокалов. — И первый бокал — выпьешь ты.       Девушка зло сверкнула в полутьме глазами, но послушно выполнила приказ. Ее тонкие пальцы без дрожи и колебаний отмеряли правильное количество трав, а тихое позвякивание ложки о стеклянные стенки свидетельствовало о следующем шаге. А потом она послушно поднесла к губам первый бокал и за пару глотков осушила его. С ее губ сорвалась одна капля, что упала прямиком в вырез темно-синего платья.       — Понравилось представление? — со злостью обтирая губы рукавом платья поинтересовалась Эриин, не отводя взгляда от лица Эриса.       Тот неспешно взял второй бокал и за два глотка осушил его, не чувствую вкуса. Эффект должен был наступить не сразу, низ живота Эриса стянуло в тугой узел в предвкушении.       Они замерли друг подле друга, ожидая, когда травы подействуют. Эринн была значительно меньше Эриса и выпила она напиток первой из-за чего ее ясные глаза подернулись дымкой почти сразу после выпитого. Она качнулась, хватаясь пальцами за край стола. Эрис инстинктивно подался к ней, желая поддержать ее.       Голубые глаза, полные злобы, уставились на Эриса, но злоба были лишь временной. Вскоре она сменилась любопытством и интересом. Эрис практически чувствовал, как все презрение в Эринн к нему сменяется волнением и желанием. Он знал, что она чувствует, он сам не так давно это ощутил на себе и испытает вновь уже скоро.       Она отвела взгляд в сторону, провела пальцами по сомкнувшимся векам, следом по полуоткрытым губам и скользнула ладонью по белоснежной коже шеи, путая черные волосы. Эрис видел, как ее разрывают сомнения, как она мечется словно загнанные зверь. И он подался ей навстречу, почти с силой       Эрис дернул ее на себя, отводя горячими пальцами ее черные волосы в сторону, чувствую под грубой кожей холодную и мягкую кожу шеи. Эринн не сопротивлялась, ее губы раскрылись еще больше, в глазах не осталось и намека на ненависть и злобу, длинные холодны пальцы скользнули по разгоряченной коже обнаженной груди Эриса.       Одурманенные и обезумевшие, оголодавшие звери, мечтающие о близости, вот кем они сейчас оба были. Эрис скользнул ладонями по мягким изгибам девушки, задержался на груди, провел ладонями по тонкой талии.       Ощутил ее холодный и принизывающий насквозь аромат, почувствовал горячее дыхание на своей коже.       — Эрис, — едва шепча, проговорила Эринн, расчерчивая замысловатые круги на его груди. — Я никого так сильно не ненавидела и не желала, как тебя.       Это не было каким-то признанием, но для Эриса эти слова значили все. Он нагнулся, зарываясь пальцами в темных кудрях девушки, сжимая их, заставляя ее откинуть голову. Ее веки затрепетали и закрылись, а губы соблазнительно открылись для него. Он не мог противиться желанию.