Полудохлый герой

      Кавалерист невольно сглотнул, такая настойчивость, от милой девушки казалось ему странной и вгоняла в краску. "Смущение? Не, бред какой-то" - внушал себе он намеренно. - Милая леди собирается подсматривать за процессом? - спросил капитан и отвёл взгляд. - Милая леди собирается вас лечить - проговорила Аяшка, опережая возмущения Томы.       Кэйя в смущении отвёл взгляд, понимая, что его попытка флирта потерпела фиаско, но сдавать позиции не стал. - Надеюсь, столь прекрасная особа не причинит мне боли - и кокетливо улыбнулся, снимая с себя верхнюю часть одежды. - О, не переживайте, пожалуйста и оставьте это дело мне - мило улыбнулась Аяка, останавливая руку капитана, что уже наполовину добралась до пореза - Не прикасайтесь к ране, пожалуйста. И не сопротивляйтесь.       Далее, девушка, не замечая гневный взгляд Томы, помогла кавалеристу снять верхнюю одежду и промыла порез. Затем, заметив огромный синяк на груди Кэйи, она прикоснулась к нему. От её руки повеяло приятным холодком и полетели снежинки.       Рыцарь в блаженстве прикрыл глаза и неосознанно положил руку по верх её маленькой ручки. Томно выдохнул и заглянул девушке прямо в глаза. Румянец залил смуглую кожу, а холодок пустил град мурашек по телу. "Кажется, меня лихорадит" - подумал капитан кавалерии, отгоняя мысли в другое русло. - Мне, конечно, очень лестно, что прекрасный цветок семейства Камисато лично меня лечит - пытался отшучиваться кавалерист, но неудачно.        Люмин же с недоумением наблюдала за происходящим и перешоптывалась с Паймон о данном трио. Кэйя это вскоре заметил и ощутил чувство вины. Он тут развлекается, пока его брат непонятно где, страдает от проклятья. Однако, руку он свою так и не убрал.       Аяка убрала свою руку на радость Томы. - Готово, синяк охладился и практически исчез. Сейчас вам необходимо отдыхать. За ужином обсудим те странные бумаги. Тома, пожалуйста, помоги нашему гостю перебинтовать рану - сказала девушка и удалилась.       Капитан кавалерии печально выдохнул, увидев удаляющуюся фигуру. Потом вспомнил услышанные буквально только что слова и испытал колкое неприятное чувство в области груди, где недавно была рука девушки. Ревность. - Я смотрю, вы с хозяйкой поместья близки - язвительно констатировал факт кавалерист - Я, конечно, мог обойтись и без помощи этой леди и сам себя подлатать, но когда девушка так настойчива, сопротивляться нет желания.       Капитан снова ощутил чувство вины из-за брата. "Да, первым делом надо вытащить этого придурка живым и здоровым... Ладно, хотя бы живым, а остальное после" - подумал Кэйя, глядя на девушек и игнорируя убийственный взгляд Томы.       Тем временем на Цуруми туман сгущался. Силы проклятия скопились настолько, что окрасили белые испарения в багряный цвет. Видимость упала до двух метров перед собой, однако в данный момент это никому не мешало. Захваченный тьмой винодел сидел на краю обрыва и смотрел в гущу алых красок пустым взглядом. На мгновение сознание вернулось к нему. "Кэйя? Но он ведь мёртв... Или же мне это причудилось? Или это действительно осквернённое проклятьем тело?" - успел подумать Дилюк, прежде чем рассудок снова его покинул. По зову неизвестного голоса, слова которого он не понимал, но знал что они значат, красноволосый спустился с высоты, неаккуратно, ободрав кожу на руках. Однако в связи с проклятьем боль не ощущалась. - Вот ваши бумаги - сказала Аяка, поднося их капитану кавалерии, после ужина.       Кавалерист перенял бумаги, случайно задев кончиками пальцев тыльную сторону кисти руки девушки, и, немного смутившись, уставился в документы. "Как говорил отец? Заговоры снимаются тем же заклятием, сказанным наоборот... Но относится ли это к проклятию моей родины? Явно же нет. Если с Дилюком и Итером ещё может помочь, то жители государства не смогут спастись так просто" - в мыслях крутил Кэйя, внимательно вчитываясь в текст - "Но тут роль играют камни... Если их разрушить, можно ослабить эти чары? Не узнаем, пока не попробуем". Затем он доситал документы. - Госпожа Камисато, мы с путешественницей можем рассчитывать на вашу помощь? - спросил кавалерист, с надеждой глядя на хозяйку поместья, после чего глянул на летающую консерву - А Паймон придётся остаться здесь и делать важную задачу по подготовке к нашему прибытию... Мы не знаем к чему всё это может привести. - Помощь? Но что мне нужно делать? - спросила Аяка.       Кавалерист обреченно вздохнул "Она столь же прекрасна, сколь глупа" - подумал он с милой улыбкой. - Многого не требуется, нужно просто прийти на подмогу, если она всё же понадобится - мужчина перевел взгляд на Люмин.       "...если она так же бездумно кинулся к брату, помощь ей точно пригодится, а я же буду погибать от рук брата молодым и счастливым" - рассуждал Кэйя. Переживания были оправданными, ибо никто не знал к чему это всё приведёт и получится ли, но другого варианта он просто не видел. Рискнуть всем ради спасения единственных дорогих людей, что остались в этом мире.       На следующее утро Аяка собралась раньше всех и ждала остальных на берегу моря. Компания присоединилась к ней спустя несколько минут. К помощи Камы они решили уже не прибегать и добраться до Цуруми на волноходе. Поскольку он в разы быстрее, добрались до проклятых земель они всего за три часа. Пред ними встала жуткая картина: алый темный густой туман не пропускал дневного света. Повсюду мелькали красные огни, переодически показывая силуэт местности. Впереди был слышен грохот, издаваемый из центра острова. - Какое страшное место - прокоментировала Аяка, затем глянула взволнованным взглядом на Люмин - Ваш друг и брат здесь? - Да... Но они не должны здесь быть - грустно ответила путешественница. - Не должны - подтверждающе прошептал рыцарь и сделал первые шаги на злополучный остров - Я предлагаю вернуться туда где всё началось.       Он посмотрел на Люмин, что грустно взирала вперёд. Девушки переглянулись и согласно кивнули ему. Путь до пещеры занял немного больше времени, чём побег, однако, вспоминая схватку с братом, возвращаться не очень-то и хотелось, но это было необходимо. "Нельзя просто оставить всё как есть. Надо вытащить этот кирпич из мира его грёз, где он не по своей воле погряз" - думал Кэйя. Туман сгущался всё больше и атмосфера только наколялась. Путь к гроту напоминал некое подобие ада. Сама земля была наколена, от огня ли это?       В самом гроте было пусто, только на берегу озера неподвижно стоял винодел, как рыцарь, держа воткнутый в землю меч обеими руками. Глаза были открыты, но взгляд был отсутствующим. Руки были по-прежнему ободраны, никто не обрабатывал свежие раны. Притаившись, Люмин осмотрела стены пещеры. В тёмном участке в стороне от Дилюка виднелась фигура Итера, столь же неподвижная. Все будто чего-то ждали. - Ой, а что вы там стоите? - спросила красноволосого Аяка, выступая вперёд.       Дилюк мгновенно посмотрел в ее сторону, обхватил боевой хваткой меч и кунулся на девушку.       Кавалерист уже было двинулся в сторону девушки, чтобы помочь, однако увидел, что та в помощи особо не нуждалась. Быстрыми и ловкими движениями она отбросила винодела ледяным вихрем. - Что вы делаете? Мы же просто пришли выручить вас из передряги! - проговорила непонмающим голосом госпожа Камисато, пока Кэйя второй раз за пару минут убеждался в её глупости. - Госпожа Аяка, помогите Люмин, а здесь я справлюсь - кивнул он в сторону девушки, что всё же бездумно кинулась в сторону брата.       Тем временем Дилюк, движимый силой проклятья, что подпитывалась его злостью и камнем на шее, совершенно не отдавал отчета своим действиям. С каменным выражением лица его тело набрасывалось на капитана кавалерии, параллельно пытаясь его поглотить синим пламенем. Огонь был повсюду и накалял воздух до небывалых температур, чем не давал Кэйе применять крио стихию в полной мере. Так прошло около 20 минут напряжённой борьбы. Тем временем Аяка с Люмин пытались вразумить Итера. Поскольку парень не владел пиро способностями, ледяные выпады Аяки делали своё дело на ура. Девушка загнала его в небольшое озеро, больше похожее на лужу, подбежала и, взмахом веера, что нарисовал на водной глади большую снежинку, заморозила блондина. Эффект длился недолго, но этого времени хватило, чтоб Люмин подбежала сзади и вцепилась в брата руками, сжав в объятиях со всей силы. Путешественница выпалила на ходу слова, что сказал ей Кэйя, в обратном порядке. Парень в её руках начал вырываться, отбросил её в сторону, где она была поймана Аякой и начал во весь голос выговаривать непонятные слова, чем отвлёк капитана кавалерии.       Кавалерист посмотрел на девушек и заметил, что им не удалось сделать задуманное, пристально изучил Итера. Серёжка с камнем осталась нетронутой. - А от серёжки вы избавиться не догадались? - крикнул кавалерист девушкам, что явно забыли о главном условии.       Эта отвлеченность стоила Кэйе очередным толчком, отпечатавшим его прямо в каменную стену пещеры. Удар был сильнее чем в прошлый раз, боль снова разлилась по телу капитана кавалерии, но подняться было необходимо. Аяшка заметила это и уже было направилась в его сторону. - Я помогу! - крикнула мечница, как тот её остановил поднимая руку вверх и хриплым от удара голосом - Я справлюсь, определённо должен.       Он выставил меч Фавония перед собой. Огненная бессия не оставаливалась, снова и снова нанося резкие удары, от которых кавалеристу просто приходилось уклониться. Буквально секундная задержка могла стоить жизни и Кэйя решил, что лучше оборонительную позицию сменить на нападающую. Как говорится, нет лучше защиты чем нападение. Сделав вид, что сдаётся и подставляясь под удар, он уклонился и в последний миг слелал снежный выпад. Затем, перекатившись за спину виноделу со всей дури пнул тому прямо в голень. Послышался характерный хруст, кость сломалась, а Дилюк лишь с грохотом упал на колени и оперевшись на волчью погибел пытался встать. "Я надеюсь, это тебя хоть ненадолго замедлит" - подумал капитан, вытирая кровь с губы, что проступила от удара об стенку.       В это время Люмин, услышав кавалериста, посмотрела на серёжку. - Аяка, сейчас надо будет его снова обездвижить, я знаю что нужно делать! - скомандовала она. Госпожа Камисато повторила жест с веером, однако, на сей раз застыла, подняв его, тем самым пуская снежные вихри из под ног Итера. Парень пытался разбить вновь образовавшийся лёд, но безуспешно, ибо оледенение не останавливалось ни на секунду. В этот момент Люмин снова подбежала к брату и, неаккуратным жестом сорвала часть злополучной серьги, достала из неё камень, что начал вспыхивать ярким светом и с силой швырнула его в стену. Кристалик разбился вдребезги и осыпался на пол. Путешественница тем временем вновь обняла брата и проговорила заклинание так чётко, как только могла. Блондин закричал, словно его рвали на куски, от чего Аяка прекратила его морозить. Парень пал на колени, обхватил себя руками и со скрежетом зубов ругнулся на каэнри'ахском. После этого боль, по-видимому, ушла и он обмяк, падая в объятия сестры. - Итер! Ты меня слышишь?! Итер! - запереживала путешественница, пытаясь привести брата в чувства. Светловолосый взял её руки и взглянул ей прямо в глаза. - Всё хорошо, Люмин, чего ты плачешь? Где мы? - парень дружелюбно улыбнулся - Ой, кто тебя так поколотил?       Девушка не смогла ничего ответить ему, просто крепко обняла и расплакалась. Она так долго ждала этой встречи, ей так сильно не хватало его.       На винодела тоже подействовало то, что с Итера сняли чары. Та тьма, благодаря которой он так яростно сражался ослабла, но, не смотря на это, никуда не ушла. Мужчина замер, в ожидании жертвы. Стоило кавалеристу приблизиться, как красноволосый вскочил и с новой силой набросился на оппонента. Удар за ударом, и Дилюк чуть не прижал того к стене, боль в ноге не чувствовалась, хоть он интуитивно старался на неё не наступать. Его по-прежнему питало чувство вины, ложный образ смерти брата и злость на самого себя. Выпад и очередной толчок капитана в камни окончательно довели владельца крио глаза бога до предела. Далее включился инстинкт выживания и тот так же приступил яростно нападать. В какой-то момент поломанная нога винодела оступилась и он не смог уклониться он лезвия меча Фавония. Холодный металл разорвал сначала одежду, затем кожу и плоть, пронзая тело Дилюка насквозь. Ему сильно повезло, что, казалось бы, смертоносный удар, не задел жизненно важные органы, пройдя в области между печенью и желудком, лишь немного оцарапав их. В этот момент сознание прояснилось и мужчина вспомнил про проклятый камень на шее. - Разбей камень - тихо прохоипел он - И... Прости, брат... Хриплый голос оборвался и Дилюк погрузился в сон.       Кавалерист изловчился поймать падающие тело брата. Уложил его аккуратно на землю и пал на колени перед ним. Осознание произошедшего пришло моментально. - Д..Дилюк, приди в себя. Ты... ты не можешь здесь умереть! - прокричал Кэйя сквозь подступающие слезы, чем привлёк внимание спутников - Люк, ты не можешь здесь умереть... Слышишь? Не можешь...       Взгляд метался по телу хозяина таверны и наконец-то зацепился взглядом за камень всящий у него на шее. Резко сорвав его и заморозив, он разбил кристалик на мелкие кусочки вместе со льдом. Компания тем временем подобралась ближе. Аяка села рядом с синевласым и положила ему руку на плечо. - Я соболезную вашей утрате - тихо сказала она.       Люмин же внимательно смотрела на тело погибшего друга. Что-то явно не сходилось. - Сэр Кэйя, если я правильно помню историю моего друга... - она вспомнила про Кадзуху - Глаз бога потухает после смерти его обладателя, это так?       Кавалерист лишь качнул головой в подтверждающем жесте. - В таком случае... Он ещё не умер, смотрите! - проговорила она, приподнимая в руке волшебную реликвию, что весела у Дилюка на поясе.        Капитан кавалерии взаглянул на девушку таким убитым взглядом, будто бы умирал не Дилюк, а он сам и только спустя пару мгновений тёмные тучи на его лице сменились надеждой, что не всё ещё потеряно. - Точно! Мы ещё можем его спасти! Точнее, мы должны это сделать - воскликнул Кэйя - Но меч сейчас доставать нельзя, а то братец и вправду откинется от потери крови. - Я владею пространственной магией - вступил в диалог Итер - Позвольте хоть немного загладить вину. Люмин, покажи на карте, куда вас нужно переместить?       Блондин словно из воздуха достал карту Тэйвата, чем удивил всех присутствующих, кроме Дилюка. Путешественница указала ему на поместье Камисато и тот приступил к действию. Парень поднял одну руку вверх, другую положил на грудь винодела. - Коснитесь моей руки - скомандовал он.       После того, как все положили ладони на его руку, над компанией засиял яркий свет, затем последовала вспышка и в мгновение ока все оказались во дворе имения. - А мы действительно в поместье Камисато? - спросила Аяка, внимательно озираясь по сторонам.       Люмин же побежала искать помощь. Капитан кавалерии подхватил почти бездыханное тельце брата и повернулся к хозяйке поместья. - Какую комнату мы можем занять? - спросил он.       Девушка окончательно удостоверилась, что находится дома и направилась в здание. - Следуйте за мной - позвала она и отвела их в ту же комнату, в которой братья уже проходили ночью.       Мужчина положил брата на матрас, что разложил Итер. - Выйдете все, пожалуйста - сказал кавалерист и подождал пока в комнате не останется никого, кроме него и названного брата.       Затем Кэйя принялся его раздевать предварительно отозвал свой меч, дабы не нанести новых травм. Кровь начала сочиться из раны и ничего кроме как зажать её руками не оставалось. В этот момент в комнату постучались. - Сэр Кэйя, вы там?- спросила Люмин из-за двери - Мы с Томой принесли всё необходимое для лечения. - Оставьте за дверью, я сам всё сделаю - сказал кавалерист, доверять в этом плане он мог только сам себе с того момента как брат ушёл. Девушка не стала спорить. - Только скажи, если понадобиться помощь - путешественница пару минут постояла, но после они с копейщиком ушли.       Капитан кавалерии встал, быстро направился к двери и забрал все необходимое. Снова вернувшись к брату он взял полотенца из принесенной стопки вещей и зажал рану. - Лучше бы ты был в сознании и мог прижечь эту рану - сказал он Люку, якобы тот его слышал.        Спустя некоторое время кровь всё же остановилась, Кэйя обработал и перебинтовал этот пиздец и приступил к остальным ранам. Затем добрался до переломанной ноги. Кавалерист вправил, кость, что вызвало судорогу и винодел, дёрнувшись, резко сел и открыл глаза. Капитан радостно посмотрел на брата, но это продлилось недолго. Люк снова потерял сознание и почти рухнул, но руки Кэйи перехватили его и аккуратно уложили обратно. Зафиксировав ногу, кавалерист уселся рядом, вспоминая все перепалки, что были до откровения и после, как хоть и не особо заметно поменялось отношение братца, его реакция на "смерть" Кэйи и последние слова "прости брат". - Если бы ты только знал, как я ждал этого момента, но почему именно сейчас, именно на пороге смерти, ты назвал меня братом? - ответа не последовало и не могло быть.       В скором времени мужчина задремал. Ночью он, как и в прошлые разы проснулся от жутких криков. Красноволосого в очередной раз обдавало жаром. Кэйя приложил руку к его лбу и всячески пытался скинуть жар. Ближе к утру Дилюка перестало лихородить и синевласый наконец-то смог передохнуть. В комнату постучали и на пороге возникла хозяйка поместья. - Вы выглядите ужасно, вам бы передохнуть и самому подлечиться - сказала она без плохих намерениий - Давайте я помогу вам обработать раны и присмотрю за вашим... за господином Дилюком, а вы отдохнёте. - С ранами мне помочь можешь, хотя я и сам бы справился - сказал уставшим голосом кавалерист, а после дополнил - А за братом я сам присмотрю. Он по моей вине в таком состоянии и лишь мне за это отдуваться.       Девушка лишь понимающие кивнула. И в скором времени, обработав раны кавалериста, скрылась за дверь. В течении почти недели, винодел не приходил в себя и лишь редкие гости заходили в комнату узнать, как его самочувствие, заодно вытаскивая Кэйю из его затворничества в мыслях и переживаниях.       Дилюк очутился снова на Цуруми. Тело, что недавно было избито и изранено, сейчас не имело ни единой царапины. Не понимая что он здесь делает и как сюда попал, винодел пошёл вглубь острова. Через некоторое время перед ним из тумана возникла красивая девушка с длинными белыми волосами и золотисто-красными глазами. От неё веяло печалью и необычайным теплом, что манило красноволосого. Он шёл к прекрасному созданию, шёл и не понимал зачем. Когда между ними осталось несколько метров, Дилюк услышал голос брата: "если бы ты только знал, как я ждал этого момента, но почему именно сейчас, именно на пороге смерти ты назвал меня братом?..." - Потому что ты и есть мой брат... Прости, что не уберёг тебя - виновато ответил Дилюк голосу.       "Но стоп, с кем же я тогда сражался? Это точно был Кэйя. Но ведь он умер? Нет?" - сомневался винодел. - Он умер, ты ничего не сможешь исправить - внезапно заговорила незнакомка - И ты сам в этом виноват. Долгие годы ты отвергал брата, что так хотел снова с тобой общаться. Ведь вы в детстве были друзьями. Не так ли? - Кэйя, если бы ты мог меня слышать... Прости, пожалуйста, я не хотел причинять тебе боль...       "Но голос, который я только что слышал, это ведь был знакомый голос!" - начал задумываться винодел - "А вообще, что я здесь делаю? Кто эта женщина? Я умер? Где мои раны? И что..что всё-таки произошло? А если я ещё жив? Надо проверить". Так мужчина неосознанно цеплялся за жизнь. В этот самый момент капитан кавалерии вправил кость, что вызвало судорогу в теле, на секунду дав Люку вернуться в реальность. Открыв глаза, он убедился в том, что его брат жив и, уже с более спокойной душой провалился обратно в пропасть.       То ли остатки тёмных сил, то ли его собственные угрызения совести, явили красноволосому жуткие сны: все разы, когда Кэйя подшучивал, или просто пытался вывести его на разговор, на что винодел колко отвечал, или вообще прогонял брата с таверны. Эти видения сильно давили на чувство вины, от чего Дилюк сквозь лихорадку хрипло выкрикивал извинения и проклинал себя. Речь, в связи с состоянием, у него была невнятной, однако слушать её всё-равно довелось только Кэйе. За неделю эти кошмары утихли.       Дилюк открыл глаза. Перед ним была почти пустая комната, лишь ведро, бинты и тряпки лежали на полу. "Всё же, я остался жив, но как?" - спросил себя он, вспоминая конец битвы. Вставать винодел не решился и лишь руками протёр лицо. В коридоре послышались шаги.       Кавалерист шёл по коридору в направлении комнаты, погруженный в свои мысли. - Сэр Кэйя - позвала Люмин.       Рыцарь остановился прямо у двери и, оперевшись на деревянный каркас спиной, обратил внимание на близнецов, что шумно подходили к нему. - Как там Мастер Дилюк? Он пришёл в себя?- спросила девушка. - Я хотел бы извиниться за свои действия перед ним - посмотрел виновато на дверь комнаты Итер. Кэйя устало посмотрел на близнецов с мыслью - "Вас заклинило что ли? Вы каждый божий день задаете эти вопросы. Если бы он пришёл в себя я бы уже сообщил." - после перевел глаза на Итера и в мыслях сказал - "Просто прошу замолчи, если так хочешь извиниться, скажи это ему, когда тот очнется." - Нет, он всё ещё в коме, но, думаю, скоро должен очнуться - промолвил усталым голосом кавалерист и не очень уверенно улыбнулся близнецам - Ему всё ещё нужен отдых, поэтому я вас к нему сейчас не пущу. Да и я сам собирался немного отдохнуть.       Девушка понимающие кивнула и потащила брата за собой. Только когда они скрылись за поворотом, Кэйя устало выдохнул. Каждая ночь, давались ему пыткой, но ещё большей пыткой они были для Люка. "Что же с тобой происходит? Что же ты там такое видишь? За что винишь себя и за что просишь прощенья? Молю тебя просто вернись" - проносились мысли в голове кавалериста. И вот, стирая пробежавшую по щеке слезу, он наконец-то решился зайти в комнату. - Ты кто? - хрипло спросил Дилюк капитана кавалерии, дабы потроллить. Лицо при этом оставалось серьёзным.       Кэйя с испугом посмотрел на брата. То, что тот очнулся его несомненно радовало, но усталость за эту неделю и нынешние слова Люка заставили его побледнеть. - Ты сейчас серьёзно спрашиваешь кто я? - дрожащим голосом спросил синевласый глядя прямо в глаза названного брата.       Слеза снова пробежала, голова медленно начинала кружиться. "Как? Как ты мог меня забыть после всего, что произошло?" - подумал Кэйя, пугаясь своей мысли и закрывая лицо рукой. Но следующая мысль удивила даже его: "Может, это и к лучшему, что он ничего не помнит? Сможет начать жизнь с чистого листа, без моего в ней участия" - в сердце словно что-то кольнуло. - Я просто лекарь, что лечит вас на протяжении недели и не более! - на лице появилась с трудом натянутая улыбка. - Ты себя видел? Иди отдохни - Дилюк ненадолго рассмеялся, затем поперхнулся от боли в груди - Лекарь? Серьезно? Как же непривычно видеть, как мастер язвительных шуток сам их не понимает.       "Уууууу, он спал вообще? Выглядит ужасно уставшим" - думал винодел, оценивая кавалериста взглядом. - Что произошло? - Я смотрю, тебе смешно? - серьёзно проговорил Кэйя и улегся рядом прямо на деревянный пол. Затем повернулся на бок, чтобы видеть названного брата. - С какого из моментов тебе начать? С того, когда ты поколотил меня в первый раз или с того в котором пострадали мы оба? И чисто по случайности брат Люмин не лишённый способностей перекинул нас сюда, где ты на протяжении недели не планировал подавать признаков жизни? - хотел было съязвить капитан, но в голосе читалось сильное переживание. - Расскажи как есть, я, как видишь, не тороплюсь. Извини, что подшутил, я не знал в каком ты состоянии - прохрипел Дилюк и попытался встать, однако ему это не удалось.       В горле жутко пересохло и виноделу хотелось пить, однако заморачивать и без того уставшего брата было не самой привлекательной идеей. От той злости, что была когда-то, не осталось и следа.       Синевласый сам догадался, услышав голос брата, встал и налил из графина воду в стакан. После он подошёл к Дилюку и помог слегка приподняться, что бы было удобно пить. Затем Кэйя начал свой рассказ. - Ну сначала ты озверел в пещере на Цуруми и отправил меня в стену явно в попытке убить... Мы с путешественницей еле ноги унесли от твоего синего феникса - тем временем винодел допил и был вернут в прежнее положение, а Кэйя снова вернулся на пол - Потом ты снова отправил меня в стену, находясь уже в большей ярости и мне пришлось... ну... это...       Капитан кавалерии взглянул на ногу брата, ощущая как усталость медленно смыкает веки. - Ну а дальше, ты попал под удар из-за сломанной ноги. Я... я думал.... ты умер - голос становился всё тише, а глаза и вовсе закрылись - И почему... ты... назвал меня... братом... только в шаге... от... гибели...- спросил мужчина почти погружаясь в сон. - Понятно. Спи - твёрдо, но тихо сказал Дилюк, чтобы не будить почти уснувшего кавалериста.       Он понимал, насколько вымотала того эта жуткая неделя. Не надо быть врачом, чтобы заметить синяки под глазами Кэйи и осунувшееся лицо. Ничего не оставалось, кроме как снова уснуть.       Ночь прошла на удивление тихо. Тишину разрывало лишь стрекотание кузнечиков за окном и редкие стоны кавалериста. Ему снились кошмары, связанные с возможной потерей брата. Кэйю снова передёрнуло: во сне он был будто бы в Мондштате, и Дилюк снова был собой буд-то бы не было это путешествия где они открылись друг другу и все было сном. Снова перед глазами встала сора, гром и молния, огонь и лёд, страх, что он откроет глаза и все окажется правдой. - Роза, я бльше не пью - сказал кавалерист сквозь сон, чем разбудил брата. - Что... А - хотел спросить винодел, но понял, что к чему.       Решив, что Кэйя стонет от холода, он укрыл его одеялом, благо, руки дотягивались. Так братья провели остаток ночи. Сутра пораньше Дилюка снова разбудили, но, на сей раз стуком в дверь. На пороге комнаты появилась Люмин и хотела начать говорить, но винодел жестом показал, что нужно быть тише. - Как вы себя чувствуете, мастер Дилюк? - спросила девушка шепотом. - Я в норме, пожалуйста, если в этом доме есть костыли, принеси мне их - так же шепотом ответил он - Только тихо, этот несчастный и без того настрадался, пусть поспит.       Путешественница кивнула и ненадолго удалилась. Через несколько минут она вернулась с чьей-то тростью и помогла красноволосому выбраться из комнаты максимально тихо. - Эту трость мне одолжил брат госпожи Аяки - пояснила девушка - Вы уверены, что вам можно вставать? - От долгого сидения на месте лучше точно не будет, плюс надо что-нибудь поесть - констатировал факт мужчина - Как дела с Итером?       Люмин рассказала что случилось с её братом, чем поддалась на смену темы. Через некоторое время они сели за стол, в ожидании завтрака. Итер сел напротив винодела и виновато посмотрел тому в глаза. - П..прошу прощения! - выпалил он - Чем я могу загладить свою вину? - Всё впорядке. Оставим этот вопрос на потом - коротко ответил Люк. - Как вы себя чувствуете? - спросила Люмин, глядя на потрепанного Дилюка. - Бывало и хуже - ответил он, отведя взгляд.       Близнецы переглянулись, словно читая мысли друг друга, затем Итер немного смущенно покосился на винодела. - Понимаете... Сер Кэйя не пускал к вам никого, а по ночам из той комнаты доносились страшные крики и стоны - сказал парень и получил от сестры подзатыльник. - Крики и стоны? - смутился Дилюк - Что ещё происходило? В этот момент зашла Аяка и услышала сей небольшой разговор. - А ещё во всем имени было очень жарко - невозмутимо сказала она - К нам даже приходили спросить нет ли здесь горячих источников. - Оу - винодел смутился ещё сильнее - Прошу прощения за доставленные неудобства. - Не было никаких неудобств, просто к нам хотела наведаться местная архонт, а братец как на зло решил пропасть - крио девица смущенно улыбнулась и отвела взгляд в сторону от огневласого, продолжая - Надеюсь у вас... двоих больше не будет таких жарких ночей.       Никто из присутствующих не знал, как продолжить разговор, что бы ещё больше не смущать данную ситуацию, поэтому обеденный зал погрузился в тишину и только столовые приборы изредко бренчали от посуду.       После завтрака красноволосый встал и поковылял на веранду поместья. Задача расходить застоявшиеся мышцы, была в процессе выполнения.       Рыцарь Ордо Фавониус проснулся далеко за обед и лишь открыв глаза осознал, что комната пуста, а сам он находится по одеялом. "Вот же заботливый дурак, лучше бы о себе так заботился" - подумал Кэйя, подскакивая на ноги и отправляясь на поиски этого оболтуса. Блуждая по поместью, в скором времени он наткнулся на Аяку в сопровождении Томы. - Добрый день - проговорила девушка и улыбнулась. Копейщик лишь нахмурился и приветственно качнул головой. - Добрый - ответил кавалерист расплываясь в улыбке, после чего вспомни о своей цели - Вы бра... Кхм, мастера Дилюка не видели? Я проснулся, а он как сквозь землю провалился. - Видела, он чуть дальше, сидит на веранде. Давайте мы вас проводим - предложила девушка.       Они направились туда и действительно, Люк сидел и смотрел куда-то в даль. Кэйя улыбнулся госпоже Камисато, поблагодарил её и, помахав братцу, пошёл к нему. - А вот и спящая красавица вышла в лучи солнца - напомнил винодел Кэйе его аналогичную реплику - Выспался? И... Та девушка, Аяка, кажется, судя по рассказам вы с ней сдружились.       Дилюк бросил хитрый взгляд на капитана кавалерии. Он помнил вопрос про "брата", но отвечать на него не спешил. - Мог и разбудить - заворчал кавалерист - Сдружились... ну... как бы... да...       Синевласка отвёл взгляд, чуть смутившись. - Она прекрасна, очень. Но ровно настолько же глупа - ответил Кэйя, печально выдохнув - И, вообще-то, тебе постельный режим положен, а ты тут расхаживаешь братец. Да и бинты уже явно надо менять!       Так кавалерист пытался увести разговор от их отношений с хозяйкой дома. - Так она тебе нравится? - спросил Дилюк, но, не стал дожидаться ответа - Ладно, пойдём. Да и будить тебя после столь суровой недели было бы жестоко, сам подумай.       Рыцарь с удивлением глянул на винодела "Всегда бы ты так легко соглашался" - пролетела неозвученная мысль. - Как ты себя хоть чувствуешь? - решил поинтересоваться Кэйя и взглянул на брата под чей шаг ему пришлось подстроиться - И в следующий раз хотя бы предупреждай, когда уходишь. Хотя я надеюсь следующего такого раза не будет! - Да, не хотелось бы повторять подобные события - тихо согласился винодел, вспоминая свои кошмары и проклятые терзания - Нормально я себя чувствую, нога болит.       Синевласый посмотрел на него виновато. - Прости, я не хотел... Это были вынужденные меры. Если сильно болит, могу донести. Ну, или можешь опереться на меня, по крайней мере - на полном серьёзе проговорил капитан предлагая брату руку. - Я сам дойду, с.. спасибо - винодел пристыженно отвернулся - Тебе не за что извиняться. - Есть за что - почти шёпотом возразил Кэйя.       В скором времени они перевалили за порог комнаты и Дилюк сел на матрас, а Кэйя рядом и выжидающе глянул на брата. - Раздеваться будешь, или этим мне заняться? Или поверх одежды бинты накладывать будем? - попытался отшутиться кавалерист - Так на чем я там рассказ закончил вчера?