Пески времени

      — Регулус, это уже ни в какие ворота не лезет! — Люциус кинул футболку с макаками на стол и стал по ней хлопать рукой. — Сначала счет из магазина одежды, потом это, — пальцем он тыкал в одну из мастурбирующих обезьян в латексе, — теперь еще и счет за — цитирую «разрушение и порчу имущества в особо крупных размерах».       — Люциус, я же ем. — Младший Блэк даже ложки до рта не донес, обращая внимание на принт и выливая суп обратно в тарелку. — Я не осуждаю твои предпочтения, но убери эту вульгарщину со стола.       — Это все происки твоего братца! — Указывая на Сириуса, Малфой был уже весь красный от злости. Остатки беглецов и верх «Черной Метки» собрались во время ужина за одним столом.       — Люци, я, конечно, польщен, что ты обо мне такого мнения, но без доказательств глупо обвинять невиновного. — Бродяга с крайне оскорбленным выражением лица, наигранно возмущался. — И убери уже эту срамоту. Если тебя возбуждает подобное, то мне жаль Нарциссу. Да и леди тут за столом. Лили, — обратился он уже к еле сдерживающей смех девушке, — милая, не смотри.       — Но это же ваш номер был перевернут верх дном. — Не сдавался Малфой. Он не смог заплатить деньгами Регулуса ни за одежду, ни за погром в номере, поэтому пришлось пользоваться своими средствами. Он не настолько богат.       — Откуда ты знаешь? — Брезгливо взяв двумя пальцами за край футболки, Римус сложил ее, пряча рисунок. После ссоры и странного примирения парень чувствовал себя выжатым как лимон. Хотя издеваться над блондином было забавно. — Да я сам возмущен случившимся. Вышли на завтрак, а когда вернулись, уже встретились с разрухой. Может, это твоих рук дело? Тогда твоя попытка нас скомпрометировать провалилась.       — Какие слова ты знаешь… — Северус не мог сидеть молча в такой ситуации, хотя Малфой сам их провоцировал. Дурак. — Скомпрометировать…       — Я и не такие слова знаю, Нюниус. — Бросив на Снейпа не менее брезгливый взгляд, чем на футболку, Люпин вернулся к своей тушеной картошке с мясом.       — Нам обязательно устраивать разборки во время ужина? — Пусть Лили еще и чувствовала себя неловко рядом с парнями, но и хандрить у нее не выходило. Поэтому, поддерживая представление, Эванс отодвинула ткань, рассматривая рисунок. — Иу, — она сморщила носик, — какая мерзость!       — Мисс Эванс, вам не нужно смотреть на это убожество. — Младший Блэк тяжело вздохнул. — Люциус, убери уже, наконец, эту гадость и сядь за стол. Ужинать нужно в тишине. — Разумеется, парень понимал, чьи эти проделки. Когда ему пришел запрос от Малфоя на перевод денег, он уже был в курсе о крупной покупке брата. Он сам ему написал за несколько минут до сообщения от Люциуса с просьбой денег тому не давать. Рег согласился поддержать эту шалость. Но когда ему снова прислали счет, то он не смог сдержать ругательств. Чем Сириус таким занимается, что номер теперь нужно ремонтировать? Он обязательно должен поговорить с братом. И Разговор будет серьезным. — А после мы обсудим маршрут.       — Но мы же договаривались… — Начала было Лили, но была остановлена жестом руки руководителем группы. — Я полагаю, что Сириус уже знает, куда нам нужно и любезно поделился этой информацией с отсутствующими.       — Ты сам меня спровоцировал. — Бродяга пожал плечами, улыбаясь. Разумеется, он послал друзьям координаты пересечения ложных путей. — Поэтому давай теперь просветим твоих миньонов.       — Ваше право. — Согласился Регулус, доставая сразу же разблокированный планшет и кладя на середину стола, демонстрируя современную карту. — Как вы можете видеть, это всего лишь пустыня между оазисами Дахла и Харга. Завтра, как мистер Поттер и мистер Петтигрю прибудут в отель, я отправлю копателей и людей, чтобы к нашему приезду они все подготовили для поисков.       — То есть неизвестно, что там находится? — Эванс заглянула за руку Северусу, который подвинул тонкий компьютер к себе.       — Известно, но пока этого я вам сказать не могу. — Стоило Регулусу вопросительно поднять бровь, как Снейп вернул планшет на место. — Во избежание потери вашего доверия, пока это останется тайной для всех. Ведь что нам помешает в таком случае бросить вас и добраться первыми до сокровищ?       — Логично. Когда тогда мы выдвигаемся? — Римус слабо улыбнулся из-за Сириуса, который дразнил Северуса гримасами, пародируя его.       — Путь неблизкий, поэтому мы отправимся завтра вечером. К утру должны быть уже на месте. — Регулус на кривляния брата лишь покачал головой.       — Но почему мы не можем отправиться прямо сейчас? — Люциус даже не пытался прикоснуться к планшету. Нужно пока не отсвечивать.       — Потому что я не доел свой суп? — Младший Блэк развел руками. — Или потому что не горю желанием оказаться в пустыне без маломальских удобств? — Из-за того, что Сириус зашелся хохотом с фразы про суп, губы парня сами по себе расплылись в улыбке. — Вот ты желаешь оказаться в пустыне без палаток, еды, воды и, простите, мисс Эванс, без туалета? Я точно нет. Или ты сам собрался это все устанавливать и организовывать? Тогда я даю добро. Можешь отправляться прямо сейчас.       — Я понял. Завтра отправляемся. — Сжимая кулаки под столом, Люциусу оставалось лишь терпеть, пока этот мальчишка унижает его. Но недолго радоваться этому сопляку.       Остаток ужина прошел без обсуждений. Стоило кому-то открыть рот, даже Сириусу, Регулус метал в того осуждающие взгляды. Он привык есть в тишине. Опыт в больнице ему понравился, но сейчас он на работе. Поэтому не стоит забывать о манерах. Из-за этого, пока все тарелки не опустели, никто и слова не проронил.       — Раз мы все обсудили, можно нам разойтись по номерам? — Сириус допил вино и отставил пустой бокал.       — Верно, но тебя я прошу задержаться ненадолго. — Обратив внимание на то, как посмотрели на него его компаньоны, Рег еле сдержался от того, чтобы не закатить глаза. Они, что, думают, что они что-то замышляют? Возможно. — Это касается лишь людей с фамилией Блэк. Среди нас есть еще кто-то такой же благородный?       — Мы будем в номере. — Приобняв Лили за плечи, Римус кивнул напоследок Бродяге и покинул ресторан вместе с подругой.       — Ну, — начал старший Блэк, когда «Черная Метка» скрылась из виду, — о чем хочешь поговорить?       — Сириус, какого хера ты творишь? — Склонившись к столу, Рег понизил голос до шепота. — Что вы с номером сделали?       — Ты точно не захочешь этого знать. — Копируя брата, Бродяга тоже наклонился и шептал. Только вместо негодования, парень не скрывал веселья. — Но я тебе скажу. Ты же мой брат. Только маме не говори. И Люци.       — Ну? — Регулус подался вперед, вставая со стула и почти ложась грудью на стол.       — Я… — Старший Блэк даже не пытался скрыть смешки. Выдержав драматическую паузу и так же шепча, он выдал. — Трахался с Лунатиком. Вот мы и разнесли номер в порыве страсти.       — … — До парня не сразу дошел смысл сказанного, а потом, когда дошло, его брат уже хохотал до слез. — Ты!..       — Видел бы ты свое лицо. — Сквозь смех говорил Сириус, делая попытки изобразить лицо Регулуса. — Как тогда, когда я тебе раскрыл тайну, где мама с Кикимером прятали конфеты от нас. У тебя такое же лицо тогда было.       — Кусок гребаной псины! — Рег пнул брата по колену под столом. — Ты можешь быть серьезным хоть одну гребаную минуту? И даже не смей сейчас говорить, что это твое имя! — Теперь пинок был более ощутим. — Я готов покрыть любые расходы, связанные с тобой. Но нужно же думать головой. — Лицо парня пылало от стыда и гнева, отчего Бродяга смеялся лишь громче. — Сири, хватит ржать!       — Не могу. — Видимо только он действительно мог вывести Регулуса из себя. Вон, как губы дует и кулаки сжимает. — Прости, но ты был слишком милым. Я не удержался. — Старший Блэк отвернулся, стараясь так унять смех.       — Придурок! — Оставив последний пинок по голени и вкладывая всю обиду в него, парень шумно и часто задышал, беря себя под контроль. — И хахаль твой придурошный.       — Мой хахаль замечательный. — Потирая ушибленное место, Сириус все еще посмеивался. — Ладно, не будем о моей прелести. Что хотел обсудить? Если только разгром то, ну увлеклись немного — с кем не бывает. Повздорили, мебель попалась под руку… Ты же знаешь, что я большой любитель пошвыряться вещами.       — Постарайся так больше не делать. Или сразу иди ко мне, а не терроризируй Люциуса. — Младший Блэк потер лицо ладонями. — По крайней мере пока мы тут.       — Хорошо. Но, согласись, мартышки были офигенной идеей. — Бродяга улыбнулся брату уже более спокойно.       — Определенно. Твоих друзей доставят завтра к десяти в отель. Мои люди их привезут. И, — Регулус огляделся, будто думал, что за ними следят, — пожалуйста, будь осторожен. Люциус что-то замышляет. Я не хочу, чтобы ты снова пострадал.       — Я тебя понял. Сам будь начеку. — Встав и потрепав брата по голове, Сириус пошел на выход, оставляя Рега одного. Замышляет, значит… Он лично оторвет Люци сначала руки, потом ноги, а после и голову, если этот склизкий урод посмеет тронуть Регулуса. И даже слезы Цисси его не остановят. Хотя эта женщина сама убьет своего тупого мужа за любимого маленького кузена.       От прошлой неловкости Лили не осталось и следа. Сейчас она бегала по номеру, пытаясь найти, чем можно запить. Не себе. Римусу. Как она и боялась, шоколад оказался с перцем. Стоило Люпину положить кусочек в рот, как его мгновенно бросило в жар. На все просьбы подруги выплюнуть, парень отрицательно мотал головой и зажимал рукой рот. Другая рука прятала шоколад, чтобы его не отобрали. Он бы, возможно, и выплюнул десерт, но вместе с остротой по языку растекалась мягкость шоколада. И даже то, что сейчас он потеет, как грешница в церкви, а из глаз и носа течет, не остановило его, пока Эванс носится по номеру, разломать шоколад на плитки и запихнуть их все в рот. Хорошо, что шоколадка была по размеру в два раза меньше стандартной. Поэтому сейчас Лили открывала каждую дверцу в своих поисках и ругала друга на чем свет стоит. Кола, сок, виски — все не то. Нужно молоко или, хотя бы, вода. Мазохист! Нужно будет серьезно поговорить с Блэком о том, чтобы тот не давал Римусу никакой шоколад. Если только белый с изюмом.       Когда Сириус зашел в номер, его встретили женские вопли и убегающий от Эванс Лунатик, закрывающий рот двумя руками. Это выглядело весьма забавно, но посмеяться от души ему попросту не дали.       — Блэк, черт тебя дери! — Лили пробежалась по дивану и, словно кошка, прыгнула на друга, но тот увернулся. — Лови его!       — Окей! — Посмеиваясь, Бродяга закатал невидимые рукава. — Что за игра такая у вас?       — Не игра. Он сожрал, скотина такая, твой шоколад! — Девушка запустила в Римуса подушку. Этот номер намного меньше прошлого, так почему она никак не может поймать друга? — Как животное, ей-богу! Они тоже в рот все тянут, даже если нельзя. Это тебе не курица из KFC! Идиот!       — А ему такое нельзя? — Вот теперь Сириус нахмурился. Навредить он точно не хотел. Как же мало он знает этого парня, на котором помешался. Ну, ничего, будет время еще узнать.       — Не наговаривай. Можно мне. — Задыхаясь то ли от соплей, то ли от бега, отозвался Люпин, не убирая рук ото рта. Наверное, дурная была идея есть все и сразу. Но Лили могла отобрать у него лакомство. Он вкусный. Шоколад, а не перец.       — Ты весь красный! — Откинув косу назад, Лили готовилась к очередному забегу. — У тебя живот потом будет болеть.       — Я уже подумал… — Облегченно выдохнув, Блэк пошел к мини-бару.       — Там нет молока. — Эванс завалилась на диван в очередной попытке поймать парня, но Римус снова был ловчее. — Вот же хрен сопливый!       — А я и не за ним. — Заглянув в дверцу, парень достал баллончик со взбитыми сливками. — Не молоко, но тоже подойдет. Луна моя, иди ко мне.       — Не могу. — Подруга его совсем загоняла. Да и дышать через руки — не самая лучшая идея. Поэтому, он плюхнулся в кресло, не в силах больше бегать. — Я сейчас сдохну.       — Наркоман. — Усмехнувшись и прихватив еще салфеток, Сириус подошел к покрасневшему парню. Смешной. — Выбей нос, а то задохнешься.       — И не говори. Остро же, а он все равно все съел. — Лили была полностью согласна с Бродягой, отпивая воды, которую она прихватила для Люпина. — Хорошо, что там был всего лишь чили.       — Острее я бы не смог съесть. — Высморкавшись, Лунатик наконец смог нормально дышать. Да и шоколад уже проглотил.       — Держи. — Всучив взбитые сливки, Сириус сел рядом с девушкой. — Чем занимались, пока меня не было?       — Тем, что ты видел. — Более-менее отдышавшись и утолив жажду, девушка откинулась назад на спинку дивана.       — Ясно. Ребят завтра привезут к десяти утра. — С наиглупейшим выражением лица, Блэк любовался тем, как парень выпускает себе в рот взбитые сливки. — Прелесть…       — Я бы пошутила про «снимите себе номер», но вы и так вместе живете. — Беззлобно фыркнула Эванс, подбирая момент, как ей извиниться.       — Отвянь. — Римусу пришлось отвернуться. На каждый «пшик», Бродяга пищал.       — Лилс, как его не украли еще в детстве? Он же такой милый. Сейчас особенно. — Блэк очень жалел сейчас, что не сидит рядом с парнем. Краска с лица Люпина стала сходить, но щеки все еще были розовыми.       — С набитым сливками ртом? Блэк, видимо я поддаюсь твоему дурному влиянию, но сдается мне сейчас, что думаешь ты совсем не той головой. — Глупые мальчишки. На ее лице же написано, что она хочет извиниться. Ничего кроме друг друга не замечают.       — В смысле? — Сириус склонил голову на бок, вопросительно приподнимая бровь. — Ты о чем? А… — Дошло. Поэтому теперь Бродяга смеялся от души. — Ну, ты и пошлячка. Не ожидал.       — Я в ужасе. — Проглотив крем и слизнув остаток с уголка губ, Римус осуждающе покачал головой. — У кого-то давно не было?       — Ой, завалитесь оба. — Зарделась девушка. Черта с два теперь она будет просить прощения перед этими дураками. Один ржет, другой издевается. Долго друг друга искали. — Главное, что у тебя часто бывает.       — Прости, принцесса. — Бродяга все еще смеялся. — Действительно, это я дурно на тебя влияю. Но Джеймсу я не расскажу. Не будем его разочаровывать.       — Он уже и так во мне разочаровался. — Все смущение мигом сошло с лица, освобождая место вине.       — Это еще почему? — Отставив баллончик со сливками в сторону, Люпин нахмурился, смотря на подругу. — Что ты сделала?       — Рассказала ему, как влезла не в свое дело и все испортила. — Не выдержав взгляда, свои глаза она опустила в пол. — Мне очень жаль. Простите.       — Лилс, все в порядке. — От смеха Блэка не осталось и следа. Только серьезный, но мягкий тон. — Джеймс быстро отходит. И, уверяю тебя, чтобы его разочаровать даже я не знаю, что нужно сделать. Тем более закончилось все более чем хорошо. — Пришлось приобнять девушку. — Хочешь, я его стукну?       — Пусть я и мало знаю Джеймса, но думаю, что он просто переживал за Сириуса. — Лунатик сидел близко к Эванс, поэтому дотянулся до ее руки, несильно сжимая ее в поддержке. — Забили и проехали. И ты не виновата.       — Лунатик полностью прав. — Блэк нежно коснулся носа Лили. — И ты даже не представляешь, как Сохатый обрадуется, что ты переживала из-за его отношения к себе. Нужно ему рассказать как можно быстрее.       — Я тебе расскажу! — Эванс шлепнула Сириуса по ноге, вызывая у него недовольное шипение. — Не смей даже заикаться об этом!       — Что ж ты меня постоянно бьешь? — Потирая ушибленную ногу, Бродяга всерьез не злился на девушку. — Перестань меня бить, и я ничего не расскажу.       — Прости. — Сконфуженная Лили поднялась с дивана. — Постараюсь бить не так сильно. И, пока время еще не совсем позднее, я хочу порыться в архивах. Может, получится что узнать о том, что за место нас ждет.       — Лучше отдохни, пока есть возможность. — Слабо улыбаясь, Римус смотрел на подругу.       — Это не утомляет. Провожать не нужно. — Оставив на щеке каждого парня по поцелую, Лили вышла из номера, оставляя постояльцев номера наедине.       — Привет. — Стоило Эванс закрыть дверь за собой, как Сириус переместился с дивана на колени к Римусу, усаживаясь к нему лицом.       — Ух ты ж… Привет. — Разумеется было тяжело. Блэк не крохотная девочка.       — У меня так могут развиться комплексы. Я, что, такой тяжелый? — Наигранно ужаснулся парень. — Или толстый?       — Явно не пушинка. — Оставив руки на чужих бедрах, Люпин не сдержал улыбки. — Но точно не толстый. Просто высокий.       — Вот именно. Ни грамма жира. Одни только мышцы. Могу быть моделью нижнего белья. — Дотянувшись до взбитых сливок, Бродяга стал трясти баллон. — И мужского, и женского. Как думаешь, какое мне больше подойдет? — И снова этот озорной блеск в глазах.       — Я думаю, что тебе бы подошло быть без белья. — Переместив руки выше, Лунатик остановил ладони на пояснице.       — Если бы я был в другом настроении, то уже бы начал смущаться. Еще, — Блэк задержал взгляд на губах. Припухшие и покрасневшие, — печет?       — Немного. — Переведя взгляд с сидящего на нем парня на сливки и обратно, Римус притянул Сириуса к себе ближе, немного откидывая голову назад. — Поможешь?       — С превеликим удовольствием. — Перевернув баллон и выдавив немного сладкого крема на пальцы, Блэк стал размазывать сливки по чужим губам.       На Сириуса всегда смотрели с восхищением, будь то мужчина или женщина. И сейчас на него смотрят так же, только не просто любуются, но и наблюдают за реакцией. Слизывая сливки, Римус забирал пальцы Бродяги в рот, проходясь по ним языком, посасывая и собирая сладкий крем. Блэку определенно нравилось это зрелище. Зрачки расширились, а язык проходится по сухим губам. Возможно, им бы не помешало просто бы отдохнуть, но эмоциональное напряжение нуждалось в том, чтобы его сняли самым простым из способов. Поэтому Сириус убирает руку изо рта и уже сам собирает сливки с чужих губ, жадно целуя возможно самого проблемного для себя парня.