Сакура в клетке

      — Вы за идиотку меня держите?!       Стоящие в ряд слуги Тенсюкаку содрогнулись от ледяного и жестокого голоса генерала Тенрë. Вызванная ни свет ни заря Кудзë Сара не успела даже выпить чаю с ночи, а потому теперь яростно наматывала уже десятый круг вокруг подозреваемых работников, не стесняясь жестикулировать и выражаться некультурными словами.       — Полная резиденция персонала, и никто ничего не видел и не слышал?!       — Генерал, клянусь, я тут не при чем! -полноватый низкорослый повар упал на колени перед хищно расхаживающей по комнате брюнеткой, сложив руки в молитвенном жесте. — Я лишь делал все блюда по рецепту, готовил их неоднократно, на протяжении тридцати лет!       — Якоб, ради всего святого, вас никто и не винит, я лишь пытаюсь найти причинно-следственные связи! -Сара агрессивно потерла виски и обошла зашуганного повара, приближаясь вплотную к еще нескольким постоянным обывателям резиденции архонта. — Кто сегодня вечером проверял блюда, подаваемые Всемогущему Сëгуну?!       — Я, генерал. -отозвалась молоденькая рыжеволосая девушка. — Клянусь, я опробовала даже тот злосчастный сок, однако мое состояние ни на секунду не изменилось…       — Что ты мне напеваешь здесь, Мелори?! Если бы ты проверила, то слегла бы точно эта лисица! -вновь вспылила Кудзë, вжимая несчастную служанку в каменную стену, но, быстро придя в сознание, отошла от рыжей на расстояние. — Кто нёс стол с блюдами в покои Сëгуна?       — Я и еще двое, -подал голос высокий тощий стражник. — Одного звать Варто, он ушел после ночной пересменки, а второго я в лицо никогда не видел, он надевал маску, мол, простужен и боялся заразить госпожу. Он новенький в Тенсюкаку, всего неделю отслужил.       Сара несколько секунд сверлила парня суровым взглядом, а после нервно улыбнулась, угрожающим шагом подходя все ближе и ближе.       — Из-под земли мне его достань, Хосейн, иначе, видит Бог, я уничтожу вас всех, все заживо сгниете в темнице! Компания слуг быстро и единовременно поклонилась, друг за дружкой как можно скорее покидая комнату допроса, оставляя Сару наедине с мыслями и догадками.       — Всемогущий Сëгун, присядьте… Вы ходите так уже несколько часов… -блондинка в фартучке металась из стороны в сторону, уже долгие минуты пытаясь остановить непрерывную ходьбу богини по коридору Тенсюкаку.       — Войти… Какого чёрта мне не позволяют войти…       — Госпожа, -Мэри наконец удалось перехватить архонта за руку но, стоило ей встретиться с прожигающими пурпурными глазами, как тонкое запястье она тут же отпустила, в поклоне тихо извинившись за наглость. — Доктор сказал, что сначала нужно определить состав того, чем Яэ отравилась, ведь если пары яда летучие — вам нельзя находиться по одну комнату с ней…       — Какой яд?! -не своим голосом прорычала Райден, будто одержимая сжимая поочередно свои же ладони. — Кто осмелится даже подумать предпринять что-то подобное?! Скорее всего, у нее аллергия на гранат, да, точно, точно…       Богиня в глубине души понимала, что таким образом лишь пытается убедить себя в добром исходе ситуации, хотя сама по-прежнему слабовато верила в свои слова.       В испуганном сознании по прежнему стояла картина недавно минувших часов, когда Эи выбежала из покоев на охи и ахи служанок, когда она увидела безжизненно распластавшуюся на полу кицунэ, когда упала на колени перед теперь таким драгоценным для нее телом, когда Мико спустя мгновение перестала дышать на ее глазах…       Двери лазарета незаметно распахнулись, открывая девушкам вид на маленького седого старичка, протирающего покрытый испариной лоб влажной тряпкой. За ним из покоев вышли еще несколько схожих по одеянию людей, с небольшими белыми чемоданчиками в руках. Все они выстроились в одну ровную шеренгу, ожидая внимания изрядно паникующей госпожи.       Эи резко обернулась на звук, словно молнией пролетая меж толпы лекарей в больничный блок резиденции. На одинокой белоснежной койке лежала точно такая же бледная лисица. Для дополнения образа девушку даже не поленились переодеть в стерильную белую пижаму и, если бы не все такие же яркие розовые волосы, заметить Мико на кровати было бы почти нереально.       Вокруг кицунэ бегали маленькие пушистые белочки в забавных медицинских шапочках, то меняя повязку на лбу Яэ, то вновь и вновь разбавляя нагревшуюся воду холодной. Сама пациентка практически не подавала признаков жизни, ее грудь едва заметно вздымалась, а ещё недавно напряженные черты лица были теперь абсолютно расслаблены и умиротворенны.       — Доложи, Сейн… -темноволосая обречённо приземлилась на пол рядом с кроватью рабыни, вынуждая стоящего позади старшего лекаря протереть очки от удивления.       — Так точно госпожа, -пришел наконец в себя старичок. — Мы действительно обнаружили на дне графина осадок постороннего вещества, что говорит о намерении отравить вас…       Дедушка выжидающе бросил взгляд на архонта, как бы спрашивая разрешения на дальнейшее повествование. Получив короткий кивок, Сейн продолжил:       — Само интересное заключается в том, что компоненты точно такого же вещества были протестированы нами ранее на зараженных разными болезнями крысах. У грызунов страдающих туберкулёзом это вещество вызвало общее улучшение состояния, как бы…       — Это что, было лекарство от туберкулеза? -Эи заметно нахмурилась, приподнимая бровь в недоумении. — Ты себя слышишь, Сейн? Она едва не погибла.       — Пусть меня покарает ваш клинок, если я лгу. -уверенно поднял голову пожилой лекарь. — Если пытались покончить с вами, госпожа, то тот кто это сделал — настоящий идиот. Данный препарат даже в огромной дозе у простого человека максимум недомогание вызовет, а с вашим то божественным здоровьем и говорить нечего, он губителен лишь для псовых, в любой дозировке. В нескольких регионах Тейвата это лекарство используют для борьбы с бродячими бесхозными собаками, поскольку почуять этот яд в еде и жидкости для их нюха — непосильная задача, они ощутят лишь приятный манящий аромат, буквально заставляющих их вкусить свою смерть.       — Я уничтожу своими руками сотворившего такое. -неслышимо прошептала богиня, поворачиваясь к врачу уже всем корпусом. — Вы сможете помочь ей?       — Что могли мы сделали, прокололи витамины и влили льняный раствор для очищения организма, однако слишком много времени прошло с момента отравления, мы не даём никакой гарантии, что яд сейчас не на пути к сердцу, а это, к сожалению, приведет к его остановке и очень скорой кончине вашей рабыни. Мне жаль, Сëгун, но лишь Бог в силах сейчас что-либо сделать, остается молиться…       Сейн медленно поклонился ушедшей глубоко в свои мысли девушке, как можно незаметнее покидая холодный мрачный лазарет в одиночестве.       Черное суровое небо над Инадзумой вторые сутки не дает солнцу ни малейшего шанса потревожить горюющего электро архонта.       Действующая Владыка региона ни на минуту не покидала лазарета. После ухода врача темноволосая выгнала и белочек, заявив что лично позаботится о пострадавшей из-за нее лисице. Это ведь она, Райден, должна была быть на ее месте сейчас, почему так? Почему, стоило лишь Эи найти родную, теплую и понимающую ее душу — все резко должно закончиться? За что жизнь так поступает? За что сначала лишает богиню сестры, лучшей подруги, соратников, а теперь и возможно первой в ее жизни любви?       — Сайгу, мне сейчас так нужен твой совет… Ты всегда… всегда знала что делать. -такая рассудительная и рациональная Райден впервые находилась меж Раем и Адом, впервые за всю свою долгую жизнь она не знала, что ей делать. За прошедшие сутки Яэ никак не дала знать о своем выздоровлении, ни единая часть ее тела не дрогнула, глаза ни разу не открылись…       Эи по общему совету врячей читала вслух самые яркие и интересные книги, которые только смогли найти и принести из ее покоев слуги. Не забывала госпожа и присаживать рабыню, перекладывать, разминать неподвижные конечности. Она пережила первый день после отравления, значит яд не добрался к лисьему сердцу, это одновременно радовало и пугало Райден, ведь теперь она вынуждена была жить в неизвестности, никто не мог сказать четко: сколько ожидать пробуждения кицунэ.       Чтение очередного повествования прервала верная слуга архонта — Кудзë Сара, что тихо, словно мышь, вошла в больничный блок и низко поклонилась правительнице.       — Всемогущий Сëгун… -обратилась брюнетка настолько тихо и осторожно, насколько возможно. Она очень не желала гневать страдающую госпожу своим слишком частым присутствием, однако никакого недовольства со стороны богини не последовало, ни единого злобного ворчания.       Темноволосая госпожа лишь тяжко выдохнула, откладывая книгу к изголовью кровати рабыни и поднимаясь с кресла, шустро сровнявшись с Сарой в росте.       — Ты нашла виновного? -Эи не терпелось собственноручно пронзить тело покусившегося на их с Яэ жизнь преступника.       — Перейду сразу к делу, госпожа. -замялась генерал. — Тот самый стражник, что помогал нести стол в ваши покои… Мы его нашли, однако…       — Однако что? Сара, не тяни! Где эта тварь?!       — Сëгун, к сожалению мы нашли лишь тело этого мужчины. Он… его повесили в чаще леса на востоке Инадзумы… Райден с диким воплем швырнула в сторону стоящий в углу лазарета плетёный стул, это конец, этот стражник был единственной весомой зацепкой в таком ужасно загадочном деле.       — Кудзë, делай что хочешь, но что-бы виновник сего преступления предстал перед моей катаной в ближайшие сроки! Прочь!       Архонт не верила в успешность расследования, но ей необходимо было выплеснуть накопившуюся боль, сорваться, уничтожить что-либо, и самым близким сейчас раздражающим ее объектом оказалась генерал комиссии Тенрë.       — И, Сара. -внезапно окликнула девушка уже стрящую в дверях брюнетку. — Принеси накопившиеся за эти дни документы, я подпишу и разберу.       — Простите, но вы уверены, что в состоянии роботать сейчас?       — Ты смеешь оспаривать мои приказы?! -Эи вновь подняла на свою покорную слугу устрашающий горящий взгляд.       Вздрогнув от мелких разрядов тока в воздухе, генерал покорно поклонилась и поспешила скрыться из-под этого сурового, грозного и властного надзора.       Райден невидящим взглядом окинула все так же мирно спящую кицунэ, даже цвет лица которой не вернулся в прежнее состояние за все эти страшные для архонта часы. Девушка наклонилась и зарылась носом в нежные розовые волосы, не утратившие аромат сакуры даже после двух дней пребывания в насквозь провонявшей спиртом комнате.       Одной рукой богиня невесомо водила по неподвижным лисьим ушкам, что ранее реагировали дрожью даже на незначительный поток ветра, а сейчас словно искусственные покоились средь хаотично разбросанных по подушке волос.       — Я буду сильной, Яэ. -с жалобным всхлипом прошептала Райден. Она редко позволяла себе слëзы, считая любые проявления эмоций печали — слабостью, уделом нисших форм жизни. — Я обязательно придумаю, как помочь тебе. Ты была рядом когда я страдала по Макото, теперь и я не брошу тебя одну… Когда душа заходится в слезах, От боли нестерпимой вы застыли, — Крепитесь всё ж, держа себя в руках, Чтоб вас ещё сильнее не добили…       Около пяти минут богиня всматривалась пустыми глазами в стену лазарета, словно обдумывая нечто тяжелое, нечто очень серьезное. Теперь уже богиня переводила взгляд с мертвенно бледной рабыни на своё лучшее создание — хранителя вечности, ее верного советника и помощника Сëгуна.       — Я приняла решение, Сëгун. -твердо отчеканила Эи, положив руки на плечи необычно молчаливой куклы. — Спасти человека и зверя способны потоки элементальной энергии в теле.       — Я правильно понимаю твои намерения, Эи? -безэмоционально отозвалась хранитель вечности.       — Ты всегда была сообразительной. За легкой нервной усмешкой последовал грозный и уверенный приказ:       — Я наделяю Яэ Мико благословением всемогущего элемента, и без единого сомнения дарую ей Глаз Бога электро!