royally fucked up

      Сумка с негромким хлопком приземлилась на пол. Кресло жалобно скрипнуло под весом её тела, и туфли небрежно отлетели в сторону. Вероника подогнула под себя ноги и со вздохом облегчения откинулась назад. Уставшие глаза закрылись сами собой. Она планировала за вечер написать эссе, заданное ещё на прошлой неделе, но у неё не было сил дотянуться до тетради.       Нужно подремать пару минут. И она будет в порядке.       Писк приборов и мерный шум аппарата ИВЛ привычно убаюкали её. Заходящее солнце окрасило палату тёплыми красками; её тень дотянулась до больничной койки и легла на осунувшееся лицо Джей Ди, смягчив его черты.       Тревожный сон был прерван хлопком двери и звонким перестуком каблуков. Вероника недовольно зажмурилась и плотнее закуталась в кардиган, оттягивая неизбежное пробуждение. Тело не успело согреться после сна, голова всё так же гудела от усталости. Вероника облизнула пересохшие губы: заеды в уголках рта противно тянуло. Выглядело всё это херово, а чувствовалось ещё хуже.       Не хотелось никого видеть. Не хотелось ни с кем говорить. Хотелось просто заснуть и проснуться, словно ничего этого и не было.       Звук шагов стих напротив кресла. Вероника с неохотой открыла глаза и первым делом, жмурясь, всмотрелась в мониторы: показатели были в норме. Последние несколько дней его состояние было стабильным, без ухудшений. Впрочем, и без улучшений тоже.       — Выглядишь паршиво, — Хезер проследила за направлением её взгляда и качнулась в сторону, загораживая опутанного проводами и трубками Джей Ди.       — Чувствую себя не лучше, — Вероника с силой провела по лицу ладонями, прогоняя остатки сна. Осыпавшаяся тушь размазалась по щекам. — Зачем ты тут?       — Кроме меня, похоже, никто не решается сказать, что ты страдаешь хернёй, Сойер, — раздражённо поморщилась Хезер и замолчала. Вероника выжидательно подняла брови и жестом предложила продолжить начатое. — Твоё присутствие здесь бесполезно! От того, что ты строишь из себя жертву, он быстрее не очнётся. Да и…       — И? — Вероника отвлеклась на предупреждающе пискнувший кардиомонитор. Пульс незначительно участился и почти сразу успокоился, вернувшись в норму.       — Я понимаю: он заслонил тебя собой. И хотя сам же и втянул тебя во всё это дерьмо, это всё равно производит впечатление, — Хезер снисходительно окинула её взглядом, но её улыбка померкла под холодным взглядом Вероники. Она возмущенно фыркнула и поправила себя: — Ладно, ладно! Ты говорила, что это не его вина… Всё равно, ты не обязана проводить каждый вечер в больнице, как какая-то скорбящая вдова! Вся твоя одежда насквозь пропахла лекарствами, — она брезгливо скривилась. — Ты перестала следить за собой, сказала бай-бай социальной жизни, и, в конце концов, совсем забила на своих друзей!       — А, так это твой способ сообщить, что вы с Мак соскучились по мне? Предлагаешь развеяться, сходить на вечеринку?       Вероника поскребла ногтями по щеке, убирая прилипшие к коже волосы, и устало посмотрела на Хезер. Возможно, ей стоило бы разозлиться. Ответить что-то саркастическое и колкое, в своём стиле. Или без особой выдумки просто послать нахер. Но Вероника не чувствовала ничего, кроме, разве что, лёгкой досады. Все остальные эмоции расплывались, словно затянутые плотной пеленой тумана.       — Это же Хэллоуин! — Хезер посмотрелась в зеркальце и кончиками пальцев поправила алую помаду на губах. — Если и существует подходящее время для триумфального возвращения из мёртвых, то это сегодня. Я подброшу тебя до дома, чтобы ты привела себя в поря…       — Хезер! — резко оборвала её Вероника, со вздохом опустив подбородок на сцепленные в замок пальцы. — Я благодарна за то, что вы с Рэмом сделали для меня. Действительно благодарна! Но у меня нет сил и желания опять карабкаться на вершину. Я просто хочу закончить школу. Вот и всё.       — И чтобы твой психопат очнулся, да? — насмешливо закатила глаза Хезер и с неожиданной злостью бросила зеркальце обратно в сумку.       — Он не психопат! — раздраженно рявкнула Вероника и рывком поднялась с кресла, в два шага оказавшись рядом с Хэзер. Та в замешательстве отступила назад. На мгновение злость смогла прорваться сквозь стену апатии. Ладони Вероники сжались в кулаки. В палате повисло напряжённое молчание.       Тишину прервал предупреждающий писк кардиомонитора: сердечный ритм Джей Ди снова ускорился. Вероника, отвлекшись, чуть нахмурилась. Может, вызвать дежурную медсестру?       Она с тревогой всмотрелась в лицо Джей Ди, и её собственное сердце вдруг забилось быстрее: ей показалось или его брови слегка нахмурились? Так легли обманчивые тени или выражение лица неуловимо изменилось? Это было ничем не обоснованное предположение, но даже тени надежды оказалось достаточно. Уголки её губ сами собой взметнулись вверх.       — Проснись уже, Сойер! Разумеется, он психопат! — Хезер схватила её за плечи и встряхнула. Веронику перевела на неё посветлевший взгляд. — Нормальные люди не ходят с оружием в карманах и не применяют его по поводу и без. И именно с его появлением всё полетело к чертям! Думаешь, это просто совпадение?       — Надо же, скажи кто в начале года, что ты будешь так переживать за меня, ни за что бы не поверила, — Вероника тихо рассмеялась, но осеклась, поймав её подозрительный взгляд. — Да, Хезер, это просто совпадение! Мы все взрослеем, становимся лучше или хуже, или просто превращаемся в кого-то совсем другого. Курт, возможно, был когда-то неплохим парнем, хотя, как по мне, даже в детском саду был той ещё занозой в заднице. А затем он вырос и стал редкостной тварью! И никто, кроме него самого, не виноват в том, какой выбор он сделал.       Хезер с сомнением мотнула головой, всё ещё не убеждённая её словами. Она открыла рот, чтобы возразить, но Вероника снова прервала её:       — Дослушай, ладно? Я знаю, что Джей Ди тебе не нравится. Это его сверхспособность: раздражать всех одним лишь присутствием в комнате, — в её глазах вспыхнули смешливые искры. — Он тот ещё мудак. О, я даже не буду спорить с этим… И он принял много неверных решений, а из-за последнего и вовсе оказался здесь. Но, в отличие от Курта, он принимал и те решения, из-за которых я готова проторчать тут целую вечность, если это будет нужно!       — Не замечала раньше за тобой любви к пафосным речам.       — А вот это точно вина Джей Ди, — тихо рассмеялась Вероника. — И у меня есть подозрение, что это передаётся через поцелуи…       Она приподнялась на носочках и быстро коснулась губами щеки Хезер. Та отскочила назад, мгновенно вспыхнув то ли от смущения, то ли от злости.       — Упс! Кажется, теперь ты тоже будешь нести претенциозную чушь, — Вероника, всё ещё посмеиваясь, отступила назад.       — Ты точно свихнулась, Сойер! — Хезер попятилась к двери. — Беру свои слова назад, вы отличная пара. Два психопата!       Весело сощурившись, Вероника наблюдала за её попытками незаметно оттереть несуществующий след от поцелуя. Хезер резко развернулась и направилась к двери, но на пороге обернулась и ещё раз смерила её сердитым взглядом.       — Счастливо оставаться со своим психом.       — Повеселись там за меня! — крикнула ей вслед Вероника, ничуть не обидевшись. В ответ раздался только хлопок двери и звук быстро удаляющихся шагов.       Тихо посмеиваясь, она крутанулась на пятках и пружинящим шагом подошла к койке. Но с каждым шагом уверенность покидала её. Смех комом застрял в горле.       Наконец, достигнув койки, Вероника замерла в нерешительности. Вдруг ей просто показалось? Вдруг это действительно была лишь игра теней и воображения?       Она упрямо закусила губу и села на край, смяв в дрожащих пальцах больничную простыню. Спасительная пелена внутри окончательно рассеялась, оставив её наедине с бушующим ураганом противоречивых эмоций.       — Ты ведь меня слышишь? — Вероника склонилась над Джей Ди так низко, что пряди, выбившиеся из пучка, почти коснулись его лба. — Ты же здесь, да?       Конечно, она не ждала ответа. Но, похоже, надежда на чудесное пробуждение так и не оставила её. Вероника с кривой улыбкой покачала головой: что дальше, поцелуй истинной любви, как в диснеевских сказках? Если бы жизнь была такой простой…       Вздохнув, она забралась на койку с ногами. Аккуратно пропустив провода и прозрачные трубки над собой, Вероника осторожно легла к Джей Ди на плечо и расслабленно прикрыла глаза.       Стук сердца, не пропущенный через электронные приборы, странным образом успокаивал шум ветра в её голове.       — Милый, у меня для тебя плохая новость, — тихо пробормотала она, вглядываясь в заострившийся профиль. — Когда проснёшься, тебе придётся бросить курить. Можешь даже не искать свою любимую зажигалку… Теперь это моя любимая зажигалка.       Ей показалось, или уголки его губ еле заметно вздрогнули? Или просто тени легли по-другому, когда солнце окончательно село? Она оборвала очередной виток бесплодных размышлений.       Одно было точно реально: после заката в палате заметно похолодало. Вероника поёжилась и уткнулась носом в больничную рубашку Джей Ди.       — Холодно… Им стоило бы перестать экономить на отоплении, — она придвинулась ближе и перекинула руку поперёк его груди, постаравшись не задеть ни один датчик. — Я тут немного подремлю, ладно? После сна на кресле жутко болит шея. А если тебе неудобно, то придётся открыть рот и сказать мне об этом, придурок…       Она закрыла глаза и замолчала. Совсем скоро приёмные часы закончатся и медсестра выпроводит её из палаты.       Вероника не собиралась тратить это время на слёзы.       Сон был гораздо более разумным решением.

***

      Все чувства нахлынули разом, угрожая погрести его под своим весом. Джей Ди резко втянул воздух и тут же закашлялся: что-то царапало горло изнутри. Это «что-то» так же мешало закрыть рот и облизать пересохшие губы. На вкус эта хрень была похожа на пластик. Какого чёрта?..       Он с трудом разлепил веки и мгновенно пожалел об этом: перед глазами всё кружилось и плыло. Его резко замутило. Какое же поганое утро… Когда он успел так напиться?       Словно в насмешку, грёбаный будильник никак не хотел затыкаться. Его назойливый повторяющийся писк ввинчивался в уши раскалённым сверлом. Джей Ди потянулся к подушке за пистолетом, чтобы раздолбать его наконец ко всем чертям и досмотреть сон, который казался безумно важным, но какая-то штука запуталась вокруг его пальцев, не давая нормально двинуть рукой. Он дёрнул сильнее. Раздался тихий щелчок.       Чёртов писк превратился в непрерывный звон и, кажется, стал в десять раз громче.       — Ещё пять минут, ладно? — раздался сонный голос Вероники у его уха. — Сегодня же суб… Джей Ди?!       Она подскочила на кровати, в шоке уставившись на него. Её глаза быстро наполнились слезами. Джей Ди болезненно поморщился и обхватил голову свободной рукой. Взгляд Вероники метнулся к источнику звука, а затем снова к нему. Она судорожно зажала зубами кулак, чтобы не закричать снова.       — ‘онни? — с трудом промычал Джей Ди. Пластик надавил на язык, и его затошнило с удвоенной силой. Он скосил глаза: изо рта торчала трубка, вторым концом подключенная к громоздкому аппарату рядом с его кроватью.       Кажется, он видел такие в фильмах.       Всё сложилось в цельную картину. Это могло значить только одно: он был в больнице. Он выжил и вернулся обратно, в свою одиннадцатую жизнь…       Вернулся, чёрт возьми!       Его губы расползлись в торжествующей улыбке.                   …вот только оставался вопрос:                   и что теперь?       Улыбка медленно сползла с его лица. Кажется, наступило время пожинать последствия своих поступков.       Что ж, нужно было признаться: он всё же смог по-королевски облажаться и в этот раз.       Он нарушил обещание. Снова.       И это чуть не стоило Веронике жизни. Снова.       Она замарала свои руки в крови из-за него. Снова.       И всё же он продолжал цинично надеяться, что она простит его.       Снова.       — П’ивет? — с трудом пробормотал он, так не придумав, что ещё ей сказать.       — Две недели! Две проклятых недели, Джей Ди! Какого хера?! Просто… какого, блять, хера! — наконец взорвалась Вероника, и её глаза ожидаемо заблестели от злости.       — П’ости…       Она резко мотнула головой. По её щекам скатились вниз крупные, блестящие слёзы.       — Почему ты не мог проснуться быстрее? Я… я… — её голос сорвался, — я боялась, что ты никогда не проснёшься!       — П’ости, — мягко повторил Джей Ди, осторожно коснувшись её руки. Губы Вероники задрожали ещё сильнее.       — А вот и не прощу! И если ты ещё раз попробуешь сдохнуть, клянусь, я убью тебя сама! Чтобы уже наверняка!       Она всхлипнула и наконец метнулась к нему, с силой пушечного ядра врезавшись в грудь. Джей Ди еле успел подхватить её, прежде чем согнуться от боли в рёбрах.       Но, чёрт его побери, если эта боль не делала его счастливым!       Он зашёлся в царапающем смехе и прижал Веронику к себе, утыкаясь в пропахшие больницей волосы. Единственным, что портило момент, был дурацкий кусок пластика в его горле. И нахер разговоры, их можно было оставить на потом… Но было чертовски несправедливо, что вернувшись из мёртвых, он не мог поцеловать её. Словно прочитав его мысли, Вероника порывисто прижалась губами к уголку его рта над креплением трубки.       Это было гораздо лучше, чем ничего, но всё же он отчаянно хотел большего…       В коридоре раздался звук торопливых шагов. Вероника неохотно отстранилась и оглянулась на дверь. Джей Ди коснулся пальцами её подбородка и мягко развернул к себе. Она вопросительно посмотрела на него. Дверь с грохотом ударилась о стену. Сигнализация кардиомонитора продолжала надрываться.       Джей Ди ласково провёл большим пальцем по её скуле.       — Тушь размазалась, да? — Вероника легко засмеялась. Её глаза, устремленные на него, вспыхнули целым фейерверком искр.       Как же он скучал…