Остановись 2 — реинкарнация

Услышав имя мальчишки, Накахара на пару секунд завис, не зная, что и ответить на это. Рюноске в это время, стоя позади Чуи, был не меньше его удивлён, пытаясь осознать то, что говорил десятилетний мальчик, представившийся как Дазай Осаму. Решив пока этот вопрос отложить, Накахара, держа мальчика за худенькую ручку одной рукой, на всякий случай в тоже время аккуратно свободной вытер с щеки маленького Осаму последние слёзки, что не успели ещё высохнуть. Оглядев мальчика с головы до ног, Накахара увидел множество синяков, порезов, старых и новых, и ссадин, отчётливо видневшихся на бледной коже, да и одежда мальчишки была изрядно потрёпана и куплена возможно несколько лет назад. Несмотря на то, что Чуя и был мафиози, дети к нему тянулись, а он в свою очередь был неравнодушен к ним и любил о ком-то заботиться, что привилось ему с подросткового возраста. Улыбнувшись, рыжий мафиози потрепал Осаму по непослушным каштановым волосам. — Пойдёшь со мной? Я так понимаю дома своего у тебя нет, так почему бы тебе не жить со мной, ведь это лучше, чем на улице? Не переживай, я тебя не дам в обиду. Подумав пару секунд, Осаму положительно кивнул. В свою очередь, увидев одобрительный кивок мальчишки, Чуя встал в полный рост, держа мальчика за маленькую ручку. Как только мафиози собирался направиться в сторону ждавшей их машины, сзади послышались недовольные возгласы и крики по отношению к мальчишке. Повернувшись на звук, Накахара увидел двух недовольных мужчин, пробирающихся сквозь толпу людей к нему. Когда мужчины, лет сорока пяти, добрались к Чуе оба начали тыкать в мальчика пальцами, пытаясь при этом его ударить, отчего мальчишка спрятался за спиной Накахары свободной рукой взяв его за плащ. Заслонив мальчика больше собой, тем самым не давая мужчинам до него добраться, Чуя задал вопрос, хотя поскорей отделаться от надоедливых людей, не создавая при этом конфликта: — Сколько вы хотите? — Но, молодой человек… — начал было один, однако в разговор тут же вмешался недовольный Акутагава, разозлённый тоном разговора мужчины, по отношению к своему напарнику. — Ты оглох? Тебя не спрашивали хочешь ты этого или нет. Повернувшись к Рюноске, Чуя проговорил: — Всё под контролем, не стоит так горячиться. — На этих словах, Накахара, вытащил свой бумажник, доставая оттуда приличную сумму денег, протянул их мужчинам. — Но, откуда у вас… — Это вас не касается. Забирайте деньги и проваливайте, чтобы я вас больше не видел рядом с этим мальчиком. — Смотря на мужчин уже испепеляющим взглядом, Накахара по-прежнему протягивал им деньги. Поняв, что ничем хорошим им это не обернётся, мужчины забрали деньги, поспешно кланяясь в извиняющимся жесте и быстро удаляясь прочь. Когда двое надоедливых людей исчезли из виду, Накахара снова взял мальчика за руку, пряча свой бумажник и обращаясь к нему: — Больше они тебя не тронут, можешь не переживать по этому поводу. С эти словами отправившись к ожидающей их машине, Накахара как и Рюноске не мог отделаться от мысли о реинкарнации, что звучало довольно бредово, однако только этот вариант был более правдоподобен и объяснял, почему мальчишка был точь в точь как бывший напарник Накахары, только его маленькая версия. Сев в машину и посадив мальчика рядом с собой, Накахара отдал приказ водителю, после начиная разговор с Рюноске: — Акутагава, сможешь сам отчитаться? Миссия завершена на отлично, так что, думаю, Мори-сан не будет против если я сегодня отлучусь. Отчёт я обязательно предоставлю завтра. — Конечно, можете на меня положиться. И, Накахара-сан, если хотите Ацуши вам с радостью поможет с мальчиком, вечером он может заглянуть к вам. — Сказать честно, я не отказался бы от помощи. Особенно в плане готовки. — Издав нервный смешок, Накахара посмотрел на мальчишку, который прижимался к нему, казалось, боясь куда-то сдвинуться. Когда машина прибыла к первому пункту назначения, к двухэтажному дому Накахары, мафиози вышел с машины держа мальчика за ручку и ведя к дому. Зайдя в дом, Чуя с улыбкой сказал смотря при этом на Осаму: — Теперь это и твой дом тоже, так что располагайся. Но для начала тебя надо искупать и отогреть, а то зубами уже стучишь. Ты ведь в машине прижимался ко мне не потому что боялся, а потому что замёрз? Не так ли? — Угу..... — Тогда пошли в ванную. — Сняв с себя верхнюю одежду и обувь, Чуя направился вместе с Осаму в ванную. Открыв кран, Накахара набрал тёплую воду в ванну, налив туда ароматно пахнущей пенки и положив различные игрушки для ванны. Всё это время, мальчишка оперевшись о бортик ванной с удивлением и восторгом смотрел на то, что делал Накахара, однако, в тоже время в карих глазах ребёнка, была пустота. Закончив приготовления, Чуя повернулся к мальчику, помогая ему снять грязную одежду и залезть в ванную. От увиденных увечий, что мальчик нанёс сам себе и другие, у Накахары сжималось сердце. Всё тело мальчика было в синяках и ссадинах, а руки и шею покрывало огромное количество порезов. Тяжело вздохнув, немного задумавшись об этом, Накахара оглянулся в поисках геля для душа. Взяв его с полочки, Чуя применил способность так, чтобы бутылочка зависла в воздухе, тем временем потянувшись за мочалкой. — Порезы, ты ведь сам их сделал? Но зачем? — После этого Накахара замолчал, услышав звук падающей в воду бутылочки геля. Обернувшись к мальчику, что держал его за руку, Чуя застыл на месте, не веря тому, что сейчас произошло. — А ты как думаешь зачем?.. Я не хочу жить. От жизни одни бесконечные страдания и боль. А люди настолько глупы, что порой даже зная, что они пришли на верную гибель, они проще поубивают друг друга, чем начнут действовать вместе. Каждый будет спасать свою собственную шкуру, при этом подчиняясь кому-то, а не думая собственной головой. Так скажи теперь ты мне: «Какой прок от такой жизни, где на каждом шагу одни страдания? Не проще ли умереть?». От слов мальчика, по спине невольно пробежал холодок, заставляя немного напрячься. По ребёнку было видно, что несмотря на такой юный возраст, жизнь его изрядно потрепала, о чём говорило наличие увечий и слова мальчика, которые явно никто не ожидал услышать от ребёнка десяти лет. Стараясь не напугать маленького Осаму, и не подавать виду волнения, Чуя аккуратно взял руки Осаму в свои, тяжело вздохнув, отчего мальчишка рефлекторно дёрнулся. — У меня был напарник, что также не ценил жизнь и говорил точь в точь те слова, что и ты. Я его потерял, отчасти из-за своей же глупости, потому я не хочу, чтобы это повторилось снова, я не дам тебе умереть… Ты обязательно найдёшь причину жить. И, если не секрет, скажешь название своей способности? Когда ты прикоснулся ко мне, моя способность тут же обнулилась, значит ты тоже эспер. — Думай как хочешь, однако я не передумаю касательно суицида... Исповедь неполноценного человека — это, моя способность. Помолчав пару секунд, Накахара продолжил: — Понятно. Так, давай отмоем тебя как следует. — Улыбнувшись, Чуя достал бутылочку геля из ванной, поставив её рядом с собой, так как прикасаясь к Осаму, его способность тут же обнулялась и бутылочка с характерным звуком падала в воду. Аккуратно намылив тонкую и нежную кожу, старался его хорошенько помыть, не надавливая при этом на повреждённые участки кожи. Принявшись затем за волосы мальчишки, аккуратно намылил каштановые пряди шатена. Когда он прикоснулся к затылку мальчика, Осаму пискнул от боли, однако не прослезился, а лишь недовольно зыркнул на рыжего. — Прости, я не специально. Кто тебя так приложил? У тебя синяк там синюшный. — Неважно. Не твоё дело. — Ладно, не хочешь - не говори. Домыв мальчика, который даже не притронулся к игрушкам, а лишь слегка тыкал жёлтых уточек, которые к нему подплывали, отталкивал их от себя, однако этого же нельзя было сказать про пену, в которой они оба были по уши. Вытащив Осаму из ванной и закутав в полотенце, Накахара повёл его в свою комнату, где можно было найти детскую одежду, которая осталась с тех времён, когда он помогал Одасаку с детьми, которых второй приютил в небольшой кафешке на втором этаже. Дав мальчику одежду подходящего для него размера, Чуя и сам переоделся в домашние вещи. Как раз в этот момент со стороны входной двери раздался звонок. Подойдя вместе с Осаму, что держался позади него, к двери, Накахара посмотрел на экран видеозвонка. Увидев там Ацуши, Чуя открыл дверь, пропуская Накаджиму внутрь и ведя в гостиную. Сев напротив Ацуши вместе с мальчиком, что тут же прижался к нему, свернувшись рядом с ним калачиком, Накахара начал разговор: — Ацуши, сейчас ведь ещё рабочий день, ты чего так рано? Не подумай, я совсем не против, просто интересно. В это время, сидящий напротив Накаджима, старался не глазеть на маленького Осаму, не веря своим глазам, при этом стараясь не показаться грубым и не спугнуть ребёнка. Немного отвиснув, Ацуши поспешно ответил: — Всё в порядке. Просто я сегодня быстрей закончил с работой, потому и пришёл помочь по просьбе Аку. Он мне рассказал всё. Так чем я могу вам помочь? — улыбнувшись, спросил Накаджима. — По правде говоря, я совсем не лажу с готовкой, потому всю еду заказываю с ресторанов и кафе. Только вот сомневаюсь, что это то, что нужно ребёнку. Не покажешь, как готовить пару блюд? — Хорошо, с радостью! — Спасибо тебе. Я правда благодарен. Только, для начала я обработаю его синяки, а то его хорошенько так потрепало. Поможешь? — Конечно. Услышав положительный ответ Накаджимы, встав с дивана и сказав мальчику подождать его в гостиной, направился за аптечкой и необходимыми вещами. Когда Накахара ушёл, Ацуши, встав с своего места, сел на диван с одной стороны шатена, дружелюбно улыбнувшись. — Я — Накаджима Ацуши. — … Осаму Дазай. — Сказал мальчик ледяным голосом, явно не желая распинаться на долгие тирады и приветствия. В свою очередь, видя, что мальчик не желает с ним особо разговаривать, а с момента когда он пришёл, второй ничего не сказал, кроме своего имени, Накаджима решил первым завести разговор. — Знаешь, у меня ведь тоже нет родных, впрочем как и у Накахары-сана. Не стоит закрываться от всех. Чуя-сан очень даже хороший человек и тебя в обиду не даст, я уверен, вы с ним поладите. На этих словах, в зал зашёл Накахара неся аптечку, небольшой подносик с бинтами и сладостями. Сев с другой стороны от мальчика, поставил всё на стол, протянув вазочку с конфетами Накаджиме и Осаму. Накаджима же вежливо отклонил предложение, улыбнувшись, не хотя показаться грубым. Поставив затем вазочку с сладостями на колени ребёнку, Накахара проговорил: — Так, а тебя никто не спрашивал, бери и ешь, а потом пойдём попьём чая и поедим солёное, а то ты скоро свалишься на ходу и впечатаешься куда-то своей физиономией. — Я тебе что, пятилетней ребёнок? Сам ешь свои конфеты. — Вот же ж упёртый. Хорошо… тогда что ты хочешь? —… Крабов… — Съешь конфету и будут тебе крабы. Так что давай, бери ешь, а мы обработаем твои синяки и ссадины. Нехотя взяв клубничную конфету с вазочки, тяжело вздохнув, Осаму убрал обёртку и положив сладость в рот. Увидев, что мальчик всё же взял конфету, Накахара про себя улыбнулся, начав вместе с Накаджимой обрабатывать все увечья Осаму. Из-за множества порезов в тех или иных частях тела, пришлось их закрывать бинтами, отчего руки, шея и туловище маленького Осаму было всё в белых бинтах. — Тебе не трудно дышать? — спросил обеспокоенно Накахара, поправляя бинт на шеи Осаму. — Нормально. — Раз всё хорошо, тогда пойдёмте перекусим что-то, а потом покажешь, как готовить пару блюд. Взяв в одну руку аптечку, а другой мальчика за маленькую ладошку, все трое направились на кухню, что была очень даже большой с кучей новой техники, которая была куплена в основном для декора, так как большей её частью Накахара и не умел пользоваться. Усадив мальчика на диванчик возле стола и дав телефон, чтобы он чем-то занялся пока они будут заняты приготовлением еды, Накахара вместе с Накаджимой принялся готовить перекус. Разложив всякие вкусности, заказанные с дорогих ресторанов по тарелкам, Чуя принялся за нарезание фруктов, тем временем как Накаджима заваривал чай. Задумавшись о чём-то, Накахара обернулся, посмотрев на мальчишку, что беззаботно играл на телефоне, про себя улыбнувшись этому, однако, как только он развернулся обратно, почувствовал острую боль в области сердца, чуть не выпустив нож с руки. Отложив прибор подальше в сторону, Накахара опёрся о столешницу, тяжело дыша и смотря в пол, пытаясь собраться с мыслями. Стоявший неподалёку Накаджима, завидев, что Накахара согнулся мало не пополам от боли, тут же бросил всё, подходя к Чуе и подставляя ему своё плечо, помогая дойти до диванчика. Усадив туда держащегося за одежду в области сердца рыжика, Накаджима обеспокоенно спросил: — Накахара-сан, вы меня слышите?! Где ваши таблетки? Кое-как объяснив где таблетки, Накахара тяжело дышал, подняв голову вверх и судорожно глотая воздух. Хотя приступы и стали намного реже, чему ещё помогали таблетки, всё же они случались и были не самыми приятными моментами. Поспешно найдя лекарство, Ацуши бросил две таблетки в воду, отдавая стакан Чуе, немного придерживая его голову, чтобы второму было легче пить и он ненароком не поперхнулся. Выпив препарат, Накахара остался в прежнем положении, стараясь привести себя в порядок и кинув грустный взгляд на ребёнка. В свою очередь, маленький Осаму, увидев, что Накахаре совсем стало плохо, отложил телефон в сторону и после того как тот принял лекарства, придвинулся к нему вплотную, не проронив и слова обняв его, прижимаясь маленькой моськой к тёплой груди Чуи. Выдавив из себя грустную улыбку, Накахара аккуратно обнял одной рукой мальчика в ответ, стараясь не сделать ему больно, другой же, потрепав его по мягким каштановым волосам. — Ты чего? Всё же хорошо… На заданный вопрос ответа не последовало. Мальчишка лишь сидел обнимая Накахару, ничего не говоря. Чуть крепче прижав к себе Осаму, Чуя перевёл взгляд на Накаджиму, сидящего напротив и наблюдающего за развернувшейся картиной, с явным сочувствием и беспокойством во взгляде. — Накахара-сан, ваш по..... Не дав ему договорить, Накахара перебил Ацуши, с усилиями подтягиваясь к спинке дивана, выравниваясь, тем самым нормально сев, отвечая на незаконченную фразу: — Ацуши, давай не сейчас? Я понял о чём ты хочешь спросить. Я дам ответ чуть позже. Посмотрев ещё раз на Накахару, Ацуши наконец-то понял, почему Чуя не хотел сейчас отвечать. Дело было в мальчишке, сидящем рядом с рыжим. Накахаре не хотелось, чтобы ребёнок, которого он приютил, слышал о подобной болезни, которую к тому же нельзя вылечить, а лишь задержать с помощью различных препаратов, поскольку не хотел, чтобы он переживал за него, что еще раз говорило о том, что Накахара был более человечней любого обычного человека, несмотря на то, что и состоял в преступной организации. Через минут десять, препарат полностью подействовал, заглушив боль и нормализовав состояние, оставив лишь небольшую слабость. Поцеловав маленького Осаму в макушку, Накахара спросил: — Можно я встану? А то ты так ко мне прилип, будто в последний раз меня видишь, а я тут помирать собрался. — Угу. Аккуратно встав со своего места, Накахара снова, как ни в чём не бывало, встал за готовку, не хотя кого-то расстраивать своим состоянием. Накаджима так же, в свою очередь, сделал вид будто всё хорошо, понимая, что Накахара хочет скрыть правду от Осаму. Когда перекус был готов, а всё расставлено на стол, в том числе и крабы, которые Накахара заказал буквально вчера, однако, так к ним и не притронулся, все сели за стол, и, поблагодарив за еду, принялись есть. Поглядывая изредка на мальчика, Накахара с радостью про себя отметил, что тот довольно хорошо поел, а его щёки хоть немного порозовели, перестав быть такими бледными. Закончив с принятием пищи и убрав всё со стола, Накаджима принялся за обучение Накахары в сфере кулинарии. Первые попытки были совсем неудачные, отчего раковину заполнила гора грязной посуды, а мусорное ведро — испорченные продукты. Смотря на неудачные попытки рыжего что-то приготовить, Накаджима твёрдо решил, что пока у того не получится что-то приготовить, он не отступится. Промучившись ещё с час, у Накахары начало получаться приготовить что-то съестное, вскоре и вовсе научившись готовить пару новых блюд. Тем временем Накаджима, обучая Чую, параллельно готовил еду для мальчика, которой хватило бы, как минимум, на неделю. Завидев то, что мальчишка уснул на диванчике, тихо посапывая, скорей всего из-за усталости, Накахара начал довольно тяжёлый и болезненный разговор для обоих: — Ты ведь хотел спросить про мой порок сердца? Я прав? — Да… Просто я давно не видел вас в таком состоянии, потому сразу запаниковал, не зная, куда бежать и за что хвататься. Простите, если лезу не в своё дело… — Нет, всё нормально… Как ты знаешь, порок вылечить невозможно, только приостановить с помощью таблеток и других препаратов. А сегодня столько всего произошло, что я и забыл про таблетки, и вот к чему это привело. Я ходил на обследование к Мори-сану, однако, и он кроме лекарств ничего не смог сделать, а под действием моей способности, когда приходиться применять её вторую часть — Арахабаки, порок только прогрессирует. Я просто боюсь, что у меня не так много времени…