i like you (sorry i never meant to)

– Давай проясним... – Кажется, мы потеряли его навсегда, – шутит Ёнхун, заставляя Сону хихикать. Хёнджэ рассмеялся бы вместе с ним, но, учитывая текущие события, он даже улыбаться не может. – Ты расстался с Джесоком. – Да. – Но тебе нужно снова с ним пересечься? – Ммм. – Потому что он будет на свадьбе твоей сестры? – Ага. – Как друг жениха? – И это верно, – Хёндже поднимает вилку и сильно протыкает черничный маффин. Ёнхун осторожно откусывает свой маффин. – Это действительно чертовски отстойно. Мне так жаль, чувак, – Сону ковыряется в своем салате, вытаскивая крошечные кусочки огурца. – Твоя сестра знает какой придурок этот Джесок? Разве они не могут поменять шафера? – Он двоюродный брат Минсока, – объясняет Хёнджэ, тяжело вздохнув. – Независимо от того, насколько он придурок, он все еще его семья. Кроме того, Минсок и Джэсок всегда были очень близки. – Вскоре после того, как Минсок начал встречаться с его сестрой, он представил Джэсока Хёнджэ. Хёнджэ сразу же влюбился в Джэсока, и, возможно, именно поэтому у них ничего не вышло – Хёнджэ явно нравился Джэсок намного больше, что и нарушило равновесие в их отношениях. В конечном итоге это привело к горькому расставанию. – Это всего лишь один день, – оправдывается Чанмин, пытаясь утешить его. – Просто притворись, будто его не существует! Это день свадьбы твоей сестры, не позволяй испортить его. – Я знаю, – говорит Хёнджэ, но не может не хмуриться. – Но он придет с кем-то горячим, пока я буду один! Потому что он меня бросил, и теперь я буду выглядеть ещё более жалким неудачником. – У него интрижка? Он уже нашел кого-то другого?! Хёндже еще больше откидывается на стуле, ревность и предательство бурлит в его животе, как кислота. – Я не был на подготовке к свадьбе, но сестра сказала, что появилась девушка, которую он постоянно приводит с собой, и они выглядят очень уютно, что бы это, блядь, не значило. – Как насчет того, чтобы привести Ёнхуна? – предлагает Сону, хлопая ладонью по спине упомянутого, который сидит на стуле, гордо выпятив грудь. – Бесячий, но потрясающий. Вы оба точно будете в центре внимания. – Я мог бы притвориться мажором, – добавляет Ёнхун, и Хёнджэ практически слышит мысли, которые рождаются в его голове, "мы могли бы сказать всем, что я наследник Samsung. Мы приедем на дорогой спортивной машине…" – Ты водишь подержанную Honda Civic своего отца, – вмешивается Сону. – Так что мы войдем через черный ход в причудливых костюмах, когда он увидит нас это будет как удар под дых! "Познакомься с моим богатым и сексуальным парнем. Стоит ли добавить, что по выходным он занимается благотворительностью? Знаете, да, он богат, кстати ещё у него золотое сердце." – Мне нравится, действительно добавляет важности твоему персонажу. – Правда? А ещё... – Джесок знает, кто ты! Он знает, что мы дружим со средней школы! – восклицает Хёндже. – Да? Это может быть арка "от друзей к влюбленным". Однажды мы шли домой, и ты посмотрел на меня и увидел мою великолепную улыбку, а потом тебя осенило – прозрение – что, боже мой, я искал своего человека всю жизнь, а он всегда был прямо рядом со мной... – Заткнись. – Я просто пытаюсь помочь! – возражает Ёнхун, бросая на Хёнджэ свирепый взгляд, на что тот мгновенно отвечает средним пальцем. Ёнхун шлепает его, и теперь парни просто гоняют туда-сюда, хлопая друг друга, как маленькие дети. – Да, твой план не сработает, – указывает Чанмин, мотая головой влево и вправо, когда оскорбления перескакивают туда-сюда. – Ребята, между вами ноль химии. – Это было бы слишком очевидным! – говорит Хёнджэ, заканчивая куриную драку сильным толчком в плечо Ёнхуна. Руки парня трясутся, он чуть не падает со стула. – Он поймёт, что это ложь, и тогда будет еще более неловко! – Так что ты собираешься делать? – спрашивает Сону, подперев подбородок ладонью. – Умирать, – отвечает Хёнджэ, опуская голову и с глухим стуком ударяясь о стол. Чанмин сочувственно гладит его по волосам. – Я постараюсь поискать кого-нибудь, – говорит Ёнхун, и остальные кивают. Сердце Хёнджэ замирает еще больше. Он ненавидит саму мысль об этом – необходимость знакомиться с кем-то уже является непосильной задачей для парня-интроверта, флирт с ними кажется почти невозможным, и это просто отстой, что он должен провести особенный день сестры вот так. Он прижимается лицом к столу, долго и громко стонет. Случайный студент, проходящий мимо, спрашивает, все ли с ним в порядке. Трое его друзей синхронно качают головами. _____ Хёндже снимает туфли, закрывая за собой дверь. – Мама! – кричит он, – я дома. – Его мать, нарезавшая фрукты, выглядывает из кухни. – Ты сегодня рано! Как дела? – Как сажа бела, – Хёнджэ пожимает плечами, стаскивая пачку печенья со столешницы и направляясь прямо к лестнице. Он не в настроении для разговоров, ему не терпится просто запереться в своей комнате. – Куда ты идешь? – вдогонку кричит мать, – Возьми фрукты с собой. – Позже! – кричит Хёнджэ, спеша в свою комнату и пинком захлопывая за собой дверь. Он оборачивается, готовый броситься на свой мягкий матрац, но потом вскрикивает, отпрыгивая в ужасе. – Какого черта ты делаешь в моей комнате?! – Твоя мама сказала, что ты не вернешься так рано, – незваный гость, грабитель без рубашки, совершенно невозмутимо поднимает бровь. Хёндже смотрит на мокрые волосы, рот медленно открывается от ужаса, когда он видит маленькое полотенце, висящее на его шее, полотенце, которое принадлежит ему. – Ты принимал здесь душ? Ты какой-то извращенец? Ты буквально живешь по соседству, почему ты моешься в моей ванной?! – Я испачкался, когда помогал твоей маме починить садовый шланг, – резко объясняет Джуён, линия челюсти выглядит невероятно острой, когда он раздраженно сжимает ее. – Поверь мне, я тоже не хочу быть здесь, но она настояла, чтобы я принял душ и остался за фруктами или чем-то еще. – Нам не нужна твоя помощь, – настаивает Хёнджэ, скрещивая руки на груди. – Я мог бы починить шланг сам, – (это ложь, Хёнджэ – ходячий химбо, он ни хрена не смыслит в ремонте). – Серьезно? – Джуён поворачивается к Хёнджэ, приподнимая бровь. Хёндже сглатывает, встречаясь с  Джуёном лицом к лицу, пытаясь не позволить своему взгляду упасть на подтянутый живот, выставленный напоказ. Он слишком мудак для такой чертовски привлекательной внешности. – Ты даже не можешь починить лампочку в своей комнате Хёндже смотрит вверх, наблюдая, как слабо мерцает лампочка. – Я мог бы полностью ее исправить, – рявкает он, вызывающе вздергивая подбородок. – Ты даже коробку сока открыть не в состоянии. – Это было один раз! - Хёнджэ оборонительно протестует, - клянусь, этикетка застряла! Джуён закатывает глаза, засовывает руки в карманы, бицепсы при этом напрягаются. – Тогда давай, – бросает он вызов, – покажи мне. "Черт!" - Хёндже внутренне ругается. Он не обдумал эту ситуацию, забыл, насколько упертым был Джуён, всегда желая доказать, что он лучший. Он подстрекал Хёнджэ к всевозможным соревнованиям – посмотреть, кто сильнее или быстрее всех. Но это было в детстве, Хёнджэ не ожидал, что он будет таким постоянным. – Отлично, – говорит Хёнджэ, отказываясь сдаваться. Он забирается на свою кровать, высоко вытягивая руки и цепляясь за лампочку. Он не уверен, правильно ли делает, но, вероятно, ему нужно выкрутить эту лампочку и заменить ее новой. Это не должно быть сложно, верно? – думает Хёнджэ, но оказывается, что он ошибался, когда крутит и дергает лампочку, пытаясь ее выкрутить. Свет качается из-за его неопытного обращения, что значительно усложняет задачу. – Хёнджэ- – Я понял, – настаивает Хёнджэ, фыркая и продолжая попытки. Внезапно лампочка поддаётся и выскальзывает из рук, с громким лязгом падая на пол. – Блядство, – бормочет себе под нос Хёнджэ, взволнованный и униженный. Он пытается спрыгнуть с кровати, торопясь собрать осколки, когда две руки хватают его за талию, останавливая до того, как его ноги полностью оторвутся от матраса, и ставят на пол. Хёндже взвизгивает и внезапно обнаруживает, что краснеет у груди Джуёна, глядя в глаза, которые, без сомнения, источали ярость. – Ты дурак? – спрашивает Джуён, вглядываясь в лицо Хёнджэ, словно пытаясь отыскать спрятанный где-то кусочек разума. – Ты чуть не прыгнул прямо на осколки! – Я… – запинается Хёнджэ, теряя слова, потому что у него нет возражений, он действительно был неосторожен. – П-прости… Джуён замолкает при этом, и если глаза не играют с ним злую шутку, взгляд младшего немного смягчается. Хёндже с трудом сглатывает, борясь с жаром, который вот-вот поднимется к щекам. Они были так близко, тела прижались друг к другу, лица были всего в нескольких сантиметрах. В такой близости Хёнджэ может видеть каждую каплю воды, падающую с волос Джуёна, и крошечный шрам на его щеке, который он получил, упав с велосипеда, в возрасте 9 лет. Хёнджэ знал, потому что это он был единственным, кто ухаживал за этим порезом. Внезапно дверь со щелчком открывается. Ни у кого из них не было достаточно времени, чтобы среагировать, прежде чем вмешалась мать Хёнджэ, нахмурив брови. – Ребята, вы в порядке? Я слышала треск… – ее фраза обрывается, рот в шоке открывается. Хёндже бледнеет, понимая, в каком крайне неоднозначном положении они находятся. – Мама, это не… – Что здесь происходит? – медленно спрашивает мама, внимательно изучая их двоих, пытаясь понять смысл этого ошеломляющего зрелища. – Боже мой, – внезапно выдыхает она, как будто все кусочки пазла только что сложились, – вы двое встречаетесь! – Мама, мы… – острое чувство ужаса наполняет Хёнджэ, который отталкивает Джуёна, яростно качая головой. – Ли Хёнджэ! Не могу поверить, что ты мне не сказал! – Его мать игриво ругает, светясь от чистого восторга. – Я должна была знать. Поэтому вы так сторонились друг друга? Пытался сохранить это в секрете? – Мы не поэтому… – Это замечательно! Джуён такой джентльмен, я всегда думала, что он будет идеальным зятем. – Зять? – Хёндже бормочет, - Мама, мы слишком молодые! – Вы двое будете так мило выглядеть на свадьбе! – Мама Хёнджэ визжит, хлопая в ладоши. – Свадьба? – ошеломленно повторяет Джуён. Слова мамы заставляют Хёнджэ замереть, и его осеняет. Несмотря на вражду между ними, Джуён – идеальный кандидат – Джэсок не знает, кто он такой, Хёнджэ и он хорошо знают друг друга, что сделало бы все более правдоподобным, и как бы Хёнджэ ни ненавидел это признавать, Джуён это, ну, горяч. Он определенно мог бы уделать Джесока, если бы рядом с ним был Джуён. Выбросив свою гордость на ветер, Хёнджэ притягивает к себе Джуёна, крепко цепляясь за его руку. – Да! – восклицает он, кладя голову на плечо Джуёна. – Это будет весело. Джуён смотрит на него сверху вниз, совершенно сбитый с толку. Хёнджэ хлопает ресницами, широко раскрыв глаза, и взглядом умоляя Джуёна поддержать легенду. Мать Хёнджэ выжидающе смотрит на Джуёна, и всё тело Хёнджэ напрягается, готовясь к худшему, потому что шансы на то, что Джуён действительно поможет ему, равны нулю и… – Да, – отвечает Джуён, очаровательно улыбаясь матери Хёнджэ. – Я действительно с нетерпением жду этого. Мать Хёнджэ издает тихий возглас восторга, в то время как Хёнджэ продолжает давить свою фальшивую улыбку, пытаясь не выдать своего шока. Это был не просто дальний выстрел, это было все равно, что бросить мяч в небо, надеясь, что он приземлится на Луну, и это произошло . – Это такое облегчение для меня, – говорит мать Хёнджэ Джуёну, выражение ее лица внезапно становится торжественным. – Я так волновалась, что Хёнджэ будет тяжело одному, ну знаешь, с Джэсоком и… – Хорошо мама! – Хёндже хрипит, голос надламывается от унижения. – Джуёну нужно э… переодеться, а мне нужно убрать этот беспорядок, так что не могла бы ты дать нам минутку? Он хватает мать за плечи и поспешно выводит из комнаты. – Ладно ладно! – Его мать смягчается: – Дам вам двоим немного времени наедине. – Хёндже почти успешно вытолкнул ее за дверь, когда она внезапно оборачивается. – Лучше бы ты оделся, – говорит она, обвиняюще тыча пальцем в обнаженный торс Джуёна. – Никакого секса в моем доме. – Мама! – кричит Хёнджэ в ужасе. Джуён с трудом натягивает рубашку, кончики его ушей становятся ярко-красными. – Ладно, я ухожу, – говорит она, спускаясь по лестнице. – Сходи за фруктами, когда будешь готов! – Да, ладно! – кричит Хёнджэ, прежде чем захлопнуть дверь. Он прислоняется к ней, громко вздыхая. – Не хочешь объяснить? – Он поднимает голову и видит, что Джуён прислонился к его столу, приподняв одну бровь. – Ебучий случай, – бормочет Хёнджэ, бьясь головой о дверь, желая провалиться сквозь землю, чтобы ему не пришлось объясняться сейчас. – Кажется, я должен понять, что происходит, потому что, видимо, я теперь тоже в этом учавствую. Хёнджэ почти захлебывается слюной. – Боже, ладно, ладно, – говорит он, садясь в изножье кровати, активно избегая зрительного контакта с Джуёном. Эта ситуация была ни чем иным, как унижением. Хёнджэ не понимает, чем он заслужил это, разве он не делал добрых дел? На днях он купил устойчиво выращенную морковь, хотя она была на 50 центов дороже. - Мне нужно, чтобы ты был моей парой на свадьбе сестры. Только в этот день! После тебе больше не придется меня видеть. Джуён хмурится, морща лоб. - У тебя нет парня? Я всегда вижу тебя с этим чуваком в его машине. – Мы расстались, – бормочет Хёнджэ, глядя себе на колени. – Ты бросил его? – Он меня бросил, – отрезает Хёнджэ. Он не хотел быть грубым, но произносить эти слова вслух было все равно, что сыпать соль на собственную рану. – Серьезно? Недоверчивый тон Джуёна заставляет Хёнджэ растерянно поднять глаза. – Почему ты выглядишь таким потрясенным? Джуён какое-то время смотрит на него, прежде чем покачать головой. – Ничего, – бормочет он, глядя в окно. – Итак? Твоя мама настаивает, чтобы ты привел кого-то на свадьбу своей сестры? – Нет, она не заставляет меня, но мне действительно нужно. Джэсок будет там со своей новой девушкой. Я не хочу выглядеть жалко. –Но почему я? Из всех людей? – губы Джуёна сжимаются в тонкую линию. – Я не могу привести своих друзей, Джесок знает кто они, и поймет, что я вру. Он не знает тебя, а ты знаком с моей семьей, так что это будет выглядеть более правдоподобно! "К тому же ты горячий". Но он закрывает свой рот, притормаживая, отказываясь льстить Джуену. Джуён какое-то время размышляет, взвешивая все "за" и "против". – Хорошо, хорошо, но ты будешь мне должен. – вздыхает он наконец, потирая переносицу. Хёндже не может поверить своим ушам – Джуён действительно соглашается на это? – Конечно! – он торопливо чирикает, прежде чем Джуён успевает засомневаться. – Что ты хочешь? Я сделаю все, что угодно. – Действительно? – спрашивает он. – Что угодно? – уголки губ Джуён изгибаются в ухмылке. – Э… да? – Хёндже тяжело сглатывает. У него очень плохое предчувствие по этому поводу. – Будешь стирать мою одежду весь следующий месяц. – Какого?! – Хёндже почти кричит. – Твоё белье? Месяц? Мы даже не живем вместе! – Я совсем рядом, – говорит Джуён, указывая на свой дом, который находится прямо за окном Хёндже, всего в нескольких метрах от него. – Просто приди и сделай это. Мысль о том, чтобы возиться с одеждой Джуёна, пропитанной потом и грязью (любезно предоставленной футболом), вызывает мурашки на коже Хёнджэ. – Это нарушение прав человека. – А кто входит в тот комитет, который это решил? Ты и мистер Пушистик? – фыркает Джуён. Хёндже следует за его взглядом, хватает с кровати своего плюшевого игрушечного кролика и прячет его за спиной. – Почему ты такой? – Хёндже скулит, топая ногой. – Что случилось с тем добрым мальчиком? Что насчёт заботы о ближних? – Мне казалось, мы давно перестали проявлять доброту друг к другу. – Джуён стреляет в него пронзительным взглядом. – Знаешь что? Не снимай рубашку. В аду очень жарко, не хочу, чтобы ты остался без теплового удара и пропустил пытку, которую заслужил. – хмурится Хёндже. Джуён приподнимает одну бровь. – Не снимать рубашку? – спрашивает он, медленно подходя к Хёнджэ. Хёндже делает один шаг назад с каждым последующим шагом Джуёна, останавливаясь только тогда, когда упирается задницей в стол, без возможности продолжать отступление. – Это повод увидеть мое тело? Кто теперь извращенец? – Ты же знаешь, я не это имел в виду! – Джуён продолжает приближаться, из-за чего Хёнджэ вцепляется в край стола и откидывается назад, насколько это возможно. – Д-да, что ты… почему ты подходишь так близко? Джуён останавливается всего в нескольких сантиметрах от него, а Хёнджэ теперь зажат между ним и столом. Его спина начинает болеть от того, как сильно он ее напрягает, позвоночник изгибается под хорошим углом в 80 градусов, когда он пытается увеличить дистанцию ​​между ними. – Что ты- Остаток фразы застревает у него в горле, потому что Джуён склоняется над ним, сокращая расстояние между ними. И кажется, что его разум просто отключается, потому что все, о чем он может думать или чувствовать, – это тепло тела Джуёна на его коже или дыхание парня, которое парит над его ухом, теплое трепетание, от которого у него скручивается желудок. Джуён хватает что-то со стола, прежде чем отстраниться. – Мне просто нужно было забрать свой бумажник, – говорит он небрежно и безразлично, но Хёнджэ видит, как он сдерживает глупую ухмылку. – Неважно, – бормочет Хёнджэ, чувствуя себя взволнованным и потрясённым. – Просто уходи, ладно? – Никакого поцелуя на прощание? – спрашивает Джуён, забирая телефон. – Я думал, что мы теперь пара. – Убирайся! _____ – Сюжет становится интереснее, – театрально заявляет Ёнхун, выглядя невероятно заинтригованным. – Не могу поверить, что ты берешь с собой на свидание Ли Джуёна! – Я не понимаю, – говорит Сону, качая головой. – Я думал, ты его ненавидишь! – Да, но у меня нет выбора, – вздыхает Хёнджэ, глядя на поле, где занимается Джуён. Он стоит, уперев руки в бока, и отдает приказы своим младшим, выполняющим упражнения. Его язык высовывается, слизывая пот с нижней губы, и Хёнджэ быстро отводит взгляд, чувствуя себя странно взволнованным. – Почему ты его ненавидишь? – Чанмин спрашивает, - разве вы двое не были близки? От этих слов у Хёндже на душе скребут кошки, горький ком скручивается в горле. Они были не просто близки, они были неразлучны. Среди ярких красочных воспоминаний, которые остались из детства, в центре всего этого был Джуён со своими лохматыми волосами и улыбкой с закрытыми губами. Он был первым другом Хёнджэ, человеком, который был рядом с ним все годы его взросления. Иногда парень любит забываться в воспоминаниях о золотых временах, когда он мчал  в круглосуточный магазин Джуёна, холодный весенний ветер дул ему в уши или о том как они играли в видеоигры глубокой ночью до отключки. Лежали бок о бок на полу в спальне Джуёна, болтая обо всём и ни о чем. Жизнь — это ритм волнообразных изменений, но Джуён был константой. По крайней мере, должен был быть. Это действительно глупо, но переход Хёнджэ в старшую школу разрушил их дружбу. Хёндже изо всех сил пытался справиться с пугающим увеличением рабочей нагрузки, а Джуён, который все еще учился в средней школе, не мог этого понять. Конфликт начал возникать, когда Хёндже отклонял предложения Джуёна о  встречах снова и снова, не имея времени, а Джуён тяжело переносил каждый отказ, сдерживая боль внутри. В конце концов, однажды ночью он сорвался на Хёнджэ, положив конец их дружбе. Их отношения изменились, от плавной совместной работы до стычек каждый раз, когда они пересекались, а заканчивалось все это только тем, что один из них уходил в раздражении. Хёндже избегал бы его любой ценой, не забывая, что он сказал ему той ночью, но Джуён всегда приходит, помогая родителям с любым пустяковым поручением. И, несмотря ни на что, Хёнджэ не может лгать, что не чувствует укола ревности, когда видит улыбку Джуёна, желая, чтобы её причиной был он. – Да, но не теперь, – угрюмо отвечает Хёнджэ, теребя шнурок. – В любом случае, это только на один день. После этого мне больше не придется с ним разговаривать. Громкий свист возвещает об окончании тренировки. Джуён подбегает к Хёнджэ, отбрасывая волосы, прилипшие к его лбу. – Я переоденусь, после встретимся у моей машины! – Ну, мне пора идти. Увидимся, ребята. – Хёндже кивает, неохотно вставая, отряхивая штаны. – Куда вы с Джуёном собираетесь? – любопытствует Сону. – Мы просто хотели обсудить план, – объясняет Хёнджэ, перекидывая сумку через плечо. – Знаешь, хотя бы на один день наши отношения должны казаться правдоподобными. – Честно говоря, тебе на самом деле так повезло, – мечтательно вздыхает Ёнхун, наблюдая за удаляющейся фигурой Джуёна. – Он секси. – Он тебе интересен? – что-то скручивается в груди Хёндже, и он хмурится. – Воу-воу, – присвистывает Ёнхун, держа две руки в воздухе, – ребята, у нас здесь собственник. Должны ли мы беспокоиться о том, насколько ты вошёл в роль? – Чего? – Хёнджэ возмущенно кричит. – Я не… я не собственник, мне плевать на него! Я беспокоюсь о тебе, я не хочу, чтобы ты встречался с кем-то вроде него. – Конечно, – отвечает Ёнхун, совершенно не убежденный. – Иди развлекайся со своим парнем. – Я ненавижу тебя, – шипит Хёнджэ, прежде чем уйти. ______ – Спасибо, – вежливо отвечает Хёнджэ, когда официантка ставит еду на стол. По рекомендации Джуёна они сели в кафе западной кухни, которое находится чуть дальше по улице. – Так каков план? – спрашивает Джуён, отрезая кусок от сэндвича. – Ну, во-первых, нам нужно запомнить некоторые основные факты, если кто-то спросит. Такие вещи вроде ответов на вопросы "где мы познакомились" или "как долго мы встречаемся№ и так далее… – Где мы познакомились, это просто, – говорит Джуён, перекладывая ножом и вилкой яйцо с тарелки Хёнджэ на свое. Он вырезает желток, возвращая Хёнджэ обратно только яичные белки. – Мы буквально соседи. Хёндже смотрит на яичные белки, чувствуя, как его сердце сжимается. Джуён все еще... помнит? – Ага, – кашляет Хёнджэ, – но как мы начали встречаться? Джуён упирается локтем в стол и медленно жует. – Ты смотрел на меня через окно каждый день, – начинает он, указывая вилкой прямо на Хёнджэ, – И по уши влюбился в мой разрушительный взгляд. – Да, твоя внешность сокрушительна, сокрушительно уродлива. – Хёндже хмурится, тыкая вилкой в яичный белок, надеясь, что Джуён чувствует себя хоть немного оскорбленным. – Хёнджэ-а, – цедит Джуён, намеренно опуская почтительные обращения, не то чтобы он их когда-либо использовал. Он наклоняется вперед, глядя Хёнджэ прямо в глаза. – Мы оба знаем, что это неправда. Хёнджэ кусает щеку, злясь, потому что знает что не прав, Джуён был неоспоримо привлекателен, Хёнджэ даже не может притворяться, что не думает так. Вместо этого он усмехается: - Дерзкий ублюдок. – Тебе не следует так называть своего парня, – ругается Джуён, качая головой, и Хёнджэ задается вопросом, реально ли быть таким раздражающим. – Разве ты не должен называть меня "любимый"? "Дорогой"? – Ужас! Я просто буду звать тебя по имени. – вздрагивает Хёнджэ, яростно мотая головой. – Я один серьезно об этом говорю? Ты не слишком расслаблен? Никто не поверит нам с твоим небрежным отношением. – Замолчи. – Не грусти, – воркует Джуён, прежде чем его губы расплываются в дьявольской улыбке. – Чаги~ – Прекрати. – Хёндже съеживается, предупреждающе выставляя палец. – Почему? Это весело, дорогой. – Ли Джуён! – Хёнджэ хлопает ладонями по ушам. Джуён хватает его за запястья, отрывая ладони. Он склоняет голову набок, глядя на Хёнджэ из-под длинных ресниц. – Что случилось… детка? Этот самый худший вариант. От этого кровь приливает к щекам Хёндже, живот делает кувырок, сальто назад и колесо. Он вырывает руки из хватки Джуёна, нервно проводя рукой по волосам. – Я сказал… я сказал, прекрати! – Похоже, ты ненавидишь это больше всего. Отлично. – хихикает Джуён, падая обратно на свое место. – Можешь перестать дурачиться? – шипит Хёнджэ. Джуён смягчается, успокаиваясь. Хёндже раздраженно вздыхает через нос, прежде чем продолжить: "Итак, как долго мы встречаемся?" – Сколько времени прошло с тех пор, как вы расстались с Джесоком? – Джуён пожимает плечами. – Около 3 месяцев? – Хорошо. Значит, мы встречаемся два месяца. У тебя был целый месяц, чтобы забыть его и перейти к лучшему, а под лучшим я подразумеваю себя. – Хёнджэ фыркает, не в силах сдержать веселую улыбку. – Тогда ладно. Где было наше первое свидание? - Джуён мычит, барабаня пальцами по столу. – Центральный парк? Мы катались на велосипеде вдоль реки. – Аа...ага, – Хёнджэ напрягается. Он ожидал, что Джуён озвучит какую-нибудь нелепую фантазию, а не воспоминание, которое они на самом деле разделяют. – Кстати, какие у нас отношения? – спрашивает Джуён, помешивая коктейль. – Флирт? Страсть? Или кринжовые неразлучники? Чего ты хочешь? Страсть? Разум Хёнджэ повторяет, что это повлечет за собой? Он смотрит на Джуёна, чьи пухлые губы теперь плотно обхватывают соломинку и сильно сосут, и на долю секунды его мысли блуждают в очень, очень опасном месте. Он дотрагивается до своего лба, задаваясь вопросом, не лихорадка ли у него, потому что это было бы единственной логической причиной его мыслей – вирус сжёг его мозг, оставив его в совершенно безумном бреду. – Хёнджэ? Ты слушаешь? Хёнджэ возвращается к реальности, столкнувшись лицом к лицу с растерянным Джуёном. – Э-э… – бормочет он, пытаясь собраться. – Я просто хочу, чтобы Джесок ревновал. – Хорошо, будут ужасно милые неразлучники. – кивает Джуён. – Уверен? – Хёнджэ отвечает. – Будем действовать по ситуации. – Отлично. Есть ли что-то еще, что мы не обсудили? – Э-э… – Хёнджэ размышляет. – Расскажи что-нибудь о себе. Мы не можем быть парой, если не будем в курсе жизни друг друга. – Я знаю все, что нужно знать о тебе. – Джуён сникает, темные глаза внезапно напрягаются. Сердце Хёнджэ бешено колотится в груди. – Ох… мы просто… мы так давно не общались… – он замолкает ближе к концу, не зная, как сослаться на их продолжающуюся холодную войну. Джуён какое-то время молча смотрит на него, прежде чем пожать плечами. – Я знаю. Тебе не нужно беспокоиться об этом. Хёнджэ хочет сказать Джуёну, что он тоже знает о нем все: он проводил воскресные походы за продуктами с матерью, чтобы узнать, что происходило в его жизни, выслушивая все анекдоты, которые она рассказывала. Он задается вопросом, делает ли Джуён то же самое. – Хорошо, я думаю, мы договорились. – А как насчет границ? – спрашивает Джуён. – Что ты имеешь в виду? – вопрос кажется нагруженным, и он сбивает Хёндже с толку: – Как пара мы должны быть тактильными, так что тебе удобно? Оу. Хёнджэ еще об этом не думал. – Эм… меня все устраивает, – кожа вокруг его талии начинает гореть, напоминая ощущение сильных крепких рук Джуёна на ней. Он сглатывает. – Действительно? – Джуён приподнимает бровь. Он медленно встает, двигаясь вокруг стола. Он не отводит взгляда от Хёнджэ ни на мгновение, и Хёнджэ чувствует себя беспомощной добычей, которая замерла от страха. Джуён садится рядом с ним, достаточно близко, чтобы почувствовать запах его одеколона – белого мускуса. Он берет его за руку, переплетая их пальцы. – Это нормально? – Да, – прохрипел Хёнджэ. Его сердце колотится в груди так громко, что это единственное что он может слышать. Почему держаться за руки кажется таким правильным? – Так нормально? – Джуён кивает и отпускает, прежде чем положить руку на талию Хёнджэ. – Ммг, – напряженно кивает Хёнджэ, способный издать только неразборчивый звук. – Можно мне поцеловать тебя здесь? – Джуён медленно наклоняется, располагая губы так, чтобы они нависли над лбом Хёнджэ. – Э… да? – дыхание Хёндже застревает в горле и застревает там. Что происходит? Джуён опускает губы к щеке Хёнджэ, не касаясь, но достаточно близко, чтобы заставить Хёнджэ извиваться. – А здесь? – Д-да Хёнджэ надеется, что он закончил, но Джуён снова двигается, на этот раз останавливаясь прямо перед его губами. – Я не буду, но… если нам так или иначе понадобится… – шепчет он низким и хриплым голосом, грубым от чего-то, чего Хёнджэ не может определить. – Могу я? – Я э-э-э-э-э-э, – Хёнджэ чувствует себя запечатанным сосудом, внутри которого неуклонно растет давление, и теперь он может взорваться в любую секунду. – Это нормально – говорить «нет», – шепчет Джуён неожиданно мягким тоном, отступая назад. И Хёнджэ не знает, почему его первый рефлекс – надуться , как будто он ненавидит тот факт, что Джуён отстранилась. – Ладно, – слова вылетают из его рта без задней мысли, заставляя его самого и Джуёна широко раскрыть глаза. Хёндже смотрит в сторону, краснея от смущения. – Я имею в виду… например, если нам придется… ты знаешь, я не возражаю, потому что это просто ради того, чтобы люди поверили нам, ха-ха, ты знаешь метод игры, мы просто действительно вживаемся в роли и... – Ага, – с улыбкой вмешивается Джуён, прерывая болтовню Хёнджэ. – Я понял. Хёндже кивает, его руки ерзают на коленях. – Круто. Круто. Очень круто. Отлично, мы на одной волне. Джуён смеется, отодвигаясь назад, чтобы сесть на свое место, и напряжение в теле Хёнджэ уходит так быстро, что он оседает на стул, издавая громкий вздох облегчения. – Свадьба в эти выходные, верно? – спрашивает Джуён, сверяясь с календарем на своем телефоне. – В субботу. Нам нужно быть на месте около 17:00, – кивает старший. – Ммм, мне пора идти, – говорит Джуён, собирая вещи. – Но я приеду за тобой в субботу, хорошо? Не заставляй меня ждать. – Я заставлю тебя ждать, если захочу! – кидает ему вдогонку Хёндже. Нет веской причины, но этот обед заставил его чувствовать себя очень странно, и ему просто нужна их обычная динамика вражды, чтобы восстановить хоть какое-то чувство нормальности. Джуён фыркает, закатывая глаза. – Мудак! – Я ухожу, – напевает Джуён, уходя. Хёнджэ смотрит на удаляющуюся фигуру, прежде чем его осенило. – Стоять! Ты заставляешь меня платить за твою еду?! Джуён поворачивается, подмигивая Хёнджэ с озорством. – Разве это не то, что делают бойфренды? Спасибо, детка. – Хёндже остается беспомощно наблюдать, как Джуён убегает из ресторана, оставив его в полном одиночестве. Подходит официантка и вручает Хёнджэ счет. Он берет его, выпучив глаза, когда видит непомерную сумму. – Э, извините, но я не заказывал все это… – слабо шепчет он, просматривая длинный список блюд. – О, ваш друг, с которым вы были здесь, попросил нас добавить это перед тем, как уйти! Он сказал, что вы возьмёте это на вынос. Если вы дадите нам всего 5 минут, мы все приготовим для вас! – Ааа, – хрипит Хёнджэ, пытаясь не проецировать свой гнев на Джуёна на бедную официантку. – Я понял. Спасибо! Не торопитесь! Она кивает, вежливо кланяясь, прежде чем уйти. В тот момент, когда она скрылась из виду, Хёнджэ извергает ряд ругательств, сжимая кулак так сильно, что костяшки пальцев белеют. – Да пошел ты, Ли Джуён, – ворчит он, поглаживая свой бумажник, который теперь кажется значительно тоньше. _____ – Я иду! – рявкает Хёнджэ, брызгая слюной на экран телефона. Джуён вздыхает, хриплый звук приглушается динамиком. – 30 секунд. – Я заставил тебя ждать всего 5 минут! – стонет Хёндже. – Почему ты такой нетерпеливый? – Я уеду без тебя. – Ты даже не можешь войти без меня! – возражает Хёнджэ, сбегая вниз по лестнице, пытаясь удержать телефон на плече и хватая бумажник с тумбы. Он раскрывает парадную дверь, бежит по тротуару и в рекордно короткие сроки оказывается в машину Джуёна. Он пристегивается, тяжело дыша. – Заебал. – Ты всегда заставляешь меня ждать. Хёндже оглядывается, готовый взорваться, но всю его дерзость как ветром уносит, слова застревают в горле, потому что Джуён выглядит... хорошо . Он зачесал волосы назад, подчеркивая его сильные черты и пронзительный взгляд. Пиджак расстегнут, обнажая хорошо отутюженную белую рубашку, которая облегает его тело во всех нужных местах, и брюки, которыми идеально обтянуты его подтянутые бедра. Джуён встречает его взгляд, губы кривятся в ухмылке. – Нравится то, что ты видишь? – Ты выглядишь как придурок, – бросает он, но его голос дрожит. Хёндже кашляет, отводя взгляд. – А у тебя от пота растекается макияж, – возражает Джуён, заводя двигатель и съезжая с подъездной дорожки. – Где?! – восклицает Хёнджэ, нащупывая зеркало над головой, возясь с тоном. Машина мчится по шоссе, деревья и здания проплывают мимо в размытом виде. Из динамиков льётся мелодия фортепиано, сладкая симфония, которая заполняет тишину. Хёнджэ прижимается левым виском к окну, молча наблюдая за пейзажем. – Я хочу кое-что спросить. – И что же? – Хёндже смотрит вправо, наклонив голову. – Ты не обязан отвечать, если не хочешь, но… – говорит Джуён, ерзая на водительском сиденье, и впервые за долгое время он действительно нервничает. – Просто спроси, идиот. – в ответ Джуён хмурится, закатывая глаза. – Что именно произошло между тобой и Джесоком? Хёнджэ издает долгий и глубокий вздох, вспоминая прошлое. – Он мне нравился больше, чем я ему, так что, очевидно, ничего не вышло. Я был первым, кто писал и звонил каждый день, планировал наши свидания, беспокоился и переживал, когда он был подавлен, хотя ему было все равно. Наступает долгая тишина, пока Джуён, наконец, не говорит: – Идиот Хёндже хмурится, откидываясь на спинку сиденья. – Прошу прощения? Джуён выпрямился, стиснув челюсти, как будто едва сдерживал свой гнев. – Ты идиот, что позволял ему так с тобой обращаться. – Думаешь, я этого не знаю? – рявкает Хёндже, свернувшись калачиком у двери машины, пытаясь увеличить дистанцию ​​между ними. Джуён прав, но его слова все еще ранят. Хёндже не понимает, почему он такой злой. – Я не… – бормочет Джуён, в отчаянии сжимая руль, – я не это имел в виду. – Тогда что ты имел в виду? – Почему ты всегда не понимаешь… – начинает Джуён, но обрывается, качая головой. – Не бери в голову. Что? Что я не понимаю? Хёнджэ хочет подтолкнуть и спросить, но он боится, что это может перерасти в какой-нибудь жаркий спор, который он действительно не может себе позволить в данный момент, не тогда, когда ему нужно, чтобы Джуён стал его любящим парнем менее чем через час. – Я переключаю станцию, – заявляет Хёнджэ, поворачивая ручку и врубая поп-музыку, которая гремит из динамиков. – Что за черт? – Джуён бормочет: – Туши своё музло и верни мне мое пианино. Хёндже прижимает руки к груди, визжа изо всех сил, и напряжение сразу же рассеивается, позволяя им вернуться к своим обычным пререканиям. Но где-то в глубине сознания Хёнджэ все еще вертится мысль о том, что пытался сказать Джуён. _____ В конце концов они добираются до места проведения - роскошного пятизвездочного отеля, расположенного среди пышной зелени, что дает идеальное сочетание города и природы. Свадьба пройдет в одном из банкетных залов, который Хёнджэ с трудом удалось забронировать несколько месяцев назад. – Погнали, – говорит Джуён, щелчком отпирая ручку машины, но Хёнджэ остается прикованным к своему сиденью, с опаской глядя в окно. – Хёнджэ? – спрашивает Джуён, в его тоне сквозит беспокойство. – Ты в порядке? – Да. Да, я в порядке, – хрипит Хёнджэ, кивая головой, но его слова далеки от истины. Он нервничает, очень нервничает. Мысль о том, что ему снова придется столкнуться с Джесоком, вызывает у него спазмы в животе, и он не знает, сможет ли он провернуть весь этот трюк, не говоря уже о Джуёне. – Нет, ты не- – Я разве похож на человека который нервничает?! – настаивает Хёнджэ, пытаясь казаться более уверенным, но взгляд Джуёна опускается на его руку, где он снова и снова проводит большим пальцем по своим пальцам. Хёндже вздыхает, опуская маску. Джуён всегда мог читать его как открытую книгу. – Да. Я просто... я боюсь увидеть Джесока. Что, если он узнает, что я вру? Он меня точно опозорит. – Ты знаешь, я не позволю ему сделать это с тобой. От его слов у Хёнджэ перехватывает дыхание. Он вспоминает то время, когда им было по одиннадцать лет, когда Джуён доблестно сразился с хулиганом, который обижал Хёндже. В то время Джуён был тощим и слабым, не ровня хулигану, который был в два раза больше его, и, конечно же, он проиграл бой, будучи сбитым с ног на землю в течение двух секунд, но Хёнджэ все еще считал что, то как он без колебаний бросился в бой, было героическим. Но это было тогда, а сейчас, когда между ними столько горечи, Хёнджэ не уверен, что Джуён сможет поступить так же. Однако прямо сейчас он видит то же пламенное убеждение в глазах Джуёна и думает, что, может быть, он должен доверять Джуену, по крайней мере, в этот раз. – Ладно, – выдыхает Хёнджэ, облизывая губы, – Погнали. Они выходят из машины, дрожа от холодного вечернего ветерка, который проносится мимо. Джуён обходит машину и идет туда, где сидит Хёнджэ, прежде чем преувеличенно поклониться, протягивая руку Хёнджэ. – Мой любимый Хёнджэ, не мог бы ты предоставить мне высшую честь быть избранным, чтобы заставить твоего бывшего любовника кипеть негодованием? Хёнджэ смеется, чувствуя, как его нервы рассеиваются вместе с любовью, которая переполняет его грудь. – Знал, что использовать «ты» неправильно? – Не велите казнить неуча, – Джуён хмуро опускает голову. Хёндже хихикает, нежно кладя руку в протянутую ладонь Джуёна. – Хорошо, мой господин, – говорит он с небольшим реверансом, – для меня было бы величайшим удовольствием исполнить ваше желание. Джуён ухмыляется, вставая, крепко переплетая их пальцы. Хёндже смотрит вниз, глядя на их руки, и от одного только взгляда его внутренности сжимаются. – Пойдем? – шепчет он, устремляя взгляд на отель напротив, слишком застенчивый, чтобы даже близко взглянуть в глаза Джуёна. Но Джуён мягко окликает его, что заставляет его повернуть голову, любопытствуя о нехарактерной нежности в его голосе. Джуён смотрит на него, и в свете этих золотых уличных фонарей его глаза, кажется, отражают в себе галактики, каждая из которых завораживает сильнее предыдущей. – Знаешь, чего бы это ни стоило, – тихо говорит он, слова такие нежные, что их чуть не унесло пролетающим мимо ветерком, – я думаю, что сегодня ты выглядишь просто сногсшибательно. Сердце Хёнджэ замирает, пропуская удар. – О, – хрипит он, не в силах поддерживать зрительный контакт, иначе он может просто умереть , – с-спасибо. Джуён кивает, выдыхая тихий смех. – Пошли, – говорит он, таща за собой Хёнджэ. Хёнджэ следует за ним, задаваясь вопросом, что это за чувство, которое расцветает в его груди, заставляя его задыхаться. _____ – Нуна! – взволнованно восклицает Хёнджэ, отпуская руку Джуёна и прыгая к сестре, которая выглядит просто великолепно в своем свадебном платье. – Хёнджэ-а! – визжит она, крепко обнимая его. – Наконец-то ты здесь! – Мать Хёнджэ стоит рядом, прижав руку к груди, и у нее слегка слезятся глаза от трогательного зрелища. Но когда они расходятся, она быстро скрывает свои эмоции в классическом стиле азиатских родителей, хлопая Хёнджэ по плечу. – Почему вы так поздно? – Извините, – говорит Джуён, – но Хёнджэ собирался целую вечность. – Ха, задержался всего на пять минут! – Джуён-а! – Мать Хёнджэ плачет от восторга, подбегая к нему и сцепляя их руки. – Ты выглядишь таким красивым! Не ел ли ты еще? Принести тебе еды? – Воу-воу, – кричит Минджэ, – указывая пальцем на Джуёна. – Что здесь происходит? Почему вы вместе? – Они встречаются! – мать Хёнджэ вмешивается до того, как кто-либо из них успевает что-то сказать, с горящими глазами. – Хм?! – бормочет Минджэ, совершенно сбитая с толку, учитывая, что она знает об их горькой ссоре. Хёндже наклоняется к ней с отчаянным шепотом: – Я объясню позже, просто подыграй. Минджэ медленно кивает, входя в роль. – Действительно? – драматично выдыхает она. – Это такие замечательные новости! Я всегда думала, что вы двое будете милой парой. Актёрство никогда не было сильной стороной Минджэ, и ее слова выходят откровенно натянутыми, но мать Хёнджэ купилась на это и с энтузиазмом кивнула. – Точно?! Я тоже так всегда думала! К огромному облегчению Хёнджэ, бессвязная болтовня его матери прерывается появлением его друзей, которые входят в банкетный зал с подарками. Хёндже машет им с ухмылкой. – Поздравляю, Нуна! – говорят они, по очереди обнимая девушку. Минджэ отвечает каждому с пылом, зажмурив глаза, и искренне благодарит их за то, что они пришли. Джуён идет позади Хёнджэ: "Они знают о нас?" Хёнджэ подпрыгивает, пытаясь не вздрогнуть от тихого голоса Джуён прямо над ухом. "О, да. Они знают, что это фейк." Джуён кивает, выпрямляясь. Мать Хёнджэ и Минджэ в конце концов уходит, у них есть и другие гости. Сону оборачивается, тихим свистом встречая Хёнджэ и Джуёна. – Вы действительно хорошо смотритесь. – Что вы говорите… – Хёндже неловко ерзает на месте. – Вы, ребята, подходите друг другу, – говорит Чанмин, делая пальцами рамку и смотря сквозь неё. Джуён кажется невозмутимым, на его губах играет расслабленная улыбка, а Хёнджэ съеживается, пытаясь телепатически общаться со своими друзьями, чтобы перестать смущать его. – Мы должны пойти поесть, – говорит Хёнджэ, пытаясь сменить тему, – я умираю от голода. – Я видел Джесока, – говорит Ёнхун, – ребята, вы готовы? – вопрос больше адресован Хёнджэ, в его тоне заметна озабоченность. Хёнджэ неуверенно смотрит на Джуёна, но Джуён кладет руку ему на поясницу, поглаживая большим пальцем успокаивающие круги. Он ничего не говорит, но Хёнджэ знает, что он имеет в виду. Все будет хорошо. Хёнджэ громко фыркает, выпрямляя осанку. – Стартуем. _____ – Я хочу, чтобы вы двое были так тошнотворно влюблены друг в друга, что это заставило меня отвести взгляд. Я должен почувствовать, как рвота поднимается по пищеводу. – Будьте настолько отвратительны, чтобы мне захотелось незаметно сфотографировать вас обоих, выложить это в свой личный инстаграм и поворчать о том, как раздражают пары, которые публично проявляют чувства. – Не давите, ребята, – шипит Хёнчжэ, поправляя галстук, который вдруг стал слишком тесным на его шее. – Это шоу, мой дорогой друг. Хёнджэ должен быть повсюду вокруг Джуёна, разыгрывая самый романтичный спектакль в истории, но он застывает на своем месте, под настойчивыми взглядами своих друзей. – Ребята, вы можете отвести взгляд, – слабо умоляет Хёнджэ. Джуён, сидящий рядом с ним, наклоняется, к лицу Хёнджэ, чтобы скрыть его от любопытных глаз друзей. – Что случилось? – спрашивает он, пытаясь словить опустившимся взглядом Хёнджэ. – Я просто… – запинается Хёнджэ, сжимая руки на коленях. Он понятия не имеет, почему он решил, что это хорошая идея. Флирт уже является невероятно сложной задачей, учитывая, насколько он застенчив, не говоря уже о ком-то, с кем он даже не встречается, и теперь он должен делать это открыто в такой публичной обстановке, где все его знают. И в довершение всего то, что он увидел Джесока и его великолепную новую девушку, только усугубило проблему, потому что теперь он чувствует себя в десять раз менее уверенно. – Эй, все в порядке, – мягко успокаивает Джуён, – мы будем делать это не спеша, хорошо? Хёндже с трудом сглатывает, слегка кивая. – Как насчет того, чтобы просто рассказать мне о своей неделе? – подсказывает Джуён, опершись локтем о стол и одной рукой обхватив спинку стула Хёнджэ. – Хм… в понедельник у меня была репетиция хора. – Звучит весело, как это было? – Это было здорово, – отвечает Хёнджэ, чувствуя, как его нервы постепенно начинают сдавать. Когда Джуён так близко, он может представить, что они вдвоем в комнате Хёнджэ и рассказывают о своей жизни. – Мы объединяемся с группой, чтобы дать концерт. Джейкоб и я собираемся сделать кавер на песню IU. – Круто, что это IU, – усмехается Джуён, – какую песню ты выбрал? И вот так они теряются в собственном разговоре, совершенно не обращая внимания на окружающих. Хёндже не может сдержать улыбку на своем лице, потому что, боже, он скучал по этому, он скучал по разговорам с Джуёном. Расслабившись, Хёндже набирается смелости, чтобы придвинуться ближе, кладя руку на бедро Джуёна. Джуён запинается в своем предложении, и на секунду Хёнджэ испугался, что он причинил ему неудобство, но рука Джуёна опускается, чтобы погладить по затылку. – Боже мой, – шепотом кричит Чанмин, прерывая их идиллию, – Джесок идет сюда! У Хёндже перехватывает дыхание, сердце колотится, когда он украдкой краешком глаза замечает, как Джесок шагает к нему, а девушки нигде нет. – Черт, – ругается он, в панике глядя на Джуёна, – что нам делать? – Расслабься, – успокаивает Джуён, – всё под контролем. – Хёндже, кто это? – Хёндже поворачивает голову, оказываясь лицом к лицу с Джесоком. Взгляд Джэсока прикован к Джуёну с явным презрением. – Ли Джуён, парень Хёнджэ. – Джуён протягивает руку для рукопожатия. – Парень? С каких пор? – взгляд Джесока становится холоднее, чем раньше. – Мы встречаемся уже 2 месяца, – холодно отвечает Джуён, скользя рукой по талии Хёнджэ, чтобы притянуть его к себе. Хёнджэ охотно соглашается с этим, утыкаясь головой в плечо Джуёна. – Как вы двое начали встречаться? Хёнджэ внутренне вздыхает, вспоминая историю, о которой они с Джуёном договорились в закусочной. – Я был тем, кто… – Он мне понравился первым. Хёнджэ поворачивает голову к Джуёну, не в силах скрыть своего удивления. Джуён не отвечает на его растерянный взгляд и продолжает: – Я живу по соседству. Когда я увидел его в первый раз, то подумал, что в жизни не видела никого более совершенного. Сердце Хёнджэ бешено колотится, кровь приливает к ушам. Он закусывает губу, пытаясь скрыть улыбку. Ёнхун, Чанмин и Сону не могут скрыть своего волнения, падают в обморок и воркуют со стороны. Джэсок становятся темнее тучи, как будто его бесит тот факт, что кому-то нравится Хёнджэ. – Что ж, – наконец говорит он, пытаясь сохранить самообладание, – я рад, что Хёнджэ нашел кого-то. Я думал, что ему будет тяжело после нашего разрыва, после того, что между нами было. – Нет, я думаю, что он в порядке, – быстро и кратко говорит Джуён, моментально опуская его. Он смотрит на Хёнджэ, нежно подталкивая его в щеку. – Правильно, детка? Все, что сейчас делает Джуён, – это запускает миллион бабочек в животе Хёнджэ, и все, на что он способен, – это кивнуть, но этого кажется Джуёну более чем достаточно, потому что он ухмыляется, целомудренно целуя Хёнджэ в щеку. Боже мой. – Да… ладно… плевать, – бормочет Джесок, разворачиваясь на каблуках и быстро уходя. – Боже мой, вы двое! – Чанмин визжит, возбужденно хлопая Сону по плечу, который просто молча страдает. – Это было так мило! – Ребята, вы так убедительны, – говорит Ёнхун с широко раскрытыми и серьезными глазами. – На секунду меня действительно одурачили. Убедительно. Верно. Они сделали это. Джуён просто играл. Он не имел в виду ничего из того, что сказал. Внезапный спад в настроении Хёнджэ раздражает, как американские горки. Он спешит отсесть, высвобождаясь из объятий Джуёна. – Да, – смеется он, надеясь, что это не выглядит так натянуто, – Джуён так хорошо играет. Джуён смотрит на него, открывая и закрывая рот, словно хочет что-то сказать, но в конце концов отказывается. – Я пойду посмотрю, не нужна ли твоей маме помощь, – говорит он, вставая и уходя, не сказав больше ни слова. Позади остается неловкое молчание, все обмениваются неуверенными взглядами. – Я пойду проверю сестру… – говорит Хёнджэ, извиняясь, желая избежать неловкой атмосферы, а также просто нуждаясь в том, чтобы побыть наедине с собой. Так много всего произошло между ним и Джуёном всего за один день, и он изо всех сил пытается обмозговать все. Но главное, что его беспокоит, это то, как он был счастлив сегодня, как утешительно было просто поговорить с Джуёном, как хорошо было, когда он прижимал его к себе, как у него кружилась голова, когда мягкие губы Джуён прижимались к его щеке. Необходимость напоминать себе, что это всего лишь игра, болезненна. – Хёнджэ! – зовет Миндже, протягивая руку Хёндже, чтобы тот взял ее, когда он приближается к ней. – Привет, – отвечает Хёнджэ, крепко сжимая ее руку. – Как идут дела? Тебе всё нравится? – Конечно, – говорит она, оглядываясь с искорками в глазах, – а ты? Все хорошо? – Да, – отвечает Хёнджэ, стараясь звучать непринужденно. Он не может испортить свадьбу своей сестры. – Конечно. – Так что происходит между тобой и Джуёном? Не хочешь ввести меня в курс дела? Хёнджэ объясняет ей всю ситуацию, что это всего лишь одна тщательно продуманная схема. Он рассказывает ей, как это произошло, как мама застала их и какую сделку они заключили вместе. Минджэ издает низкий свист. – Вау, вот это  история, – со смешком выдыхает она, – как ты себя чувствуешь? Каково быть парнем Джуёна? – Что ты имеешь в виду? – Минджэ пожимает плечами. – Я имею в виду, несмотря на все, что произошло, это должно быть захватывающе, верно? Ты ведь был влюблен в него. Вот оно. Один из самых охраняемых секретов Хёнджэ. Его друзья знают одну версию истории его ссоры с Джуёном, которая заключается в том, что Хёнджэ пошел в дом Джуёна с тортом в качестве сюрприза на день рождения, но Джуён по какой-то причине взорвался на него, крича на Хёнджэ, что он не заботится о нем, прежде чем захлопнуть дверь перед его носом. Одна деталь, опущенная в этой версии, заключается в том, что Хёнджэ на самом деле перешел к плану признания, осознав свои чувства к Джуёну после того, как испытал, каково это было, когда его не было рядом. Но Джуён так и сделал, поэтому Хёнджэ не удосужился извиниться или попытаться возродить их дружбу, слишком обиженный случившимся. – Я не знаю, – отвечает Хёнджэ, потому что он искренне не уверен в своих чувствах. Дискомфорт распространяется по его костям, и вдруг он не может находиться здесь - слишком много людей и шума. – Я пойду подышу свежим воздухом. Увидимся. Минджэ ни о чем не спрашивает, позволяя ему уйти с понимающим кивком. Хёнджэ вырывается, выходя из банкетного зала с бешеной скоростью. Он останавливается только тогда, когда достигает небольшого сада снаружи, позволяя безмятежности пышной зелени успокаивать его. Он садится на скамейку, спрятавшись в углу, и глубоко вздыхает. Проходит добрых пятнадцать минут витания в облаках, пока чужой голос не прорезает воздух. – Я думал, что потерял тебя. Хёндже оборачивается, глаза расширяются, когда Джуён подходит к нему и садится рядом. – Как ты меня нашёл? – Ты любишь природу и все такое, – пожимает Джуён плечами. Его пиджак исчез, возможно, остался в холле, оставив его в рубашке, застегнутой на все пуговицы, с закатанными до локтей рукавами, обнажающими жилистые предплечья. – Ты в порядке? – Да, я в порядке, – отмахивается Хёнджэ, – просто эээ… вся эта штука с Джэсоком. Это ложь, страдал он из-за другого, имя которого так же начиналось на «Д». – У тебя… у тебя все еще есть чувства к нему или что-то в этом роде? – Джуён хватается за скамейку. – Что? – Хёндже бормочет, озадаченный. – Нет, боже, нет. Я больше не думаю о нем. Он просто… заставляет меня чувствовать себя плохо. Наступает тишина, прежде чем Джуён прочищает горло. – Ты знаешь, просто знаешь в машине… – Когда ты назвал меня идиотом? – Мне жаль. Я не хотел, чтобы это вышло так резко. – морщится Джуён. – Я просто разозлился, что ты позволил ему так с собой обращаться, потому что ты… ты заслуживаешь гораздо лучшего. Хёндже замирает, губы приоткрываются, образуя идеальную букву «о». – О, я думаю. Эм. Спасибо… – он не знает, как интерпретировать слова Джуёна, сказаны ли они просто чтобы утешитешить или они имеют гораздо более глубокий смысл. – Ты хочешь вернуться? Они танцуют медленный танец, я уверен, что Ёнхун наступает всем на ноги, и это поднимет тебе настроение. Хёндже слушает мягкую мелодию, эхом раздающуюся из зала, и смеется, представляя, как сильно Ёнхун страдает. – Заманчиво, но нет. Мне не хочется находиться среди такого количества людей. Джуён задумчиво мычит. Он встает и без предупреждения хватает Хёнджэ за руку, поднимая его на ноги. Хёндже спотыкается и падает на грудь Джуёна. – Что ты делаешь? – спрашивает он, хватаясь за плечи, чтобы восстановить равновесие. – Было бы жаль, если бы ты пропустил танец, – говорит Джуён, кладя одну руку на талию Хёнджэ, а другой держит его за руку, поднимая их руки вверх, чтобы стать в позицию вальса. – Особенно с такими прекрасными джентльменом. – Прекрасный джентльмен? Где он? – шутит Хёнджэ, мотая головой из стороны в сторону, ведя себя невежественно. Джуён хмурится, в отместку высовывая язык. Они двигаются в ритме слабой мелодии. «1,2,1,2» они считают вместе, вальсируя туда-сюда. Хёнджэ довольно неуклюжий, бесчисленное количество раз случайно наступает на ноги Джуёна. – Упс, – хихикает он, заливаясь смехом от того, как губы Джуён искривляются, пытаясь сдержать гримасу. – Если моя нога окажется сломанной к концу вечера, то я возьму с тебя плату за больничные счета. – Да ладно, это не так уж и плохо. – Я больше не чувствую пальцев на ногах. Они онемели. Кажется, кровь перестала поступать туда. Хёндже сгибается пополам, прижимаясь щекой к твердой теплой груди Джуёна, и трясется от смеха. Тепло, которое начинается в его груди и тянется к кончикам пальцев, обвивается вокруг него и плотно обволакивает. Это может быть всего лишь игрой, но Хёнджэ предпочитает быть в блаженном неведении, потому что всего на одну ночь он просто хочет знать, он просто хочет почувствовать, каково это быть с Джуёном. – Попробуем покружиться? – спрашивает Джуён, широко раскрыв глаза от вдохновения. – Давай не будем пробовать? – Хёнчжэ покраснел. – Я обещаю, что не уроню тебя. – Это не очень-то обнадеживает. – Давай, – говорит Джуён, – это будет весело! – Ладно, – простонал Хёнджэ с большой неохотой. Джуён надежно обхватывает его за талию, держа крепче. – Ну что, готов? – Вообще-то нет. – Раз, два, три! Джуён наклоняется и одним мощным неловким движением отрывает Хёнджэ от земли. – Ли Джуён! – Хёнджэ вскрикивает, едва не падая на землю. – Разве это не романтично? – Джуён смеется, не желая двигаться с места. – Я сверну тебе шею, – Хёнчжэ огрызается, крепко обхватывая руками шею Джуёна, прижимая его к себе, чтобы он не упасть. – Ладно, ладно, – соглашается Джуён, отпуская Хёнджэ. Его ноги шатаются, пытаясь приспособиться к приливу крови к голове. – Я тебя ненавижу, – ворчит он, вскидывая подбородок, чтобы посмотреть в глаза Джуёну. Что-то в настроении Джуёна меняется, и он встречает взгляд Хёнджэ, в его глазах мелькают тени боли. – Я бы очень хотел, чтобы это было ложью. Его шепот кажется печальным и, словно стрела, попавшая в яблочко, попадает Хёнджэ прямо в самое больное место. Но как ни странно, он даже не уверен, что это значит. Они смотрят друг другу в глаза, кажется, целую вечность, напряжение пропитывает окружающий их воздух. Взгляд Джуёна опускается, останавливаясь на губах Хёнджэ, и тот – чисто инстинктивно – высовывает свой маленький язычок, смачивая нижнюю губу. И плечи Джуёна ослабевают, как будто он только что сдался, а затем он наклоняется вперед, его глаза закрываются. Хёнджэ не может полностью осознать, что происходит, пока губы Джуён не касаются его губ. Только тогда его разум и тело начинают действовать, и он отталкивает Джуёна. – Что… что ты делаешь? Джуён спотыкается, бледнея. – Мне так жаль, что я думал… – Во что ты играешь? – Хёндже запинается, сердце колотится с бешеной скоростью. – Что ты… здесь никого нет, почему ты притворяешься, тебе не нужно притворяться, какой смысл… – Думаешь, я играю? Рот Хёнджэ захлопывается, пугающе холодный тон голоса Джуёна заставляет его замолчать. Паника Джуёна переросла в гнев, когда он смотрит на Хёнджэ сверху вниз, в его глазах неукротимая ярость. – Ты знаешь меня лучше всех, но ты совсем не понимаешь! – О чем ты говоришь? – Хёндже в полной растерянности. Джуён проводит рукой по волосам, превращая их в растрепанный беспорядок. – Ты хоть знаешь, почему я разозлился на тебя той ночью, в мой день рождения? Хёнджэ ломал себе голову ночами напролет, но так и не понял, почему Джуён взорвался на него в тот день. Он чувствует себя почти виноватым, произнося тихое «нет». – Видишь! – кричит Джуён, в раздражении всплескивая руками. – Это то, о чём я и говорю. Разочарование нарастает в Хёндже, которому надоело оставаться в неведении, надоело пытаться разгадать головоломку, которой является Ли Джуён. – Тогда просто скажи мне! Просто, черт возьми, объясни мне это. – Отлично! – Джуён взрывается гневом, похоже, он достиг своего предела. – Той ночью ты появился у моей двери, пытаясь удивить меня праздничным тортом. Ты ошибся днем. Мой день рождения был накануне. – О, Джуён, так я… – Хёндже бледнеет. – А знаешь что было самое обидное? Я ждал тебя. Ты продолжал отвергать меня, когда я просил тебя потусоваться, но я думал, что ты по крайней мере найдешь время для меня в мой день рождения. Но нет, ты забыл, и вот я, как гребаный идиот, пялился в твое окно весь день, в ожидании, потому что хотел увидеть тебя. – продолжает он. – А потом ты не только забыл, но даже не понял своей ошибки! И даже в тот день ты пришел только после того, как провел целый день с друзьями. Ты даже не был готов уделить мне весь свой день, хотя мы не разговаривали неделями. Ужасное чувство вины выворачивает Хёнджэ изнутри. Он хочет извиниться, он хочет исправиться, он хочет объяснить, но Джуён говорит так быстро, что он не успевает вставить ни слова. – А потом ты так и не пришел извиниться и даже не попытался выговориться! Почему нет? Ты же знаешь, я бы никогда не разозлился на тебя, если бы не было уважительной причины! – Джуён, я- – И вот уже два года я постоянно хожу к тебе домой, чтобы помочь твоим родителям. Думаешь, я люблю выполнять поручения? Думаешь, у меня так много свободного времени? Я делал это, потому что искал предлог, чтобы увидеть тебя, но ты даже не взглянул на меня! – Джуён судорожно вдыхает.  – И сейчас. Теперь ты думаешь, что я играю. Ты думаешь, что все это просто игра. Хёндже, просто подумай. Зачем мне целовать тебя, даже если вокруг буквально никого нет? Возможность горит в голове Хёнджэ, и, несмотря на неопровержимые доказательства, он просто не осмеливается до нее дотянуться. Слова застревают у него в горле, он слишком боится преобразить их какую-либо форму или вид. Боль на лице Джуён обжигает. – Просто забудь об этом, – бормочет он, поворачиваясь на каблуках и топая прочь, оставляя Хёнджэ одного нести бремя его трусости. _____ – Увидимся дома, – кричит Хёнджэ, заглядывая в окна машины. Его родители, бабушка и дедушка уезжают. – Где Джуён? Он отвезет тебя домой? – спрашивает мама, высовываясь с пассажирского сиденья. – Да, он пошёл за машиной, – лжет Хёнджэ, не в силах рассказать ей о серии событий, которые только что произошли. Он слабо задается вопросом, как отреагирует его мать, когда он сообщит ей эту новость. Скорее всего, она будет раздавлена. Автомобиль съезжает с проезжей части, исчезая на скоростной автомагистрали. Хёндже достает свое приложение KakaoTaxi, надеясь, что сможет найти такси в этот час. Однако, учитывая, насколько уединенно это место, шанс невелик. – Поехали. Хёндже подпрыгивает, оборачиваясь. Куртка Джуёна перекинута через руку, ключи от машины свисают с его пальцев. – Ох, – заикается Хёнджэ, неловко почесывая затылок. – Все в порядке, я возьму такси домой. – Просто садись в машину, – приказывает Джуён и немедленно уходит, не оставляя места для споров. Хёнджэ колеблется, двигаясь влево и вправо, не зная, следует ли ему идти за ним, но он все равно делает это, смиренно следуя за Джуёном. Дорога домой на машине – одна из самых неловких ситуаций в жизни Хёндже. Всю дорогу царит гробовая тишина, Джуён слишком угрюм, чтобы включить радио, а Хёнджэ слишком напуган, чтобы сдвинуться с места. Тесное пространство автомобиля, кажется, усиливает напряжение в десять раз, делая его беззащитным. Хёндже замер, как столб, со стоическим выражением лица, но внутри он паникует, потому что он не хочет, чтобы ночь заканчивалась вот так, он не хочет, чтобы между ними всё закончилось вот так, но он просто не может набраться смелости, чтобы сказать, что у него на уме. Мучительные полчаса спустя они на подъездной дорожке. Джуён останавливает машину, заглушая двигатель. – Приехали, – он даже не смотрит на Хёнджэ, глядя прямо перед собой. Рука Хёнджэ задевает дверную ручку, и, хотя его разум приказывает ему повременить, его пальцы остаются на месте. Хёндже поднимает взгляд. Его дом прямо там, если это обернется катастрофой, у него есть быстрый путь к отступлению. И после этого они все равно не будут разговаривать друг с другом, ему нечего терять. Была не была. – Ты мне нравишься! – выпаливает Хёнджэ, зажмурив глаза. – Хм? – голова Джуёна поворачивается к нему так быстро, что он слышит легкий хруст в шее. – Той ночью. Когда я пришел к тебе домой. Я не опоздал, потому что был с друзьями. Я задержался, потому что нервничал. Потому что я собирался признаться тебе. Но ты разозлился на меня, и мне было очень больно, черт возьми. Я плакал днями. И после этого мне было слишком больно, чтобы пытаться понять, почему ты так разозлился, ясно? Мне жаль. И ты не единственный, кто ищет повод поговорить! Я хожу за продуктами с твоей мамой каждое воскресенье! Думаешь, мне действительно нужно ходить каждые выходные? Нет! Я не допиваю свое овсяное молоко так быстро! У меня в холодильнике пять коробок, но почему я все еще хожу? Потому что я хочу услышать о тебе, я хочу знать, чем ты занимаешься и все ли в твоей жизни в порядке. К твоему сведению, это я купил тебе эти булочки с корицей, когда ты провалил тест по экономике, ладно, я сказал твоей маме солгать! И да, может быть, я попросил тебя быть моим фальшивым парнем, потому что втайне я хотел знать, каково это, когда ты мой парень, понятно?! Хёндже задыхается, хватая ртом воздух. Господи Иисусе, он не может поверить, что только что выложил это Джуёну. Это было не то поэтическое признание, которое он планировал. Пора воспользоваться запасным планом. – Окей, пока, – пискнул он, нащупывая ручку и практически выпрыгивая из машины. Но, очевидно, Джуён двигается со скоростью гребаной молнии, потому что ему каким-то образом удается выбраться, сделать круг и загнать Хёнджэ в угол у крыла машины, прежде чем Хёнджэ успевает сделать хотя бы шаг. – Куда идешь? – бормочет Джуён, в его низком голосе слышится веселье. Хёнджэ смотрит в землю, лицо такое горячее, что он может в одиночку растопить все ледники и стать злодеем изменения климата. – Подвинься, – фыркает он, – разве я недостаточно опозорился? – Я подумал, что это мило. – Ты говоришь это только для того, чтобы мне стало лучше. Джуён смеется, этот хриплый звук заставляет сердце Хёнджэ трепетать. – Отчасти. Но все же – ты не представляешь, как давно я хотел это услышать. Хёндже наконец поднимает взгляд, набравшись смелости, наконец, посмотреть Джуёну в глаза. Они смотрят друг на друга, маленькие улыбки играют на их губах, прежде чем они притягиваются друг к другу, встречаясь посередине для поцелуя. Первое прикосновение губ заставляет сердце Хёндже сжаться так сильно, что почти причиняет боль. Он тихо стонет, обвивая руками шею Джуёна, чтобы притянуть его ближе. Джуён толкается вперед, прижимая его к машине, руки сжимают его талию, когда он углубляет поцелуй, проводя языком по уголкам его рта, прежде чем он облизывает его, жадный до вкуса. Хёнджэ хнычет, обмякнув в объятиях Джуёна, и с каждым движением губ у него кружится голова. Джуён напирает и напирает, и вскоре Хёнджэ приходится отталкивать его, тяжело дыша. Джуён паникует, глаза расширяются. – Извини, я… – Нет-нет, – спешит заверить Хёнджэ, все еще пытаясь отдышаться. – Просто мне просто нужно дышать. Джуён мгновенно расслабляется, губы кривятся в ухмылке. – Извини, – говорит он, ничуть не извиняясь, опуская голову, чтобы провести линию поцелуев по шее Хёнджэ. – Я слишком взволнован. – Ты влюбился в меня или что-то в этом роде? – Хёнджэ шутит, но запинается, когда Джуён влажно целует его в нижнюю часть челюсти. Джуён смеется, целомудренно целуя его губы. – Да, – выдыхает он, – Что- _____ – Ты серьезно все еще заставляешь меня стирать твою одежду? – Сделка есть сделка. – Я буквально твой парень! – Правда? Мне кажется неэтичным делать исключения. – Я расстаюсь с тобой. – Так рано? Но ты произнес целый монолог и все такое. – Замолчи!