Перемены грядут

      Человеческая музыка за века сильно изменилась: те мелодии, что можно было слушать лишь вживую, теперь спокойно играют и коверкаются в пластиковом приборе с металлом — в телефоне.       Сяо морщится — звук совсем не тот. Ныне он слишком жёсткий, резкий, ударяет подобием барабанов по ушам. — Что это за смертная пытка? — фырчит он недовольно. — Просто послушай, — смеётся Кэйа в ответ.       Если бы не этот человек, Сяо в жизни бы не решился, не стал позволять современному миру захватывать его жизнь. Но вот он, адепт прошлого, позволяет большим наушникам оказаться на его голове. Сяо тщательно вслушивается в звук, и через какое-то время, правда, удары перестают раздражать; да и посторонние звуки более не отвлекают.       Святые Архонты, ему начинает нравится эта музыка — та, что проезжается по ушам из раза в раз; та, что заставляет его сердце забавно трепетать, будто случилось что-то хорошее. Сяо фыркает: мелодия неприятно заседает в голове и играет, играет из раза а раз, все жужжит назойливо и, кажется, совсем незатейливо; и однажды он непроизвольно начинает постукивать носком ботинка об пол в так ударам.       Затем — чуть кивать головой, двигать ею из стороны в сторону; ещё позже — чуть напевать чужой мотив простых слов и фраз. Святые Архонты.. Пусть это и не желанная веками мелодия флейты, ему хочется танцевать — как может — как хочется. И он правда начинает покачиваться всем телом в такт мелодии и стучать кончиками пальцев по поверхности стола. — Ты что, слушал ее на повторе все это время? — Я, — Сяо подпрыгивает на месте и пытается вернуть невозмутимость на лицо, — Я не знал, как переключить.       И Сяо неистово смущается, когда чужие губы легко целуют его в висок.