И по хлебным крошкам мы придем домой

Когда Грег выволокся из душа, в своих брюках, но в рубашке Джерарда, Джерард, одетый и в новом фартуке с новыми зайцами, застирывал над раковиной в кухне пятна на рубашке Грега. Грег отогнал ненужные ассоциации с трусами и Майкрофтом и сел к столу. - А вот теперь ты можешь накормить меня сырниками. И напоить кофе. И что там насчет новостей? Или ты меня так срочно к себе потребовал только для того, чтобы?.. Джерард повесил Грегову рубашку на стул и показал на сковородку, на которой шкворчали сырники. - Нет, на «то, чтобы» я как раз не рассчитывал, - сказал он. – Собирался сказать, что нам не стоит больше видеться вне офиса. - Какое совпадение, - улыбнулся Грег. – Я как раз собирался закончить «внеурочное общение со всеми видами начальства». - Да уж, если потонем, то вместе, - кисло продолжил Джерард, засыпая зерна в кофемолку, которая своим жалким видом инвалида времен англо-французской войны резко контрастировала с современной кухней. – Если б была возможность хотя бы Огги за собой не потащить… - А мы можем его не вовлекать?.. - Ты это себе как представляешь? Трахаться только вдвоем за его спиной? И, может быть, ты еще и со мной ему предложишь перестать трахаться? Джерард аккуратно поставил медный ковш, в котором варил кофе, на плиту, и так же предельно аккуратно сгрузил горячие сырники на тарелку Грега, но Грегу показалось, что тот все это швырнул. - Да, глупость, - признал Грег. – Но ты, для начала, больше не проделывай такое, как сегодня. - А вот поучающий тон оставь за пределами общения со мной. Но Грега сейчас не так легко было сбить с толку. - Нет, нам надо разделить два вида общения, - твердо сказал он. – Ты либо мой друг и любовник, либо мой начальник, но не то и другое вместе в один момент времени. И когда ты кормишь меня после того, как мы друг друга поимели, ты точно не должен быть моим начальником. Джерард неожиданно расхохотался. - Вот же пригрел змею на груди, - разливая кофе по чашкам, фыркнул он. - Друга, - возразил Грег. – И да, змею с лечебным ядом тоже. Джерард посмотрел на него с интересом: - И когда ты успел стать таким? - Я всегда был таким. И именно поэтому ты и решил, что можешь иметь со мной дело. - Да, - согласился Джерард. – Ты прав. Ты на самом деле всегда был таким. Но как бы ты ни выпендривался, сейчас я закончу тебя кормить и снова стану твоим начальством, - предупредил он. - Карета превратится в тыкву, - вздохнул Грег, - Ну а как иначе? Ты полагал, что может быть как-то иначе? Грег смутился. - Извини за вчерашнее, - покаялся он. – Но мне и в самом деле нужен отдых, иначе я просто слечу с катушек. Он притворился, что всецело занят очередным сырником. Тем более что Джерард не подвел как кулинар, и сырники действительно были очень вкусные. Как и малиновое варенье, с количеством которого Грег за разговором, к сожалению, переборщил. Он мог только удивляться, как Джерард спокойно уплетал сырники с тройной порцией малинового варенья, порцией еще какого-то варенья и, сверх того, еще и медом. - Могу тебе дать выходной за сверхурочную работу для управления на неделе, - внезапно сказал Джерард. – А малина из поместья Огги, кстати. Сам варил. Похоже, Грегу тоже предлагали извинение. - Мир? – улыбнулся он. - Мир? То есть часового траха тебе недостаточно, чтобы был мир? – изумился Джерард. - Мне в принципе траха недостаточно, - вздохнул Грег, признавая полное поражение в осуществлении своего вчерашнего намерения. – У вас там в ближайшее время не намечается рыбалки? - То есть идея двух хуев в заднице тебя вдохновила? - Насчет именно этой не уверен, - в тон ему ответил Грег. – Но множество других – однозначно. - Со следующей недели – все уикэнды, начиная с вечера пятницы и заканчивая утром понедельника. И неделя отпуска в сентябре. Грег сглотнул. В паху потяжелело. Джерард пристально посмотрел на него. - Хочется уволочь тебя туда прямо сейчас, но у Бартла завтра званый обед, на котором нужно побыть хотя бы до половины девятого. Будет много начальства из Лондона. Явка и обязательна, и желательна нам самим. Кроме того, у меня вагон дел по слиянию. И полагаю, что на следующих рыбалках я довольно много буду заниматься делами. - Да, давай о делах, - пробормотал Грег, еле слушая его. - О делах… Тебе дать десять минут для улаживания проблемы? - А ты не? - Я даже если и да, то не собираюсь превращать весь день в балаган. Ванная ты знаешь где. - Десять минут. - Да, десять минут. Грег добрался до ванной и как раз приспускал штаны, когда дверь распахнулась. Даже не удосужившись ее закрыть, Джерард стремительно подошел к нему, наклонил над раковиной и, слегка размяв, втиснул в отчаянно протестующую задницу Грега свое немалое сокровище и в три минуты выебал так, что Грег еще минут десять мог выражаться только нечленораздельно. Семь из них он просидел на толчке, пытаясь прийти в себя после потрясения, еще три стоял перед зеркалом и, гладя себя по лицу, повторял: «О господи!» Джерард, скотина, когда Грег вернулся в кухню, выглядел так, будто ничего и не произошло. В своем фартучке с зайчиками варил новую порцию кофе, и даже настроение у него, казалось, не изменилось. - В следующий раз я выебу тебя прямо в этом фартуке, - хмуро пообещал Грег. - Это мы посмотрим, - усмехнулся Джерард. - Но других десяти минут я тебе сейчас не дам. Переключайся. Могу ввести в курс дела сразу, без ненужных страниц со сверкой звонков и дежурств. - Так ты знаешь, кто это? – изумился Грег. - Если бы я знал, кто это, мы бы с тобой не занимались всякими посторонними вещами. Но мне удалось сократить список до трех имен. Пришлось запрашивать длительность звонков. Таггерт не подумал, что, даже если кого-то нет на месте, звонок все равно засчитывается. Грег мог только посмеяться про себя от этого желания непременно уесть Таггерта хоть каким-нибудь способом. А в списке его больше всего порадовала фамилия Бартла. — Я не думаю, что это он, — сказал Джерард, охладив его пыл. — Бартл очень большой сторонник формальностей. Такая разухабистость не вяжется с его характером. Но если это окажется он, это была бы наименьшая потеря, — с той степенью уныния в голосе, которая бы тронула даже мертвого, признался он. - И что мы дальше будем делать? - Проверять все возможные связи. Проверять финансы. Искать наводчика. Искать коротышку. На неделе сведу тебя с инспектором из наркотиков. Не нравится мне туда лезть, но есть там пара человек, которые мне должны. Да и грядущее слияние прибавляет послушности. Будем надеяться, что прокатит. - А если не прокатит, то какие последствия? - Самые разнообразные. Включая и то, что весь наш список подозреваемых может узнать, что я что-то мучу сверх некоего уговора. Пока что нас за руку не поймали и у нас есть определенная свобода действий. Как только о нашей бурной деятельности станет известно, мы будем в этой самой деятельности очень ограничены. - Кстати, о бурной деятельности… Можно, я подключу к нашему расследованию сержанта Трэйл? Взгляд у Джерарда сделался такой тяжелый, что Грега чуть к стулу не прибило. - Понял. Вопрос отпадает. Но Хелен очень толковая, а мне порой не хватает взгляда со стороны. - Для ровно такого же взгляда «со стороны» у тебя есть Барнетт и Диммок. А о том, что я делаю, вообще никому, кроме тебя, знать не полагается. И не вздумай делиться с ней деталями расследования. Или уже поделился? - Нет, она ничего не знает, - заверил Грег. – Просто она очень глазастая и понимает, что к чему, - попытался оправдаться он. – И, возможно, что-то знает. - Нет и нет, - отрубил Джерард, явно опасаясь, что Грег пойдет против его воли. – И прежде чем двигаться в каком-либо новом направлении, все согласовываешь со мной. Это понятно? - Понятно. - Если что-то знает – вытаскивай из нее, и сверх этого – ничего больше. Ничего это значит ничего. Казалось, Джерард был не на шутку перепуган. Грег рассказал ему про то, что его собираются познакомить с Энн Доггерти, и спросил, не зайти ли им лучше с этой стороны. Джерард велел ему пока просто познакомиться и ждать звонка. - Она может вообще ничего не знать. С наркотиками Ньюкасла и Тайнмута, к сожалению, все очень зыбко. Это область, в которой у меня крайне мало контроля. И я не могу просить помощи того, у кого в ней много контроля. - Слушай, а может, спросим Таггерта? Вдруг у него есть связи в Ньюкасле? Джерард предсказуемо скривился. Потом на его губах появилась жесткая усмешка. - Ты как будто не в курсе, как в полиции относятся к тем, кто уходит на вольные хлеба. - Да в курсе я. Просто Таггерт умеет располагать к себе, ну и поскольку он возвращался на работу, значит, он ценный кадр. - Хорошо. Звони Таггерту, но только без глупостей! – сдался Джерард. Домой он отвез его сам. Плотной рубашке Грега еще предстояло сохнуть и сохнуть, и, несмотря на то, что рубашку можно было застирывать совершенно по разным причинам - например, по причине пролитого сока, в голове Грега образовалась навязчивая идея, что Хелен догадается сразу, как только его увидит. В конце концов, с пятном сока он мог и походить. Нужной краски у Бланта, лысенького круглолицого типа, которому для полноты образа не хватало только восточного халата, все-таки не оказалось. Видимо, у Трея было что-то с цветовосприятием, потому что у Бланта действительно был близкий оттенок, но все же не тот. Впрочем, – и Грег оценил это – Бланта это не смутило. Он пообещал достать нужный в два дня, а покраску вместе с «я вам такое антикоррозийное покрытие сделаю – танцевать будете» завершить за десять дней. При этом в начале Блант запросил, по меркам Грега, цену совершенно чудовищную, но, увидев лицо Грега, «исключительно как другу Трея, вы же понимаете» снизил запрос до приемлемого. Грег оставил машину, позвонил Хелен, сообщив, что парень из гаража едет на север и подбросит его куда нужно, доехал с Джерардом до Амбла и, пережив напоследок возбуждающее поглаживание по коленке, пошел домой. Там он оказался никому не интересен. Девичья компания читала наверху по ролям «Алису в стране чудес», Рован спал под телевизор. Грег позвонил Таггерту, но того не оказалось на месте, послонялся по берегу, но снаружи было слишком ветрено, затем походил взад-вперед по гостиной и даже целых полчаса читал брошюру, в которой британский профессор цитировал американского социолога, утверждавшего, что сама система законов отражает интересы правящего класса и что конфликты и преступления не являются ответственностью исключительно индивидуума, а являются неизбежной частью этой системы. Раньше Грег с удовольствием объявил бы подобные идеи коммунистической чушью, но в нынешнем уязвимом положении они оказались ему близки. Он думал о словах Майкрофта про концепцию греха гомосексуальности, когда спустилась Касси. - Ты не видел скотч? – поздоровавшись, спросила она. – Миссис Арчибальд должна была привезти скотч, но я не могу его найти. - А позвонить миссис Арчибальд? - Фу, ты такой скушный, - надулась Касси. – Конечно же, я звонила миссис Арчибальд. И она утверждает, что поставила его в буфет. - Но ты ей не веришь? - Но в буфете же его нет. Грег подошел к буфету: - Зачем тебе вообще именно скотч? Тут бренди, коньяк, арманьяк, четыре бутылки вина. Насколько я знаю, в холодильнике есть пиво. - Скотч, Грегори, в приличном обществе необходим, - выдала Касси и опять умчалась наверх. Грег послонялся еще по гостиной, потом вытащил из кармана записную книжку, открыл ее на одной из последних страниц, где был номер Огги, и подошел к телефону. Он как раз протягивал к нему руку, когда телефон зазвонил. Это оказался Огги. И голос у него был озабоченный. - Грегори, полагаю, нам надо поговорить, - сказал он.