И по хлебным крошкам мы придем домой

На этот раз Грег продержался чуть дольше. Но опять – только чуть. - Извини, пожалуйста, - простонал он, обрызгав белесой жидкостью грудь Огги. Зачем только вытащил член в последний момент – непонятно. Огги соскользнул со стола, усадил на него Грега и, не слушая протесты, снова взял в рот. Минет, кстати, выходил у него не так умело, как у Джерарда – сразу чувствовалось, кто чем занимается чаще всего, но Грег заводился от одного вида головы Огги у своего паха, а уж оттого, что Огги брал у него после… На этот раз, кажется, и пяти минут не прошло. - Я превращаюсь в секс-машину, - простонал Грег. - Главное, что не в сексуального маньяка, - отвечал Огги, выпустив его член изо рта и утирая ниточку слюны. - Как ты хочешь, чтобы я на этот раз?.. - Табуретка, - вырвалось у Грега. - Табуретка? А, - догадался Огги. – Высокий табурет в кладовке. Ты это имеешь в виду? Грег на секунду закрыл лицо рукой. Он и сам-то этот табурет, видавший виды и выкрашенный в совершенно чудовищный вырвиглазный зеленый, видел только мельком: вчера, в приоткрытую дверь, когда Джерард убирал в стоявший в кладовой холодильник еду. - Я знаю, что это не лучшая идея. Просто ты спросил, как я хочу. А как ты хочешь? - Грегори, - Огги улыбнулся, - ты мне сейчас так нравишься, что мне подойдет все, что ты ни захочешь. Я вполне согласен на табурет. Он подхватил свою одежду и ботинки и отправился в дом. Грег проводил его взглядом, сходя с ума от одного взгляда на то, как двигаются его ягодицы. Он выпутался из своих порядком надоевших брюк, подошел к крану, раздумывая, стоит ли остудить себя хоть немного таким способом, но потом решил – будь что будет – и пошел вслед за Огги. Дверь в кладовку была открыта. Грег сглотнул: Огги перенес табурет, который вчера стоял рядом со входом, к окну, в узкий проход между полок и ящиков, и теперь сидел спиной к Грегу, упираясь ногами в носочках в перекладину, положив руки на подоконник, и задница его призывно свешивалась с этого самого табурета ровно настолько, насколько Грегу надо было, чтобы его трахнуть. Безумие. - Так? – уточнил Огги, не оборачиваясь. – Ты так хотел? - И голос его внезапно дрогнул, словно он был не уверен не только в том, что прямо сейчас делает правильно, но в том, что он в принципе способен сделать правильно. - Боже. Я тебя люблю! - вырвалось у Грега. Осознав, что он только что сказал и стараясь не думать об этом, он стремительно подошел к Огги и покрыл поцелуями его спину и плечи, на которых не было ни одного волоска. Кожа Огги была идеально гладкой. Высота табурета была идеальной. Колечко ануса, по которому Грег пробежался пальцами и чуть-чуть залез внутрь, все еще раскрытое от недавнего вмещения в себя члена Грега, тоже было идеальным. Огги вздрагивал, подаваясь навстречу и еле слышно стонал. Не вынимая пальцев, Грег вернулся к его спине. - Как бы я хотел обцеловать и обгладить тебя всего, - выдохнул он. - Но тогда тебя не хватит на то, чтобы меня выебать, - подхватил Огги ему в тон. – Грегори, мы с тобой договорились, что у нас будет время позже. Может?.. - Да, да сейчас, - он оглянулся и вдруг сообразил, что забыл вазелин. - Входи уже так, - догадался Огги. – Сейчас смазки должно быть достаточно. Или хочешь, я опять?.. - Нет, нет. Я попробую. Грег пристроился к столь щедро выставленной заднице и толкнулся. Да, Огги оказался прав. Член сразу вошел по самые яйца, будто и не было никакого перерыва. Грег толкнулся снова, и тут Огги внезапно издал стон совершенно отличный от того, что Грег слышал от него раньше. Утробный – так Грег его про себя назвал. Почти рычание. - Боже, я что, тебе до горла достал? – испуганно пробормотал он, когда при следующем толчке стон повторился. - Грегори, если ты считаешь себя великим комиком, то скажу тебе горькую правду – твое чувство юмора оставляет желать лучшего. Ну, уместность его применения по крайней мере, - совершенно серьезно ответил Огги. Грег заржал. - Да-да. Иногда, Грегори, лучше помолчать. Иногда лучше сосредоточиться на совершенно других действиях. - На вот таких? И таких? И таких? Грег принялся трахать его, размашисто двигая бедрами, с каждым толчком вырывая из него этот утробный стон, подтверждение того, что он все делает правильно, что он приносит наслаждение – и кому! Он так вошел в раж, что не сразу осознал, что стоны Огги изменились, и что тот, в общем-то, кончает. Мысль о том, что Огги кончает от его хуя, который непонятно как вообще влезает в эту тощую задницу, кончает от этих вот толчков этим самым хуем, завела его так сильно, что он тоже кончил, сделав в эту самую тощую задницу, и так под завязку сегодня нафаршированную его спермой, еще три толчка. Кажется, он так заорал, кончая, что испугал даже не Огги – себя самого. А Огги… Огги так и сидел, вцепившись руками в подоконник, когда Грег из него вышел, только все его тело мелко тряслось. Но Грега самого все никак не отпускало, так что он сел рядом с табуретом прямо на пол, пережидая волны, накатывающие на него, одну за другой. Потом отключился на несколько секунд по новообретенной привычке, а в реальность вернулся от тихого голоса Огги: - Грегори, хорошо. Это было хорошо. Грег думал, что это было не просто хорошо, а прямо-таки даже сногсшибательно, но он понимал, что «хорошо» от Огги уже включало в себя это «сногсшибательно», поэтому он просто отцепил руку Огги от подоконника, притянул к губам и поцеловал. - Я бы поцеловал тебя и туда, - сказал он. – Много раз, в благодарность за все, что я получил от тебя сегодня. Но у меня нет никаких сил встать. Но я обязательно поцелую тебя туда потом. - Проблема в том, Грегори, - смеясь, отвечал Огги, - что и у меня тоже нет никаких сил встать. Меня, дорогой мой, в жизни так, как ты сейчас, не трахали. Я уже даже не уверен, что смогу сегодня доехать домой. Потом силы как-то все-таки нашлись. Цепляясь друг за друга, они встали нетвердыми ногами на пол, кое-как добрели до ванной и по очереди затолкали друг друга под жесткие струи воды. Немного ожив и одевшись, сошлись на кухне и собрались вроде бы пить чай, но кончили опять объятиями и тем, что Грег во второй раз за сегодня оказался у Огги на коленях. Вот теперь настало время поцелуев – тело вроде бы немного и откликалось, но совсем не так, чтобы хотеть что-то предпринимать. Потом, так и не выпив чаю, перебрались в гостиную, и Грег заснул головой у Огги на коленях, с мыслью, что, наверное, это все же был сон. Приснились ему, как ни странно, сразу два сна, которые он видел вчера и сегодня – тот, в котором был официальный Майкрофт, и тот, в котором расследование наконец-то было завершено. Только теперь Грег знал, что они кого-то уже арестовали, а Майкрофт говорил: «Ну, я же с самого начала тебе говорил». Проснувшись от резкого звука, вырвавшего его из сна, Грег не сразу сообразил, где он находится, и, подскочил так резко, что проехался рукой по чьему-то лицу. Осознав, что только что произошло, Грег в испуге уставился на Огги, схватившегося за нос. К его облегчению, Огги рассмеялся. - Ну, Грегори, - сказал он. – Я уже не знаю, чем тебе так не угодила эта часть моего лица… Может быть, твой старый любовник кажется тебе уродом и ты решил ему подправить физиономию? - Больно? Задел? – спросил Грег, беря его за руку, которая только что трогала нос, и целуя в ладонь, как будто этим можно было помочь. - Больно, но ровно так же, как и вчера. Что же мне сделать, чтобы ты больше не старался его сломать? - Эээ. Разве только что не видеться, пока не заживет. – Сердце Грега замерло. - Но ты ведь не захочешь со мной не видеться, правда? - Нет, Грегори, - с нежностью отвечал Огги, - не захочу. Но спать буду укладывать тебя только с Джерардом, - пригрозил он. - Мне нравится та часть, в который ты обещаешь меня «укладывать», - ухмыльнулся Грег. - А можно так, чтобы ты меня «укладывал» рядом с Джерардом, но на себя, например? В себя? - В себя я тебя, Грегори, по всей видимости, уложу еще не скоро. Мне бы после этого раза в себя прийти. Но вот тебя в ближайшие дни отымел бы с удовольствием. Реванш, так сказать. - Жалко, а я только вошел во вкус. Вошел во вкус, - Грег понизил голос, - к вхождению в твою задницу. Пристрастился к вхождению. Стал наркоманом. А поскольку в этом виноват ты, то я думаю, будет справедливо, если ты мне выдашь новую дозу. Огги выдал неровный выдох. - Ну вот видишь, ты сам знаешь, что мне надо выдать новую дозу. И даже прямо сейчас. - Ты знаешь, что ты маленькое чудовище? – пробормотал Огги, закрывая лицо руками. - Ну почему же маленькое? По-моему, совсем даже немаленькое. – Не вытерпев, Грег принялся расстегивать ремень. На самом деле он ждал, что Огги его остановит: ну невозможно же в самом деле столько трахаться в течение одного дня. И тем более невозможно, чтобы Огги хотел, чтобы его трахнули еще раз вот прямо сейчас. Поэтому он искренне удивился, когда Огги, как будто бы даже с некоторой обреченностью, разделался с трусами и брюками, и, подвинув Грега, лег на живот со словами: - Ну что же, большое чудовище… Хочешь свою дозу – бери.