И по хлебным крошкам мы придем домой

- Не-не-не! – сбрасывая с себя руки Джерарда, запротестовал Грег. – Ты с ума сошел! Никаких с одной стороны! - Ну а что такое? – тоном змея-искусителя спросил Джерард. – Большой член почти без подготовки ты в себя уже вмещаешь. Очень большой тоже вмещаешь. - Блядь. Но не большой и очень большой одновременно же! - Грег. – Джерард отступил и вернулся на свой стул. – Ты правда этого не хочешь? Ох. Грег опустил голову, не в силах встретиться с ним взглядом. - Думаешь, мне так легко это озвучить? – усмехнулся Джерард. – В клубе фистинга как только мне намекнули, что я тоже могу попробовать, я дал такого деру! - Ну сравнил тоже, - пробормотал Грег. – Два члена и кулак. - Что по толщине не отличается, - улыбнулся Джерард. – Ты ведь хочешь, чтобы мы вдвоем?.. - Да, хочу, - Грег наконец-то нашел в себе силы взглянуть ему в глаза. Он хотел еще сказать: «Ты доволен?», но сдержал себя. Джерард не заслуживал того, чтобы срывать на нем зло из-за неумения обращаться со своими желаниями. Да и кто, в конце концов, заслуживал? В ответном взгляде Джерарда было столько любви и ласки, что Грег едва его выдержал. Но Джерард, кажется, и не собирался играть в гляделки. Он встал и, пошарив в шкафчике рядом с плитой, выставил на стол муку. - Ты же хотел?.. - Ну, во-первых, ты голоден, - сказал Джерард. – А во-вторых, не думаешь же ты, что это великое удовольствие - ебать того, кто этого не хочет? - Но я хочу, - неуверенно возразил Грег. - Не настолько. Грег, я большой мальчик и умею двигать рукой, - улыбнулся Джерард. – И вообще через полчаса приедет Барнетт и привезет старое дело Пирсона. - О-о-о! Через полчаса?! Джерард, достававший из холодильника творог, поставил творог обратно в холодильник. - Точно хочешь? – переспросил он. - Что у вас обоих за дурацкая манера – не спрашивать, когда хочется, чтоб спросили, и спрашивать тогда, когда не надо?! - Ну вот такие уж мы. Других не завезли. Джерард пошел из кухни, и Грег за ним. Кровать в спальне оказалась не такой широкой, как в доме тетушки Огги, но гораздо шире тех, на которых им довелось трахаться совсем недавно. Джерард сбросил на пол одеяло, уложил Грега поперек постели и стащил с него всю одежду, что была ниже талии. - Ну, проверим, нужна ли тебе подготовка. На секунду Грегу стало страшно. Он хотел спросить: «Ты ведь остановишься?..», но переборол себя. Джерард взял со столика рядом с кроватью банку с кремом такого размера, что она занимала чуть ли не треть этого самого столика, обмазал член маслянистой жидкостью, развернул Грега так, чтобы оказаться у него за спиной, и принялся втискиваться. Невольно зажмурив глаза, Грег ждал боли и неприятных ощущений, и да, неприятные ощущения не замедлили последовать, но не те, которые нельзя терпеть, а только те, которые уже сразу сопряжены с приятными. Он выдохнул, когда Джерард прижался к нему вплотную. Прижался, обнял и погладил так, будто баюкал. - Нормально? Двигаюсь дальше? – спросил тихо. - Да, двигайся. - Точно? Точно все в порядке? Грег на всякий случай прислушался к себе. Ну как он мог в самом деле сказать, что все в порядке? Как вообще можно сказать, что все в порядке, когда в тебе вот это? Конечно, все не в порядке. И конечно, страшно, что что-то пойдет не так, но… Джерард поцеловал его в шею и наподдал тазом, давая еще больше приятно-неприятных ощущений и разгоняя мурашки по телу. Грег коротко застонал, когда Джерард потянул член наружу. Джерард замер. - Больно? – напряженно спросил он. - Конечно, - улыбнулся Грег. – Давай продолжай. - Хорошо. Джерард снова поцеловал его в шею и принялся двигаться. Это было приятно, но очень далеко от темпа, который он обычно задавал. До такой степени далеко, что у Грега возникла мысль, уж не подменили ли Джерарда братом-близнецом. Некоторое время он еще надеялся, что тот разгонится, но затем понял, что Джерард не собирается этого делать. - Ты, что, пытаешься себя контролировать, что ли? – изумился Грег. - Блядь, Лестрейд, ты только что ныл, что твоя жопа не такая раздолбанная! Ну все ему не так, все не так! Да, мне сейчас хочется трахать тебя медленно. Не устраивает – сползай с хуя и удовлетворяй себя сам. Это было сказано так забавно, что Грег рассмеялся. И тут же испугался, что обидит этим Джерарда. Но тот рассмеялся тоже. А затем сказал – Грег не видел эту ухмылочку, но вполне мог себе представить: - Подбавить темпа, говоришь? Через полминуты Грег готов был признать, что совершил роковую ошибку, и просить пощады, но его все равно бы никто не пощадил. После третьего раза (после двух он даже и вынуть не озаботился) Джерард вытянулся на кровати рядом с Грегом: - Сейчас, только пару минуток передохну. И я передумал – вместо минета возьму еще одним разом в жопу. - Иди ты в жопу! – в сердцах воскликнул переживающий еще только самые первые волны оргазма Грег. Он не успел дождаться шутки на предмет, в чью именно жопу Джерард собрался идти, потому что в дверь позвонили. А ведь не прошло и пятнадцати минут. Джерард мигом слетел с кровати и бросил в Грега его одеждой. - В ванную и сиди там как мышь! – резко бросил он, закутываясь в халат. В ванной Грег закрылся на щеколду, снял повязку и на скорости напялил брюки. Задница была липкая от спермы, но он побоялся включать воду. Закончив с одеванием, он встал к стене, потому что боялся, что крышка унитаза щелкнет, когда он сядет на нее. Потянулось томительное ожидание. Ванная находилась близко к лестнице, но голосов все равно было не разобрать. «Господи, пусть это будет Барнетт, - взмолился Грег. – Пусть окажется, что он ошибся со временем. Или хотя бы кто-нибудь другой такой же безобидный. Господи, пожалуйста». Он повторил это «Господи, пожалуйста» еще несколько раз, дойдя уже до отчаяния, когда пришел Джерард. - Грег, открой, это я, - сказали за дверью. Грег открыл задвижку и сел-таки на унитаз. - Переволновался? – вздохнул Джерард. Он подошел к Грегу и положил руку ему на плечо. – Это Барнетт. Он собирался сначала заехать еще в одно место, но потом решил туда заехать после того, как привезет дело мне. И еще молочник заглянул, спросить, не нужно ли мне молоко, раз я дома. Через полчаса занесет. - Черт знает что, - пробормотал Грег. - Согласен, - отвечал Джерард. Он прошелся по ванной: - Иногда мне хочется, чтобы уже разразился скандал, и можно было уехать во Францию и жить там открыто. - Почему во Францию? - Потому что я не буду ждать кирпичей в окно. - А купить дом или квартиру там, где ты сможешь затеряться и не быть далеко от Огги? Да даже в том же Ньюкасле, например? - В Ньюкасле меня в некоторых местах каждая собака знает. Не хочу. И ничьи осуждающие рожи видеть не хочу. - И ты вот так запросто уедешь от Огги? - Да не знаю я. Ну чего ты пристал?! – разозлился Джерард. – Пойдем лучше полежим. Просто. Мне надо прийти в себя. У меня сейчас и не встанет после такого. - Ну, пойдем полежим, - согласился Грег, который все еще был настолько растерян, что не чувствовал себя в силах спуститься вниз и начать читать дело. В спальне Джерард застелил кровать вязаным пледом, и они легли поверх него прямо в одежде. Придвинувшись к Грегу со спины, Джерард неожиданно прижал его к себе так сильно, что Грег запротестовал. - Прости, - Джерард ослабил объятие, но не отстранился до конца. – Формально ни у кого сейчас не было никакого права нас с тобой задерживать, даже просто расспрашивать и тем более уж обыскивать дом, - напомнил он. – Это частный дом, мы с тобой вдвоем, и даже если бы были свидетели, подглядевшие или подслушавшие, закон бы не встал на их сторону, так как они проникли на чужую территорию. И у меня было право никого не впускать. - Можно подумать, что мы с тобой ощущаем это право никого не впускать, - возразил Грег. – Тем более сейчас еще расследование, которому может повредить все, что угодно. Я так перепсиховал, что у меня трясутся коленки даже сейчас, когда я лежу, - признался он. - Я предложил лечь, потому что не мог стоять, - усмехнулся Джерард. - Ненавижу эту страну, - пробормотал Грег. - В том-то и проблема, что мы ее любим. Даже слишком. Настолько, что возможно, вредим самим себе – потому что если бы не эта любовь, мы могли бы уехать куда-то, где нам не приходилось бы оглядываться или ждать оскорблений. А оскорбления в наш адрес, услышанные кем-то другим, до нас никто бы даже не доносил, потому что они просто не считались бы чем-то существенным. - Да уж, в представлении соотечественников мы, вероятно, должны быть благодарны за то, что таких, как мы, уже не вешают. - Можешь себе представить, на фоне скандала с Тьюрингом двадцать лет назад нашелся один умник, который предлагал мне пройти химическую кастрацию для профилактики. - Пиздец! - И это, притом, абсолютно из лучших побуждений. Мол, если я добровольно подвергнусь химической кастрации, то меня не будут трогать. - Мне кажется, я сейчас заору, - сказал Грег. - Не надо. – Джерард вздохнул и прижался к нему крепче. Ну, спокойно лежать у них не вышло, конечно. И может быть, от того, что страх все никак не проходил и отчаянно хотелось забыться, и четвертый, и даже пятый раз за сегодня вышли слаще, чем, кажется, даже все предыдущие. - Тебе это не кажется ироничным? Чем больше нас пугают – тем лучше трах, - усмехнулся Грег, когда последняя бродившая по телу волна удовольствия затихла. – По-моему, в этом есть некоторое утешение. - Мне это кажется издевательством, - отозвался Джерард. – Просто поверь, что когда чувствуешь себя свободным, трах еще лучше. Пойдем, - вздохнул он, слезая с кровати. – Буду тебя кормить.