И по хлебным крошкам мы придем домой

- В этом деле главное контраст, - делился Огги, выворачивая на шоссе. – Ну и разумеется, нужно выбирать то, что будет приятно и тебе, если ты это делаешь. Поэтому чай с мятой или мятными леденцами, кофе и мороженое, чай или кофе и шампанское. Но можно и по отдельности, без контраста, просто горячее или холодное. Пиво. Кубики льда. - Э-э-э, кубики льда? - Да. Но, конечно, здесь нужно следить за тем, каково твоим зубам, каково члену партнера, потому что не каждый член отреагирует на шампанское или лед одинаково хорошо. У кого-то может возникнуть раздражение. - А знаешь ты об этом?.. - Офицерские вечеринки, - поморщился Огги. – И, конечно, важный фактор - насколько ты умеешь делать минет с посторонними вещами во рту. - Мне казалось, что хуй во рту уже сама по себе посторонняя вещь, - хмыкнул Грег. - Неужели? – ухмыльнулся Огги. – Что же, не надо тебе давать хуй в рот, если он такой посторонний? - Бля, - сказал Грег. – Ну зачем я это сказал? - Остановить, чтобы ты подрочил? - Не надо. Справлюсь, - заверил Грег. – Мне, в конце концов, не пятнадцать лет. - У тебя тогда была бурная сексуальная жизнь? - У меня была бурная жизнь правой руки. Я за пару месяцев успел подрочить буквально на все. На каждую девочку в классе. На каждую учительницу младше сорока. На соседку-ровесницу моей мамы. На продавщицу в мясном магазине. На всех актрис из телевизора во всем, что смотрела мама. Честно говоря, мне так хотелось, что я дома делал это чуть ли не в открытую и даже не боялся, что меня заметут. Ну, отец тогда работал с дополнительными сменами, поэтому мы почти не пересекались. Когда он был дома – спал. А мама то ли правда не замечала, то ли замечала, но не понимала. - Ну ты же не при ней клал руку на член? - Да бля, прям при ней. Ну, под столом, конечно. Типа правой рукой в тарелке еду ковыряю, а левой дрочу. Правда, она телевизор смотрела и сидела ко мне спиной. - Ну вот, а говоришь «при ней». Нет, спиной не считается. - Не, ну я же не совсем отморозок. Даже тогда был. И потом через пару месяцев все кончилось. Так, гонял лысого пару раз в неделю. Внезапно на ум пришло воспоминание. Черт возьми! Райан. А он и забыл… И ведь дрочили друг другу там на чердаке. И не один раз. А потом Винни их застал. И они думали, что Винни будет их ругать, а Винни присоединился и еще и смазку припер. Ну ни хрена ж себе! - Кажется, у меня уже был однажды тройничок, - пробормотал ошеломленный Грег. - С друзьями дрочил? – догадался Огги. - Ага. А ты? – перевел Грег разговор. Почему-то он не готов был рассказывать о Райане. - Я не помню, чтобы был сексуально активен в юном возрасте. Безусловно, пробовал пару раз, но у меня все внимание уходило в учебу. И спортом я занимался много. Видимо, сбрасывал таким образом напряжение. Дерек пытался меня подбить на что-то, но меня его активность отпугивала. - На что-то – это на дрочку? - Ну да. Ну то есть я знал, что существует вид отношений между мужчинами к тому моменту, сам же Дерек мне об этом и рассказал. Но когда он предлагал мне подрочить, у меня и в мыслях не было, что у него есть что-то иное на уме. - А ты не думаешь, что он мог быть в тебя влюблен? – задумался Грег. - Вот и девчонку у тебя увел… Может быть, для того, чтобы ты его заметил? Шкатулку, опять же, разломал. Мальчишки же дергают девчонок за косички, чтобы показать, какие они молодцы… Огги рассмеялся. - То есть ты так ненавязчиво обозначаешь мое место? – спросил он. - Подо мной с моим хуем в заднице? – уточнил Грег. Он знал, что это заявление было на грани риска. Но Огги только фыркнул: - Если ты пытаешься заставить меня свернуть куда-то сейчас, чтобы я выебал тебя еще раз, то я этого не сделаю. Я не Джерард, чтобы делать подобные вещи в общественных местах. - Конечно. Ты только в частных, - не удержался от подколки Грег. Огги проигнорировал его. - Может, я тоже хочу тебя выебать на дворе, - продолжил Грег. – Хотя мне понравилось бы в другой позе. Например, чтобы ты лег на лавку, развел ноги и, когда я буду втискивать свой хуй в твою узкую задницу, смотрел мне в глаза. - Еще одно слово в этом ключе, - сухо предупредил Огги, - я тебя высажу у ближайшей телефонной будки и будешь ждать такси. - Понял. Не дурак, - вздохнул Грег. - Но возможно, что в твоих словах про Дерека есть смысл, - заметил Огги чуть погодя. – Это объясняет его поведение куда больше, чем просто зависть. Допускаю, что и Норму у меня он увел по этой же причине. И это совершенно точно объясняет анонимное письмо Эстер. К тому моменту он уже получил признание и первые медали, и денег у него тогда было гораздо больше, чем у меня. Да уж… Он сильно ушел в себя, и Грег решил его не беспокоить. В конце концов, взрослый мальчик. Он мысленно пробежался по деталям дела с застреленными животными, проверяя, не упустил ли что-нибудь. Но нет. Сузить область поисков ни по оружию, ни по сотрудникам газеты не получилось. Да и про Каро тоже в газете не писали. Грег спросил у Трея, но тот сказал, что Ушастик бы в жизни не стал рассказывать про Каро кому-то из газеты. Да, он показывал ее много кому, но только тем, к кому хорошо относился и кого уже знал. Оказывается, для него, Грега, было сделано исключение. Что ж, видимо, стоило признать, что эта линия привела в тупик. А перспектива проверять пересечения всех рабочих на всех пострадавших фермах и около не прельщала, но в этом имелся смысл. Совещание прошло быстро и в деловом режиме. Заглянул Макманн, внезапно похвалил Грега за то, что тот съездил на место происшествия ночью, и сразу же ушел. Из новых происшествий отдел расследовал четыре мелких кражи, угон мотоцикла неизвестными подростками (мотоцикл уже нашли), наезд на лавочку на остановке (лавочка не пострадала) и разбитое мячом стекло в конторе рядом с библиотекой. Когда Гривз рассказывал о последнем происшествии, Грега охватил стыд, так как он так и не вернул брошюрки. Потому, отправив Хелен и Пимлоу на ферму к Трею, Грег раздал остальные задачи по делу Кобблеру, Гривзу и Сеймуру и отправился каяться к мисс Джентли и объяснять свою забывчивость командировками и срочной работой. - Ну, это, конечно, не хорошее дело, - строго сказала она. – Знаю, что у вас, полицейских, всегда много работы, но ведь у нас в городе все близко и можно забежать между делами. Верните все, пожалуйста, как можно быстрее. Ведь я за все отчитываюсь. Грег клятвенно пообещал заехать на следующей неделе. - Можете даже занести мне домой, если библиотека будет закрыта, - предложила, смягчившись, мисс Джентли. Оказалось, она жила в двух улицах от старого дома Грега и он проходил бы мимо, если бы шел на работу пешком. Договорились, что Грег зайдет к ней, как только переедет. Из библиотеки Грег отправился к миссис Майлз, купил кофе с ореховыми пирожными (выбрал их потому, что не хотел брать ничего такого, что заставило бы его думать о Майкрофте еще и сейчас) и заправился на своем месте у собора. Потом приехал Барнетт, и они поехали в Даремскую тюрьму. Нового там Грег ничего не узнал. Ну почти. - Он бы мог, - подумав, сказал Бейкер в ответ на его вопрос, мог ли именно Джерри покушаться на Хейла на станции шесть лет назад. – Физически. Избить Мэтта вряд ли, а убить – ножом ударить большой физической силы не нужно. Но Макс бы однозначно не стал его заставлять. Мне кажется, он и держал его в Чистилище, чтобы уберечь от всего. И нас заодно с ним… - А кто-то еще мог пойти с ним, чтобы расправиться с Мэттом? - Из Чистилища – нет, - ответил Бейкер. А потом попросил: - Не свидетельствуйте в мою пользу на слушаниях по досрочному. Не надо. - Что-о? – изумился Грег. Впрочем, он быстро сообразил, в чем дело. Бейкера предупредили. - Ладно, - сказал он. – Вы мне, по сути, ничем и не помогли. Бейкер только криво усмехнулся. На том они расстались. Грег по дороге на волю сделал хмурую рожу, надеясь, что охранники заметят и передадут, кому надо. Рядом с сине-серым «Консулом Капри» у ворот уже стоял «Рэндж Ровер». Джерард, все еще немного бледный, сидел на водительском сиденье, вытянув ноги наружу. Барнетт курил трубку, облокотившись на капот. - Ну что, вытаскивать парня надо, - сказал он, когда Грег поделился новостями. - Мне надо понять, выпустят ли его, если я не выступлю на слушаниях. - Так-то у него все в порядке с делом. Должны бы отпустить, - заметил Барнетт. - Должны бы отпустить, но?.. – уточнил Грег. - У вас в Лондоне не в ходу провокации за пару дней до слушаний, нет? – поинтересовался Джерард. - Вот козлы… Что мы можем сделать? У отца Диммока случайно в этой тюрьме знакомого начальства нет? - В этой – нет, - вздохнул Барнетт. - И что, и все? – спросил Грег. – Мы его оставим там, а они его потом убьют? - Не мельтеши, - поморщился Джерард. – Когда слушания? - Через три недели, - подсказал Барнетт. - Грег, сядь. Время еще есть. А у нас есть дела. Сегодня, - подчеркнул Джерард. Грег нехотя сел в машину. Он вовсе не собирался сдаваться, но Джерард, переставляя ноги, снова поморщился, и Грег оттаял. - Болит? – спросил он, когда они отъехали. - Болит, скотина. Давай лучше я тебе тоже что-нибудь расскажу. Водолазы начнут работать завтра, так что в выходные мы будем иметь какие-то промежуточные результаты. - Точнее, отсутствие результатов, - хмыкнул Грег. И куда делось то чувство, что они вот-вот на что-то выйдут?.. С другой стороны, если бы коронер думал, что у них ничего не может получиться, он бы не отдал ему карту, верно? Грег вдруг почувствовал, что устал просто ужасно. Не только от бурной и большей частью бессонной ночи, но от всей этой затянувшейся истории, которая их никак не отпускала, и в то же время никуда не выводила, и не было никаких гарантий, что она в принципе может вывести их куда-нибудь когда-нибудь. Что ж, по крайней мере с физической частью этой усталости он мог сделать что-то. Грег зевнул и закрыл глаза. Кому-кому, а уж ему-то с бесконечным количеством бессонных ночей в Лондоне была хорошо известна польза получасового сна.