И по хлебным крошкам мы придем домой

Внешность Риччи Второму досталась не самая обычная: очень светлые, почти белые волосы в сочетании с карими глазами, большой нос совсем не портил узкое лицо. В целом он был симпатичным, и явно знал себе цену. Сходных черт с Касси Грег не нашел – видимо, кто-то из них пошел не в Мортонов. Ростом Риччи был чуть пониже Питера и, хотя такой же стройный, пошире в плечах. Грег мысленно представил их рядом: выходило хорошо. Тем более что трезвый Риччи казался вполне себе вменяемым человеком. Одноэтажный домик из бежевого кирпича, который он снимал, выглядел весьма скромно. Особенно по сравнению с двухэтажными домами, которые его окружали: каждый из них был минимум в четыре раза больше. - Чай, кофе? – с ходу предложил Риччи, проводив Грега в гостиную, заставленную коробками. – И я надеюсь, не будет возражений, если я… - Риччи кивнул на потрепанную гладильную доску с утюгом - по виду ровесником Греговой бабушки - и наваленную на стол по соседству гору тряпья. - Нет конечно. От чая Грег отказался: ему не хотелось задерживаться надолго, хотелось уже «домой». Заляпанный старой краской стул, с которого Риччи убрал коробку, его не прельстил, и Грег просто прислонился к столу. - Ну и отлично, - сказал Риччи, разложил на доске рубашку и взял утюг. – Касси сказала, ты хотел поговорить о Пирсоне. - Да. Питер сказал мне, что ты знаешь его. Показывал твой портрет. - Питер. – Риччи поставил утюг на подставку, потом опять взял его и принялся водить по рубашке с таким неестественным спокойствием, что сразу было видно, насколько сильно его задело. Грег терпеливо ждал. - И что еще Питер обо мне говорил? - Да тут и говорить не надо, - ответил Грег. – Мы были в Клэм-хаусе, когда ты пошел наверх. Все при мне произошло. - И что произошло? – напрягся Риччи. - Ты стащил трусы, требовал мужиков… - начал Грег, надеясь, что продолжать не придется. - Да? – хмыкнул Риччи. К удивлению Грега, он покраснел. – А я вот ни черта не помню… - Шантажировали? – напрямую спросил Грег. - Нет еще. Но жду со дня на день, конечно. - Что будешь делать? - К матери отошлю. - Вот так вот просто? Риччи фыркнул: - А должно быть сложно? У нее есть деньги, у меня нет. Грегу очень захотелось тут сказать что-нибудь про ответственность за свои поступки, но он вовремя вспомнил, что и сам хорош. Что, в конце концов, Риччи делал? Занимался сексом, никому при этом не вредя. Риччи вдруг посмотрел на него с интересом. - Что, даже не прочтешь мораль? – спросил он. - Тебе от матери не хватило? – ухмыльнулся Грег. - Видимо, не хватило, - Риччи на некоторое время углубился в свое занятие, пытаясь разгладить карман. – И как, черт возьми, они это делают?! - Таким утюгом? С пятидесятого раза. С водой, - сказал Грег. - А да. Вот дерьмо. С водой. Риччи ушел на кухню и вернулся с кувшином. - Марля есть? – поинтересовался Грег. – И чистое полотенце? Заодно показал, как и рукав разглаживать. Полицейская помощь населению, так сказать. Риччи оказался способным учеником. Во второй рукав ловко впихнул валик уже сам и продолжил свое занятие с таким довольным видом, словно только что получил степень по глажке и еще денежную премию. - Я сначала настроился перетерпеть, - сказал он вдруг. - Что? – не понял Грег. - Мать, говорю, настроился перетерпеть. Потому что выгнать она бы, конечно, не выгнала, а потом думаю – какого черта? Жизнь одна. Понять она не поймет. Парня домой не приведешь. Оно мне надо? Вот от того как раз, что Пирсон кони двинул, мозги на место очень хорошо встали. - Ты хорошо его знал? - Пирсона-то? Мы не то чтобы много раз встречались… Видел его несколько раз на мероприятиях. В «Адской кухне» еще. Ну и в Клэм-хаусе тоже. Он был хороший мужик. И крепкий. По-моему, вся эта история с его самоубийством – чушь собачья. - К сожалению, даже крепкие люди убивают себя, - возразил Грег. - Ну тебе-то, конечно, лучше знать. Но я бы такое дерьмо не съел. Кажется, Риччи нравилось вставлять в речь грубые обороты. А может быть, и делать вид, что он хуже, чем есть… - Он меня подвез однажды… после вечеринки, - продолжил тот. - В Клэм-хаусе? - Да. Весной. Я уехал рано – мне надо было на поезд: у матери был день рожденья на следующий день. Но у меня машина не завелась. Не такси же туда вызывать, а тут он предложил… Я чуть не сдох от его занудства. Я думал, Питер занудный, но Пирсон его переплюнул. Всю дорогу нудел, что я свою жизнь гроблю. - Был неправ? – не удержался Грег. - Да ну, - Риччи махнул утюгом. – Прав, конечно. – Он ухмыльнулся. - Но это надо проснуться с пробкой в жопе и не знать, что с тобой произошло, чтобы ты понял. - Мне кажется, что если у тебя пробка в жопе, то ты знаешь, что произошло, – аккуратно заметил Грег. Риччи гоготнул. - Мать узнала? – спросил Грег. - Нет. Но это вопрос времени, как я понимаю. - Других шантажировали кого-то из знакомых? - Понятия не имею. Я, как ты понимаешь, не рвался это с кем-то обсуждать. - А с девочками? - Мужик, я сразу свалил. - Вообще какие-нибудь соображения есть, что им надо? - Да денег, чего же еще?! – фыркнул Риччи. – А Пирсон ведь предупреждал, чтоб я там не брал, и наверх не ходил, - вспомнил он. – Прям открыто говорил, что больше не надо это делать. А я тогда и внимания не обратил. Думал только: довез бы уже и перестал нудеть. - Больше он ничего такого не говорил? Почему брать не надо или наверх ходить не надо, например? - Да нет. Да я тогда еще под кайфом был. Мне, как ты понимаешь, Пирсон был в тот момент до лампочки. Я почти все сразу же и забыл, что он говорил. – Риччи повесил наконец выглаженную рубашку в пустой шкаф с отломанными дверцами и задумался. – Ну разве что только еще сказал что-то вроде, что всякому порядочному человеку нужно уебывать отсюда, потому что иначе он попадет в замес. - Прямо так и сказал? - Ну, «уебывать» и «замес» - это его слова. - Да, внушает оптимизм, - заметил Грег. Риччи только руками театрально развел. - Если грянет скандал, что будешь делать? - Займу денег у Кромптона – поеду в Японию. - В Японию? - Грег вгляделся в его лицо, раздумывая, не шутит ли он. - Ага. Я для них сделал маленький проект, когда… с Питером работал. Им вроде понравилось. Слушай, скажи ему, что я не совсем тупой и знаю, кто поспособствовал, чтобы мне дали церковный проект. - Вот сам ему и скажи, - хмыкнул Грег. – Заодно извинишься… за некоторое. - Я не собираюсь извиняться! – вспыхнул Риччи. - Ну значит, не так уж хорошо тебе смерть Пирсона мозги на место поставила, - не удержался Грег. - Ну, тебе, конечно, видней! – со злостью сказал Риччи. - Да вот, представь себе, видней. На твоем месте я бы вообще поехал к нему прямо сейчас. - Но ты не на моем месте. - Нет. Поэтому я не с Питером, - парировал Грег. – А у тебя есть хорошие шансы, если только ты их не просрешь. - Мы закончили? – спросил Риччи ледяным тоном истинного аристократа. Грег вышел от него, гадая, прав он был или не прав. Потом, в первую половину пути на Тайн, перебрал в памяти все, что Питер рассказывал о поведении Риччи, и решил, что прав. Во второй ему пришло в голову, что он явно небеспристрастен, стоит на стороне Питера и при этом, прежде чем лезть в чужие дела, не выслушал вторую сторону. Но дело было сделано, а Грег к тому же мог похвалить себя за то, что был достаточно спокоен. Он доехал до «дома» даже раньше, чем планировал. Сладкая парочка, одетая, лежала и целовалась наверху, в спальне Огги. Дверь была распахнута. - А если бы это был не я, а кто-то другой? – спросил Грег. - Ну Грегори, - упрекнул Огги, с видимым трудом отрываясь от шеи Джерарда. - И вообще, какого хрена вы тут без меня?! Пригласили – угощайте! – буркнул Грег, чувствуя себя виноватым за то, что предъявляет им претензии и отрывает друг от друга, но одновременно злясь на то, что они оставляют его за бортом. - Джерард, в самом деле… - начал Огги. - Так что стоишь? Присоединяйся! – буркнул Джерард. – Или тебе нужно особое приглашение? «Сэр Грегори, извольте пожаловать в спальню. Вас там будут услаждать чернокожие рабы». - Джерард! – одернул Огги. – Ты ужинал, Грегори? – спросил он. - Я перекусил. Но чаю – хочу. - Я составлю тебе компанию. Огги выбрался из постели, и они отправились на кухню. - У Джерарда что-то случилось? – спросил Грег. - Нет. Но, насколько мне известно, сегодня он еще не имел возможности реализовать свои сексуальные желания, - улыбнулся Огги, ставя чайник на плиту. - Ты его обломал? – ухмыльнулся Грег. - Я приехал за пять минут до тебя. Так какие новости? Грег пересказал события дня. И отдельно выделил историю с «суперинтендантом Берджесом». - Как ты думаешь, хуже я сделал? – закончил он. - Развитие событий покажет, дорогой. Хотя, конечно, я бы на твоем месте поговорил сначала с Майкрофтом. - Чертовы «головорезы»… - О, нет, нет. Они так не действуют. Никто из них не стал бы следить в открытую. Если это разведка, что наверняка, то это какой-то другой департамент. Но я не уверен, что мы сможем выяснить, какой. - А кому позвонят, чтобы свернули расследование? Главному констеблю? - Главному констеблю. Прокурору. Скажут что-нибудь про «самодеятельность», - усмехнулся он. - Расследование это не заденет? – испугался Грег. - Полагаю, мы можем сказать, что ты как раз решил, что за тобой следят покушавшиеся на Хейла. - А вопросов, почему они за мной следят, не возникнет? Огги подумал. - Если возникнут, то мы можем возразить, что если бы ты был в чем-то замешан, то не стал бы писать заявление. - В общем, все зависит от того, кто на чьей стороне, - усмехнулся Грег. - От этого вообще зависит все, - согласился Огги. Грег следил за тем, как его длинные тонкие пальцы подхватывают жестянку с заваркой и отправляют обратно на полку. - Шансов побаловаться с мятой сегодня ноль, да? – поинтересовался он, когда Огги закрыл дверь шкафчика, вернулся к столу и принялся поглаживать кончиками пальцев голубые незабудки на пузатом чайнике. - У меня есть для тебя другое предложение. Огги встал, чтобы выключить плиту, и повернулся к Грегу. На его губах играла лукавая улыбка. - Хочешь посмотреть, как я крашусь? – спросил он.