И по хлебным крошкам мы придем домой

Кажется, Грегу несказанно повезло, что перед головомойкой от Бартла он получил поддержку от Джерарда и Огги. Таких гадостей он от начальства не выслушивал много лет. Да, пожалуй, и никогда не выслушивал. Старались, причем, оба – и Бартл, и главный, да и третий зам, который в начальственной иерархии шел позади Огги, тоже ядовитые реплики подкидывал в разговор. Грегу моментами даже казалось, что и Огги на него накинется, но этого, конечно, не произошло. Нет, не орали, но лучше бы, пожалуй, орали. И столичность Грега, разумеется, поминали через строку. «Тут ваши замашки не пройдут», «вам надо бы запомнить, что вашего тестя здесь не знают, а слава вашего покровителя тоже несколько померкла» и «о ваших делишках мы наслышаны». На последнем у Грега потемнело в глазах и он чуть было не рванулся в атаку, но вовремя наткнулся на предостерегающий взгляд Огги, стиснул зубы и промолчал. В целом смысл выволочки сводился к тому, что Грег вместо того чтобы расследовать настоящие дела, потратил ресурсы на расследование, которое уже никому не было нужно, и, напомнив обществу о том, что полиция двадцать лет не могла раскрыть дело, уронил ее престиж, и все это для того, чтобы доказать, что он лучше всех. При этом в доверенном ему действительно важном расследовании он ни на йоту не продвинулся, чуть ли не лично подведя преступников к пожарам и разгрому мастерской. Что, опять же, по мнению Бартла, вело к падению престижа полиции. Хотя в местных газетах о разгроме мастерской или о пожаре в сарае у Барнетта не было ни строчки, а сгоревшему флигелю уделили примерно двадцать слов и о поджоге в заметке и речи не шло. А еще Бартлу как-то попала в руки копия той самой статьи, которая не вышла, и Бартл напрямую спросил Грега, правда ли, что стреляли еще и в мальчика, а не только в овец. Грега спас Огги. - Рональд, - сказал он, - позволь напомнить тебе, что я в ту ночь был на месте преступления лично. Это значит, ты обвиняешь во лжи и меня? Тон у него был такой, что Бартл сразу начал оправдываться. - Мне нужно знать, выплывут ли еще какие-нибудь сюрпризы, - сказал он. - Сюрпризы, несомненно, выплывут, - холодно заверил Огги. – Однако, позволь заметить, что я знаю семью Грегори лично и детей Грегори оттуда, куда их увез сумасшедший старик, забирал тоже я. Могу поручиться за то, что информация в статье далека от действительности настолько же, насколько Шетландские острова от Ямайки. И, - он обернулся к Грегу, - в случае необходимости подтвержу свои слова под присягой. Его речь возымела свое действие. Грега уже больше никто не пытался задевать. Сошлись на том, что к понедельнику он подготовит подробный письменный отчет о том, что было сделано им в рамках тайного расследования. И его даже освободили от работы в пятницу. Он выехал из управления, чувствуя себя совершенно размазанным. Хотя нельзя было не признать, что у начальства были причины предъявлять претензии по поводу расследования – ведь вся значимая информация от него утаивалась. Через пятнадцать минут его ждали у Джерарда. Грег зашел в будку у управления, чтобы позвонить в Лондон (раньше от Огги он дозвониться не смог), но трубку вновь никто не взял. Он очень надеялся, что Глиннис просто прячется от журналистов. Тревога, однако, пока он ехал, все возрастала. От Джерарда он снова позвонил в Лондон, и снова длинные гудки. Грег прошел в кабинет. Джерард развалился в кресле и курил, Огги расположился на столе, его длинные пальцы гладили столешницу. - Лондон требует отстранить тебя от совместного расследования, - сказал Джерард. – Прямо-таки очень настойчиво требует. Грег сел на стол рядом с Огги. - Но ведь так и должно было быть? Обвинения очень серьезные, разве нет? Он даже почувствовал облегчение от того, что это наконец произошло. Удар, шок – да, но и облегчение. Больше не надо было бояться и ждать. - Это не обвинения, это бездоказательная чушь, - отрезал Огги. - При этом они строят фразы так, что не прикопаешься и не подашь в суд, - заметил Джерард. – «По слухам»… Иной раз задумаешься, так ли уж нам нужна свобода прессы. - И что теперь? Буду расследовать кражу белья с веревок? – спросил Грег. В уголках глаз его закипали слезы, он вскинул голову и отвернулся, чтобы не показывать их. Огги погладил его по спине. - Не спеши с отставкой, дорогой, - мягко сказал он. – У нас как минимум есть время до понедельника, а Джерард за это время напишет такой отчет, который покажет, что ты все это время работал изо всех сил. - Ну да, конечно, - фыркнул Грег. – Нужен им этот отчет! Они уже давно решили все. - То есть настоящую цель происходившего ты так и не понял, - отметил Джерард. - Неужели? И в чем была цель?! – вскинулся Грег. - В том, чтобы тебя спровоцировать, конечно. И заставить доказывать, что ты полезен. - Вот как? - Опять играешь в столичного говнюка и тупых джорди? – поинтересовался Джерард. - Считаешь, что руководство полиции Нортумберленда в полном составе настолько недалекое, чтобы не догадаться, что ты утаиваешь информацию? Тем более что наши противники знают, что ты ее утаиваешь. И что я утаиваю, и что Огги утаивает. Уж если они спалили наш штаб… - Но внутри они не были, так ведь? - А мы точно знаем, что не были? Думаешь, среди тех, с кем мы имеем дело, не найдется ни одного человека, способного взломать замок? - Собака, - напомнил Огги. - Ну пусть собака, - согласился Джерард. – Ладно. Наверное, они и вправду внутри не были, иначе бы им не понадобилось выяснять. - Бартл? – спросил Грег. - Или оба, - хмыкнул Джерард. Кажется, он уже привык к этой мысли. Грег взял у него сигарету, затянулся и закрыл глаза. - Пока Хендриксон жив, тебя точно никто не тронет, - уверенно сказал Джерард. – Его адвокат сказал, что есть надежда, что пару недель-месяц он еще продержится. А что до статьи… я не удивлюсь, если местные дамы тебя начнут закидывать любовными письмами – ведь ты без пяти минут жених. - Пока жив. А потом что? – спросил Грег, проигнорировав пассаж про жениха. - Потом, Грегори, будет потом. – Рука Огги снова погладила его по спине. – За сколько ты управишься? – обратился он к Джерарду. - До завтрашнего вечера, - отвечал тот, отбирая у Грега сигарету. - Вы о чем? – спросил Грег, переводя взгляд с одного на другого. - Завтра вечером узнаешь. - Хорошо, - согласился Грег. Он вышел из кабинета, чтобы попытаться еще раз дозвониться до Глиннис. Трубку взял Майкл, и, судя по голосу, он был в панике. Глиннис так плохо восприняла утренние новости, что ее увезли в больницу, – врачи сказали, что есть угроза потерять ребенка. У Грега потемнело в глазах. - Я убью его! - воскликнул он, положив трубку. – Я достану его! - Грегори, что случилось? – спросил Огги, выглянув в коридор. - Я убью его! – повторил Грег. Он сорвал с крючка плащ, едва не повалив вешалку. Огги попытался задержать его, заступив дорогу, но Грег оттолкнул его так, что тот впечатался в стену и вскрикнул, и выбежал наружу. Домчался до детки, завел ее и уже было собрался выехать, но… Не садиться в бешенстве за руль было в голове Грега куда более незыблемым правилом, чем не обижать близких людей. Он вышел из машины, прошелся вокруг нее, пытаясь успокоиться, и в процессе сообразил, что Огги, должно быть, ударился довольно сильно. Гнев схлынул, как и не бывало. Зато накатило такое чувство вины, что хоть сейчас выходи на трассу и под колеса ложись. Грег вернулся к дому Джерарда. Очень хотелось еще остаться в машине, но он заставил себя вылезти. Дверь была открыта. Огги сидел на кухне, и, разгадывая кроссворд, ждал, пока закипит чайник. Грег сел через угол и покачал головой. - Я не знаю, что сказать, - вздохнул он. Огги вписал по горизонтали слово «почтальон» и, отложив кроссворд в сторону, посмотрел на него внимательным ясным взглядом. - Рассказать, кого ты собрался убивать, - предложил Джерард, нарисовавшийся в дверях. – А мы послушаем. Кажется, Грег был близок к тому, что его простят. Он пересказал разговор с Майклом. Огги встал и положил руку ему на плечо. - Я не поехал, - сказал Грег на всякий случай, прижимаясь ухом к его руке. – Я бы не стал гнать в любом случае. - Я знаю, дорогой. - Я мудак. - Ты – человек, которому сегодня очень сильно досталось, - мягко возразил Огги. - Это не дает мне права так обращаться с тобой. - Я всего лишь ударился плечом, Грегори. У нас есть проблемы поважнее. И чувство вины сейчас не самый лучший советчик. - У тебя есть способы избавить меня от чувства вины? – нервно хихикнул Грег. - Могу дать в глаз, - предложил Джерард. - Обычно у тебя шутки посмешнее, - сказал Огги. - А мне так и эта очень нравится, - ухмыльнулся Джерард. - Зато мы теперь знаем наверняка, что тесть Грегори не имеет никакого отношения к делу, - заметил Огги. - Ну да, местные развлекаются, - согласился Джерард. - Ни хрена себе местные! – воскликнул Грег. - «Таймс»! Да и в Ярде все эти дела. Охрану сняли с Хейла без ведома Линнея. На меня компромат искали. Опять же, Кларк. И у тебя с министерством что? - Ну, связи у местных хорошие, а тебя могут использовать в борьбе против тестя, только и всего. Зря ты с ним не объединился, - несколько сердито сказал Джерард. - Сейчас бы у нас прибавилось ресурсов. - Джерард, напомню тебе, что тесть Грегори обещал его убить, - внес очередную насмешливую нотку в разговор Огги. – Я бы тоже поостерегся рассматривать человека, который обещает тебя убить, как союзника. - Ладно, все это уже несущественно. А тесть все равно на Сент-Мари. Что теперь? – спросил Грег. - Теперь Джерард поедет встречаться с твоим адвокатом, потом с твоим… архитектором, ты поедешь к Бьюэллу, а вечером мы встретимся у Барнетта. - Хорошо. Грег встал, оттеснил плечом Джерарда, вышел из кухни, дошел до конца коридора, хотел было уже открыть дверь, но остановился. Он обернулся – Огги, стоя на выходе из кухни, смотрел на него. Грег вернулся и, схватив его за отвороты пиджака, вытащил его в коридор и поцеловал. У Грега даже мысли не было, что Огги не ответит, и тот ответил – прижал его к стене с такой силой и поцеловал так яростно, что Грег даже подумал, что тот мстит. - Если трахаться, то в кабинете, - велел Джерард. Но его не послушали. Огги развернул Грега прямо тут же, между телефоном и старой фотографией у двери в кабинет, в два счета разделался с его ремнем и пуговицами и сразу вошел, двигаясь резкими, жадными рывками. Грег не продержался и пары минут. Кончая, едва не ударился лицом о телефон и еле успел прикрыть член рукой, хотя, кажется, несколько капель спермы на стену все же попало. - Полегче? - спросил Огги, когда Грег замер, уперевшись в стену головой. - Кажется, да… - пробормотал Грег, хотя был в этом совсем не уверен. Впрочем, отключить голову на пару минут – это точно было хорошо. - Хорошо, - продолжал Огги невозмутимо: то, что он только что пережил оргазм, выдавало лишь чуть срывающееся дыхание. – А теперь чай, кофе - и к Бьюэллу. В ванной Грег оставил дверь незапертой, ожидая, что придет Джерард, но тот так и не пришел. Выйдя, Грег заглянул к нему в кабинет. Шторы на окнах на этот раз были отдернуты, и комнату заливал дневной свет. Куча скомканных листов валялась на бюро и на полу. Похоже, Джерард их просто пулял куда попало. Сам он сидел за столом и сосредоточенно писал что-то, подглядывая в пожелтевшие листы, лежавшие перед ним. Один из них был толще остальных и с гербовой печатью. Грег зашел сбоку, чтобы разглядеть получше, но успел лишь рассмотреть напечатанную фамилию «Хендриксон». Джерард спрятал лист под другие, потом сделал из них стопку. - Вот сейчас не мешай, - сердито сказал он. – У меня не так много свободного времени. И завтрашний вечер и вечер среды не занимай ничем. Мне может понадобиться твоя помощь в одной задаче. А сейчас – не мешай. - Я в «Ветлы» еду завтра, - сказал Грег. - Тогда будешь звонить оттуда каждый час на случай, если мне понадобишься. А сейчас иди уже. Грег вышел из кабинета и позвонил еще раз в лондонский дом, но трубку взял дворецкий. «Мистер Майкл» уехал в больницу. Ощущение вины сделалось почти непереносимым. Мучительно хотелось позвонить в «Ветлы» и одновременно было слишком стыдно, чтобы туда звонить. А что, если они поверили этой статье? Что, если даже Майкрофт поверил? Разве трудно в это поверить, когда он, Грег, так ведет себя. Ведь он набрасывался на Майкрофта, а сегодня так поступил с Огги. Потенциально ведь он именно такой… Он стоял у стены, не в силах поднять трубку, положенную на рычаг, но не в силах и отпустить ее. Подошел Огги и погладил его по спине. - Грегори, это всего лишь плохой день, - сказал он. – Он закончится. - Всего лишь? А что, если она не только потеряет ребенка, но и умрет сама? – спросил он. – И ты знаешь, что с ней было, когда мы потеряли ребенка в первый раз?! - В этом нет твоей вины, Грегори, - заметил Огги. - Нет?! Я во все это влез! И уже когда Линду щупали в машине, ясно же уже было, что эти твари не отстанут. - Ты влез в это, Грегори, потому что это твоя работа. Ты сделал все, чтобы максимально обезопасить семью. - Отправил дочь к деду, ага. Сам я не в состоянии обеспечить им никакую защиту! Да что толку об этом говорить… Уже не изменишь ничего. Он отпустил телефонную трубку, надел плащ, на этот раз сняв его с вешалки более аккуратно, чем в прошлый раз, коротко кивнул и вышел из дома. Единственная известная ему стратегия справиться с подобным и не спиться состояла в том, чтобы загрузить себя работой. И он поехал делать дела.