И по хлебным крошкам мы придем домой

Касси на свадьбу явно смотрела не как на самый счастливый день в жизни, а как на очередную хозяйственную задачу. И это при том, что все хлопоты вокруг празднества с нее сняли. Вначале она даже не хотела особо наряжаться, но Элейн выписала парикмахера из столицы и дамского портного из Йоркшира. Поэтому венчальное платье Касси было все-таки длинное, в пол, из плотной ткани со вставками вышивки серебром, ради которых искромсали свадебный наряд какой-то именитой родственницы Элейн. Родственница прожила счастливую и долгую жизнь – только на этом основании Касси согласилась. Итак, Касси командовала, Лэнгтон ужасно нервничал и постоянно обращался к Грегу по самым пустяковым поводам – например, можно ли ему будет войти в церковь в верхней одежде или ее нужно оставлять в машине, или и в машине тоже неправильно ехать в одежде. В среду, когда Грег вернулся в Нортумберленд, Лэнгтон попросил встретиться с ним и два часа рассказывал, каким неправильным мужем будет, словно хотел, чтобы Грег одобрил его побег. Грег побега не одобрил, но сказал, что если не получится, они всегда смогут развестись. Это привело Лэнгтона в шок – похоже, слова «развод» в его мире вообще не существовало. Он торопливо попрощался и уехал – видимо, чтобы не наговорить лишнего. Венчание, однако, прошло как по маслу, и после него Лэнгтон все-таки расслабился. А Касси – нет. Впрочем, Грег надеялся, что это случится хотя бы на море. Не то чтобы погода в декабре к этому сильно располагала - но все же смена обстановки. Обед в Амбле тоже прошел неплохо. Главное, что без речей, – Касси их категорически запретила. Еще до обеда она переоделась в брючный костюм и после обеда танцевала с мужем, который сначала явно делал это только для того, чтобы угодить жене, но в конце концов увлекся, и оказалось, что он танцует даже очень прилично. К вечеру все разъехались, остались только Элейн, Майкрофт и Грег. Элейн вместе с миссис Джентли уезжала завтра во Францию (ее пригласила пожить к себе мама Джерарда). Чувствовала она себя сейчас отлично, несмотря на поздний срок, так что после отъезда гостей предложила вечер продолжить. И поставила пластинку с медленными танцами. Сначала с ней танцевал Майкрофт, потом Грег. Что было, конечно, странно, ибо живот все-таки мешал. Однако танцевать все равно было приятно. На пятой мелодии Грег хотел продолжить, но Элейн сказала: - Нет, я хочу, чтобы потанцевали вы. Грег озадаченно посмотрел на Майкрофта. - Почему бы и нет? – спросил тот. И решительно направился к нему. Грег растерялся – он вообще не помнил, танцевал когда-либо с мужчиной или нет. Да ладно бы просто с мужчиной. Он оглянулся – Элейн, сидевшая на диване с бокалом лимонада, не смотрела на них. Или делала вид, что не смотрела. - Ну? – в голосе Майкрофта были и ласка, и насмешка одновременно. Одним словом, вызов. - Ну, - согласился Грег. «Раз ты так – тогда держись, поганец», - подумал он. И если уж Элейн не смотрела… У Майкрофта не было живота, зато было кое-что другое. Вначале Грег еще был осторожен и медлил - поглядывал на Элейн перед тем, как прижаться теснее и сделать очередное неприличное движение, а потом обнаружил, что в гостиной ее нет, и разошелся вовсю. Кончилось – это предсказуемо – стоном Майкрофта и мокрым пятном на штанах. - Хорошо, что первые же встречи с тобой научили меня иметь запасные брюки, - удовлетворенно сказал Грег. – Наверх? - Наверх, - со стоном выдохнул Майкрофт. Взгляд его был одновременно затуманенным и алчным. Они поднялись в спальню, избавились от одежды и, повалившись на постель, ринулись в новый раунд. Оба были так заведены, что им хватило объятий, пары поцелуев и трения друг об друга. После Грег мгновенно уснул. Проснулся - в половине третьего. Сна не было ни в одном глазу. Он спустился вниз. Элейн сидела на диване на том же месте с бокалом лимонада в руке, как будто и не уходила. Грег тоже налил себе лимонада и присел в кресло рядом. - Не спится? – озвучил очевидное. Элейн неопределенно повела плечом. - Тебе не неприятно то, что мы делаем это при тебе? - Ну, при мне вы этого не делаете, - улыбнулась уголками губ Элейн. – Мне, Грег, все равно, - продолжила она. – Вам это нужно, а мне все равно. Я должна бы думать сейчас о ребенке, но я и о нем, признаться, не думаю. - Ты думаешь о нем. Ты не пьешь, например, и не поднимаешь тяжести, - напомнил Грег. - Это так, но все же, полагаю, у меня должны быть какие-то материнские чувства. Он шевелится, но это не вызывает у меня никакого восторга. Мне неприятно – вот и все. Я не думаю, что я буду его не любить. Но не уверена, что я буду его любить. Я только думаю о том, как лучше переждать, как родить легче, как избежать рисков, как облегчить себе время после родов, но даже это меня мало волнует. По большому счету мне все равно, умру я или нет. Я рада только, что в таком случае деньги достанутся Майкрофту. Грег не знал, что сказать на это, поэтому перевел тему. - Тебе помогло то, что ты сожгла дом? – спросил он. - Ты же не думаешь, что я для себя это сделала? – хмыкнула она. - Только для Майкрофта? Элейн усмехнулась: - Возможно, для Ромильды тоже. Надеюсь, что бедный Кертис никогда не узнает, что это сделала я. В конце концов, мы с Майкрофтом оставили с носом полно родственников, желающих отомстить. - Чувства майора ты тоже пощадила. Ведь почта не приходит в воскресенье. - Он его продолжает любить, Грег. Даже зная, какое он чудовище… - А ты? Элейн надолго задумалась. - Ты прав, - сказала она наконец. - Вероятно, и я тоже. Но если ты любишь кого-то… такого, как мой отец, это не значит, что ты не должен спасать себя. Подставлять вторую щеку можно метафорически, но если это будет физическое выражение и не щека, то ты просто можешь не выжить. Да и метафорически… Только Майкрофт разбирается с такими вещами быстро. Да и то… Я за него боялась, Грег, - вырвалось у нее. – Я очень за него боялась, когда поняла. - А сейчас? - Сейчас – нет. Я вижу, что он справляется. И что ты не оставляешь его. Тогда я и не догадывалась, что кто-то есть и что это именно ты. И, возможно, я не верила, что ты сможешь дать ему то количество поддержки, которое нужно. - Почему? - У тебя взрывной характер. - Что есть то есть. Но я постараюсь сдерживать свой характер ради него, - искренне пообещал Грег. Назавтра у него были дела в Морпете, а перед отлетом в Лондон он заехал к Джерарду. Спросил в том числе и то, как Джерард воспринял сделанное Майкрофтом. - Ты не боишься, что в конце концов станет известно, о ком речь? – спросил он. - Может стать, - флегматично согласился Джерард. – Я не думал, что это такое уж правильное решение, но мне хотелось узнать, что я буду чувствовать, когда с ними будет покончено, - объяснил он. - И что ты чувствуешь? - Скорее безразличие. Наверное, можно было бы назвать это какой-нибудь нагнавшей их высшей справедливостью, но ведь никто из них не пережил того, что пережил я. Или того, что хотел для меня. Так что в этом плане справедливости в любом случае не будет. С другой стороны, хотел бы я, чтобы Фредди повесили или расстреляли за то, что он сделал? Или хотел бы я даже, чтобы он в самом деле испытал то, на что обрек меня? Я не настолько кровожаден, так что вряд ли мне это принесло бы долговременное удовлетворение. Да и не он лично сделал это со мной. А тот, кто сделал – он-то в отставку не ушел. - Уверен, что Майкрофт придумает что-нибудь, - не совсем уверенно сказал Грег. - Майкрофт придумает то, что будет выгодно ему и структуре, которую он представляет. А совпадет это с нашими желаниями или не совпадет – уже второй вопрос. Я бы хотел оставить эту историю в прошлом и думать только о будущем. Другие пусть живут, как им вздумается. У меня есть моя жизнь. И если я просрал сколько-то из нее, не повод и остальное просирать. Соответствующему месту найдется и другое применение, - подмигнул он. На этой ноте и расстались. Грег полетел в Лондон. На этот раз рейсовым самолетом – Грег подгадал отгул, взятый ради свадьбы Касси, под командировку, а командировку оплачивал Ярд. В субботу его неожиданно позвал «на кофе» бывший тесть. Грег ожидал, что это будет что-то связанное с Рованом, но насчет него тот только сказал, что умывает руки и пусть они устраивают его куда хотят. А дальше состоялась очень содержательная беседа. - До моего сведения довели, - скривился тесть, - что я обязан тебе тем, что сохранил свое положение. - Я об этом не просил, - ляпнул Грег. - Ты все так же бесхитростен, - заметил тесть. - Ну, какой есть, - развел руками Грег. Все же у него возникло ощущение, что за счет этой истории его очки в глазах тестя поднялись. Возможно, дело было в новых связях Грега. А вот очки Майкла почему-то упали. Ну и к тому же тесть был теперь тестем полицейского, чье имя весьма положительно прогремело на всю страну. Так что закончили они эту встречу не так уж плохо, вполне мирным обсуждением текущих перемен в Ярде, и тесть даже позвал Грега опять в клуб. Возможно, кому-то что-то хотел показать или доказать, но Грег ради Глиннис и детей согласился. Рована в воскресенье отвезли в новую школу. Грег предвидел, что он и из нее сбежит, и заранее попросил, чтобы Рован бежал напрямую к нему. Тот отвечал коротким: «Посмотрим», и всячески демонстрировал свою независимость стоявшим в отдалении новым соученикам. Потом начались ничем не примечательные рабочие будни. Большей частью Грег чувствовал себя счастливым. Никто не доставал его и спокойно давал ему делать его работу. Майкрофт приезжал примерно раз в два дня, но чем ближе было Рождество, тем напряженнее тот становился. При приближении Грега порой вздрагивал, один раз сбросил его руку со своего плеча, а в следующий раз при прикосновении даже заломил и чуть не дал в глаз, но вовремя остановился и потом еще, конечно, целый вечер ходил с виноватым выражением лица. Секс тоже как-то подиспортился. Временами Грег мог трудиться над членом Майкрофта хоть целую вечность, но у того попросту не вставало. А еще Майкрофт опять начал кричать по ночам и трястись и потеть во сне. Один раз сбил простынь в комок даже не под своей спиной, а под греговой. И на все вопросы отвечал односложно: работа. Через четыре таких прихода Грег не выдержал. - Майкрофт, какого черта происходит? – возопил он. – Дерьмовая версия «просто работа» сюда совершенно не подходит. Майкрофт вздохнул так покорно, что Грег замер пристыженно. - Поимка крота, - объяснил Майкрофт. – Либо в ближайшие дни это случится, либо нет. - Либо вас всех арестуют, да? – напрямую спросил Грег. - Меня – нет. С другими возможны разные варианты… Майкрофт замолчал и задумался. - Это будет величайший провал разведки, которая вряд ли когда-нибудь оправится от этого, - разъяснил он чуть погодя. - Все это, Грегори, заставляет меня чувствовать себя бессильным, и напоминает мне, каким бессильным я был… в других обстоятельствах. Грег мог только вздохнуть. - Пойдем полежим, - сжимая руку Майкрофта, предложил он.