The Heat is On

Оглядываясь назад, он должен был знать. Все знаки, конечно, были на месте – просто спрятаны на виду. Вперемешку с повседневными пустяками, которые сплели их жизни воедино. Невидимые, но нависающие, как тяжесть влаги в жаркий летний день. Первая подсказка приходит, когда Аарон и Кевин возвращаются с летних каникул. —Аарон Майкл Миньярд! - Ники визжит, как только Аарон входит в дверь. —Это то, о чём я думаю? Эндрю переводит взгляд на своего близнеца. Он сразу же замечает это. На задней части шеи его близнеца отчётливо видна рана – слегка красная и окружённая крошечными следами зубов. Несовершенный овал агрессивно выделяет запах Кевина, смешиваясь с ароматом Аарона, что является чётким показателем того, что омега занят. Он не совсем излучает те же сигналы “отвали”, что и от метки альфы, поскольку Кевин - бета, но нужно быть слепым, чтобы не заметить этого. Это брачный укус. Самая высокая форма самоотдачи, которая может быть у двух партнеров. Знак для всех, чтобы они увидели, что эти двое решили быть вместе на всю жизнь. Аарон краснеет от вспышки эмоций Ники, а Кевин сжимает его руку, когда остальные Лисы подпрыгивают, чтобы проверить это. Вся команда собралась в комнате общежития Монстров, чтобы посмотреть фильм – своего рода сеанс наверстывания упущенного перед прибытием новичков. Они воркуют и визжат над контрольной отметкой, с некоторым праздным кряхтением, обменом деньгами и здоровой дозой поддразнивания, обрушенной на обе головы. Среди этого хаоса взгляд Аарона скользит по нему, ищущий и нерешительный. Это молчаливая просьба об одобрении, хотя они оба знают, что ему это не нужно. Итак, Эндрю хладнокровно выдыхает струйку дыма, прежде чем кивнуть. Он наблюдает, как напряжение спадает с плеч Аарона, и его улыбка становится ярче, когда Рене и Дэн расспрашивают о деталях. Потом Нил возвращается со своей пробежки. —Нил! - Мэтт кричит, как только видит его (потому что альфа близок для Нила, независимо от факторов отношений для любой из сторон). —Иди и посмотри на это! Аарон и Кевин сделали решительный шаг! Теперь они мужья! Эндрю наблюдает, как глаза Нила приближаются к укусу, и его пальцы слегка напрягаются на сигарете. Нос омеги слегка дергается, отмечая изменение запаха Аарона. Сигарета начинает гореть в опасной близости от пальцев Эндрю. Тем не менее, он продолжает ждать, не желая отводить взгляд от лица Нила. Он ожидает, что тот закроется или взбесится – каким-то образом плохо отреагирует на новости. Но Нил только улыбается. —Наконец-то, - ухмыляется он, снимая кроссовки и отбрасывая их в сторону, когда приближается к ним. —Ты можешь себе представить, если бы нам пришлось искать еще двух бедолаг, чтобы разобраться с вами обоими? Это ужас. Взгляд Эндрю возвращается к своему близнецу, чтобы услышать его ответ. Потому что это была бы прекрасная возможность вернуться с чем-нибудь жестоким. Что-то вроде: “Ты просто ревнуешь, потому что у тебя нет пары” или “по крайней мере, моя пара согласна”. Это сокрушительный удар, который только и ждёт своего часа. Но Аарон просто закатывает глаза и говорит: —Заткнись. И Кевин говорит: —Серьёзно, Джостен? Ты вырос в сарае? Ты можешь хотя бы притвориться, что убираешь свои кроссовки, пока я здесь? —Нет, - отвечает Нил, неприятно расстягивая буквы. Аарон толкает Нила в плечо, и Нил отталкивает его в ответ. Затем он дёргает Нила за руку, чтобы потащить его к холодильнику, вероятно, за выпивкой. Однако Нил колеблется и поворачивается обратно к Эндрю. Желудок Эндрю резко падает. Вот оно. Он ждёт, нервы на пределе, когда Нил открывает рот. —Хочешь чего-нибудь? - спрашивает его Нил. Эндрю моргает. Затем он медленно качает головой. Нил пожимает плечами и следует за Аароном на кухню. Эндрю смотрит ему вслед. И хотя он ждёт остаток ночи, пока Нил обратится к нему, омега не произносит и двух слов. Следующая подсказка приходит на вечеринке в Сумерках. До начала нового сезона оставалось всего несколько месяцев, и новобранцы сводили Нила с ума. Уже раненный потерей ранее той ночью, Эндрю знает, что этот человек на волосок от того, чтобы в кого-нибудь вцепиться. Поэтому он не удивляется, когда Нил с грохотом ставит поднос на стол в тот момент, когда они с Аароном возвращаются с напитками из бара. —Тупой ублюдок, - рычит Аарон в ярости. —Я, честно говоря, не могу поверить, что ты не ударил его. —Это не имеет значения, - процедил Нил сквозь зубы, его тело почти вибрировало от напряжения. —Не имеет значения? Нил, он практически сказал тебе поднять свою задницу в воздух и хотел взять её, потому что у тебя нет брачного укуса! —О боже, что он сказал? - У Ники отвисает челюсть, его глаза затуманены и широко раскрыты от многочисленных шотов, которые он уже выпил. —Просто брось это, - говорит Нил. Эндрю садится. Как и следовало ожидать, голова Аарона поворачивается к нему. —Ну? Ты просто позволишь этому мудаку сойти с рук за такое обращение с Нилом? У ублюдка хватает наглости рассказывать Нилу, что у омеги без опознавательных знаков есть только одно место в этом мире, и это место на коленях, обслуживающее большого, жирного... —Я сказал, брось это! - огрызается Нил. —Я в порядке, я могу позаботиться о себе. Эндрю ничего не должен делать. Кевин хмурится. —Но, Нил, это серьёзно, это случилось в шестой раз. Может, тебе стоит... —В шестой раз?! - Ники визжит. —Эндрю, ты сейчас серьёзно? Какого чёрта вы двое делаете... —Все, блять, заткнитесь прямо сейчас, или вы все сами будете добираться домой, понятно? - кричит Нил, обрывая их. —Я сказал, что я в чертовски хорошем состоянии, и я это имел в виду. Так что пейте свои чёртовы напитки и не лезьте нахуй в мои дела. Наступает напряжённая пауза, прежде чем Ники неохотно переходит к новой теме. Нил садится и потягивает содовую, упрямо глядя на остальных троих за столом в равной мере. Он не встречается взглядом с Эндрю. Следующий раз случается ещё до того, как они выходят из общежития. Эндрю ждёт в гостиной, пока Нил переоденется, разложив свой наряд, как обычно. Но когда Нил, наконец, входит в дверь, это останавливает Эндрю на полпути. Вместо тёмно–серого лонгслива, который он оставил на кровати, на Ниле толстая чёрная водолазка - такие носят надутые профессора, подражатели Энди Уорхола или тупые хипстеры. Оскорбительная одежда начинается у его подбородка и покрывает весь торс, прежде чем закончиться на костяшках пальцев. Он большой и чёрный и скрывает каждый дюйм кожи на верхней части тела Нила. Эндрю ненавидит это. У этого дурацкого предмета есть только одно преимущество – он плотный. Он демонстрирует стройные контуры тела Нила, скрывая при этом все нанесённые повреждения. Но при плохом освещении в Сумерках Нил почти исчезнет в нём, жадно поглощенный тенями, чтобы никогда не вернуться. Иначе говоря, это идеальный способ спрятаться у всех на виду. Явно кроличий поступок. Эндрю поднимает глаза, чтобы съязвить что-нибудь остроумное по поводу плохого выбора Нила в моде, но в тот момент, когда он встречает взгляд Нила, комментарий замирает у него на языке. Потому что на лице Нила читается какой-то хрупкий вызов, когда он смотрит на Эндрю. Какое-то колеблющееся чувство выпрямляет его спину, даже когда его пальцы дрожат на дверной ручке. Его запах пропитан тревогой и гневом – как будто он должен быть готов защитить себя в любой момент. Поэтому Эндрю делает мысленный шаг назад. Если рассуждать логически, это не самый худший образ в мире, но это солидный шаг назад по сравнению с прогрессом, которого, по его мнению, они добились. Медленный способ заживления шрамов на коже Нила. Но, может быть, это плохая ночь. Может быть, Нил не может вынести их вида, как бы искусно они ни скрывались за модным выбором Эндрю. К тому же, никто никогда не говорил, что Нил должен носить одежду, которую ему дарит Эндрю. Это выбор Нила. Поэтому Эндрю ничего не говорит. И когда Нил надевает эти свитера каждый раз, когда они выходят в свет, независимо от того, что Эндрю выбрал для него, Эндрю просто придерживает язык. Последняя подсказка приходит, когда они возвращаются в Сумерки. Нил и Эндрю сидят за столиком, в то время как остальные ушли танцевать. Нога Нила дрожит, и он погружён в свои мысли, глядя на танцпол со странным выражением на лице. Тревога волнами накатывает на него, поэтому Эндрю протягивает руку и кладет её на затылок Нила, чтобы успокоить его, – и ошеломлён, когда его рука встречает сопротивление. Потому что там, под рубашкой Нила, спрятан ошейник. Не дожидаясь ответа, Эндрю срывает ткань водолазки вниз, чтобы увидеть, что это обратный воротник – воротник со стальной пластиной, закрывающей заднюю часть шеи. Это аксессуар, который омеги, не состоящие в браке, носят для защиты, в качестве меры предосторожности от нежелательных укусов. Обычно они надевают его, когда не чувствуют себя в безопасности. Затем Нил вырывается из его досягаемости, бушуя, и лицо его краснеет. Но он не встречается взглядом с Эндрю – и не делает ни малейшего движения, чтобы убрать его. Эндрю, извинившись, встаёт из-за стола, не сказав больше ни слова. На улице он сражается с зажигалкой, пальцы дрожат, когда он пытается разгадать смысл этого жеста. Чувствует ли Нил себя небезопасно с Эндрю? Неужели он думает, что не может рассчитывать на то, что Эндрю защитит его? Или что он просто не станет этого делать, когда дело дойдет до драки? И от кого ему нужна защита? Незнакомцы? Ичиро? Сам Эндрю? Он не знает. Всё, что он чувствует, - это гнев, и что-то, до тошноты похожее на разочарование, скапливается внизу его живота, заставляя его кулаки сжиматься, а рот рычать. Он хочет ударить кого-нибудь. Может быть, себя самого. Или, может быть, ему следует использовать этот гнев, чтобы вбить немного здравого смысла в Нила. В конце концов, он знает, что эти ошейники вызывают в омеге. С тех пор, как Нил переехал в комнату Эндрю, он был посвящён в ночи, когда Нил просыпался с тихим криком, пальцы вцеплялись в его горло, чтобы сорвать невидимые путы с давно умершей руки. И все же он здесь. Ношение того же самого, что, как знает Эндрю, будет вызывать у него кошмары. Тяжелый груз его травмы буквально висел у него на шее, замаскированный под защиту. Это приводит его в бешенство. Они не говорят об этом, когда он возвращается к столу. Они не говорят об этом, когда уходят. И когда они той ночью возвращаются домой в Колумбию, они спят в разных кроватях. Так что для Эндрю не должно быть сюрпризом, когда Аарон наконец загонит его в угол. И всё же, каким-то образом, он всё ещё застигнут врасплох, когда Аарон врывается в дверь. —Какого чёрта, по-твоему, ты делаешь, Эндрю? - его близнец приходит в ярость сразу же, как только замечает его. Эндрю многозначительно смотрит на книгу, которую читает на кровати. —Я имею в виду Нила, - говорит Аарон, как будто это очевидно. —Нил бегает, - Эндрю возвращается на свою страницу. —И, насколько мне известно, ему не нужна помощь в этом. —Не прикидывайся скромником, придурок, - выплёвывает Аарон, имея наглость выхватить книгу у него из рук и швырнуть её через всю комнату. —Как долго ты собираешься заставлять его ждать? Эндрю бросает холодный взгляд на выброшенную книгу, прежде чем приподнять бровь. —Ждать что? Аарон закатывает глаза. —Серьёзно? Что, это грёбаный приём альфа-силы или что-то в этом роде? Ты собираешься заставить Нила ползать на коленях и умолять? Потому что я могу сказать тебе прямо сейчас – он не собирается этого делать. —Сделать что? - повторяет Эндрю, постепенно раздражаясь. —Попросить тебя укусить его, конечно! - огрызается Аарон. —Ты абсолютный придурок с дерьмом вместо мозгов - Нил думает, что ты его не укусишь! У Эндрю короткое замыкание. —Что? - тупо повторяет он. —Но, конечно, этот идиот не спросит тебя, потому что он думает, что будет принуждать тебя, если он это сделает, - продолжает Аарон, игнорируя Эндрю. —Он думает, что ты не хочешь пару и что ты бы уже укусил его, если бы хотел. Он думает, что ты не хочешь иметь пару и что ты бы уже укусил его, если бы хотел. О. О. О. И теперь, наконец, всё начинает становиться на свои места для Эндрю. Вынужденное отсутствие реакции на брачный укус Аарона. Горькое разочарование и отказ привлечь Эндрю к разборкам в Сумерках. Внезапное появление этих чёртовых чёрных водолазок, закрывающих каждый дюйм кожи. Добавление грёбаного ошейника, защищающего ту самую немаркированную часть его шеи. В ушах Эндрю эхом отдается стук, и ему требуется мгновение, чтобы понять, что это звук его собственного сердцебиения, грохочущего в груди. —Ты должен быть тем, кто пойдет к нему, Эндрю, - обвиняюще указывает на него пальцем Аарон. —Ты должен быть тем, кто спросит. Эндрю ощетинивается от этой команды, пока Аарон не добавляет – —Или тебе нужно отпустить его. Эндрю вскакивает на ноги, рыча на Аарона, прежде чем тот полностью осмысливает предложение. —Так и думал, - ухмыляется Аарон. —Так чего же, чёрт возьми, ты тогда ждёшь? —Он тебе сказал? - Эндрю огрызается в ответ. —Э-э, не нужно, - Аарон смотрит на него, как на идиота. —Любой может видеть, что у него нет следов укуса на шее. —О сделке, - шипит Эндрю, теперь полностью раздражённый присутствием своего брата. Аарон хмурит брови. —Сделке? - осторожно спрашивает он. —Нет... Какая сделка? Ах, конечно, Нил ему не сказал. Чёртов мученик до конца. —Эндрю, - предупреждает Аарон. Ему нет необходимости объяснять это Аарону. На самом деле, позже, когда он вспомнит тот момент, он не вспомнит, чтобы принимал сознательное решение сделать это. Но есть крошечное, ноющее семя сомнения, которое уже некоторое время пускает корни в его мозгу. Что-то, что заставляло его снова и снова придерживать язык. Что-то, что заставляло его колебаться, не поднимать этот вопрос снова и снова. Возможно, всё, что ему было нужно, - это небольшой (сердитый) толчок его близнеца, чтобы высвободить его. —Ичиро поставил нам ультиматум. Я укушу Нила в течение одного года, или он будет принадлежать ему. —Срань господня, Эндрю, - глаза Аарона выпучиваются, когда он демонстративно смотрит на свои часы. —Но это почти... чёрт! Так что, серьёзно, какого хрена ты тогда ждёшь? Господи, я бы подумал, что ты сделал это несколько месяцев назад! Ты хочешь сказать, что он провёл всё это время с этим, висящим у него над головой? - Он отворачивается от Эндрю, проводит рукой по волосам, прежде чем повернуться обратно. —Чёрт возьми, Эндрю! Типа, просто... Чёрт! Ладно, хорошо, когда он так говорит… —Он заставляет нас принять решение, - защищается Эндрю. —Решение, которого ни один из нас, возможно, не захочет. Что, если единственная причина, по которой Нил решил быть укушенным мной, - это угроза Ичиро? —Так ли это? Единственная причина? - Возвращается Аарон. —Ты спрашивал его? Эндрю закатывает глаза. —Не потрудился. Я уже знаю ответ – он должен сказать Да. —Да, потому что он омега, которому не повезло родиться в мафии, - саркастически отвечает Аарон. —Мол, у него нет выбора – все всегда делают это за него, поэтому он выберет тот вариант, который причинит наименьшую боль. Но в данном случае всё это не имеет значения, потому что он хочет, чтобы ты его укусил, Эндрю. —Откуда ты знаешь? - требует Эндрю. —Как ты не понимаешь? - Воскликнул Аарон. Когда Эндрю просто смотрит на него, он вздыхает. —Хорошо, хорошо – подумай об этом. Он когда-нибудь подавал тебе какой-нибудь знак, что хочет, чтобы его укусили? Да. На самом деле, несколько. —Итак... в чём проблема? Эндрю свирепо смотрит на него. Его челюсть сжимается. Аарон смотрит в ответ, ожидая. Итак, Эндрю делает глубокий вдох, открывает рот и выплёвывает корень всех своих страхов. —Что, если единственная причина, по которой я кусаю его, заключается в том, что я знаю, что это спасёт его от этого психопата? Аарон мгновение пристально смотрит на него. Затем он закатывает глаза. —Господи, спаси меня от альф и их чертовой гордыни, - бормочет он, прежде чем продолжить, —Простой ответ. Если бы Мориямы не были фактором, и не было бы никакой временной шкалы – ты бы все равно это сделал? Вопрос одним махом высасывает воздух из лёгких Эндрю. Неужели всё было так просто? —Если у тебя есть какие-то сомнения, какие-то колебания, то ответ - нет, - пожимает плечами Аарон. —Но если ты сразу же ответишь ”да", тогда... ну... —А если я скажу Нет? Аарон пожимает плечами. —Тогда это твой выбор. Эндрю пристально смотрит на него. Аарон вздыхает. —Ты мой брат, Эндрю. Даже если это глупое решение, я всегда буду на твоей стороне. И я недостаточно нравственен, чтобы обречь тебя на несчастную жизнь, если это не то, чего ты хочешь. - Затем его лицо становится серьёзным. —Но жизнь Нила в твоих руках. Это неправильно, это нечестно, но это те карты, которые вам двоим достались. Так что просто тщательно обдумайте всё, прежде чем делать выбор. Он поворачивается и направляется обратно к двери. Он почти вышел, прежде чем Эндрю рычит: —Ты уходишь? Аарон делает паузу. —Да?" —Значит, ты не хочешь знать. —Знать что? —Какой ответ я дам? Аарон бросает на Эндрю усталый взгляд. Затем он качает головой. —Нил - единственный, кто должен знать. На самом деле, он заслуживает знать – заслуживает услышать это от тебя, в любом случае, какой бы выбор ты ни сделал. - Он пожимает плечами и грустно улыбается. —Остальные из нас разберутся с этим позже. Затем он уходит, и Эндрю остаётся один на своей койке, со светом заходящего солнца, ползущим по его одеялу, и громким, отдающимся эхом весом его мыслей. На крыше холодно, когда Эндрю пинком распахивает дверь. Нил стоит у края крыши, неоново-оранжевая толстовка с капюшоном, которую он носит, практически служит маяком для низко летящих самолетов. Он натянул капюшон, чтобы бороться с ветром, который хлещет по парапету, и только несколько пушистых прядей волос хлопают его по лбу. Когда Эндрю приближается, в животе у него скручивается что-то неприятно тёплое. Это тепло усиливается, когда он ловит ртутный взгляд Нила, когда тот поворачивает голову, чтобы поприветствовать Эндрю, и в уголках его рта появляется расплывчатая улыбка. Естественно, Эндрю что-то бросает в него. Нил моргает, пытаясь поймать его. —Что это? - спрашивает он. —Что будет через три недели? - спрашивает Эндрю в ответ. Он достаёт пачку и постукивает по ней в поисках сигареты. Нил выпрямляется, его улыбка становится шире. —Весенние каникулы – наша поездка в Колумбию. Воздух наполняется его возбуждением, даже несмотря на пронизывающий ветер. Нил уже несколько месяцев с нетерпением ждал этой поездки – уединённого отдыха, который они придумали для себя только вдвоём. Эндрю видел, как он рисовал дату на учебниках, бумагах, расписаниях игр – даже на своей собственной руке. —И что? - спрашивает Эндрю, вытаскивая зажигалку из кармана и щёлкая ею. —И что? Эндрю закуривает сигарету и мотает головой в сторону предмета на коленях Нила. Нил хмуро смотрит на это, прежде чем осознает. Листая страницы, он находит в календаре март, прежде чем провести пальцем по нужной дате. Наступает короткая пауза, когда его палец зависает там. Затем он издает тихое —О. Эндрю не отвечает, потому что он уже знает, что там написано. Это первый день его гона. Он чувствует, как резко падает запах Нила, – видит отголосок своего разочарования в изгибе его плеч. —О, это... ну, тогда всё в порядке. Я просто... Я мог бы остаться с Кевином и Аароном, держу пари, с Ваймаком или Эбби или... Или просто в общежитии. Без проблем. Ты… Тебе что-нибудь нужно? Эм, я мог бы помочь тебе собрать вещи или... эм... Он замолкает, его голос становится всё тише, пока не превращается в ничто. Потому что Нил знает, что Эндрю никогда раньше не приглашал его присоединиться к своему гону. Точно так же, как Эндрю знает, что Нил разочарован не тем, что пропустил гон Эндрю – он никогда бы не стал так давить на Эндрю, – а из-за выбора времени. Тот факт, что теперь они вдвоём проведут свой отпуск порознь, просто разочаровывает. Ну, не просто разочаровывает. Несмотря на все свои усилия, Нил выглядит подавленным этим обновлением. Итак, Эндрю подносит зажжённую сигарету ко рту и делает обжигающий вдох. Он смотрит через тёмную парковку и говорит: —Ты приедешь в Колумбию на этой неделе. Ты проведёшь со мной гон. И во время этого я свяжу тебя узами брака. - Он выпускает дым из уголка рта, прежде чем добавить: —Да или нет? Рядом с ним тишина. После того, как это продолжается слишком долго, Эндрю поворачивается, только чтобы быть ошеломлённым выражением лица Нила. Его глаза слишком широко раскрыты, а рот открыт. Он смотрит на Эндрю так, как будто только что выстрелил ему в сердце. —Что? - говорит он наконец. —В самом деле? Ты… Эндрю, ты… Я имею в виду, со мной?.. —Я что, заикался? - Эндрю отвечает. На долю секунды в глазах Нила вспыхивает искра. Затем он сразу же обливается. —Это из-за того, что сказал Ичиро, не так ли? - Его тон покорный, и он вздыхает. —Эндрю, только потому, что он сказал, что ты должен, это не значит... —Нет, - рычит Эндрю, обрывая его. —Я уже говорил тебе раньше, мне плевать, что он думает. Я... - Он делает вдох и резко отворачивает голову от Нила. Он стискивает челюсти, прежде чем продолжить: —Я давно хотел укусить тебя. Нил пропускает это мимо ушей. —С каких пор? Эндрю оборачивается. Нил наблюдает за ним, его взгляд так чертовски полон надежды, и всё же Эндрю чувствует, как он пытается держать свои эмоции под контролем. Поэтому он обязательно смотрит Нилу в глаза, когда отвечает: —Это назвал Ваймак. Нилу требуется секунда, чтобы понять это. Вспомнить тот момент в Балтиморе, когда вся команда была запихнута в гостиничный номер вместе с ФБР. Там, где Ваймак угрожал чем-то, что Эндрю был в двух секундах от того, чтобы выполнить. Глаза Нила расширяются. —Но это не было... он просто... ты на самом деле не собирался... – бушует он. Эндрю приподнимает бровь. —О, - голос Нила дрожит, и что-то танцует по венам Эндрю от этого звука. Ему это нравится – очень нравится. —И что? Это означает "да"? Или ”нет"? - он повторяет. —Да! - немедленно выпаливает Нил, и Эндрю чуть не ударяет в лицо запахом апельсинов и гвоздики. —Да, да, да... Эндрю, я даже не могу... Да, я хочу этого, да... —Заткнись, - говорит ему Эндрю, отбрасывая сигарету в сторону, потому что теперь его желудок трепещет, и он не может с этим справиться. Он кладёт руки по обе стороны от лица Нила и целует его до чёртиков. Нил - это римская свеча под ним, горячая, яркая и пылающая, звёзды и цвета кружатся, когда он жадно встречает рот Эндрю, прося ещё, ещё, ещё. Эндрю не нежен, когда отвечает, завладевая губами Нила и разжигая огонь между ними ещё сильнее. Что-то вибрирует под его грудной клеткой, рычит, скрежещет и встаёт на место. Оно гудит и вышагивает, как зверь в клетке, у двери которого наконец-то появилось обещание свободы. Единственный способ насытить его - это покусывать шею Нила, покусывать его подбородок, лизать в рот и ощущать вкус клубники на языке. Это крошечное окошко в будущее, тизер того, что будет. Это почти ошеломляет своей глубиной и срочностью, поэтому Эндрю отстраняется, прежде чем поддастся искушению взять ещё. Однако он не может полностью отступить и удивляет их обоих, просто прижимаясь лбом к лбу Нила. Маленькие влажные струйки воздуха обдувают его лицо, когда Нил пыхтит, пытаясь успокоиться. В конце концов, именно Нил медленно продвигается вперёд и запечатлевает на губах Эндрю самый сладкий поцелуй, который он когда-либо получал. Что-то бесконечно мелкое и лёгкое - как будто снимаешь пальцем глазурь с верхушки торта. Это молчаливое обещание. Это способ Нила сказать, что он знает. Что он понимает это, но и не отступает от этого. В конце концов, Нил никогда не был трусом – он пойдёт прямо в огонь, не зная, доберётся ли он до другой стороны. Поэтому Эндрю находит пальцы Нила и просовывает свои между ними, прежде чем крепко сжать. Потому что он тоже не трус. Если это касается Нила, Эндрю использует этот огонь, чтобы сжечь мир вокруг них дотла, чтобы сохранить его в безопасности. Потому что Нил принадлежит ему. И он принадлежит Нилу. И самое время всем остальным это знать. За пару дней до начала каникул Эндрю отвозит их в ближайший торговый центр Plaza за покупками. Он перегибается через перегородку, чтобы схватить Нила за подбородок. Затем он нежно целует его в губы, прежде чем отправить восвояси. Лёгкая улыбка Нила остаётся на его губах всю дорогу, пока он проходит через двери продуктового магазина. У него есть список продуктов, которыми они будут питаться на протяжении всех дней Эндрю: любимые закуски и перекусы, несколько более сытных готовых блюд, чтобы подкрепить их, и настоящая еда, когда она наконец будет готова. Эндрю запирает машину через плечо, направляясь в противоположном направлении – к тому, что, бесспорно, является более увлекательным. Список товаров из секс-шопа. Он спокойно проходит через двери, прежде чем направиться прямо к задней стене. Он бросает в свою корзину разные вибраторы, кольца и смазки по мере необходимости – то, с чем им с Нилом нравилось играть раньше, и то, что может быть интересно попробовать позже. Он также захватывает несколько игрушек, чтобы помочь удовлетворить себя в одиночестве на случай, если Нил слишком устанет. В конце концов, у него никогда не было никого, кто бы присоединился к его гону. Он понятия не имеет, насколько требовательным он будет, поэтому хочет убедиться, что доступны разные варианты. К чести женщины, которая его обслуживает, она и глазом не моргнула при виде огромного количества купленных товаров. Она просто бросает бесплатные ароматизированные одноразовые упаковки презервативов в его сумку скучающим движением и спрашивает, хочет ли он получить чек. Эндрю отмахивается от вопроса рукой, прежде чем схватить свою добычу и запихнуть её в багажник своей машины. Он на секунду кладёт руки на тёплую машину, пока его мысли блуждают по списку вещей, которые он только что купил. Есть что-то такое приятное в покупке вещей, которые, как вы знаете, доставят удовольствие вашему партнеру. Он уже может слышать звуки, которые будет издавать Нил, вдыхать его сладкий аромат и представлять, как его тело будет изгибаться и дрожать. Его альфа-инстинкты почти мурлыкают при виде этого образа, спокойные, приятные чувства заботы о его омеге наполняют его вены. Это вызывает лёгкую ухмылку на поверхности его губ, которая на мгновение застывает там. Затем выражение сползает с его лица, когда он выпрямляется и направляется в следующий магазин, чтобы купить другие вещи, которые могут понадобиться Нилу. После этого он ждёт в машине и делает несколько глубоких вдохов, заставляя себя расслабиться. И с благодарностью чувствует, как эта крошечная ухмылка снова всплывает на поверхность, когда он замечает Нила, идущего к машине. Нил бросает свои сумки на заднее сиденье, прежде чем сесть на пассажирское. —Что? - он хмуро смотрит на Эндрю, когда замечает выражение его лица. Эндрю проводит пальцем по челюсти Нила, прежде чем подцепить пальцем его подбородок, чтобы привлечь его к себе. Затем он целует его до чёртиков, вспышек тепла и света сверхновой, прежде чем он резко отстраняется. Нил секунду следует за ним, прежде чем отстранился и открыл глаза. Его дыхание участилось, а зрачки расширились. Апельсины и гвоздика танцуют в воздухе, когда в его глазах появляется искорка. —В следующий раз я куплю секс-шоп, - ухмыляется он. Эндрю фыркает. Затем он заводит машину и выезжает. Они никому не говорят, что уезжают. Это работает, конечно, только потому, что Ники уже уехал в Германию, старшеклассники находятся на пути в Нью-Йорк, а Кевин и Аарон бросили их ради Эбби. Итак, Эндрю и Нил собирают машину и просто уезжают в субботу утром, не сказав больше ни слова. Они уже на полпути к цели, когда у Нила загорается телефон. Нил смотрит на экран, прежде чем поднять его. —Да? - Он на мгновение замолкает, прежде чем ответить: —Да, мы уже уехали. Он снова ждёт. —Колумбия. - Затем: —До пятницы. Затем кожа на его шее и щеках медленно начинает розоветь. —Заткнись. Затем: —Мудак. - За этим последовало: —Отвали! Эндрю едва слышит чей-то смех на другом конце провода, прежде чем Нил вешает трубку. —Твой брат - мудак, - огрызается он. Эндрю фыркает, потому что его не проведёшь. Судя по раскрасневшемуся лицу Нила и тяжёлому запаху возбуждения и счастья, наполняющему машину, он хорошо понимает, о чём спрашивал его брат. Когда они въезжают на подъездную дорожку, Эндрю мотает головой в сторону дома. Нил нетерпеливо выпрыгивает из машины и идёт открывать дверь. Эндрю знает, что ему нравится эта работа, он сжимает ключи, которые Эндрю дал ему, как спасательный круг, когда он подпрыгивает на крыльце и делает несколько крошечных движений, которые так много значат. Они неторопливо разгружают машину и убирают вещи. Сегодня план состоит в том, чтобы просто расслабиться. В конце концов, завтра у Эндрю начнётся гон, и он уже проявляет признаки того, что это произойдёт. Это началось с внезапного всплеска агрессии в начале этой недели, когда Эндрю рычал на дерьмо, на которое обычно ему было бы наплевать. Кевин, Дэн и Джек все становились его жертвами на тренировках – особенно во всём, что касалось Нила. Омега уже несколько дней бросался между Эндрю и всеми остальными, чтобы убедиться, что остальных не зарезали. Затем возникла потребность прикоснуться ко всему, что принадлежало ему, провести руками по его машине, общежитию, его вещам – всем так, чтобы они содержали его запах. Вчера он чуть не разорвал Мэтту горло, когда тот обнимал Нила на прощание, собственнический порыв охватил его грудь и не отпускал, пока их машина не скрылась из виду. (Ему потребовался час, чтобы тщательно обнюхать Нила, чтобы не осталось и следа от запаха этого проклятого Альфы). И он запустил спортивную сумку Кевина не один раз, а дважды в окно после того, как бета недостаточно быстро убрал ее после тренировки. (Почему, чёрт возьми, носки беты всё равно пахнут смертью?) Теперь он ходит по дому, несколько раз запирая двери и окна, а затем повторно проверяет, запер ли он их. Этот инстинкт защиты был самым яростным, учитывая, что он будет наиболее уязвим во время своего гона. Хотя он ненавидит это, он знает, что будет слаб и не сможет защитить Нила, если что-то случится. Одна только мысль заставляет его совершить ещё один обход, убедившись, что всё это место настолько безопасно, насколько это возможно. Нил переносит все эти причуды молча. Он знает, что Эндрю должен это сделать, его инстинкты контролируют большую часть его поведения в этот момент. Поэтому, пока Эндрю одержимо запирает дверные ручки, он сосредоточен на том, чтобы приготовить для них сытную еду. В конце концов, им понадобятся их силы для того, что грядёт. Ужин проходит в тишине, под которой гудит скрытое напряжение. Хотя оно не тяжёлое. Нет, по глупости, Эндрю может чувствовать то, что другие могли бы описать как бабочек в животе. Что-то лёгкое и воздушное, с лёгким намеком на волнение. Он намеренно раздавливает их. Наконец, когда наступает ночь, Эндрю дважды проверяет, что его машина в безопасности в гараже. Он в последний раз защёлкивает замки, прежде чем убедиться, что таймеры, которые он установил на свет, работают. Нил уже принёс кое-какие припасы наверх, поэтому он просто делает последний круг по дому, прежде чем, наконец, подняться наверх. Теперь бабочки превращаются в свинцовые гири, в то время как его мысли достигают оглушительного уровня в голове. Его сердце бьётся с тошнотворным стуком с каждым шагом, конечности становятся всё более напряжёнными, когда он идёт к той тонкой полоске света в конце коридора. Может быть, это было ошибкой. Может быть, ему не следовало приглашать Нила сюда. Может быть, ему следует упаковать его обратно в свою машину, отвезти их в Пальметто и поместить его обратно в общежитие, где, как он знает, он будет в безопасности. Здесь слишком много "что, если" и почти недостаточно способов их контролировать. Он колеблется за дверью, прежде чем сжать руки в кулаки. Нет, он обещал Нилу. Теперь уже слишком поздно отступать. Нил здесь, только ради него – на самом деле, ради них обоих. Хорошо это или плохо, но Эндрю решил позволить ему войти в свой гон, и теперь ему приходится нести ответственность за последствия. Кроме того, простая правда в том, что он хочет, чтобы Нил был здесь. Хочет заявить на него права и поставить на нём свою метку, чтобы каждый альфа знал, что Нил его. Итак, он делает глубокий, успокаивающий вдох, поворачивает дверную ручку – и обнаруживает, что Нил ждёт его. На первый взгляд, в этом моменте нет ничего особенного. Они уже спали здесь вместе, так что не похоже, что Эндрю впервые видит Нила в своей комнате. И Нилу не обязательно надевать что-то “особенное” по этому случаю. На нем очень большие спортивные шорты из оранжевой сетки, закатанные на поясе, а также белая футболка с тренировочного лагеря Экси с прошлого лета. Его волосы растрёпаны, глаза усталые, и он выглядит довольным. Готовый лечь спать в постель Эндрю. Но почему-то здесь, в этот момент, вид Нила, сидящего, скрестив ноги, на своём одеяле, потрясает Эндрю до глубины души. У него три комбинированных удара - между его сногсшибательной внешностью, соблазнительным запахом и тем до боли знакомым присутствием, на которое Эндрю привык полагаться, этого достаточно, чтобы сбить Эндрю с ног. Ему требуется всё, что у него есть, чтобы отвернуться от миража перед ним и запереть дверь дрожащими руками. Когда он поворачивается обратно, Нил наклоняет голову и улыбается. —Привет, - начинает он. Эндрю наклоняет голову в ответ. —Присоединишься ко мне? Эндрю задумывается. Затем, мелкими, слегка скованными движениями, он пересекает комнату и заползает на кровать рядом с Нилом. —Итак, эм, это может быть глупо, но…Я подумал, что ты, возможно, захочешь воссоздать это. Вместе. В последний раз, - мягко говорит Нил. Его рот кривится, когда он вертит в руках листок бумаги. Эндрю протягивает руку. Нил немедленно кладёт в неё бумагу. Это копия формы согласия из общежития. Когда Эндрю снова встречается взглядом с Нилом, рыжеволосый криво улыбается, прежде чем поднять две ручки – одну красную и одну синюю. Эндрю демонстративно хватает красную. Нил ухмыляется ещё шире, прежде чем синей ручкой поставить галочку на бумаге между ними. Платонические взаимодействия. Он делает паузу, прежде чем продолжить, снова глядя на Эндрю. Эндрю медленно двигает ручку вперёд и ставит галочку в том же поле. Довольный, Нил начинает отмечать все подходящие варианты – нюхать, обниматься, кормить, купать, переодевать и т.д. Эндрю следует за каждым по очереди, игнорируя выражение благоговения на лице Нила, когда он делает это. Полностью выровненные, они переходят к следующему разделу сексуальных взаимодействий. Без колебаний Нил ставит галочку напротив “Оральный секс” и для верности пишет рядом “+ Поцелуи”. Фыркая, Эндрю тоже проверяет это, но пишет под ним: “без римминга“ и "не трогать задницу или ноги”. Нил перечитывает его и кивает. Затем он переходит к следующему разделу и отмечает “Проникновение”. На его лице появляется лёгкий румянец, прежде чем он уверенно ставит галочки рядом с “завязывание”, “кусание”, “использование игрушек, пальцев” и т.д. Он отступает и ждёт Эндрю. Эндрю долго смотрит на бумагу. Затем он продвигается вперёд и ставит галочки в тех же графах для “завязывания” и “кусания”. Он поднимает глаза на Нила. —Во мне ничего не проходит. Я не могу... - Его челюсть сжимается, прежде чем он заставляет себя продолжить. —Может быть, когда-нибудь мы сможем попробовать, но... —Все в порядке, Дрю, - тихо перебивает Нил. —Тебе не нужно ничего объяснять. Я понимаю. - Он откидывается назад и ухмыляется. —Кроме того, у меня есть несколько собственных запретов. —Действительно? - Эндрю растягивает слова. —Тогда продолжай. Нил делает глубокий вдох, затем перечисляет: —Никаких наручников, ожогов от сигарет, удушья, удерживания моих ног или бедер без спроса, ошейников, поводков или любых игр с домашними животными. Эндрю кивает. В глазах Нила появляется огонек, когда он продолжает: —Никаких ласкательных имён, унижений, бандажа, боли, водных игр, фистинга, выдёргивания волос... —Мудак, - Эндрю закатывает глаза, сразу узнав в списке тот, который он дал Нилу во время их первого разговора о течках. —Хорошо, но на самом деле большинство из них правда, за исключением э-э…выдёргивания волос, - вспыхивает Нил. —Не то чтобы сильно, но... эм... лёгкое подёргивание - это нормально. Рот Эндрю кривится. —Заткнись. Эндрю фыркает, затем вздыхает. Его голос понижается до низкого тембра, когда он заявляет: —Я не знаю, как это будет происходить. —Я знаю, но мы будем... —Я не знаю, как это будет происходить, но ты должен быть готов на случай, если что-то пойдет не так, - продолжает Эндрю, прерывая его. Нил кивает. —Я исследовал кое-что и разговаривал с другими омегами онлайн, так что, думаю, у меня есть хорошая база о том, что... Он замолкает, когда Эндрю просто поднимает чёрную сумку, которую он засунул под кровать, и бросает её между ними. Нил моргает. —Эндрю, что такое... Его голос затихает, когда Эндрю расстёгивает молнию и начинает вытаскивать предметы. Там есть верёвки, наручники, кляп, поводок и намордник. Глаза Нила расширяются, и он резко поднимает голову, чтобы встретиться взглядом с Эндрю. —Нет, - говорит он испуганным тоном. Эндрю стискивает зубы. —Нил, я не буду таким, как они. Ты должен пообещать, что используешь это на мне, если это необходимо. Нил вздрагивает. —Нет, Эндрю, я не могу – я не собираюсь этого делать! Я не собираюсь просто... посадить тебя на цепь, как какое-то животное! Эндрю вздыхает, затем снимает свои нарукавные повязки. Размашисто вынимает ножи из ножен и протягивает их Нилу. —Возьми их. Лицо Нила бледнеет ещё больше. —Эндрю... —Возьми их—. Нил упрямо смотрит на Эндрю ещё несколько секунд. Эндрю ждёт, не моргая. Затем Нил вздыхает и медленно забирает их из рук Эндрю. —Делай то, что тебе нужно, чтобы удержать меня, ты понимаешь? - Эндрю хватает Нила за подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо, когда Нил упрямо отводит взгляд. —Я скорее истеку кровью от твоей руки, чем причиню тебе боль. Понял? —Да, - рычит Нил. Он смотрит вниз на лезвия, крутя их в руках. Затем он откидывается назад, открывает ящик прикроватной тумбочки и небрежно бросает их внутрь. —Нил... - рычит Эндрю. —Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить тебя, - клянётся Нил. —Я обещаю, что не позволю тебе быть таким, как они. Но я также сделаю всё, что в моих силах, чтобы не причинить тебе боль или не ограничить тебя, если это произойдёт. Это, - он с отвращением указывает на предметы на кровати Эндрю, —будет использовано только в крайнем случае. - Он высоко поднимает подбородок. —Хорошо? Горло Эндрю сжимается от собственной формы защиты Нила. —Не будь мучеником, - рычит он, страх впивается когтями в его грудь. —Я серьёзно. —Я не буду, - обещает рыжеволосый. —С нами обоими всё будет хорошо, Эндрю. Я обещаю. Он может сказать, что это лучшая клятва, которую получит Эндрю. Нил не больше хочет причинить ему боль, чем Эндрю хочет причинить боль Нилу. Таким образом, они передают друг другу оружие уничтожения, одновременно обнажая свои мягкие, уязвимые низы живота. Можно только гадать, будут ли эти двое уничтожены или станут сильнее, чем когда-либо, когда всё закончится. Но времени на подготовку больше нет. Эндрю чувствует, как его гормоны подкрадываются к нему, зов гона слишком настойчив, чтобы отвернуться. Это теснится на задворках его сознания, тяжёлое и всепоглощающее. Надвигается туман, и он ничего не может с этим поделать. Слишком уставший, чтобы говорить, Эндрю кивает. Он подползает к ближайшей стене по кровати и наблюдает, как Нил тянется, чтобы выключить свет. Комната погружается в темноту, когда Нил снова ложится рядом с ним. Некоторое время они сидят в тишине, пока их глаза привыкают. Затем они продолжают пристально смотреть друг на друга. Эндрю не уверен, что он ищет в лице Нила, но одно можно сказать наверняка – на нём нет и следа страха. Сердцебиение Нила спокойное, его дыхание и запах ровные, и он недвусмысленно встречает взгляд Эндрю. Омега готов к этому. Он хочет быть с Эндрю из-за этого. Так что Эндрю должен верить, что он справится с этим. Что бы ни искал Нил в глазах Эндрю, он должно быть, это нашёл, потому что он улыбается, и его голова расслабленно опускается на подушку. Когда его глаза закрываются, он шепчет: —Увидимся завтра, Эндрю. Эндрю некоторое время наблюдает за ним, прежде чем его собственные веки начинают опускаться. Туман прямо здесь, готовый поглотить его. Его разум почти взбрыкивает от необходимости поддаться этому. Так он и делает. —Завтра, - шепчет он, когда это накатывает на него, так низко и глубоко, что он уверен, что Нил его не слышит. Но прежде чем соскользнуть в беспамятство, он видит, как губы Нила в последний раз изогнулись в лёгкой полуулыбке. Если быть честным, Нил не уверен, чего ожидать. Он, конечно, читал на эту тему, полный решимости сделать так, чтобы Эндрю чувствовал себя как можно более комфортно, разделяя рутину. Но это всё ещё не значит, что он знает, как отреагирует Эндрю. Некоторые люди сообщали, что их альфы становятся агрессивными и территориальными. Другие упоминали, что они страстно желают пометить своих партнёров прикосновениями и запахами и прижимаются к ним, редко выпуская их из поля зрения. Другие все ещё говорили, что всё это было секс-марафоном, когда их альфа никогда не был удовлетворён и доводил своё тело до предела, требуя большего. Нилу трудно представить, что Эндрю делает что-то из этого. Он всегда так контролирует себя, так целеустремлён в своих словах и действиях, что просто не может представить, как альфа становится жертвой своих инстинктов. Но, конечно, это неправда, потому что Нил уже видел это. Только прошлой ночью Нил наблюдал, как Эндрю доводил себя до исступления по дому, тихое рычание вырывалось из его горла, когда он проверял двери и окна, чтобы убедиться, что они в безопасности. Так что вполне разумно думать, что, столкнувшись с натиском гормонов, выбивающих его из колеи, Эндрю тоже был бы движим потребностью. Но потребность в чём - вот в чём вопрос. Итак, столкнувшись с неизвестностью, Нил ждёт, когда Эндрю проснётся этим утром. Он заходит в ванную и чистит зубы. Он пропускает свою обычную утреннюю пробежку. Он теребит свою пижаму, прежде чем в конце концов решает не снимать её. Затем он подсчитывает, должно быть, миллионную трещину на потолке наверху в своей попытке набраться терпения. Но это всё равно что ждать звука выстрела из дробовика на стартовой площадке – он парит там, зудя и нервничая в ожидании начала гонки. К сожалению, эта задержка также стала бесконечно более трудной из-за того, что Нил спортивный. Конечно, он мог бы обвинить в этом утренний стояк, но он знает, что это не так. Нет, скорее всего, он реагирует на поток гормонов, исходящий от Эндрю в данный момент. Комната просто завалена ими, его запах пронизывает всё пространство. Нил почти чувствует обжигающий жар, исходящий от его тела, и вздрагивает при виде Эндрю, все ещё лежащего под простынями. Все это немного сводит его с ума, если честно. Он бесстыдно потирал бедра друг о друга, страстно желая, чтобы Эндрю проснулся и взял его в свои руки, если это возможно. Он почти на сто процентов уверен, что у Эндрю начался гон, но он заставляет себя ждать, энергия бурлит под его кожей от предвкушения. Наконец, Эндрю шевелится. Тихие, прерывистые вдохи вырываются из его рта, когда он потягивается, как ленивый кот. Нил замирает, медленно переворачиваясь, его остекленевшие карие глаза моргают, глядя на Нила. —Привет, Дрю, - шепчет Нил. Секунду Эндрю просто смотрит на него. Затем дыхание вырывается из лёгких Нила, потому что Эндрю смотрит на него – и улыбается. Улыбка маленькая, милая и такая открытая, что сердце Нила чуть не разрывается от её хрупкости. Эндрю подскакивает вперёд на кровати, протягивая руки к Нилу, прежде чем заколебаться. Он поднимает голову, смотрит на Нила широко раскрытыми глазами и слегка подвывает. Нил хмурит брови, прежде чем раздается щелчок. Он раскрывает объятия и громко говорит: —Всё в порядке, Дрю. Ты можешь прикоснуться ко мне. Эндрю немедленно бросается вперёд и обнимает Нила, утыкаясь носом в шею Нила и глубоко вдыхая его запах. Он целует и покусывает шею Нила застенчивыми, игривыми укусами. Глаза Нила трепещут от искр этих крошечных укусов, голова откидывается назад, прежде чем он выдыхает: —Могу я понюхать тебя, Эндрю? Эндрю быстро кивает. Поэтому Нил утыкается лицом в шею Эндрю и глубоко вдыхает, этот чудесный аромат вечнозелёных растений, табака и ванили наполняет его нос. —Я собираюсь погладить тебя по спине, хорошо? - Говорит он вслух, ожидая кивка Эндрю, прежде чем успокаивающе провести руками по широкой спине мужчины. Его кожа всё ещё тёплая после сна, а футболка задралась от того, что он катался по кровати. Эндрю громко вздыхает от повторяющегося движения, прежде чем прижаться к Нилу, совершенно расслабленный и доверчивый. Нил улыбается и целует Эндрю в лоб. —Ты хочешь чего-нибудь поесть? Эндрю отстраняется, чтобы посмотреть на него, отводя глаза, прежде чем пожать плечами. —Почему бы тебе не воспользоваться ванной, пока я что-нибудь возьму? - предлагает Нил, медленно сползая с кровати. Он останавливается, когда чувствует, как рука Эндрю сжимает его запястье. Он оборачивается, и видит странно встревоженное выражение на его лице. —Я буду прямо здесь, когда ты вернёшься, - успокаивает его Нил. —Обещаю. Он наблюдает, как Эндрю долго думает об этом. Затем он, наконец, кивает головой и отпускает Нила. Он встаёт и спешит в ванную, оборачиваясь, чтобы ещё секунду понаблюдать за Нилом, прежде чем закрыть и запереть дверь. Нил посмеивается, вытаскивая пакет мини-маффинов из своей заначки и упаковку яблочного сока из мини-холодильника Эндрю. Он заползает обратно на кровать со своими призами, когда слышит, как спускается вода в унитазе и работает кран, поэтому устраивается поудобнее и ждёт. Эндрю распахивает дверь, когда заканчивает, и быстро оглядывает комнату. В тот момент, когда он замечает Нила, его глаза останавливаются на нём, и он бросается обратно к кровати. Нил сдерживает улыбку. —Я здесь, Дрю. Обещаю, что я никуда не уйду. Эндрю запрыгивает на кровать, прежде чем он начинает ползти к нему на четвереньках. Нил на секунду краснеет, что-то горячее расцветает в глубине его живота при виде этого зрелища. Эндрю замолкает, наклонив голову и принюхиваясь к воздуху. Затем его зрачки расширяются, и он ухмыляется, веки тяжелеют, когда его глаза жадно блуждают по телу Нила. Он облизывает губы, и член Нила подпрыгивает в его шортах. —Ладно, ладно, ты меня поймал, - признаётся он, его щеки ярко-красные, когда он тычет рукой в лицо Эндрю. —Но сначала позавтракай, а потом можешь съесть меня. Другого слова для этого нет – Эндрю надувает губы, прежде чем фыркнуть и самодовольно сесть в сторонке. Он сидит, скрестив ноги, руки на коленях, закрывает глаза и открывает рот. Нил моргает, через секунду понимая, что Эндрю ждёт его, чтобы покормили. Сдавленный смущённый смех вырывается из него при ощущении того, как колотится его сердце. Затем он сосредотачивается на текущей задаче, борясь с дрожащими пальцами, чтобы открыть сумку. —Эм, они черничные, просто чтобы ты знал. Но я хотел добавить тебе немного фруктов вместо сахара и углеводов. Эндрю открывает глаза только для того, чтобы закатить их на Нила, прежде чем снова закрыть. Драматичный маленький засранец. Но это заставляет желудок Нила успокоиться, зная, что Эндрю всё ещё там. Разламывая один из маффинов пополам, он осторожно кладет кусочек в рот Эндрю. Эндрю осторожно откусывает кусочек и медленно пережёвывает его, прежде чем проглотить. Нил скармливает ему ещё один и улыбается, когда Эндрю так же задумчиво берет его. Они завтракают вот так: Нил поит его маленькими глотками сока то тут, то там, пока оба не закончат. Но прежде чем он успевает убрать руку, чтобы скормить Эндрю последний кусочек, рот Эндрю обхватывает покрытые крошками пальцы Нила. Он засасывает их в рот, языком слизывает крошки, прежде чем нежно прикусить кончики пальцев Нила. Нил втягивает воздух. Эндрю открывает глаза и ухмыляется ему. Нил фыркает, убирая пальцы и избавляясь от беспорядка, прежде чем вернуться к кровати. Он идёт прилечь, когда Эндрю дёргает его за рубашку, нахмурившись. —Что? - спрашивает Нил. Эндрю требуется пара попыток, прежде чем ему удается сказать —Еду. —О – ты хочешь ещё? Я могу достать тебе... Но Эндрю быстро качает головой. —Нет. Ты – ешь. - Затем он настойчиво проводит большим пальцем по рту Нила. Нил моргает. —О, я могу просто– это не имеет большого значения, я поем позже... —Нет, - рычит Эндрю. —Ешь сейчас. Нил мгновение смотрит на упрямое лицо альфы. Затем он улыбается, тепло наполняет его грудь, когда он встаёт. —Ладно, ладно. Я просто быстренько съем банан, хорошо? Эндрю удовлетворённо фыркает. Нил хватает фрукт, очищает его от кожуры и начинает есть, не задумываясь. Но не прошло и двух секунд, как поток запаха обрушился на него, как тонна кирпичей. Повернув голову в сторону, Нил быстро сканирует Эндрю, чтобы понять, что не так, – только для того, чтобы обнаружить, что глаза Эндрю прикованы к его лицу. Или, более конкретно, его рот. Ах. В комнате внезапно становится на несколько градусов жарче, когда Нил рассматривает банан, который держит в руках. Смущение и возбуждение борются внутри него, когда он принимает своё решение. Затем он встречается взглядом с Эндрю и медленно опускает рот на кончик плода. Глаза Эндрю расширяются, и его дыхание учащается, когда Нил медленно проводит губами вверх и вниз по мякоти банана, не откусывая. Он позволяет ей выпячиваться на его щеке, когда издаёт тихий стон. Затем он прижимает свой язык к нижней стороне и вытаскивает его обратно. Кончики ушей Эндрю теперь покраснели, и Нил может видеть большие очертания его члена сквозь боксеры. Он обводит кончик банана языком, и Эндрю издает еле слышный стон, зарываясь руками в простыни. —Ты чего-нибудь хочешь, Дрю? - он дразнит его. Эндрю издаёт ещё один тихий стон. Нил качает головой. —Ты должен сказать мне. Теперь лицо Эндрю краснеет, и Нил видит, как он стискивает зубы. Но он продолжает молчать. Поэтому Нил пожимает плечами и продолжает покачивать головой на банане. Требуется всего несколько секунд наблюдения за омегой, прежде чем Эндрю сдаётся. —Твой рот, - внезапно выпаливает он. —Хочу его. На мне. Нил отрывает банан и ухмыляется ему. —Хорошо. Он отворачивается, чтобы быстро проглотить фрукт, прежде чем снова повернуться к Эндрю. Он наклоняет голову. —Ты ляжешь для меня? Эндрю кивает, прежде чем медленно откинуться назад. Нил подползает так, что нависает над Эндрю. Он медленно протягивает руку, давая Эндрю время остановить его, если захочет, прежде чем обхватить ладонью его щеку. —Можно я поцелую тебя, Дрю? Его грудь почти раскалывается надвое, когда на лице Эндрю снова появляется эта крошечная улыбка. Альфа кивает, и Нил нежно наклоняется, чтобы запечатлеть губы Эндрю в сладком поцелуе. Он хочет, чтобы всё было нежно и легко. У Эндрю, однако, есть другие идеи. Он немедленно обвивает руками шею Нила, запуская руки в его волосы, и дёргает его вниз, так что Нил оказывается на нем сверху. Это выбивает дыхание из тела Нила, и он на полсекунды замирает от беспокойства. Но яростный прилив губ Эндрю к его губам говорит ему, что всё должно быть в порядке. Вкус Эндрю распространяется по его венам, как лесной пожар. Рот Эндрю - это наркотик, который зажигает Нила изнутри, сбрасывая их обоих с края обрыва, не заботясь о том, что лежит внизу. Нил на мгновение позволяет этим ощущениям унести себя в море, прежде чем неохотно вернуться на берег. Он поднимает голову, прижимаясь губами к губам Эндрю, когда тот отстраняется, и альфа издаёт раздражённое рычание. Нил улыбается и наклоняет голову к раковине уха Эндрю. —Разве ты не хочешь, чтобы мой рот был и в других местах, Дрю? Как здесь.- Он запечатлевает поцелуй под ухом Эндрю, затем нежно покусывает его мочку. Эндрю заметно вздрагивает, воздух наполняется тихим вздохом. —Или как насчёт здесь? - размышляет Нил, проводя губами по шее Эндрю, прежде чем задержаться там, где она соприкасается с его плечом. —Могу я отметить тебя здесь, Дрю? Эндрю яростно кивает. Нил сдерживает смешок, прежде чем использовать свой язык и зубы, чтобы оставить красивый красный след. Ногти Эндрю впиваются ему в спину, когда он делает это, но альфа выглядит довольным, когда Нил отстраняется. Нил продолжает свое путешествие на юг. —Как насчёт здесь, Дрю? Могу я потрогать их? Он гладит грудные мышцы Эндрю, обводя его соски. Они узнали, что Эндрю далеко не так чувствителен, как Нил, но ему всё равно приятно играть с ними. Он ждёт кивка Эндрю, прежде чем потрогать их поверх ткани. Эндрю слегка выгибается в знак внимания, его глаза широко раскрыты и не мигают, когда он наблюдает за Нилом. Нил теребит край его рубашки. —Снимешь? Эндрю садится, мышцы его лат перекатываются, когда он срывает с себя рубашку и отбрасывает её в сторону. И снова Нилу приходится сдерживать улыбку, когда он проводит руками по мягкой коже. Он целует выступ ключицы Эндрю и местечко над его грудиной. Он обхватывает обе груди ладонями, прежде чем перекатить бусинки сосков под большими пальцами, наблюдая, как они меняют цвет с розового на красный. Затем он наклоняется и использует пятичасовую тень на подбородке, чтобы слегка коснуться их. Желудок Эндрю подпрыгивает от соприкосновения, слегка шипя от приятного жжения. Нил повторяет движение дважды, прежде чем повернуться и провести языком по каждому из них подряд. Это заставляет Эндрю ёрзать и извиваться, из него вырываются сдавленные звуки и писк. Но он действительно начинает задыхаться, когда рука Нила движется на юг по его животу. Он теребит пальцем подол обтягивающих черных боксеров Эндрю. Они уже влажные, влажное пятно собирается на кончике твердого контура его члена под ними. Нил проводит ногтем по коже чуть выше пояса и наблюдает, как член Эндрю подёргивается под тканью. —Дрю? - спрашивает он. —Могу я это снять? Эндрю облизывает губы, глядя на Нила сверху вниз. Затем хриплым тоном он выплёвывает: —Да. Нил, не колеблясь, крепко хватает ткань с бедер Эндрю и одним движением стаскивает её с его ног. Член Эндрю влажно шлёпается о его живот от этого действия, и он слышит эхо вздоха альфы сверху. Нил беззастенчиво смотрит на толстый член Эндрю, белый ствол налился кровью, из его красной головки вытекает предэякулят, а по боку проходит толстая вена. Он помнит, как Эндрю в первый раз наконец позволил ему посмотреть. Как он был полностью загипнотизирован видом этого тяжёлого члена, который то входил, то выходил из кулака Эндрю. Всегда кажется такой привилегией, когда тебе доверяют доставлять удовольствие Эндрю, и у Нила сейчас слюнки текут от такой возможности. Он всё ещё не лучший в этом деле, но он надеется, что его скудных навыков будет достаточно, чтобы удовлетворить Эндрю. Представление об этом, безусловно, творит чудеса с Нилом, вид члена Эндрю взывает к его собственному члену, пульсирующему в его шортах. Должно быть, он выпустил какие-то гормоны, потому что член Эндрю снова дёргается, его бёдра дёргаются, когда глаза Нила находят лицо Эндрю. Снова, двигаясь леденяще медленно, он скользит руками вверх по бёдрам Эндрю и просто кладёт их там. —Альфа, можно я к тебе прикоснусь? Эндрю смотрит в глаза Нила и стискивает челюсти. Нил вдыхает густой аромат его возбуждения и наблюдает, как он тяжело сглатывает, когда рычит: —Да. Благоговейный трепет наполняет Нила от простого согласия Эндрю, заставляя его руку дрожать, когда он тянется, чтобы взять его в руки. Он такой бархатисто-гладкий, заполняет ладонь Нила так, что его трудно обхватить пальцами. Нил удивляется тому, как мягко натягивается кожа Эндрю, когда он гладит его, оставаясь при этом такой жёсткой. Он делает это ещё раз, прежде чем неохотно отпускает, вставая, чтобы поискать немного смазки в пакетах, которые Эндрю купил для них. Раздражённый тем, что не нашёл её раньше, Нил перебирает продукты, пока, наконец, не хватает ароматизированную. Он фыркает, когда видит, что она со вкусом банана. Он поворачивается, чтобы сообщить Эндрю о забавном совпадении, но юмор замирает у него на губах, как только он замечает кровать. Потому что Эндрю обхватил рукой свой член и трогает его. Он грубо дёргает себя, наблюдая за Нилом, с шипением выдыхая сквозь зубы при каждом ударе. Дыхание вырывается из лёгких Нила, когда Эндрю сжимает свой член в кулак, вытягивая и напрягая, его грудь краснеет, а мышцы напрягаются, когда он получает удовольствие. Пальцы его ног изгибаются, когда он обводит головку члена ладонью, бёдра вздымаются вверх, а мышцы становятся твёрдыми, как камень, когда он напрягается. Нил стоит там, застыв, не в силах ничего сделать, кроме как наблюдать, как Эндрю уступает своему желанию. На самом деле, ему требуется секунда, чтобы понять, что Эндрю что-то шепчет ему. —Прочь, - командует альфа, пригвоздив Нила красными глазами. —Сними их. С приступом возбуждения Нил понимает, что Эндрю хочет, чтобы он разделся. Чувствуя себя болваном-переростком, он борется за то, чтобы как можно быстрее снять с себя одежду, конечности цепляются за ограничивающую ткань. Наконец, он срывает с себя оскорбительную одежду, чувствуя жар и румянец, а его собственный член пульсирует, когда Эндрю жадно вбирает в себя каждый квадратный дюйм его тела. —Потрогай себя, - выдыхает Эндрю, вздрагивая при движении вверх. —Хочу посмотреть... как ты трогаешь себя. О, чёрт. И снова эта первобытная волна смущения, смешанная с потребностью, накатывает на Нила неожиданной волной. Но он борется с чувством глупости, потому что Эндрю хочет этого. Он хочет видеть, как Нил прикасается к себе, а Эндрю так редко чего-то хочет, что с Нилом было бы глупо не согласиться. Кроме того, Эндрю смотрит на него с таким вожделением, что Нил чувствует себя беспомощным, чтобы ослушаться. Словно в трансе, он бросает смазку на кровать рядом с собой, прежде чем его рука блуждает вниз по торсу. Эндрю следит за конечностью, как за добычей, его остекленевшие глаза нацелены на цель. Когда Нил, наконец, обхватывает рукой свой собственный член, Эндрю стонет, как будто он только что схватил его вместо этого. Это заставляет член Нила становиться твёрже, его запах усиливается, когда он делает осторожный вдох. Оглушительного удовольствия почти достаточно, чтобы поставить его на колени. Его бёдра дрожат от усилий, которые требуются, чтобы удержаться на ногах, и он внезапно понимает, что не продвинется далеко, если продолжит трогать себя, пока Эндрю корчится на кровати перед ним. —Дрю, - ему удаётся выдохнуть, даже когда он делает ещё один резкий рывок на своём члене. —Альфа – хочу прикоснуться к тебе. Хочу заставить тебя кончить. Эндрю снова облизывает губы, его член становится красным и твёрдым от того, что он гладит его досуха. Он лихорадочно следит за рукой Нила, прежде чем, наконец, закрывает глаза. Его зубы сжаты вместе, так что Нилу требуется мгновение, чтобы понять, когда он произносит между ними: —Да. Иди сюда, омега. Заставь меня кончить. Со вздохом облегчения Нил убирает руку со своего члена, прежде чем броситься к Эндрю. Он берёт смазку рядом с ними и наливает небольшое количество себе на ладонь. Он нависает над рукой Эндрю, которая продолжает безостановочно гладить себя. Затем он осторожно снимает её, целуя его ладонь и переплетая их пальцы, отводя её в сторону. Затем он смотрит в глаза Эндрю, крепко сжимая его член своей смазанной рукой. Эндрю откидывает голову назад, сдавленный звук вырывается из его горла, когда он чувствует, как пальцы Нила обвиваются вокруг него. Нил понимает, что он близко, и, не теряя времени, проводит его до конца пути. Он начинает сильно поглаживать его, легко скользя по коже Эндрю с помощью смазки. Эндрю трахает его в руку с безрассудной самозабвенностью, бёдра колышутся, а руки сжимают простыни под ним, когда Нил заводит его всё сильнее и больше. Нил упивается видом Эндрю, дикого и распутного под ним, с вздымающейся грудью и открытым ртом, задыхающимся от простого прикосновения руки Нила. Нилу требуется всего несколько движений, чтобы подтолкнуть его к этому краю. Он наблюдает, как яйца Эндрю напрягаются, и его живот дрожит, когда он начинает извергать толстые струи спермы по своему торсу. Нил едва успевает моргнуть, прежде чем слизывает жидкость с кожи Эндрю. Его язык ласкает и успокаивает, пока он моет Эндрю, позволяя альфе на секунду перевести дыхание, когда он уходит. Но зов запаха Эндрю, такого мощного и тяжёлого, наполняет чувства Нила. Он обнаруживает, что прокладывает себе путь вниз по телу Эндрю поцелуями и покусываниями с открытым ртом, бессильный остановить свой спуск. Он пытается приподняться и уйти, борясь с желанием проглотить Эндрю целиком, как вдруг чувствует руку в своих волосах. Восторг наполняет его существо, когда он чувствует, как это толкает его вниз к полутвёрдому члену Эндрю. Он немедленно открывает рот, и облегчение разливается по нему, когда он принимает его внутрь. Он со смаком сосёт и прикасается ртом к органу, наслаждаясь тем, как он может чувствовать, как Эндрю медленно твердеет под его языком. Вскоре Эндрю снова полностью возбуждён, его член упирается в щеку Нила сбоку, как банан, который был раньше. Нил втягивает его внутрь и наружу, проводя языком по бокам и посасывая кончик, подгоняемый тихим рычанием и звуками, которые он получает от этих действий. Руки Эндрю нежно блуждают по щекам и горлу Нила, чувствуя, как его член работает внутри. Нил содрогается от возбуждения, как только осознаёт, что унижение угрожает поднять голову, но Эндрю, похоже, не смущён. Он наблюдает, как Нил доставляет ему удовольствие без малейшего стыда, даже направляя голову Нила в ритм, от которого учащается его собственное дыхание. В какой-то момент Нил проглатывает столько Эндрю, сколько может, изо всех сил стараясь не обращать внимания на комок в горле, когда Эндрю наполняет его. Он дышит через нос и поглаживает то, что осталось, прежде чем напевать. Руки Эндрю почти болезненно сжимают его голову, когда он стонет, стискивая зубы, прежде чем выдохнуть сдавленное —Кончаю! Предупреждение слишком запоздало, чтобы Нил успел его заметить, прежде чем горячая сперма хлынет ему в горло. Он быстро отстраняется, слегка задыхаясь, и Эндрю тут же садится и проводит руками по лицу, скуля. —Всё в порядке, - выдыхает Нил, всё ещё пытаясь отдышаться. —Всё в порядке, Дрю. Я просто был удивлён, вот и всё. Я в порядке. Эндрю возобновляет своё нытье при этом последнем заявлении, и Нил издаёт хриплый смешок. —Нет, я действительно это имею в виду, Дрю. Я в порядке. Эндрю секунду изучает лицо Нила, убирая пряди волос с его лба. Затем он, наконец, кивает и откидывается на спинку стула. Нил забирается обратно на кровать, прежде чем рухнуть лицом вниз. Он с облегчением выдыхает, прежде чем повернуть голову к Эндрю. Эндрю перекатился на бок, поддерживая себя одной рукой, и повернулся лицом к Нилу. Он колеблется, топчась на месте. Нил перекатывается на спину и широко раскидывает руки. Эндрю практически падает в них. Он крепко прижимается к груди Нила, потираясь там носом, прежде чем просунуть ногу между бёдер Нила. Нил знает, что это попытка подойти ближе, но затем его твёрдое бедро прижимается к верхушке паха Нила. Внезапная волна удовольствия проносится по телу Нила, напоминая ему, что он всё ещё возбуждён. Его чувства быстро сосредотачиваются на ощущении, как напрягаются большие мышцы Эндрю, когда они обхватывают его, и на аппетитном аромате, исходящем от его мягких, как у младенца, волос. Это заставляет член Нила становиться ещё твёрже, его дырочка сжимается, когда из неё начинает вытекать смазка. Прижатый к Нилу так же крепко, как и он сам, Эндрю чувствует перемену и наклоняет свои бёдра к Нилу, слегка прижимаясь к нему. Нил ахает. Эндрю немедленно отстраняется, воздух наполняется тихим, печальным воем. Он убирает руки и прижимает их к груди. —Нет, нет, всё в порядке, Дрю, - быстро говорит Нил. —Это было приятно – обещаю. Эндрю колеблется. —Ты можешь прикоснуться ко мне снова, - подбадривает его Нил. —На самом деле, я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Не хочешь ли ты, - он проглатывает яркий, горячий жар смущения и уговаривает, —Не хочешь ли ты заставить меня кончить? Глаза Эндрю расширяются, прежде чем он нетерпеливо вскакивает обратно. Затем его руки снова оказываются на теле Нила, жадно блуждая по его коже. Он слегка толкает Нила в плечо, так что тот падает назад, прежде чем наклониться, чтобы впиться в губы Нила жгучим поцелуем. Это высасывает все оставшиеся мысли из мозга Нила одним быстрым махом. Он едва успевает настроиться на то, чтобы почувствовать, как Эндрю целует его горло и грудь, прежде чем его рот накрывает один из сосков Нила. —О чёрт, - шипит Нил, сжимая руками простыни. И снова Эндрю встревоженно замолкает, поэтому Нил быстро выплёвывает: —Это хорошо, чувствую себя хорошо, Дрю. Продолжай двигаться. Эндрю возвращается к выполнению задачи с новыми силами. Он лижет и покусывает, дразнит и ласкает грудь Нила, пока тот не становится на девяносто девять процентов уверен, что кончит прямо так. Язык Эндрю неумолим, кружась вокруг сосков Нила, как будто это вкусные леденцы на палочке. Это заставляет туловище омеги корчиться, выгибаясь в сладкой агонии, пока Эндрю, наконец, не решает двигаться дальше. Нил плюхается на кровать и делает несколько крайне необходимых вдохов. Тем временем руки Эндрю скользят по его рёбрам, обводят пупок и опускаются на бедра. Он нетерпеливо раздвигает ноги Нила, чтобы тот мог ясно видеть его всего. Это заставляет Нила издать в ответ безумный смешок, который, кажется, забавляет Эндрю. Он проводит большими пальцами по линии мышц на внутренней стороне бедер Нила до самого паха, затем снова разглаживает их. Однако его глаза никогда не отрываются от члена Нила, наблюдая, как он подпрыгивает, когда он с каждым разом приближается. Он делает это несколько раз, пока Нил не начинает дрожать от желания, чтобы Эндрю прикоснулся к нему. —Альфа, - скулит он, постанывая, когда руки Эндрю снова скользят мимо него, чтобы погладить низ живота. —Прикоснись ко мне, - умоляет он. Глаза Эндрю поднимаются к нему и снова опускаются, руки снова обхватывают его. Он ухмыляется, затем облизывает губы. Затем он кладёт руки на каждое бедро, прежде чем наклониться вперёд и проглотить Нила целиком. —О чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт... - ругается Нил, совершенно не готовый к внезапному ошеломляющему ощущению. Он чувствует, что едва держится, пока Эндрю безжалостно сосёт его, с целеустремлённой безжалостностью вытягивая из него оргазм. У Нила даже нет времени смутиться, когда Эндрю проглатывает его освобождение в горло, прежде чем его тело переворачивается. —Что? Дрю, я... Однако он замолкает, когда Эндрю широко раздвигает его ягодицы и начинает лизать его. Нил кусает кулак, чуть не задыхаясь, когда горячий язык Эндрю проникает в него. Это натиск удовольствия, которому он даже представить себе не может сопротивляться. —Хорошо, так хорошо, Дрю, так хорошо, - лепечет он, утыкаясь лицом в кровать, пока Эндрю безжалостно трахает его задницу своим языком. —Ещё, мне нужно... о боже... Эндрю запускает руку под тело Нила, побуждая его встать на колени, когда он начинает обнажать его полумягкий член. Нил не сопротивляется, раскачивая бедрами при каждом толчке, его глаза почти закатываются, когда он снова быстро твердеет. Эндрю мастерски владеет своим языком, кружит и вертит, погружаясь глубоко, а затем играя неглубоко. Это поездка на американских горках, от которой у Нила сводит живот. Его тело горячее, и его кровь кипит, когда его бёдра дрожат с каждым толчком и изгибом. Он едва может связать две мысли воедино, пытаясь осознать, что это гон Эндрю – так почему же он так сосредоточен на том, чтобы удовлетворить Нила? Но мысль снова ускользает, когда Эндрю опускает руку вниз, чтобы перекатить яйца Нила в своей ладони. Нил стонет от прикосновения, прикусывая нижнюю губу, когда Эндрю снова берёт его в руки. Альфа не устаёт, кажется, он даже не дышит, когда доставляет удовольствие Нилу. Так что неудивительно, что Нил едва держится. Слишком скоро он вскрикивает и выплёскивается на ладонь Эндрю во второй раз подряд. Он падает вперёд на кровать, измученный, и только вздыхает, когда Эндрю кусает его за ягодицу, прежде чем успокоить поцелуем. Альфа продолжает оставлять поцелуи на его спине, пока не достигает задней части шеи Нила. Он целует его там один, два, три раза, прежде чем рухнуть на Нила, его тяжёлый вес почти душит омегу. Нил хочет, чтобы он остался там навсегда. —Два, - удовлетворённо вздыхает альфа на Ниле, полностью накрывая его своим теплом. Нилу требуется какое-то смутное мгновение, чтобы до него дошел смысл этого заявления. —О, Дрю, - моргает он. —Нет, ты... ты не должен быть уверен, что я кончаю так же сильно, как ты. Это твой гон. Я здесь, чтобы помочь тебе. Чтобы ты чувствовал себя хорошо. Он запускает пальцы в волосы Эндрю, пытаясь заставить его повернуться и поймать его взгляд. Однако Эндрю мешает ему сделать это, утыкаясь лбом в плечо Нила. Он делает несколько глубоких вдохов, как будто готовится что-то сказать. Когда он это делает, слова звучат прерывисто и тяжело, как будто они с трудом вырываются наружу. —Заставляя моего... омегу чувствовать себя хорошо... заставляет меня чувствовать себя хорошо. Эти слова почти оглушили Нила, заставив замолчать. Сердце застряло в горле, Нил шепчет в ответ: —Ты всегда заставляешь меня чувствовать себя хорошо, альфа. Эндрю напевает, и Нила внезапно обдает ароматом удовлетворения. Альфа находит руку Нила и просовывает свои пальцы между его, сжимая их. Прижавшись к его плечу, Нил чувствует, как тень улыбки скользит по его коже. И вот тогда Нил понимает, что альфа положительно прихорашивается от честных слов, которые дал ему Нил. Поэтому он мягко добавляет: —Я не мог бы пожелать лучшего альфы. Теперь Эндрю утыкается лицом в шею Нила, рука проскальзывает под ним и ложится на его сердце. Нил ждёт, позволяя альфе почувствовать, как она отбивает устойчивый ритм в его груди. Затем, к своему крайнему удивлению, он чувствует, что дыхание Эндрю выровнялось. Альфа заснул на нём сверху. В течение нескольких секунд Нил взвешивает свои варианты, прежде чем просто поддаться ситуации. Он наклоняет голову набок и позволяет своим собственным глазам закрыться, когда Эндрю окутывает его своим телом. В конце концов, задыхаться под своей половинкой после умопомрачительного секса - не самый худший выход. Теперь Нилу почти смешно, что Эндрю думал, что ему понадобятся ножи, кляпы или другие меры предосторожности, чтобы “контролировать свою агрессию” – потому что правда в том, что ничего этого нельзя найти. Эндрю так осторожен и бережно относится к Нилу, что у него почти горят глаза, когда он видит, как эти карие глаза смотрят на него сверху вниз с беспокойством, его рот мягкий, а пальцы нежные, когда он проводит ими по коже Нила. Теперь это заставляет его понять, почему Эндрю не хотел бы, чтобы кто–то был с ним в его гоне - потому что прямо сейчас его защита практически отсутствует. Но дело не только в том, что Эндрю физически уязвим. Нет, это также разрушение эмоциональной стены Эндрю. Его обычный каменный фасад раскололся, как дыня, обнажив мягкую плоть внутри. Это заставляет Нила хотеть сохранить доверие Эндрю в своих руках, защищая его, как птенца со сломанным крылом. Оно хрупкое и, о, такое драгоценное. Нил сделал бы всё, чтобы сохранить это в безопасности – чтобы сохранить Эндрю в безопасности. Он яростно обещает себе, что никогда никому не позволит увидеть Эндрю таким. Эти нежные улыбки, это открытое доверие и уязвимость – они предназначены только для него, чтобы дорожить ими. Он один будет охранять эту сторону Эндрю. Потому что здесь, сейчас, Эндрю охотно разрывает себя по швам ради Нила. Открывая себя для насмешек и нападок, которыми Нил мог так легко воспользоваться. Но он, конечно, этого не сделает. Нет, Нил потратит время, чтобы аккуратно зашить его как можно безболезненнее. В конце концов, это самое меньшее, что он может сделать для своей пары. Один из самых интересных аспектов гона Эндрю - это то, как обычно контролируемые границы альфы в отношении прикосновений, похоже, испарились. Это не значит, что он не уважает Нила – нет, Эндрю по-прежнему постоянно ищет согласия Нила, убеждаясь, что у него есть разрешение, прежде чем доставить ему удовольствие. Но с (восторженного) одобрения Нила обычная сдержанность Эндрю, похоже, развеялась как дым. Он благоговейно проводит руками по всему телу Нила, разглаживая и целуя кожу всякий раз, когда у него появляется настроение. Он полностью откидывается на руки Нила назад, глаза трепещут, и вздохи вырываются из его груди в ответ. Как будто он месяцами был заперт в пустыне и только что получил доступ к воде. Он пьёт, и пьёт, и пьёт досыта, ведя себя так, как будто у него больше никогда не будет к этому доступа. Как будто в любой день ему нужно будет собрать свои вещи и распределить их по порциям, позволяя себе только по капле за раз, чтобы выжить. Это печалит Нила, потому что всё, что Эндрю должен сделать, это попросить, и Нил дал бы это ему. Но травма так не работает, он знает, и один из самых больших страхов Эндрю - получить больше, чем он заслуживает. Поэтому он откидывается на спинку кровати и позволяет Эндрю наслаждаться его прикосновениями, чувствуя себя тщательно продуманным блюдом, приготовленным только для альфы. И это делает Эндрю – он массирует и гладит, трёт и покусывает, скользит и ласкает. Бывают моменты, когда Нил ничего не может сделать, кроме как мурлыкать, закрыв глаза и удовлетворённо блуждая мыслями, пока Эндрю боготворит его тело. Но бывают и другие моменты, когда каждое прикосновение только разжигает пламя, разжигая его возбуждение всего лишь прикосновением ногтя к коже. Он чувствует то же самое сейчас, когда указательный палец Эндрю лениво проводит линию вниз по его торсу, заканчивая ниже бедра. Он кружится вокруг твёрдого члена Нила, ни разу не прикасаясь, прежде чем скользнуть обратно вверх по другой ноге к груди Нила. Нил почти задыхается от лёгких ласк, нетерпение нарастает под его кожей. Он знает, что это одно из главных различий между ними – там, где Нил импульсивен и опрометчив, готовый броситься сразу же, как только разожжётся огонь, Эндрю может потратить годы, заводя их обоих, дюйм за дюймом, пока они не взорвутся. К сожалению, его привычка, похоже, этого не изменила. Единственная разница сейчас в том, что Нил чувствует, насколько сильно возбуждён Эндрю, потому что он не потрудился скрыть свой запах. Это сводит Нила с ума – он не знает, как Эндрю может это выносить. —Дрю, - пытается он снова, облизывая губы. —Альфа, прекрати дразнить и прикоснись ко мне. Эндрю бросает на него медленный, пьянящий взгляд. Затем он просто наклоняется и покрывает поцелуями внутреннюю поверхность бедра Нила. Нил в отчаянии откидывает голову на подушку, почти дрожа от желания, пронизывающего его. В этой крошечной комнате, в которой они находятся, так жарко, даже несмотря на вентилятор, работающий над ними. Он чувствует, как крошечные капельки пота стекают по его телу, заставляя его вздрагивать, потому что его кожа такая чувствительная. —Дрю, - скулит он. —Давай же. Должно быть, на этот раз что-то есть в его голосе, потому что он наблюдает, как вскидывается голова Эндрю. Он на секунду прижимается носом к паху Нила, глубоко дыша, затем, наконец, тянет руку к его члену. Когда его горячие, толстые пальцы, наконец, смыкаются вокруг него, Нил почти вздыхает с облегчением. На мгновение Эндрю сидит там, просто ощущая вес и субстанцию Нила в своей руке. Затем он неторопливо тянет. Бёдра Нила взлетают вверх от простого прикосновения, и в результате он чувствует, как другая рука Эндрю крепко держится за одно из них. Следующий рывок загоняет его в ловушку, и он стонет от этого ощущения. Ритм Эндрю леденяще медленный. Его движения больше похожи на скольжение, сжимая Нила от основания до кончика, пока он не дёрнет кулаком в конце. Он ждёт секунду, затем обхватывает рукой основание члена Нила и начинает ещё раз. Этого недостаточно. Нил отчаянно нуждается в чуть большем давлении, чуть более быстрых рывках. Его тело дрожит от желания, кожа горит, как в лихорадке, а глаза блестят, когда он смотрит, как Эндрю играет с ним. Он чувствует себя как лук, который сгибается, когда натягивается тетива, а затем отпускается, когда Эндрю подтягивается и слезает с него. Схватывание. Натягивание. Сгибание. Выпускание. Схватывание. Натягивание. Сгибание. Выпускание. Он задыхается, когда кулак Эндрю обхватывает его головку, прежде чем кончить в следующий раз, и смутно задаётся вопросом, смог бы он так кончить. В его животе нарастает жар, пульсирующий с каждым ритмичным движением руки Эндрю. Его глаза почти закатываются к затылку при следующем рывке, и он может почувствовать восхитительное покалывание предвкушения, когда рука Эндрю приближается, прежде чем снова обхватить основание его члена. Приводящий в бешенство темп Эндрю никогда не торопится. Хотя Нил просит и умоляет, альфа довольствуется тем, что не торопится, поглаживая Нила в точно таком же ритме. Его большой палец нежно трётся о бедро, когда он наблюдает, как омега напрягается и извивается под его ласками. Нил чувствует голодную тяжесть его взгляда на своём теле, и это заставляет что-то сжиматься внутри него ещё сильнее. Вскоре его руки зарываются в простыни, скручивая их, когда кулак Эндрю сжимается вокруг его головки. Его член уже некоторое время тёк перед оргазмом, что делало скольжение Эндрю ещё более плавным. Он невероятно твёрд, его член ударяется о кожу каждый раз, когда Эндрю отпускает его. Это добавляет немного дополнительного удовольствия чувствительному органу, и Нил тупо ловит себя на том, что с нетерпением ждёт толчка. Его голова мотается из стороны в сторону, пока Эндрю продолжает и продолжает. Нил что-то бормочет, неуверенный, похвала это или проклятие, в то время как его пальцы сжимаются, а мышцы бёдер напрягаются в неторопливом ритме. Весь его мир вращается вокруг руки Эндрю, вокруг хлюпанья кожи о кожу, которое беззастенчиво громко звучит в тихой комнате. —Дрю, - наконец выдыхает он, снова откидываясь на кровать с последней лаской. —Я думаю, что я... я кончаю, я не могу... собираюсь кончить... Эндрю в ответ издает негромкий жужжащий звук в глубине своего горла. Он наклоняется вперёд и целует губами то место, где нога Нила соприкасается с его пахом. Он не останавливается. В глубине души у Нила возникает слегка истеричное чувство, что это происходит. Что всё, что требуется, - это рука Эндрю на нём, ласкающая его по его желанию, чтобы заставить тело Нила отреагировать подобным образом. Но потом что-то так же яростно отвечает, что, конечно, Эндрю мог бы заставить его кончить вот так. Потому что только Эндрю мог – это всегда будет только Эндрю для Нила. Именно с этой последней мыслью тело Нила наконец ломается. Эндрю поглаживает его член снизу вверх, сжимая его головку между пальцами, и Нил начинает кончать. Он красит руку Эндрю и свой собственный живот этой жидкостью в белый цвет. Эндрю ждёт, удерживая давление на члене Нила устойчивым, пока оргазм захлёстывает его. Когда Нил, наконец, падает, его член всё ещё подёргивается после этого, Эндрю погружает свои покрытые лаком пальцы в месиво на животе Нила. Нил ничего не может сделать, кроме как стонать, когда Эндрю прикасается к нему. Он чувствует себя запыхавшимся, как будто пробежал марафон вместо того, чтобы просто подрочить своему альфе. Удивительно, как Эндрю может так на него влиять. Он наблюдает, как рука Эндрю играет с доказательствами его удовольствия на его теле, пальцы липкие и влажные. Затем он моргает, когда Эндрю садится, пока не становится на колени на кровати рядом с ним, и использует ту же руку, чтобы смазать свой собственный член. У Нила пересыхает во рту, когда он наблюдает, как Эндрю получает удовольствие, уверенно поглаживая собственный член. Затем Эндрю резко отпускает его, прежде чем скользнуть руками по бёдрам Нила. —Да? - хрипит он. Нилу приходится прочистить горло, прежде чем он кивает в ответ, выдыхая: —Да. Его быстрый ответ - это всё, что требуется Эндрю, чтобы поднять ноги Нила и перекинуть их через плечо. У Нила едва хватает времени поразмыслить об этой новой позе, прежде чем он чувствует, как Эндрю упирается в заднюю часть его бёдер. —Да? - Эндрю снова спрашивает его, стиснув зубы. Нил чуть не запинается о собственный язык, поспешно соглашаясь. Член Эндрю толкается в него, делая несколько тренировочных толчков, прежде чем, наконец, протиснуться между его бёдер. Нил не ожидает, что волна возбуждения пронзит его при виде члена Эндрю, выглядывающего между ними. Его особенно удивляет сопротивление его собственному члену, трение, вызывающее одновременные уколы боли и удовольствия после того, как он так недавно кончил. Однако он стонет от этого чувства, чувствуя, как гормоны Эндрю бурлят, когда Нил выгибается под ним. Эндрю тяжело дышит, когда он снова толкается, его глаза прикованы к извивающемуся телу Нила. Его хватка крепка, когда он резко двигает бёдрами вперёд, толкая Нила назад на кровать с силой, стоящей за этим. Нил медленно тянется к нему, раскрыв руки, и ждёт, пока Эндрю не увидит их. Затем он медленно обхватывает бедра Эндрю сзади, снова ожидая краткого кивка Эндрю, прежде чем крепко сжать их, поощряя альфу толкаться сильнее. Эндрю для этого не требуется особого подбадривания, его челюсть сжимается, а мышцы пресса напрягаются, когда он сохраняет устойчивый ритм. На секунду Нил просто закрывает глаза и отдаётся этому ощущению, дыхание с дрожью входит и выходит из его лёгких, когда Эндрю берёт у него то, что ему нужно. Постепенно ритм нарастает. Тяжёлое дыхание Эндрю превращается в судорожные вдохи, когда он приближается к этой вершине. Нил невероятным образом обнаруживает, что у него снова встаёт, и он громко стонет от этого открытия, выплёскивая своё желание между ними. Эндрю просто кряхтит от свежей, новой волны гормонов, ноздри раздуваются, когда он идёт быстрее. Непрерывный шлепок, шлепок, шлепок эхом отдаётся в ушах Нила, сопровождаемый оглушительным толчком в его тело. Он начинает приподнимать бёдра, отклоняться назад и сжимать свои собственные бёдра, чтобы усилить удовольствие Эндрю. Эндрю стонет от этого нового давления и поворачивает голову, чтобы погладить языком ямку на лодыжке Нила. Это заставляет сердце Нила трепетать в грудной клетке. Затем красные глаза Эндрю ловят взгляд Нила, когда он командует: —Кончай со мной, омега. И, как будто его слова волшебны, Нил делает это. Он вскрикивает и сотрясается в оргазме, бёдра дёргаются, когда он чувствует, как Эндрю рычит над ним. Затем он покрывается второй раз, собственная горячая сперма Эндрю покрывает его живот и грудь белыми полосками. Как только дрожь прекращается, Эндрю опускает ноги, позволяя конечностям подпрыгивать на матрасе, в то время как Нил ничего не делает, чтобы остановить его. Эндрю плюхается рядом с Нилом, его дыхание всё ещё прерывистое, и Нил громко хихикает. Отражающийся взгляд Эндрю никак не может остановить смех, который вырывается из него, когда рот Эндрю растягивается в улыбке. Затем Эндрю наклоняется вперёд и целует уголок челюсти Нила, и дыхание Нила прерывается на вздохе. Ему требуется несколько попыток, но, наконец, Нил набирается достаточно мотивации, чтобы сесть, сползти с кровати и на дрожащих ногах пойти в ванную. Он смачивает мочалку теплой водой, прежде чем, пошатываясь, вернуться в спальню. Он получает разрешение Эндрю, прежде чем вытереть его нежными движениями. Затем он вытирается, прежде чем швырнуть грязную мочалку в корзину для белья. Он не оборачивается, чтобы посмотреть, попал ли он, прежде чем рухнуть обратно на кровать. С ворчанием он чувствует, как руки Эндрю обвиваются вокруг него, когда он притягивает его к своему телу. Затем они вдвоем снова засыпают. Дни текут за днями, густые и тягучие, как дикий, свежий мёд. Большую часть времени Нил просто вкушает его сладость, но бывает несколько раз, когда опасное гудение роя приближается. В первый раз, когда эта иллюзия разрушается, никто не виноват. Это происходит в предрассветные часы, в разгар сна, в который они измучили себя, когда из ниоткуда срабатывает автомобильная сигнализация. У Нила есть всего секунда туманного просветления, чтобы распознать звук таким, какой он есть, – сопровождаемый громким, хриплым смехом пьяниц. Это раздражает, но не является чем-то неслыханным в этом молодом районе, и, конечно, ни одному из них никогда не приходилось беспокоиться об этом. Но сегодня Эндрю чувствует себя по-другому. Он резко выпрямляется, прежде чем спрыгнуть с кровати на пол. Его красные глаза дикие, а рот открыт, клыки удлинились, когда он злобно рычит на открытую комнату. Нил клянётся, что если бы у него была шерсть, она бы сейчас стояла дыбом. Как бы то ни было, его мышцы напряжены, а плечи горбятся, когда он быстро ищет угрозу. Почувствовав прилив адреналина, Нил вскакивает с кровати, его руки открыты и видны, когда он пытается успокоить разъярённого альфу. —Эндрю! Эндрю, всё в порядке, это просто автомобильная сигнализация, нет необходимости... Но дыхание со свистом вырывается из его тела, когда Эндрю бросается к нему, хватает Нила одной рукой и отбрасывает его за спину, впечатывая их обоих в стену. Грудь Нила словно сдавливается, когда спина Эндрю прижимается к нему, голова альфы всё ещё мотается из стороны в сторону, пока он осматривает комнату в поисках несуществующей угрозы. Эндрю хватается за свои предплечья и скулит, когда обнаруживает, что они разрежены, а ножей нигде нет. Поэтому вместо этого он хватает ближайший предмет – ботинок – и размахивает им как оружием, выставляя его перед собой, как бы отбиваясь им от врага. Было бы забавно, если бы Нил не почувствовал запах ужаса, исходящий от кожи Эндрю. Он пытается сделать как можно более глубокий вдох, прежде чем спокойно заявить: —Эндрю, мы в безопасности. Никто не придет за нами, ясно? Ты можешь расслабиться. Его слова, похоже, не произвели никакого эффекта на альфу. Ещё одно рычание разрывает воздух, когда они снова слышат смех. Грудь Эндрю вздымается от судорожных вдохов, которые он делает. Время для нового плана. —Эндрю, я собираюсь положить руки тебе на плечи, хорошо? Он поднимает их над плечами Эндрю и выставляет перед лицом Эндрю, чтобы Эндрю мог их видеть. Эндрю требуется секунда, чтобы сосредоточиться, но, наконец, после ещё нескольких панических вдохов альфа кивает. Нил медленно отводит руки назад, прежде чем спокойно положить их на плечи Эндрю. Затем он медленно начинает растирать их, следя за тем, чтобы его хватка была очень лёгкой. —Альфа, мы в безопасности. Я обещаю. Ты защитил нас. Нам ничего не угрожает, поэтому мне нужно, чтобы ты сделал глубокий вдох и расслабился. Ты можешь сделать это со мной? Эндрю не отвечает, но он прекращает свои взволнованные поиски. Он просто стоит там, неподвижный, как статуя, в то время как Нил продолжает мягко растирать его плечи, говоря спокойным, ровным тоном. —Как насчёт того, чтобы ты начал с того, что сбросил ботинок, хорошо? Нам это больше не нужно, так почему бы тебе не отпустить его? Пальцы Эндрю на секунду крепче сжимают самодельное оружие. Затем, с большим усилием, Нил наблюдает, как каждый из них открывается, пока ботинок, наконец, не падает на пол. Звук его падения подобен освобождению. Эндрю прислоняется спиной к Нилу, напряжение покидает его, когда он наклоняется к омеге. Нил стискивает зубы и наклоняет свое тело так, чтобы обнимать Эндрю, не хватая его. Это трудная позиция, требующая, чтобы он использовал свои ноги и пресс, чтобы поддерживать сильного альфу. Но Нил охотно остался бы здесь на несколько дней, если бы это означало, что Эндрю не упадет на пол. —Хорошо, это так хорошо, альфа. Спасибо, - осторожно говорит он, всё ещё держа пальцы на плечах Эндрю. —Теперь мы можем вернуться в постель? Вопрос встречен молчанием. Секунды тикают. Ноги Нила начинают дрожать. Он почти убедил себя, что Эндрю его не слышал, когда блондин наконец кивает. Он выпрямляется, и Нил вздыхает с облегчением. Затем он улыбается, когда Эндрю осторожно берёт его за руку, переплетая их пальцы, прежде чем потащить его обратно к кровати. Однако на этот раз Эндрю силой укладывает Нила на кровать перед собой, настороженно оглядывая комнату, пока Нил забирается под одеяло. Как только Нил устраивается, Эндрю тоже проскальзывает внутрь, прежде чем прижаться к груди Нила. Он утыкается лицом в изгиб, где шея Нила соприкасается с его плечом, обнимает его за талию, а ногу закидывает на бёдра. Эндрю прикрывает его, понимает Нил. Он охотно поворачивается спиной к комнате, чтобы убедиться, что Нил в безопасности. Есть маленькая искорка счастья, которая приходит с осознанием этого. Нил чувствует, как это гудит у него в груди, и он легонько гладит Эндрю по спине в ответ. —Спасибо тебе, альфа, - шепчет он. Эндрю просто хмыкает в ответ, и им требуется некоторое время, чтобы снова погрузиться в сон. Хотя для него это должно было быть очевидно с самого начала, Нил быстро обнаруживает одну важную деталь в поведении Эндрю – альфа не любит кончать в одиночку. Это имеет смысл, учитывая, каким заботливым партнёром Эндрю всегда себя рекомендовал. Но реальность такова, что Нил не учёл логистику такого предпочтения. Потому что, несмотря на то, каким внимательным и заботливым является Эндрю, этот человек всё ещё находится в середине своего гона. Иначе говоря, его гормоны бушуют, что, в свою очередь, повышает его либидо и приводит к тому, что его рефрактерный период практически перестает существовать. Нил, с другой стороны, едва поспевает за ним. —О чёрт, - хрипит он, содрогаясь от ощущения толстых пальцев Эндрю, поглаживающих глубоко внутри него. Он лежит на спине, широко расставив колени, когда Эндрю пальцами растягивает его. Это компромисс, которого они достигли – если Эндрю не может заставить Нила кончить одновременно с ним, то ему, по крайней мере, нужно каким-то образом прикасаться к омеге и доставлять ему удовольствие. Тем временем Нил, наконец, сдался, вскрыв сумку Эндрю с игрушками из секс-шопа, и схватил рукав для члена, чтобы Эндрю мог им воспользоваться. Теперь он накачивает этим член альфы, его ритм совпадает с тем, который Эндрю использует на его теле. В нём есть странный территориальный инстинкт, который не удовлетворён тем, что позволяет кому-то другому доставлять удовольствие его альфе, но рациональная часть его знает, что ему нужно беречь свои силы. В конце концов, у него ещё даже не было Эндрю внутри. Однако на самом деле это стратегический шаг со стороны Нила, потому что что-то подсказывает ему, что в тот момент, когда это произойдет, они оба не будут удовлетворены ничем другим. И у Эндрю ещё остались дни в гоне. Поэтому он приказывает своим инстинктам заткнуться, используя рукав, чтобы заставить бёдра Эндрю дёргаться, альфа вонзается в игрушку с безрассудной самоотверженностью. Есть что-то порочное и восхитительное в том, чтобы наблюдать, как Эндрю гоняется за собственным удовольствием, образ запечатлевается в мозгу Нила и разжигает жар в животе до почти невыносимой температуры. Эндрю настолько сосредоточен на собственном удовольствии, что его рука на секунду замирает внутри Нила, давая бедному омеге короткую передышку, пока альфа мчится навстречу своему оргазму. Нил улыбается, наблюдая, как Эндрю кончает, пачкая простыню под ними, когда она капает с игрушки, которую Нил осторожно снимает с него. Эндрю просто остаётся там, всасывая кислород по мере того, как к нему возвращается дыхание. Затем его взгляд возвращается к Нилу. О, чёрт. Нил сглатывает, чувствуя себя кроликом, которого заметил волк. Эндрю ухмыляется такой реакции, облизывая губы в ответ. Затем он без предупреждения высовывает пальцы из задницы Нила. Лицо Нила вспыхивает от громкого хлюпанья, когда он смотрит, как обнаженный Эндрю с важным видом подходит к сумке на полу. Как альфа вообще знает, где что находится, с его телом и разумом, настолько затуманенными гормонами, удивительно для Нила, но он полагает, что фотографическая память должна быть полезна для чего-то – Затем его разум затуманивается, когда Эндрю достает вибратор. Глаза альфы темнеют от хныканья Нила, сопровождаемого постыдным запахом его желания. Тело Нила жаждет, вспоминая удовольствие, которое доставляла игрушка раньше. Поэтому он поддаётся этому чувству. Он подтягивает колени к груди, широко расставляя ноги, чтобы Эндрю мог видеть его всего. Он сжимает свою дырочку раз или два и наблюдает, как Эндрю приковывает к ней взгляд. Рычание исходит из глубины горла Эндрю. Он немедленно бросается вперёд. Но вместо того, чтобы направиться к кровати, как ожидает Нил, он делает крюк к тумбочке и хватает свой телефон. Нил в замешательстве хмурит брови. Альфа остаётся там на секунду, возясь с ним, прежде чем музыка внезапно начинает воспроизводиться с маленького устройства. Нил слегка краснеет, когда понимает, что Эндрю включил плейлист, который они иногда используют, когда дурачатся в общежитии или в Мазерати. Это милое, вдумчивое прикосновение к чему-то, что было так физически сосредоточено. Он улыбается Эндрю, чтобы показать, что доволен действием, и наблюдает, как краснеют кончики ушей альфы. Эндрю возвращается к кровати, на ходу прихватывая бутылочку со смазкой. Он подтягивает одно колено рядом с Нилом, смазывая вибратор смазкой, пристально глядя в глаза молодого человека. Это заставляет Нила дрожать в предвкушении, дырка подёргивается, пока он ждёт. Вскоре Эндрю сочтёт его готовым. Он придвигается ближе к Нилу, наклоняясь над ним и приставляя вибратор к его дырочке. Его восхитительный аромат окутывает Нила мягкими волнами, отчего у омеги кружится голова. Он сжимает пару раз, едва чувствуя, как кончик игрушки поддразнивает его. Затем он слегка стонет, жалуясь: —Альфа. Рот Эндрю дёргается. Он пару раз обводит вибратором дырочку Нила. Затем он медленно продвигается вперёд. Это одновременно и агония, и облегчение, когда Нил чувствует, что наполняется. Боль, которая пульсировала внутри него все это время, временно утоляется, когда Эндрю медленно вводит и выводит вибратор, начиная ритм, который захватывает бедра Нила. Он немного поиграл с Нилом, позволяя удовольствию нарастать в нежном темпе. Затем Эндрю медленно вводит вибратор так глубоко, как только может, и оставляет его там. Он протягивает свою чистую руку, чтобы провести большим пальцем по нижней губе Нила. Нил берёт палец в рот и начинает посасывать его. Эндрю на секунду улыбается ему сверху вниз. Затем он включает вибратор. Глаза Нила закатываются к затылку, вибрация проходит по всему его телу. Он клянётся, что его пах содрогается от этих первых пульсирующих ощущений. Затем Эндрю снова выключает его. —Чёрт, - ругается Нил себе под нос, отпуская палец Эндрю, чтобы тихо выругаться. Это будет одна из таких сессий. Он одновременно ненавидит и любит это, когда Эндрю мучает его, включая и выключая вибратор, наблюдая, как бёдра Нила сжимаются и дёргаются, прежде чем выгнуться в болезненном желании, когда вибрации прекращаются. Лицо и грудь Нила покраснели от постоянных поддразниваний. Он чувствует, как капли пота стекают по его затылку, но едва может сосредоточиться на этом из-за удовольствия, которое Эндрю продолжает вытягивать из него. Он снова откидывается на кровать после очередного мучительного раунда, когда что-то замечает. Эндрю снова подносит руку ко рту Нила, настойчиво потирая его нижнюю губу, и Нил понимает, что Эндрю уже некоторое время присматривается к ней. Он облизывает губы, наблюдая, как взгляд Эндрю фиксируется на происходящем, прежде чем он прохрипит: —Дрю? Глаза Эндрю встречаются с его глазами. —Ты чего-нибудь хочешь? —Да, - без колебаний отвечает Эндрю, большим пальцем поглаживая нижнюю губу Нила. —Я хочу трахнуть твой рот. У Нила сводит живот. Это ещё одна интересная особенность гона Эндрю – маятниковое колебание его общения. Потому что иногда он вообще едва способен говорить, его язык состоит из мычания и кивков, подёргиваний и пристальных взглядов. А в других случаях у него рот моряка, который озорно шепчет обо всех вещах, которые он хочет сделать с телом Нила, без единой капли стыда. С одной стороны, Нил в восторге от того, как Эндрю свободно говорит ему, чего он хочет. Но, с другой стороны, он не уверен, что его сердце выдержит, если Эндрю продолжит его так удивлять. Но он может побеспокоиться о своём здоровье позже. Прямо сейчас он сосредотачивается на том, чтобы пробормотать восторженное —Д-да! Оставив вибратор внутри Нила, Эндрю начинает ползти вверх по телу Нила. Он седлает грудь Нила, пока оба его бедра не окажутся по обе стороны от шеи Нила. Он мягко проводит пальцами по волосам Нила, прежде чем они напрягаются, слегка, волнующе дёргая голову омеги. —Что ты делаешь, если тебе нужно остановиться? Нил дважды постукивает по бедру Эндрю. —Хорошо. Всё ещё да? Нил быстро кивает. Эндрю ухмыляется ему сверху вниз. —Тогда открой свой прелестный ротик, омега. Что-то тугое пробегает по телу Нила, и он немедленно подчиняется. Он широко открывает рот и чувствует, как член Эндрю медленно начинает скользить внутрь. Нил держит голову и шею расслабленными, дышит через нос и ждёт, пока Эндрю не наклонит голову вперёд, прижимая рот Нила к своему члену. Он проделывает это несколько раз, давая Нилу привыкнуть к его размерам, прежде чем отпустить его и расположиться под лучшим углом. Он ждёт несколько секунд, прежде чем наклонить бедра. Затем он начинает медленный ритм, толкаясь о рот Нила. Новый ракурс позволяет его члену скользнуть глубже в Нила, начиная скользить вниз по его горлу. Он борется с желанием подавиться и пару раз проигрывает битву, давясь. Каждый раз, после нескольких быстрых нажатий на бедро Эндрю, альфа немедленно выскальзывает. Он ждёт, давая Нилу отдышаться, прежде чем рыжеволосый сделает знак продолжать. Вскоре у Эндрю появляется устойчивый ритм, он входит в рот Нила и выходит из него с плавной грацией. Нил ловит себя на том, что открывает рот ещё шире, пытаясь с каждым толчком вобрать в себя больше Эндрю. Он глубоко вдыхает через нос, почти ошеломлённый запахом Эндрю, так плотно прижатым к паху альфы. Его собственный член становится твёрдым, как камень, и он стонет, когда Эндрю трётся над ним. Его глаза слезятся, когда он смотрит на него, на его лице ясно читается нужда. —Продолжай, кролик, - хрипло говорит ему Эндрю. —Действуй сам. Используй свою руку. Нилу не нужно повторять дважды. Он сразу же хватается за свой член и начинает тянуть, отчаянно мастурбируя себе, в то время как Эндрю продолжает трахать его рот. Ритмичное скольжение и нежные удары бёдер Эндрю отдаются эхом в его мозгу, становясь центром всего его мира. Он бездумно следует за их движением, просто наслаждаясь актом обслуживания своего альфы. Однако вскоре он клянётся, что чувствует, как растёт напряжение. Бёдра Эндрю, кажется, щёлкают с определенным интервалом, кровать скрипит, вторя его движению, в то время как рот Нила поднимается навстречу ему в беззвучном ритме. За этим легко следить, и Нил делает это снова, и снова, и снова. Он хочет, чтобы Эндрю был глубже. Он хочет большего. Время ускользает от Нила, когда он инстинктивно следует за своим альфой, теряясь в соблазнительном ритме его бёдер, в шлёпаньи его яиц, когда они ударяются о подбородок Нила. Тело Эндрю требует большего, и Нил с радостью даёт ему это. В какой–то момент Эндрю отстраняется, и Нил шире открывает рот, выгибаясь навстречу его толчку, как делал это каждый раз раньше, - только для того, чтобы понять, что Эндрю отстранился и ждёт, нависая над ним. Сбитый с толку и смущённый, он поднимает взгляд, чтобы посмотреть, в чем проблема, и обнаруживает, что Эндрю ухмыляется ему сверху вниз. Странная тишина наполняет воздух. Вот тогда Нил наконец понимает – Эндрю трахал его в такт с плейлистом. И Нил просто последовал этому, заглатывая член Эндрю, как дурак. Отвратительная шлюха омега. Подавленный, он отчаянно похлопывает Эндрю по бедру, чтобы тот встал. Брови Эндрю хмурятся, когда он делает это, быстро слезая с груди Нила, когда Нил садится, его лицо пылает. Он вырывает вибратор из себя, внезапно испытывая отвращение к тому, что к нему что-то прикасается, затем отворачивается от альфы. Он вздрагивает от обеспокоенного мычания Эндрю, но Нил не может смотреть на него. Это действительно то, кем он стал? Шлюха-омега, которая только и хочет, чтобы член его альфы был глубже и твёрже в его горле? Открывая его рот шире, чтобы он мог взять это? Его пальцы впиваются в руки, когда он сжимает их вокруг живота. Был ли его отец прав насчёт него с самого начала? —Нил. Нил качает головой, пытаясь взять себя в руки. Чёрт, это привычка Эндрю. Он должен был помогать ему. Он должен был облегчить это Эндрю, не испытывая внутреннего кризиса, потому что он странный, глупый, неопытный омега, который даже не может – —Нил... Ты хочешь остановиться? —Нет! - Нил сразу же задыхается, хотя всё ещё не может смотреть Эндрю в лицо. Наступает ещё одна секунда тишины. —Ты ранен? - следует следующий вопрос, более спокойный по тону. Это сопровождается лишь лёгкой ноткой беспокойства, запах ударяет Нилу в нос и мгновенно вызывает у него панику. —Нет, я не... Ты не причинил мне вреда, – спешит объяснить Нил. —Это не... я просто не... я не... Чёрт, как, чёрт возьми, он это объяснит? Извини, я просто так сильно хотел твой член, что мой разум полностью отключился. Я был сбит с толку, потому что не понимал, что ты трахаешь меня в такт песне, и я жадно попытался проглотить тебя в неподходящий момент. Так что я одновременно и развращённый, и идиот. —Нет, - снова шепчет он, но не вдаётся в подробности. За этим заявлением следует более продолжительное молчание, от которого у него переворачивается живот. Затем альфа спрашивает: —Нил... Тебе понравилось? Тело Нила не может лгать. Он издаёт наполовину всхлип, наполовину разочарованный звук, когда его тело слегка изгибается, прежде чем застыть. Он слышит, как Эндрю принюхивается к воздуху позади него. К нему возвращается аромат удовлетворения. —Иди сюда, кролик, - командует Эндрю, обнимая Нила за талию. Лицо всё ещё горячее на ощупь, Нил позволяет притянуть себя обратно к Эндрю, пока альфа воркует ему на ухо. —Это нормально хотеть этого, омега. Ты не грязный. И это не значит, что я буду считать, что ты всегда этого хочешь. Хорошо? Нил издаёт горлом жалобный звук. —Ты думаешь, я отвратителен из-за того, что хочу этого? - Эндрю спрашивает его. —За то, что хотел увидеть, как твои прелестные розовые губки обхватывают мой член? Наслаждался, слыша стоны удовлетворения, когда я глубоко в твоём горле? Видеть, как стекленеют твои голубые глаза, когда они смотрят на меня с таким доверием и преданностью? - Сильные пальцы хватают Нила за подбородок, когда он покусывает его за челюсть. —Делает ли это меня ужасным и развратным человеком? —Нет, - быстро выдыхает Нил, краснея от описательных слов альфы. —Но я же... —Тогда почему ты должен быть таким? - Эндрю коротко обрывает его. —Ты знаешь почему, - всё равно шепчет Нил. —Потому что я омега. Мы... распутные и отчаявшиеся, и... и это просто наша природа. Наши тела жаждут секса... Мой отец сказал, что это то, для чего мы созданы, и что... Мгновенно альфа сердито рычит позади него, воздух становится зловонным, когда его возмущённый запах наполняет его. Ведомый инстинктом, Нил съёживается, столкнувшись с неожиданной агрессией. Постепенно запах рассеивается, когда Эндрю проводит одной рукой по волосам Нила. Он тщательно обнюхивает Нила, успокаивая омегу, пока тот снова не тает в его объятиях. —Дерьмо, которое извергла эта мразь, не заслуживает повторения, - говорит он Нилу сквозь стиснутые зубы. —Он ошибается. —Но... —Ты мой омега, верно? - внезапно требует Эндрю. Волна счастья захлёстывает Нила при этом заявлении. —Да, - тихо говорит он. —Тогда, когда я скажу тебе, что ты не шлюха за то, что хочешь меня, за то, что хочешь своего альфу – и что я чрезвычайно доволен тем, как сильно ты хочешь меня – тогда ты поверишь мне, верно? Нил надувает губы от несправедливого заявления, потому что он ни за что не сказал бы Эндрю, что не верит ему. Он бы никогда, никогда так не поступил с Эндрю. —Да, - неохотно говорит он, всё ещё не поднимая глаз. —Нил, - командует Эндрю, снова кладя пальцы на подбородок Нила и заставляя его посмотреть ему в глаза. —Ты мне веришь? Нил вглядывается в лицо своего альфы и чувствует, как что-то оседает у него в животе. Взгляд Эндрю спокоен и открыт. Его запах чист, и даже в этот серьёзный момент его карие глаза опускаются вниз, чтобы украдкой взглянуть на губы Нила. Это заставляет Нила расплыться в лёгкой улыбке. —Да, - отвечает он, и на этот раз ответ звучит гораздо увереннее. —Хорошо, - рычит Эндрю, бросаясь вперёд, чтобы запечатлеть губы Нила в захватывающем поцелуе. —Теперь, мы можем вернуться к тому, что делали? Нил фыркает от смеха. —Да. Эндрю наклоняется вперёд, чтобы ещё раз поцеловать Нила за ухом, затем отступает назад, чтобы позволить Нилу повернуться. Нил колеблется, прежде чем снова лечь, но Эндрю останавливает его, положив руку ему на грудь. —Что не так? - он требует. Нил теребит руки на коленях, уставившись в противоположную стену. Он не может сказать Эндрю – это было бы слишком эгоистично. После того, как он причинил столько неприятностей во время своей течки, он, возможно, также – —Нил. Нил мгновенно подчиняется, когда Эндрю использует на нём свой альфа-голос, ставший ещё более мощным из-за его гона. Он крепко зажмуривает глаза, затем шепчет: —Я... я действительно не хочу кончать прямо сейчас. Я чувствую... - Он замолкает, прежде чем пожать плечами, и не заканчивает. По правде говоря, в настоящее время он чувствует, что его тело слишком велико для его кожи. Напоминание об отце заставило его либидо резко упасть. Его конечности внезапно кажутся негнущимися и неуклюжими, и эхо стыда всё ещё живёт в глубине его сознания. Просить его тело реагировать на возбуждение, чтобы к нему прикасались в погоне за удовольствием, просто кажется сейчас чересчур. Однако на один тошнотворный момент страх сжимает его горло, когда он представляет, как Эндрю требует, чтобы он всё равно продолжал, используя свой альфа-голос, чтобы заставить Нила подчиниться. Но, конечно, Эндрю этого не делает. Нет, альфа просто хмыкает на мгновение, вдумываясь в слова Нила. Затем он заползает на колени к Нилу, когда Нил обращает на него свои ошеломлённые глаза. Он хватает руку Нила и кладет её на свой член, просто говоря: —Вот так? Предложение идеальное. Это даёт Нилу возможность по-прежнему быть связанным с Эндрю, по-прежнему быть частью этого, ничего не требуя от него взамен. Нил сглатывает, борясь с комком в горле от понимания Эндрю. —Да, - шепчет он, притягивая Эндрю ближе, положив руки ему на бёдра. Это почти неописуемое чувство - видеть, как Эндрю тает под его опекой. Он наблюдает за ним с пристальным вниманием, высоко взлетая, когда ресницы Эндрю трепещут, а его бёдра покачиваются над ним. Для Нила поразительно получить доступ к этой уязвимой стороне Эндрю, и он наслаждается тем, как Эндрю полностью доверяет Нилу. В мгновение ока Нил доводит альфу до его второго оргазма. Он чувствует тепло освобождения Эндрю в своей руке, но игнорирует это, наблюдая, как альфа содрогается, закрыв глаза и потерявшись в муках восторга. Затем Эндрю падает ему на грудь, тяжело дыша, и Нил радостно обнимает его. Он не удивлён этой внезапной усталостью. Несмотря на развязность его языка, Эндрю, должно быть, потребовалась серьёзная концентрация и сила воли, чтобы завести этот разговор с Нилом. Добавьте к этому секс-марафон, который у них был, и неудивительно, что альфа устал. Поэтому Нил осторожно укладывает его в постель, ненадолго заскакивая в ванную, чтобы снова обмыть их, прежде чем лечь рядом с ним. Он присматривает за Эндрю, слегка поглаживая его по волосам, пока тот получает столь необходимый отдых. И он снова благодарит свою счастливую звезду за то, что из всех альф она выбрала именно этого человека. Во второй раз всё идёт наперекосяк по вине Нила. Они оба хватают ртом воздух, приходя в себя после очередного удовлетворительного раунда секса, когда Нил начинает шарить по краю кровати в поисках воды. Ранее он припрятал наверху целый чемодан и благодарен за предусмотрительность, потому что они вдвоем расправлялись с ним. Это то, что он чаще всего может заставить Эндрю взять, между скудными закусками и приёмами пищи, которые он тайком приносил альфе. Но на этот раз его рука не натыкается ни на что, кроме пустоты. С отвращением бросив последнюю пластиковую бутылку на пол, он поворачивается обратно, но только для того, чтобы обнаружить Эндрю снова спящим на кровати. Нил задумчиво смотрит на него. И вот тут-то он и совершает свою ошибку. Потому что всё, о чём он может думать, - это о своём разочаровании из-за того, что кончилась вода. На то, как им обоим нужно оставаться увлажнёнными. На то, как он серьёзно просчитался в том, сколько им понадобится, и теперь должен исправить эту ошибку. Он может быть быстрым. В конце концов, он самый быстрый нападающий в Экси. Для него было бы проще простого сбегать вниз, схватить воду, а затем вернуться наверх. Итак, пока Эндрю мирно спит, Нил выскальзывает из комнаты, запирает за собой дверь и спускается вниз. Оказавшись там, ему приходит в голову, что он должен проверить дом – убедиться, что ничего не пропало или не на своих местах, пока у него есть такая возможность. Поэтому он делает быстрый поиск, чувствуя гордость за то, как он заботится о своём альфе, защищает его. Убедившись, что все по-прежнему в порядке, он направляется на кухню. Он захватывает столько бутылок с водой, сколько может унести, прежде чем медленно подняться обратно наверх. Его нет, максимум, минут десять. Это всё ещё слишком долго. В тот момент, когда он открывает дверь спальни, Эндрю бросается на него. Бутылки с водой вылетают у него из рук, когда спина Нила упирается в дверь. Он инстинктивно сжимается, ожидая болезненных ударов за то, что вошёл в пространство альфы без предупреждения. Но вместо этого он чувствует, как Эндрю прикасается к нему со всех сторон, лихорадочно ищет руками и поскуливает на ходу. —Нил, - настойчиво повторяет он снова и снова. —Нил? Всё хорошо? Не обижайся, не обижайся, Нил, Нил, в безопасности? Всё хорошо? Нил - Сердце Нила падает от панического тона Эндрю. Он внутренне ругает себя за то, что был грёбаным идиотом, и быстро отвечает: —Нет, Эндрю, всё в порядке! Я здесь, я не ранен, я в порядке, я обещаю. При звуке голоса Нила глаза Эндрю вскидываются, чтобы встретиться с его глазами. —В безопасности? - шепчет он, неуверенно подтверждая. Нил энергично кивает. —Определённо. Я просто принёс нам немного воды, видишь? Он указывает на пол и терпеливо ждёт, пока взгляд Эндрю проследит за ним, прежде чем вернуться к его собственному. —Ушёл, - обвиняет он Нила. Нил снова кивает. —Я знаю, это было глупо. Я больше не буду этого делать. Эндрю прищуривает глаза, ожидая, и Нил добавляет: —Обещаю. Затем альфа удовлетворённо фыркает, прежде чем начать тащить Нила обратно в кровать. Нил позволяет ему это делать, не обращая внимания на дюжину бутылок с водой, разбросанных по полу. Он позаботится о них позже. Прямо сейчас утешение его альфы важнее. Эндрю толкает его на кровать, прежде чем забраться на Нила сверху. —Да? - хрипло спрашивает он. —Да, - Нил едва успевает ответить, прежде чем Эндрю захватывает его губы обжигающим поцелуем. Такое чувство, что альфа изливает всё своё беспокойство на Нила, руки слегка дрожат, когда он обхватывает лицо омеги. Так что Нил соответствует ему, толчок за толчком, пытаясь успокоить Эндрю, когда он целует его в ответ так же яростно. Я здесь. Я здесь. Я в безопасности. Ты здесь. Ты здесь. У меня есть ты. Наконец, альфа отстраняется, облизывая губы. Он удовлетворённо вздыхает, прежде чем прижаться к груди Нила. Нил радостно обнимает его и утыкается носом в мягкие пучки волос на голове Эндрю, глубоко дыша. В конце концов, кому вообще нужна вода? Иногда Нил не может поверить, что это реально. Всё это кажется слишком простым, слишком естественным, чтобы быть правдой. Потому что как это возможно, что Эндрю, у которого было нарушено так много обещаний, у которого слишком многое отняли, мог быть таким открытым и уязвимым с Нилом сейчас? Как это возможно, что Нил, мальчик, которому не приходилось думать ни о ком, кроме себя, которому всегда приходилось всё оставлять позади, добровольно остался бы и отдал Эндрю всё? Это невозможно, и всё же в чём-то это правда. Странное, альтернативное измерение, из которого Нил никогда не захочет возвращаться. Перевёрнутая, но прекрасная страна чудес, в которой Нил надеется остаться навсегда. Потому что это так правильно - позволить губам Эндрю завладеть им. Позволить этому раскалённому добела теплу обжечь его тело и согреть душу. Приветствовать руки Эндрю на своем теле с чувством, что он знает их веками. Что он узнает, как они впиваются в его рёбра, скользят вниз по груди, обхватывают челюсть и растекаются по лодыжкам где угодно. Как это похоже на то, что им двоим всегда было суждено быть – здесь, сейчас, вот так. Нил на коленях у Эндрю. Конечности вплетены и запутаны. Они обмениваются горячим дыханием, пока рука Нила гладит их обоих до исступления. Их разум кружится и ошеломлён, когда они позволяют своим телам вести их к новым, невозможным высотам. И всё же это также каким-то образом значит больше, потому что это был выбор. Что Нил никогда бы не позволил другому альфе, кроме Эндрю, так с ним обращаться. Что Эндрю никогда бы не доверился другому омеге настолько, чтобы впустить его, кроме Нила. Что они знают, что только друг для друга они могут быть здесь в этот момент. Что каждый из них будет дорожить друг другом, лелея каждую подаренную святыню и охраняя её ценой своей жизни. Но Нил сейчас не чувствует себя святым. Прямо сейчас он чувствует себя грязным и распутным, и он наслаждается этим. Он поддаётся этому чувству, зная, как сильно его альфа хочет его, зная, как сильно он нравится его альфе таким. Его тело такое открытое и зрелое, готовое отдать Эндрю всё. Готовое к тому, что Эндрю возьмёт, возьмёт, возьмёт. Чёрт, он надеется, что примет это. Это то, что заставляет Нила, наконец, прекратить изматывающий ритм, который он установил между ними. Ждёт, пока глаза Эндрю поднимутся и встретятся с его глазами, расширяясь, когда Нил толкает его плечом, пока альфа не ляжет. Смотрит, как они открываются ещё больше, когда Нил нависает над ним, раздвигая бёдра и протягивая руку, чтобы схватить Эндрю в свою ладонь. Грудь Нила блестит от пота, его пресс напрягается, когда он откидывается назад и смотрит на Эндрю сверху вниз сквозь полуприкрытые веки. —Хочу, чтобы ты трахнул меня, альфа. Да... или нет? И теперь альфа в Эндрю манит. В улыбке, которая появляется на его лице, есть какая-то злоба, глаза дикие и голодные. Нил почти дрожит от сильного сжатия рук Эндрю на своих бёдрах, от того, как вздуваются бицепсы на его руках, когда он перекатывает тело Нила так, что дразнит прямо над его кончиком. —Да, - приходит его твёрдый ответ, его голос хриплый и такой глубокий, что Нил клянётся, что слышит, как он вибрирует в его груди. —Заставь меня кончить, кролик. Команда освещает Нила изнутри. Взволнованный, он отвечает со своей собственной дикой ухмылкой. —С удовольствием, альфа. Он наклоняется вперёд на коленях, и Эндрю помогает, скользя руками вниз, чтобы раздвинуть его ягодицы. Вместе они идеально располагают Нила над членом Эндрю. Но, оказавшись на месте, Нил застывает там в ожидании. Он ловит взгляд Эндрю и убеждается, что тот полностью завладел его вниманием, прежде чем медленно опуститься на него. Их сдвоенные стоны эхом отдаются в крошечной комнате. Это не первый раз, когда Нил держит Эндрю внутри себя. Нет, та конкретная ночь была некоторое время назад. Она была полна стартов и остановок, многочисленных попыток и смешанных чувств, и ни один из них не находил выхода в действии. Но они пытались снова – и снова, и снова, и снова – пока это не стало казаться более комфортным. До тех пор, пока Эндрю не вздрогнул при виде выгибающегося позвоночника Нила, того, как он скребёт по простыням или скулит, чтобы Эндрю вошёл глубже. Пока Нил не почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы присоединиться к Эндрю во вращающемся ритме его бёдер, сомкнуть ноги вокруг его талии, не чувствовать себя виноватым за то, что отпустил его, когда Эндрю прошептал грязную команду ему на ухо. Теперь не остаётся ничего, кроме чистого удовлетворения, когда Нил плавно скользит по длине Эндрю. Теперь Эндрю просто ждёт, пока Нил содрогается над ним, его член заполняет Нила так безупречно, что это заставляет его тело трепетать. Теперь они оба привыкли к постепенному наращиванию, по мере того как Нил устраивается поудобнее, сгибая бёдра, задавая темп. Теперь Нил восхищается тем, как Эндрю с благоговением наблюдает за ним, упиваясь образом Нила, изгибающегося над ним, доводящего их обоих до оргазма именно так, как им нравится. Нил показывает Эндрю кусочек языка, облизывая губы, заставляя альфу рычать и шипеть, когда он впивается тупыми ногтями в грудь Эндрю. Он не может избавиться от этого ощущения совершенства, когда две части так хорошо сочетаются друг с другом, что почти невозможно представить их порознь. Думать, что он прожил всю свою жизнь без этого – думать, что он мог бы прожить всю свою жизнь, не встречаясь с Эндрю, – это... Ну, одной мысли достаточно, чтобы его затошнило. Он пытается быстро отогнать это, снова сосредоточившись на текущей задаче, но Эндрю, должно быть, чувствует, что его запах изменился. Потому что секунду спустя глаза Нила закрываются, когда рука Эндрю накрывает его щеку, а губы накрывают губы Нила в скользком поцелуе. Нил ценит краткую попытку утешения, но он не хочет зацикливаться на этом. Нет, он хочет свести Эндрю с ума – хочет, чтобы он чувствовал себя таким же разбитым, как и он сам. Поэтому он опускается полностью, принимая Эндрю на всю длину, прежде чем остаться там. Он вращает бёдрами, обводя их с зажатым внутри членом Эндрю, крепко сжимая его. Эндрю отказывается от всякого притворства в этом чувстве. Его голова откидывается назад, и он сильно прикусывает губу, когда бёдра Нила двигаются в нужном направлении. Он глубоко трахает себя сверху Эндрю ещё пару раз, задавая голодный ритм, прежде чем снова остановиться. Затем он снова сильно сжимает член Эндрю. Глаза Эндрю чуть не закатываются к затылку. —Чёрт, - шипит альфа, и Нил чувствует, как острые когти впиваются в его кожу. Он хочет большего. Он сильнее прижимается к Эндрю, чувствуя, как оглушительная волна удовольствия эхом разносится по его телу каждый раз, когда его задница соприкасается с бёдрами Эндрю. Почти в бреду от этого, он выдавливает: —Дрю, ещё. И, к счастью, Эндрю знает, о чём он просит. Его руки на торсе Нила подобны стали, когда он помогает притянуть омегу к себе, одновременно вонзаясь в него жестоким ударом. Нил хнычет. Эндрю не останавливается. Он, должно быть, чувствует волну чувственного наслаждения, исходящую от Нила в данный момент, поэтому он просто крепче хватает Нила и быстрее трахает его на своём члене. Нил смутно думает, что в этот момент у него, возможно, текут слюнки, но он не может понять, что в нём есть для этого, настолько его разум переполнен блаженством. Он позволяет своему телу кататься и подпрыгивать, с радостью принимая всё, что даёт ему Эндрю, и позволяя ему захватить контроль. Они вдвоём тяжело дышат, громкие вздохи и стоны наполняют воздух, когда они мчатся навстречу своим оргазмам. Каждый из них пытается подтолкнуть другого выше, при этом Нил проводит пальцем по сухожилиям на шее Эндрю, а Эндрю осыпает поцелуями его плечо, его руки сжимают ягодицы Нила, когда они трутся друг о друга. Это слишком хорошо, слишком хорошо. Нил не может думать. Он не может сосредоточиться ни на чём, кроме жёсткого толчка члена Эндрю внутри себя, и это каким-то образом абсолютное совершенство, и всё же всё ещё недостаточно. —Дрю, - стонет он, его собственные глаза теперь закатываются к затылку. —Дрю, я не могу– я хочу... Альфа, мне нужно... И снова Эндрю читает его мысли, потому что секунду спустя альфа схватил член Нила и обнажает его изо всех сил. —О, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, так хорошо, так хорошо, альфа, больше, я не могу... - бессмысленно бормочет Нил. —Мне нужно, чтобы ты – быстрее, быстрее, трахнул меня сильнее – давай, альфа, давай - трахни меня, ещё, блять, блять, блять - С последним рычанием Эндрю поднимается вверх и вцепляется в то место, где шея Нила соприкасается с его плечом. Нил вскрикивает, когда его зубы впиваются в плоть, а затем успокаивают ее губами и языком. Смесь боли и удовольствия сотрясает Нила и выводит его из себя, как рикошет от разорвавшейся бомбы. Он жёстко кончает в руку Эндрю, тело невероятно напрягается и сжимает Эндрю изо всех сил. Эндрю вскрикивает в ответ, его собственное тело поддаётся удовольствию, которое Нил выжимает из него. Они оба остаются там, цепляясь друг за друга, пока их тела сотрясаются от толчков. Затем они откидываются назад, раскидывая конечности, и падают на кровать. Грудь Нила всё ещё вздымается, когда он лежит на Эндрю, но он не может отрицать, насколько восхитительно ощущается его тело. Это восхитительный гул плотского удовлетворения, который превращает его мышцы в желе, его разум в кашу, а его желание временно удовлетворено. Он даже наслаждается ощущением, как Эндрю размягчается внутри него, их тела настолько близки, насколько это возможно, когда возбуждение Эндрю на мгновение ослабевает. Всё тёплое, туманное и чудесное. Его мозг после секса радуется после брачного зова. Затем реальность начинает просачиваться обратно. Начнём с того, что они вдвоём надрывали свои задницы. Добавьте смазку, сперму и смазку Нила, и они превратятся в одно нечестивое месиво. Через несколько секунд Нил осознаёт каждое липкое, скользкое место, с которым они связаны. Он смотрит через плечо Эндрю на простыни, и его нос морщится ещё больше. Боже, какая грязная кровать. Он покрыт пятнами и следами пота и имеет несколько обалденный запах. Он не знает, насколько далеко они зашли в гоне Эндрю сейчас, но ему всё равно. Они должны немного прибраться в этом месте – должны немного привести себя в порядок, прежде чем продолжить. Поэтому он копает глубже, находя какую-то неиспользованную внутреннюю силу, когда вытаскивает Эндрю из себя и с ворчанием скатывается с кровати. Он, пошатываясь, поднимается на ноги, полностью теряя равновесие и быстро хватаясь за одеяло, чтобы противостоять этому. Эндрю издаёт низкий, рокочущий звук при неловком движении, что-то, что отзывается эхом глубоко в его груди, но Нил игнорирует его. Со всей невозмутимостью новорожденного жеребенка он идет в ванную. Он хватается за край ванны, чтобы не упасть, и опускается на трясущихся ногах на пол. Он морщится от ощущения вытекающей из него жидкости, прежде чем наклониться и открыть кран. Он ждет, пока вода не станет приятной, горячей, успокаивающей температуры, прежде чем вслепую потянуться за чем-нибудь приятно пахнущим, чтобы бросить в воду. Он почти уверен, что ему это удаётся, но считает, что Эндрю может убить его позже, если он схватил что-то не то. (Альфа на удивление разборчив в использовании своего модного, дорогого мыла.) Нил решительно возвращается в спальню. Он заваливается бедром на кровать, перекидывает руку через Эндрю рядом с его головой и хрипло произносит: —Дрю. Давай... вставай. Примешь ванну со мной? Альфа лениво открывает один глаз, пронзая Нила свирепым взглядом. —Отвратительно, альфа, - говорит Нил. —Придёшь меня помыть? Возможно, это грязная борьба, но она работает. Эндрю один раз застонал, прежде чем неуверенно подняться на ноги. После того, как Нил просит, он позволяет омеге поддержать его в ванной, при этом Нил использует все силы, которыми он обладает, чтобы помочь безопасно опустить Эндрю в ванну. Наконец, однако, альфа вздыхает с облегчением, глаза закрываются, когда он расслабляется под пузырьками. Нил снова встаёт, и глаза Эндрю распахиваются. Он шипит. —Секундочку, - улыбается Нил. —Я сейчас вернусь – сначала нужно кое о чём позаботиться. Эндрю свирепо смотрит на него. —Обещаю, что я буду быстр, Дрю. Он ждёт, пока Эндрю наконец кивнёт, чтобы выйти из ванной. Вернувшись в спальню, Нил хватает свежие простыни, которые он положил на комод, и быстро расстилает кровать. Изнеможение преследует его, он изо всех сил пытается застелить свежие простыни, конечности напрягаются, когда он борется с углами. Но, наконец, эта ужасная рутинная работа выполнена. Чувствуя себя странно завершённым, Нил вытирает лоб и улыбается. Он бросает грязный комплект простыней в корзину для белья, а затем возвращается в ванную. Напряжение спадает с плеч Эндрю, как только он снова видит Нила, его поза снова меняется с настороженной на расслабленную. Улыбка почти украшает его губы, когда он наблюдает, как Нил, наконец, забирается внутрь, рука сжимает бедро Нила, чтобы помочь медленно опустить его между ног альфы. Затем настаёт очередь Нила вздыхать, когда руки Эндрю обнимают его, его подбородок оказывается на макушке Нила, когда Нил откидывается на его грудь. В ванной тепло и тихо, когда они вдвоём сидят там, единственный звук издаёт мягкий плеск воды, когда кто-то из них двигается. Сейчас ночь, единственный свет исходит от пары зажжённых Нилом свечей, придавая всему происходящему тёплую, интимную атмосферу. Это заставляет Нила улыбнуться, когда он закрывает глаза. —Спасибо тебе, Дрю, - сонно шепчет он. И чувствует, как вся его грудь светится, когда Эндрю так же тихо шепчет в ответ: —Спасибо, Нил. После ванны они вдвоём забираются в постель Эндрю, измученные, гон альфы даёт им беспрецедентную передышку. Инстинкты Нила подсказывают ему, что это последняя передышка перед финалом – почти безумный всплеск гормонов, который приходит с окончанием гона. Но за этот перерыв приходится платить. Он находится в середине глубокого сна, когда слышит это – или, скорее, чувствует это. Нил поднимает голову с подушки и видит, как Эндрю ёрзает на кровати. Это не беспокойное, дикое размахивание руками, которое делают другие люди во сне. Нет, Эндрю спокоен в своих страданиях – всегда был таким. Это всего лишь один или два рывка головы, дрожание пальцев, малейшее смещение лодыжки. Но затем его рот приоткрывается в лёгком вздохе, и Нил понимает, что даже во сне привычки Эндрю всё ещё влияют на него. —Остановись - это первое слово, которое он слышит, произнесённое таким тихим шепотом, что он даже не уверен, что действительно его услышал. Затем “Нет” звучит немного громче. Раздаётся глубокий вздох, пальцы вцепляются в простыню, и нахмуренный лоб перед словами: —Прекрати это. Прекрати это сейчас же – не трогай – я – не буду, нет - Нил садится, стиснув зубы, наблюдая, как страдает Эндрю. Это так редко, что он просыпается во время одного из кошмаров Эндрю. К тому времени, как он встаёт, Эндрю обычно уже пялится в потолок, переживая последствия ужасных образов, в которых он оказался в ловушке. Так что у Нила мало практики в том, чтобы будить его после одного из них. Но он должен попытаться. —Дрю, - тихо зовёт он, не смея прикоснуться к нему. Не в муках его кошмара. —Дрю, проснись. Проснись, это всего лишь сон. Он видит капли пота, блестящие на лбу Эндрю, когда его голова мотается вправо. Его пальцы впиваются сильнее, и сердце Нила падает в низ живота, когда Эндрю рычит: —Нет, не трогай его! Нил, отойди – держись от него подальше! Я убью тебя, я– Нил! НИЛ! Нил, нет! Нил тяжело сглатывает, его собственные руки сильно сжимают колени, когда он зовёт громче. —Дрю! Дрю, я прямо здесь! Я в порядке, Дрю, так что просыпайся! Обещаю, что будет лучше, если ты просто откроешь глаза. Давай, альфа. Это я, я прямо здесь, я прав... И он ахает, когда Эндрю внезапно протягивает руку и сжимает его запястье. Глаза Эндрю распахиваются. Он тяжело дышит, глядя на Нила дикими глазами. Нил замирает, позволяя альфе насмотреться вдоволь. Наконец Эндрю прохрипел: —Нил? —Да, Дрю? - Нил шепчет в ответ. —Ты... в порядке? Не... больно? —Нет, я в порядке, Дрю. Видишь? - говорит ему Нил, медленно отводя руку Эндрю от своего запястья, чтобы погладить его по лицу. Эндрю делает ещё несколько прерывистых вдохов, осторожно прикасаясь к лицу Нила, нащупывая кровь или травмы, которых, как знает Нил, там нет. Его рука опускается вниз, пока не упирается в шею Нила, нащупывая его сердцебиение. Пока под кончиками пальцев бьётся ровный пульс Нила, лоб Эндрю опускается на подушку. Дыхание вырывается из его лёгких долгими вздохами, когда он пытается вернуть себе контроль. —Нил? - он спрашивает снова. —Да? И, кажется, проходит вечность, прежде чем Эндрю шепчет: —Не уходи. Фраза небольшая и мучительная. Она пронзает Нила насквозь, как острый нож. —Я не буду, Эндрю, - обещает он. —Я буду прямо здесь. Взгляд Эндрю прожигает его насквозь. Его рука сжимается на горле Нила на долю секунды, прежде чем снова расслабиться. Его пальцы нежно поглаживают точку пульса Нила, тёмно-золотые глаза заманивают Нила в ловушку, когда он слабо просит: —Останься. И конечно, у Нила есть только один ответ. —Я так и сделаю, Эндрю. Я останусь. Я не позволю ничему добраться до нас. Ты можешь спать. Всё в порядке. Он видит, как Эндрю вздрагивает в ответ, просто лёгкая дрожь пробегает по его спине, когда слова Нила проникают в него. Дюйм за дюймом Нил наблюдает, как он расслабляется, всё глубже погружаясь в подушку. Его рука задерживается, скользя вниз по коже Нила, пока Нил не ловит её и не кладёт себе на сердце. Устойчивое ощущение сердцебиения Нила, запечатлённое под его ладонью, кажется, успокаивает Эндрю. Его дыхание выравнивается. Нил в ожидании наблюдает, как Эндрю закрывает глаза. Затем он ждёт ещё дольше, пока не сможет сказать, что Эндрю наконец заснул. Нилу приходит в голову, что он был неправ раньше – это настоящая причина, по которой Эндрю не хочет делиться своими переживаниями. Потому что он не хочет, чтобы другие видели его слабость. Он не хочет, чтобы кто-то ещё знал, что он тоже нуждается в защите. От призраков в его голове, от его собственных демонов, от невидимых угроз, которые, как они знают, существуют снаружи. Эндрю такой сильный, как внутри, так и снаружи. Это то, за что Нил всегда восхищался им и до сих пор восхищается. И это не заставляет его думать об альфе хуже из-за того, что он нуждается в некоторой уверенности. Потому что да, он полагается на Эндрю и в мгновение ока положится на него, когда понадобится. Но Нил никогда не был омегой, с которым нужно нянчиться. Нет, он всегда был бойцом. Колючая тварь, готовая укусить в ответ зубами, когтями, ножами – всем, что находится поблизости и что самое острое. Поэтому он хочет, чтобы Эндрю знал, что его альфа прикрывает. Он хочет, чтобы Эндрю мог разрушить свои стены вместе с ним, чувствовать себя в безопасности, когда он наиболее уязвим. И для Эндрю, он знает, это означает выразить своё согласие, верить, что Нил скажет "нет", когда ему нужно, и никогда не требовать от Эндрю больше, чем он может дать. Но это также означает защиту Эндрю. Сражаться с другими словами или ударами, чтобы защитить то, что принадлежит ему. И Нил сделал бы это в мгновение ока. Итак, сегодня вечером он заступает на свой пост. Он защищает Эндрю, присматривает за ним, потому что это то, что ему нужно прямо сейчас. Эндрю – его безопасное место, поэтому Нил сделает всё, что в его силах, чтобы стать его местом. Он наблюдает, пока первые лучи рассвета не пробираются по покрывалу кровати, чтобы поиграть с золотыми завитками волос Эндрю. И когда эти чарующие карие глаза открываются и манят его, Нил идёт, не раздумывая. Спина Нила выгибается, когда член Эндрю врезается в него, ритм неумолимый и, о, такой удовлетворяющий. Он раздвигает ноги шире, пытаясь взять Эндрю глубже, и слышит одобрительное ворчание альфы. Его голова поворачивается на кровати, он смотрит на узор солнечного света на стене и смутно задаётся вопросом, который час. Его ноздри раздуваются, вдыхая новую волну запаха Эндрю. Затем его разум отключается, оседлав эту волну блаженства, когда возбуждение разливается по нему, как расплавленная лава. Сейчас они в самой гуще событий. Это лихорадочная поездка на американских горках до конца, за которую Нилу ничего не остаётся, как держаться. Такое чувство, что Эндрю трахал его без остановки последние восемь часов, хотя он знает, что это невозможно. Точно так же, как невозможно, чтобы Нил мог хотеть большего. Его тело жаждет этого, почти умоляя Эндрю быть внутри него. Что нелепо, учитывая, что Эндрю почти не отходил от него. У Нила было так много оргазмов, что он потерял счёт, его тело просто изгибалось и подчинялось воле Эндрю. Как сейчас, например. Нил содрогается от своего последнего оргазма, член подёргивается, когда сперма растекается по его животу. Он задыхается на кровати, тяжело дыша, когда Эндрю выскальзывает из него. Он протестует против этого движения, хныча где-то в глубине горла. Эндрю легонько шлёпает его по заднице, молча прося его повернуться. Нил делает это, не моргая, становясь на колени, когда Эндрю снова проскальзывает в него. Это позволяет ему проникнуть глубже, его рука надавливает между лопатками Нила, пока его грудь не упирается в кровать. Затем Эндрю отстраняется и начинает трахать его ещё раз. Бёдра Нила просто выгибаются и перекатываются, следуя за толчками члена Эндрю, когда он врезается в него, наслаждаясь каждой секундой этого. Комната горит, а кожа Нила скользкая и влажная. Его руки всё глубже и глубже зарываются в простыни в поисках опоры, пока Эндрю берёт его. И тогда, наконец–то – наконец-то - он чувствует это. Толстая выпуклость узла Эндрю, прижимающегося к нему. В животе Нила возникает трепещущее чувство, когда он хлопает его по заднице, физически показывая Нилу, как сильно Эндрю хочет его. Предсказывая, насколько основательно он собирается заявить на него права. Это возвращает Нила к разговору, который у них состоялся в машине по дороге в Колумбию. —Ты читал о завязывании узлов? - ни с того ни с сего спрашивает его Эндрю, крепко сжимая руками руль. Воздух в машине внезапно наполняется смесью гнева и тревоги. Нил сглатывает, не удивлённый тем, что Эндрю решил провести этот разговор здесь и сейчас – где ни один из них не может избежать этого. —Да. —И? Что ты узнал? —Что это своего рода притязания альф – особенно во время гона. Завязывание узлов - это их способ... гм... производить, если они так захотят. —Чего у нас не будет. —Чего мы не делаем, - твёрдо соглашается Нил, мысленно ещё раз проверяя, взял ли он свои лекарства, прежде чем вздохнуть с облегчением, когда вспоминает, в какой сумке они находятся. —Это будет много, - категорично говорит Эндрю. —Больше, чем ты когда-либо принимал раньше. Тебе нужно будет сказать мне, если ты не сможешь этого сделать. —Я так и сделаю, - мгновенно обещает Нил. —Но помни, что ты также омега, - осторожно говорит Эндрю, —Поэтому твоё тело спроектировано так, чтобы ты мог справиться с этим, если захочешь. Просто расслабься и дыши через нос. Позволь этому чувству захлестнуть тебя, и... если ты сможешь…позволь себе... —Подчиниться? - тихо говорит Нил. Теперь настала очередь Эндрю с трудом сглотнуть. Машина останавливается на светофоре, и Нил ждёт, пока Эндрю повернётся и посмотрит на него. —Я доверяю тебе, альфа, - говорит он ему, наблюдая, как Эндрю жадно изучает его лицо, оценивая его реакцию. —Если это для тебя, я не возражаю. - Он сглатывает, затем признается: —Я хочу. Эндрю пристально смотрит на него мгновение, затем сильно хватает Нила сзади за шею, притягивая его вперёд, пока их лбы не соприкасаются. —Я позабочусь о тебе, - обещает он низким шепотом. —Я знаю, - выдыхает Нил в ответ. Они остаются так ещё секунду, пока не загорится зелёный. Затем Эндрю откидывается назад. —Хотя я слышал, что омегам это нравится, - небрежно замечает альфа. —Ну, спасибо, блять, - фыркает Нил в ответ. —Иначе ты бы услышал о гораздо большем количестве альф, умирающих после секса. Эндрю издаёт смешок, и напряжение в машине спадает, становясь легче, когда они отъезжают. Теперь глаза Нила немного расширяются, когда он осознаёт истинный размер Эндрю и лучше понимает, о чём он говорил. Предупреждение, которое он пытался дать. И всё же, несмотря на свои опасения, он всё ещё чувствует, как его ноги раздвигаются шире, готовясь принять Эндрю – отмечает, что он практически весь мокрый. Он хочет этого, он понимает. Хочет, чтобы весь Эндрю был внутри него. Поэтому Нил толкается в ответ сильнее, показывая Эндрю, как сильно он хочет, чтобы альфа взял его. —Да, - выдыхает он. —Да, Дрю, это да. Это восторженное подтверждение, в котором нуждается Эндрю. Он на мгновение прекращает толкаться, прежде чем схватить Нила за ягодицы и широко раздвинуть их. Затем он медленно начинает давить, сильно. Усилием воли Нил заставляет своё тело расслабиться. Он глубоко вдыхает аромат Эндрю и позволяет волне подчинения захлестнуть его, когда Эндрю начинает проскальзывать внутрь. Эндрю не шутил – это очень много. Всё обтягивает, и Нил чувствует себя полнее, чем когда-либо в своей жизни. Но это не причиняет боли и не кажется неправильным – на самом деле, это именно то, что он всегда искал. Во время каждой течки, когда он мастурбирует – эту боль он всегда чувствует глубоко внутри. Наконец-то, наконец-то Эндрю заполняет его. Это всё, чего Нил когда-либо хотел, и он испускает глубокий вздох удовлетворения, когда Эндрю опускает руки. Эндрю рычит, перенося вес на спину Нила, когда он просовывает руку под него, обхватывая мягкий живот Нила, пока он сидит там, позволяя Нилу приспособиться. Но Нил чувствует себя так, словно его внезапно поглотил огонь. Он откидывается на член Эндрю, каким-то образом желая от него большего, хотя Эндрю уже отдал ему всё. Однако он ничего не может поделать с инстинктом, поэтому толкается сильнее, чувствуя, как член альфы трётся о его простату, и сильно содрогаясь при каждой ласке. Эндрю, кажется, тоже хочет быть ближе, хотя они оба знают, что больше идти некуда. Несмотря ни на что, он прижимается к Нилу, его пальцы тянутся вниз, чтобы просунуться между пальцами Нила, когда они двигаются и трутся друг о друга. Глаза Нила расширяются, когда он чувствует, как Эндрю становится больше внутри него, и он кричит от этого чувства. Он хнычет и постанывает, издавая звуки, которые, кажется, сводят Эндрю с ума, если судить по резким покусываниям плеч и шеи Нила. Но ни один из них не останавливается. Они не хотят этого, их тела отдают, и получают, и жаждут большего, большего, большего. Они едва могут двигаться, но это не мешает их коже соприкасаться, бёдра Нила дёргаются с каждым толчком. От его подпрыгивающего члена, красного и болезненно твёрдого от жестокого массажа, который получает его простата. Эндрю горит внутри него, и у Нила от этого кружится голова. Он так поглощён ощущением Эндрю внутри и вокруг себя, что едва осознаёт, что снова кончает, пока Эндрю не скулит ему на ухо. Он целует и покусывает мочку уха Нила, проводя рукой по беспорядку на его животе, продолжая трахать его без остановки. Нил ахает, когда Эндрю наклоняется и начинает гладить его. Он снова невероятно твердеет, когда Эндрю врезается в него снова и снова. Его чувства переполнены теплом, запахом и зрением альфы. Воздух почти вибрирует от напряжения, когда они двигаются вместе, бёдра двигаются как одно целое, когда гормоны Эндрю достигают своего пика. Нил снова кончает под Эндрю, вскрикивая и заикаясь, когда пачкает простыни. Это заводит Эндрю быстрее, его тело неистово трахается внутри Нила, стремясь к этому тугому, влажному теплу. Нил просто опускается на кровать, принимая и поглощая то, что даёт ему Эндрю. Он чувствует, как Эндрю осыпает его спину отчаянными поцелуями, лелея Нила внутри и снаружи. Нил чувствует приближение оргазма альфы, слышит, как он поднимается внутри Эндрю, когда дыхание альфы становится неровным и резким. Его когти снова впиваются в бёдра Нила, врезаясь в него с почти зверской силой. Нил знает, что он будет в синяках и отметинах, когда это закончится, но эта мысль глупо наполняет его удовлетворением. Он слышит, как Эндрю скулит, и сразу понимает, что тот беспокоится о нём. Поэтому он отводит руку назад, пока она не обхватывает бедро Эндрю сзади, и притягивает его к себе, показывая ему, как сильно он всё ещё хочет его. Поощряя Эндрю идти ещё глубже, становиться ещё ближе к нему. Это безумие не от мира сего, но он чувствует, как снова твердеет, член трётся о простыни с каждым движением Эндрю. Но он сосредотачивается на Эндрю, желая, чтобы его альфа нашёл то облегчение, которого он так отчаянно жаждет. —Давай, альфа, - стонет он. —Давай, трахни меня. Наполни меня, Эндрю. Мне нужно, чтобы ты – нуждался в тебе внутри меня, нужен твой – ах –член, чтобы жёстко трахнул меня. Давай, Дрю. Трахни меня – наполни меня своей – ах, ах – спермой, давай, альфа, давай - Эндрю рычит с каждым словом, произносимым Нилом, его тело почти дрожит. —Давай, Дрю, - лепечет Нил почти в отчаянии. —Давай, Дрю, кончай... Давай... И наконец, с воем, Эндрю делает это. Внутри Нила разгорается шокирующий жар, наполняющий его, когда Эндрю кончает в него. Это заставляет Нила неудержимо дрожать, заставляет что-то внутри него хотеть вскочить и убежать, хотя он прижат к матрасу весом Эндрю. Эндрю закрепляет его там, и Нил так благодарен за это, альфа крепко держит его, когда мир Нила рушится. Всё настолько горячо, ярко и ошеломляюще, что Нил едва замечает жар на затылке, когда Эндрю широко открывает рот. Есть только одна вспышка узнавания, прежде чем он чувствует, как клыки Эндрю вонзаются в заднюю часть его шеи, погружаясь в тамошний орган. Удовольствие пронизывает Нила от этого ощущения, и он отдалённо осознаёт, что снова кончает, нетронутый, от ощущения Эндрю внутри него, окружающего его, растворяющегося в нём. Чувствуется слабый запах крови, но Нила это не беспокоит. Не тогда, когда язык Эндрю облизывает его шею сзади, слабые отголоски эхом отдаются по его телу с каждым грубым ударом. Однако, когда Эндрю начинает толкать его в лицо, он заставляет себя открыть глаза. Он смутно фокусируется на зрелище перед собой – затылок Эндрю, каким-то невероятным образом изогнутый, чтобы дотянуться до него. Нил смотрит на это в замешательстве, прежде чем Эндрю поворачивает голову назад, чтобы зарычать на него. Нил облизывает губы. —Ты хочешь, чтобы я... укусил тебя? Слово мгновенно вырывается из горла Эндрю. —Да. - Затем он снова поворачивается, подставляя свою собственную шею. Просьба несколько сюрреалистична для Нила, который всё ещё чувствует, как Эндрю пульсирует внутри него. Но его тело, кажется, знает, что делать, потому что он чувствует, как его клыки удлиняются во рту. Доверившись инстинкту, он протягивает руку и широко открывает рот. И погружается в кожу Эндрю, как и должно было быть всегда. Когда Эндрю просыпается, его тело мгновенно замирает, когда он осматривается вокруг. Неудивительно, что он в своей спальне в Колумбии. Это имеет смысл, поскольку обычно он отправляется в Колумбию, чтобы провести свой гон. Он также одинок, что типично. Но на этом сходства заканчиваются. Потому что обычно, когда Эндрю просыпается после своей рутины, его тело чувствует себя полуголодным и ноющим. Обычно он истощён, полностью лишён энергии. Он доползает до ванной, а затем мучительно тащится вниз, чтобы найти пропитание, мышцы болят, а тело переполнено неудовлетворённой потребностью. Однако сейчас он ничего этого не чувствует. В его конечностях приятная скованность, как он чувствует себя после игры. Усталый, но не измученный, голодный, но не умирающий с голоду. Он почти чувствует себя... Сытым. Удовлетворённым. Сдержанным. Это сбивает с толку. Единственная настоящая боль, которую он может чувствовать, - это задняя часть шеи... И внезапно все воспоминания нахлынули на него. Его глаза расширяются, когда он вспоминает, как приглашал Нила в свой гон. Как он заставил Нила пообещать остановить его любыми необходимыми средствами, если это станет слишком. Как Нил оставался с ним всё это время, никогда не уходил. Как эти двое соединялись снова и снова, достигая нового уровня чувственного наслаждения, которого он никогда раньше не испытывал. Теперь он оглядывает комнату и отмечает, что пустые бутылки, наполовину разбросанные одежда и простыни, а также остатки мусора от их скудной трапезы - всё исчезло. Было открыто окно, позволяющее циркулировать свежему воздуху. Эндрю спит на выстиранных простынях, его тело чистое и отдохнувшее, а его рука сжимает пустое место на кровати, которое, очевидно, было заполнено раньше. Тёплое чувство расползается по его животу от осознания этого, прежде чем вспыхнуть, когда дверь открывается, и входит его пара. —Ой! Ты проснулся, - мягко говорит Нил, широко раскрыв глаза. Он несёт поднос, на котором вафли с шоколадной крошкой, политые маслом и сиропом, сосиски, бекон, яичница-болтунья, тосты, намазанные джемом, кофейная кружка и стакан апельсинового сока. К своему смущению, желудок Эндрю громко урчит, когда до него доносится восхитительный аромат. Нил ухмыляется и идёт к нему. Неловко прислонившись к спинке кровати, Эндрю наблюдает, как Нил ставит поднос себе на колени, прежде чем забраться на кровать рядом с ним. Он ждёт секунду, сглатывая, борясь с желанием просто опрокинуть в рот весь поднос, посуду и все остальное, и хрипло спрашивает: —Ты? —Уже поел, - весело говорит Нил. —Продолжай, Дрю. Его плечи с облегчением опускаются, его альфа-инстинкт удовлетворён знанием, что об омеге уже позаботились. Затем он берёт вилку и начинает ковырять в ней еду. Нил слегка напевает, наблюдая за ним с довольным выражением на лице. Эндрю использует прикрытие еды, чтобы незаметно проверить его. Омега выглядит так, словно он светится. Он растягивается на кровати, и Эндрю с облегчением видит, что он не морщится и не выглядит так, будто у него что-то болит. Он явно чувствует себя комфортно, так как на нём только боксеры, но Эндрю видит несколько отметин и синяков, которые его руки оставили на его теле. Они заставляют его желудок неприятно скручиваться, пока он не видит, как одна из рук Нила проводит по синяку на его бедре. На его лице появляется гордая улыбка, которая заставляет Эндрю передумать. И тут он замечает отметину на шее Нила. Нил замирает, наблюдая за ним. От него исходит намек на беспокойство, но он ждёт. Эндрю проглатывает последний кусочек, прежде чем аккуратно отставить поднос в сторону. Затем он подзывает его. Сделав большой глоток воздуха, Нил подползает к нему. Он останавливается на расстоянии вытянутой руки, поворачиваясь на бок, чтобы Эндрю мог это видеть: брачный укус. Эндрю долго смотрит на него. Затем медленно, благоговейно он наклоняется вперёд, чтобы поцеловать укус. Нил мгновенно тает, как марионетка, у которой перерезали ниточки. Напряжение в его плечах рассеивается, когда он поворачивается обратно к Эндрю с широкой улыбкой на лице. Эндрю обхватывает Нила сзади за шею и тянет. Нил издает тихий писк удивления, когда падает на грудь Эндрю. Но затем довольное мурлыканье наполняет воздух, когда пальцы Эндрю скользят в его кудри и массируют кожу головы. —Хорошо? - тихо спрашивает омега после нескольких минут сидения там. И Эндрю делает глубокий вдох, вдыхая аппетитный аромат своей пары, прежде чем пробормотать: —Хорошо. Эндрю хмуро смотрит на свой телефон, хмурясь, когда проигрывает последний уровень своей игры – снова. Он ждёт, пока Нил соберётся, чтобы они могли сесть в машину и поехать встречать остальных Лис в Сумерках. Это суббота перед окончанием перерыва, и они проводят пресловутую “ночь в городе”, прежде чем им придётся смириться с этим и погрузиться в чемпионаты и финалы. Однако обычно они ждут именно его, так что это дополнительное время, которое Нил проводит в ванной, уже является красным флагом. Эндрю стискивает зубы. Он пытается игнорировать своё раздражение, подавляя поддёргивание ноги, когда разглаживает свой запах. Мысли о Ниле, сожалеющем о том, что они сделали, затуманивают его разум по мере того, как проходят минуты. Его беспокойство растёт в геометрической прогрессии, пока он, наконец, не решает, что собирается пойти туда, распахнуть дверь и спросить, какого чёрта так долго – Затем открывается дверь ванной. —Эм, - говорит Нил, делая несколько неуверенных шагов в комнату, —Что ты думаешь? Эндрю моргает, глядя на него. Невероятно узкие синие джинсы и ботинки, которые всегда шокируют чувства, ожидаемы. Прозрачная темно-синяя рубашка, которую Нил надел сверху, - нет. Во-первых, цвет удивителен, так как он поразительно сочетается с каштановыми кудрями на его голове. Нил вообще не из тех, кто выделяется, поэтому Эндрю удивлён выбором, потому что это привлекает внимание к омеге. Впрочем, это мало что открывает, ткань закрывает всю его грудь от шеи до запястья. Но когда Нил поворачивается к зеркалу на комоде Эндрю, сердце Эндрю почти останавливается в груди. Потому что сзади на рубашке Нила есть идеально вырезанный v-образный вырез, открывающий полоску кожи от середины спины до шеи. Ака, именно там, где находится метка. Именно тогда Эндрю понимает, что Нил, должно быть, выбрал это нарочно. Должно быть, он сам выбрал её в тот момент, когда Эндрю спросил, может ли он его укусить. Он смотрит на лицо Нила в зеркале, щёки раскраснелись от счастья, он теребит невидимые нити на макушке, и понимает, что омега прихорашивается. Его глаза встречаются с глазами Эндрю в зеркале, и они немного дрогнули. —Эндрю? Эндрю встаёт и пересекает комнату, пока не оказывается прямо за спиной Нила. Его руки сжимают комод по обе стороны от бёдер Нила. Его пристальный взгляд не отрывается от Нила, когда он бормочет: —Я думаю... - и он наклоняется, чтобы снова поцеловать отметину на шее Нила, заставляя омегу вздохнуть: —...что Ичиро может пойти нахуй. Нил положительно ухмыляется. Он вращается в кольце рук Эндрю, прежде чем протянуть руки и обхватить Эндрю за шею, его собственные пальцы находят отметину Эндрю. —Да или нет? —Да, - рычит Эндрю, прежде чем наклониться и поцеловать Нила до бесчувствия. Они немного дурачатся, волосы растрёпаны, а лёгкие тяжело дышат, прежде чем Эндрю неохотно отстраняется. Они уже более чем немного опаздывают, и он слышит, как соответственно взрываются его телефон и телефон Нила. Поэтому он переплетает свои пальцы с пальцами Нила и тащит его вниз к машине. Поездка туда беспокойная, волнение Нила притягивает волнение Эндрю. Предвкушение тупо давит на них обоих, так что к тому времени, как они входят в двери, Нил практически вибрирует рядом с ним. Но Эндрю подавляет эту энергию, держа его руку в своей, пока они спокойно идут к столу в глубине зала, где сидят остальные Лисы. —Вот вы где, ребята! Наконец-то, - ворчит Эллисон, как только замечает их. —Господи, разве вы двое не всего в десяти минутах езды отсюда? Что вы делали? Дэн фыркает. —Э-э, я думаю, это очевидно. Разве ты не чувствуешь этого запаха? Они практически пропитаны запахами друг друга – даже хуже, чем обычно. Эндрю наблюдает, как голова Аарона приподнимается, его глаза находят глаза Нила и расширяются. Нил одаривает команду острой ухмылкой. —Извините, - он пожимает плечами, совершенно не раскаиваясь. —Ну? - Кевин хмурится. —Ты собираешься сесть или просто стоять там, наблюдая за нами всю ночь? И снова Нил пожимает плечами, прежде чем наклониться, готовясь сесть рядом с Кевином. Эндрю видит в тот момент, когда Кевин замечает это. Его глаза расширяются, и он переводит взгляд на Эндрю. Эндрю бесстрастно смотрит на него в ответ. Рот Аарона расплывается в ухмылке. Нил краснеет от их реакции, прикусывает нижнюю губу, пытаясь удержаться от улыбки. Неловкий момент не остаётся незамеченным. —Чему вы, ребята, улыбаетесь? - подозрительно спрашивает их Ники. —Ничего, - немедленно отвечает Аарон. Эндрю почти закатывает глаза. —Что? Что это? - снова спрашивает Ники, ищейка, идущая по следу. —Если ты не можешь разобраться в этом сам, это твоя проблема, - насмехается над ним Аарон, делая плавный глоток своего напитка. Ники прищуривается, глядя на него, прежде чем повернуться к Нилу. Эндрю наблюдает, как рыжеволосый борется с беспокойством под его пристальным взглядом. Ники немного расслабляется, вероятно, неправильно понимая нервозность Нила. —Мне нравится твоя новая рубашка, Нил! - выкрикивает он, заставляя нескольких других за столом снова повернуться к нему. —Я имею в виду, не то чтобы водолазки не были милыми и всё такое, но, Боже, они также были худшими, понимаешь? Ты был похож на надутого профессора английского. В этом, по крайней мере, есть какой-то стиль! —Конечно, это так, - фыркает Эллисон. —Я помогала её выбирать. - Она мотает головой в сторону Нила. —Покажи ему спину, милый. Эндрю наблюдает, как по лицу Нила медленно расползается улыбка. Аарон фыркает в свой напиток, и Кевин прикрывает рот, чтобы скрыть улыбку, отражающуюся на его лице, когда Нил медленно поворачивается. Крик, который издает Ники, когда видит это, нечестив. —Нил! - кричит он, роняя свой стакан на стол и расплёскивая его содержимое повсюду. Однако Ники это не волнует, поскольку его взгляд мечется туда-сюда между Эндрю и Нилом. —Когда вы... это значит... как это произошло... о боже мой, о боже мой, о боже мой! —Вау, - говорит Эллисон, открыв рот. —Поздравляю, - улыбается Рене. —Я очень рада за вас обоих. —Срань господня, - говорит Дэн, хватая ещё одну рюмку и выпивая её залпом. —Святое дерьмо, я это вижу? —Детка, ударь меня, - моргает Мэтт. —Ты не имеешь в виду ущипни меня? —Нет, я не думаю, что это будет достаточно сложно, и я хочу убедиться, что это реально. —Тогда ладно. —Ой! —Самое время, - ухмыляется Аарон, поднимая свой бокал в сторону Эндрю. Эндрю отшвыривает его в ответ. —Я собираюсь выпить. Он поворачивается, чтобы уйти, и слышит, как его кузен снова ахает. —Эндрю! Что это? Эндрю вздыхает и просто поворачивается, чтобы посмотреть на него. Ники выглядит так, словно вот-вот расплачется. —У тебя тоже есть такая? —О-о-о, - воркует Дэн, ухмыляясь ему. —Не знала, что ты такой романтик, Миньярд. Он прищуривается, глядя на неё. —Отвали. Потому что прекрасно, он знает, что альфы обычно не дают укусить в ответ. Большинство просто кусают свою омегу, чтобы показать доминирование. Это говорит о том, что они захвачены, запаха альфы, отмечающего его притязания, обычно достаточно, чтобы отпугнуть других. Но для Нила важно знать, что он равен в этих отношениях. Что не только он принадлежит Эндрю, но и наоборот. Так что, хотя это немного старомодно, Эндрю позволил ему укусить себя, чтобы показать, что он именно такой, как о нём говорят. Что Нил принадлежит ему, а он принадлежит Нилу, и нет никаких сомнений в том, как они относятся друг к другу. —Мило, - ухмыляется Эллисон. —Как тошнотворно сладко. Например, пожалуйста, убирайся с глаз моих долой со своей любовной чушью, чтобы я могла спокойно насладиться своим напитком. Дэн толкает её в плечо. —Что за дерьмо, Уайлдс? - Эллисон ругается, рыча на неё. Дэн огрызается в ответ. —Просто заткнись и оставь их в покое. Нил ждал этого целую вечность, и мы не собираемся им всё портить. Эллисон закатывает глаза, но благоразумно держит рот на замке. —Кроме того, ты должна мне триста баксов. —Какого хрена, ладно! - огрызается Эллисон, волосы снова встают дыбом, когда она поворачивается к Дэн. Дэн закатывает глаза и поворачивается к ним, когда Эллисон начинает разглагольствовать. —Продолжайте, голубчики. Идите выпейте чего-нибудь. Мы останемся здесь и будем ждать. Нил немедленно вскакивает и следует за Эндрю, который демонстративно игнорирует крики своего двоюродного брата: —Я так горжусь тобой, Эндрю!, - когда уходит. Однако, прежде чем они успевают направиться к бару, Эндрю чувствует, как кончики пальцев Нила тянут его за рукав. Он позволяет этому случиться, забавляясь тем, как Нил тащит их через танцпол, к боковой двери и в переулок. Он продолжает тащить Эндрю в темноту, в нишу между зданиями, освещённую только бледными лучами луны наверху. Затем он прислоняется к кирпичной стене и самодовольно улыбается Эндрю. —Что? - спрашивает Эндрю. —Ничего, - ухмыляется Нил, прежде чем обхватить пальцем одну из петель для ремня Эндрю и потянуть. Эндрю приподнимает бровь, позволяя Нилу притянуть его ближе. —Ты что-то хочешь, омега? Нил медленно качает головой. —Только ты, альфа. Только ты. Эндрю рычит в знак согласия, на его лице мелькает волчья ухмылка, которую ловит Нил. Затем он наклоняется вперёд и целует его, наблюдая, как закрываются ресницы Нила, чувствуя мягкое дыхание на его губах. Его руки тянутся вверх, чтобы обхватить шею Эндрю, в то время как Эндрю обхватывает его бёдра. И повсюду вокруг него разносится восхитительный аромат апельсинов и гвоздики.