Перси Джексон. На краю.

За руку держи меня, не отпускай Я буду дарить тебе звёзды, дарить рай... Всё только для нас, всё только для нас Прошу не уходи, не предавай.

Вернувшись в лагерь Смешанной крови, полубоги зажили обычной жизнью подростков, если вообще можно назвать таковой жизнь полукровок. Хирон убедил Диониса не отправлять полубогов ухаживать за привередливыми дельфинами, но вот дежурства в столовой избежать полукровкам не удалось. Единственным избежавшим наказание, стал Нико. Сын Аида провел в лазарете еще целую неделю, яд Ламий очень трудно вытягивался из его тела. Как и ожидалось, самой обсуждаемой новостью были отношения Аннабет и Перси. Ходили слухи, что сын Посейдона тайно встречается с Рэйчел, что само по себе невозможно, ведь девушка уехала из лагеря с родителями в Италию. Одна из дочерей Афродиты уверяла всех, что своими глазами видела, как четвертого июля полубог изменял Аннабет с одной из симпатичных наяд в озере. Перси отрицал все слухи, пытаясь положить им конец, в то время как Лука, зная правду, просто смеялся над ними. Честно говоря, слухи про Рэйчел с Перси придумал сын Гермеса, за что примерно два дня, сын Посейдона не разговаривал со старшим полубогом. Будучи назначенным, вожатым дома Гермеса, Лука официально стал лидером самых главных сплетников в лагере вместе с вожатой дома Афродиты, так что парень был обязан распускать слухи. И да, полубогу определенно нравилось, что, по мнению всего лагеря, самый горячий парень встречается с ним. Конечно, это ничем не помогало Перси помириться с Аннабет, зато сын Гермеса отлично проводил время. Прошла неделя, прежде чем полукровки, наконец, узнали правду о причине разрыва отношений между полубогами. Хоть Перси и Лука пытались сохранять свои отношения в тайне, все говорило, что долго это у полукровок не получилось бы в любом случае, ведь сын Посейдона является крупнейшей звездой лагеря, а сын Гермеса не менее известен своими действиями в прошлом. Они скрылись в оружейной, после урока с детьми Афродиты. Лука подошел вплотную к Перси, страстно целуя полубога в губы, заставляя парня прижаться спиной к прохладной стене. И в этот момент открылась дверь и Лэйси, самая младшая дочь Афродиты, с криком - О мой бог, я знала это! - побежала делиться увиденным. Конечно, эта новость распространялась быстрее, чем любые другие слухи. Через двадцать минут уже весь лагерь был в возбужденном состоянии, все знали об отношениях между полубогами. Эту новость было не остановить; дети Гермеса соперничали с детьми Афродиты, любовная интрижка между парнями была самой сочной новостью для разговоров. -Все должно было произойти не так,- пожаловался Перси, обессиленно падая в свою кровать. Он и Лука сразу же убежали из оружейной в дом Посейдона, подальше от остальных обитателей лагеря. -О, так у тебя был план?- дразнил парня Лука, развалившись на кровати рядом со своим парнем. На выглядел расслабленным и даже немного довольным, в отличие от Перси. Сын Гермеса опустил рука на живот младшего полубога, задирая рубашку. – Перси, мы оба знали, что рано или поздно они все узнают. -Уж лучше бы позже.- Полубог надеялся, что у них будет время уладить все проблемы, прежде чем остальные узнают об их «дружеских» отношениях. Большая часть лагеря была убеждена, что он и Аннабет до сих пор являются парой. Конечно, теперь уже никто не верит в это. -Ты не можешь теперь стыдиться меня, Перси. – Сказал Лука, смотря в глаза младшему полубогу. Золотой блеск боли и гнева в глазах старшего полубога был слишком знаком сыну Посейдона, такими глазами Лука смотрел на полубога во время их боев. – Мы прошли слишком много вместе, чтобы сейчас отступать. - Я не отступаю,- запротестовал Перси. Он даже и не думал отвергать чувства к сыну Гермеса; не после того, как он нашел, не после того, как полубог ответил взаимностью. – Лука, есть много людей, которые не поймут нас. Старший полубог убрал руку от живота Перси и откинулся на кровать, заведя руки за голову. - Мне надоело заботиться о том, что обо мне думают другие полубоги, Перси. Они могут принимать или не принимать наши отношения, мне все равно на их мнение. Перси тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что Лука все еще зол на обитателей лагеря; ведь с самого начала лета, возможно даже раньше, сын Гермеса искал ответы. Полубог говорил Перси, что они на краю гобелена лжи и, что он не отступит, пока не узнает правды. Красочные воспоминания, это та самая причина беспокойства Луки. После разговора с Мнемозиной, казалось, что сын Гермеса прекратит попытки, но Перси уверен, что полубог не бросит поиски. На несколько минут между полукровками повисла тишина, ни один из них не пытался продолжить беседу. Перси понимал, что все эти ненужные разговоры могут привести к начальной ступени их отношений, а это было последнее, что он хотел. Младший полубог уже и так безнадежно разрушил свои отношения с Аннабет, и теперь точно нет и единого шанса, что дочь Афины захочет остаться друзьями. В конечном итоге Перси надоело это бездействие, полубог придвинулся ближе к Луке, наклоняясь и целуя старшего парня. Сын Гермеса слегка вздрогнул, неожиданно вырванный из собственных мыслей, прежде чем еще ближе прижать к себе младшего полубога. Поцелуй был знаком извинения для обоих полукровок: за колебания Перси и за тоску Луки. В этот раз тишина была намного приятнее, потому что их губы были заняты, потому что старший полубог легонько проводил пальцами по шее сына Посейдона, спускаясь все ниже и ниже. -Мм, Лука,- Перси отстранился от губ полукровки, чтобы пробормотать что-то довольно важное по его мнению. – Мы должны… Что бы он ни собирался сказать, это было совершенно забыто, когда сын Гермеса специально пальцами коснулся маленького пятна на спине Перси. Тот же самый разряд, только в два раза сильнее пробежался по всему телу полубога, заставляя сына Посейдона выгнуться и застонать. -Лука! Хитро улыбнувшись, старший полубог продолжил дразнить Перси, поглаживая и мягко нажимая на сверхчувствительное место на теле полукровки. Сын Посейдона полностью был в его власти, полубог буквально задыхался от пленительных волн наслаждения, пронзающих его тело снова и снова. Невозможно описать удовольствие, которое разливалось по телу Перси. Эти ощущения были волнующими, приносящими сладкое наслаждение, но в тоже время они напоминали, что смерть всегда рядом. И все же удовольствие, которое получал Перси от рук сына Гермеса, было самым ярким, самым умопомрачительным за всю его жизнь. Сын Посейдона был возбужден, его член уже отчетливо просматривался сквозь ткань боксеров, что даже шорты не спасали положение, а ресницы опустились с притворной застенчивостью, скрывая плещущее в глазах цвета моря наслаждение. Решив, что на сегодня достаточно мучений Перси, старший полубог отстранился от любовника. Лука довольно ухмылялся, наблюдая за стонущим и зовущим его полубогом. Ему определенно понравилась его находка, так заставляющая любовника стонать, как последняя шлюха. Голубые глаза сына Гермеса были темными от возбуждения. Прикусив мочку, Лука стал прокладывать дорожку из поцелуев ниже. - Я не сделаю тебе больно, Перс,- хриплым голосом сказал полубог, когда его любовник стал нервно сводить, а затем снова разводить колени, что-то решая для себя. Младший полубог кивнул. Они разделили много интимных сновидений, но все это были сны, а сейчас их окружала реальность, и Перси пока не был готов полностью отдаться своему любовнику. Конечно, этим двоим еще много стоит обсудить, но именно сейчас, именно в этот момент им важно лишь доставить друг другу удовольствие. Они все же были обычными подростками, с обычными потребностями, которые мучили их с самого начала лета. -Пожалуй, я начну с этого,- размышлял Лука, соблазнительно улыбаясь Перси. Расстегнув и быстро стащив шорты младшего полубога, он все же оставил боксеры на нем. Заставив приподняться своего любовника, он сбросил на пол одеяло вместе с горою подушек. Когда Лука опустив Перси на кровать, склонился над пахом сына Посейдона и слегка прикусил его через тонкую ткань боксеров, младшему полубогу пришлось прижать руку к губам, чтобы никто не услышал его стонов. Все еще толком не отошедший от предыдущих ласк Луки, Перси был уверен, что не сможет продержаться долго. Сын Гермеса, не прекращая то покусывал, то поглаживал через ткань трусов уже давно вставший член полубога. Перси не смог сдержать стона, когда посмотрел на старшего полубога, увлекшегося своим нехитрым занятием. -Лука…! Этот стон, казалось, только раззадорил сына Гермеса, и он с еще большим усердием, наконец, сдернув с Перси боксеры, и, похотливо посмотрев на полубога, вобрал его член в рот, он посасывал головку, кружил по ней языком. Перси извивался от умелых ласк любовника. Язык старшего полубога вытворял что-то невообразимое на его члене, губы обхватывали очень плотно. Это было настолько горячо, что, не выдержав, сын Посейдона кончил, выкрикнув имя возлюбленного. Отходя от бешеного оргазма, Перси почти пропустил тот момент, когда Лука опустился рядом с ним на простынь. Мягкие стоны, издаваемые старшим полубогом и вид надрачивающего себе любовника, снова заводили сына Посейдона. Когда буря в груди Перси успокоилась, он снова взглянул на Луку, который уже счастливо пытался прижать ближе к себе возлюбленного. Глаза сына Гермеса самодовольно горели, как будто он украл то, на что уже давно положил глаз. Полубог позволил Перси отдышаться, прежде чем накрыл губы, затягивая в глубокий поцелуй, во время которого младший полубог почувствовал себя на вкус. Лука не прерывал поцелуй до последнего, пока Перси не стал задыхаться. - Ну как? Чувствуешь себя лучше? - Д-да. – Кивнул сын Посейдона и с улыбкой поцеловал Луку в щеку, поблагодарив так старшего полубога. – Итак, ты готов выйти в свет и предстать пред судом лагеря? Сын Гермеса выглядел довольно задумчивым, обдумывая все варианты, прежде чем он поймал Перси, заставляя снова лечь. - Нет, - ответил он возлюбленному, игривым голосом. Он также лег рядом с полубогом, прижав к себе так, что голова Перси оказалась на плече Луки. – Теперь время сна.

***

Перси думал, что сновидения пропадут теперь, когда он и Лука вместе. Всю прошлую неделю ему не снился пустой лагерь, Лука, играющий с ним в «вопрос-ответ». Сновидения сына Посейдона были бессмысленные, они были обычными снами подростка. Он понятия не имел, что за бред ему снился в эту ночь. И затем начался это сон. Он находился в комнате, построенной из белого мрамора, возможно, это был храм. Старые ионические колонны упились в потолок и были украшены золотой тканью, свисающей между колоннами. На стенах были прикреплены подарки и подношения. Сладкий запах благовоний, по воздуху донесся до него, смешанный с эхом голосов. Клятву, ты обязан держать… Перси обернулся, так как слова звучали за его спиной. Не зная чего ожидать, рука полубога сразу скользнула в карман, где лежала ручка. Но мгновение спустя он остановил себя то, что он увидел, повергло его в шок. Позади него на высоких стульях сидели пять женщин разных возрастов. Каждая из них держала в одной руке ветвь лавра, священного для Аполлона, а в другой руке маленькую глиняную миску с водой. Сын Посейдона вспомнил живопись, которую однажды Рэйчел показывала ему в музее. Это было довольно жутко, и честно говоря интуиция не подвела Перси. Он оказался в храме Аполлона. Двое из пяти женщин были совершенно незнакомы полубогу, но другие трое были отчасти знакомы. Справа от него сидела никто иная, как его подруга Рэйчел Элизабет Дэйр, ее лицо было замарано сажей, а рыжие локоны перевязаны бледно-желтой косынкой. Рядом с нею сидела Мэй Кастеллан. Смертная женщина, мать Луки Кастеллана, сидела сейчас прямо и неотрывно смотрела на Перси. Она выглядела более здоровой и сильнее, чем в последнюю их встречу. Ее седые волосы выросли, а глаза стали такого же голубого цвета, как у Луки. Около Мэй сидела Оракул, которая была проклята Аидом за смерть Марии ди Анджело. Она ничуть не изменилась с того момента. Вот только ее глаза больше не были печальны, они были сосредоточены на полубоге. Две другие как понял Перси, были помощницами Оракула. Полубог понимал, что этот сон ничем хорошим не закончится. Все пятеро Оракулов смотрели на сына Посейдона, как будто ожидали его вопроса. Перси не был уверен в том, что он должен спросить. Но одну вещь он знал наверняка; он не проснется просто так. Еще ни разу он не уходил от Оракула с приятной новостью. Перси обреченно вздохнул и сосредоточил внимание на Оракулах. - Что я должен знать? Первой заговорила блондинка в вычурном платье. Глаза под ее шляпой запылали знакомым зеленым светом Духа Дельфи, когда она обратилась к Перси. – Клятву держать на восходе напрасно… - Правду скрывая, ты даришь надежду… - продолжила маленькая девочка. -Медный предаст,- добавила следующая Оракул, - и в памяти воскреснет … Глаза Мэй запылали теперь. – Золото времени, смерти бросает вызов… Перси повернулся к Рэйчел. Некоторое чувство срочности заполнила его, он знал, что последняя строчка является самой важной. Рэйчел сидела на троне, сложив руки аккуратно на коленях с ветвью между ладоней, закрыла глаза и сидела так долгое время. Когда она открыла глаза, свет перешел к ней и Рэйчел заговорила. - И требует возмездия…

***

- Перси! Наша очередь плавать с най – о! Глаза полубога распахнулись, от громкого голоса сестры, вытащившего его из сна. Алима стояла в дверном проеме, прикрывая глаза рукой, хоть она и отвернулась. Только через несколько долгих секунд Перси понял, в каком виде застала полубогов его сестра, и это был определенно не лучший момент, чтобы позвать на озеро. Перси быстро набросил простыню на себя и Луку, он совершенно не удивился, почему девушка закрыла глаза рукой. - Алима, я… - Вы прикрылись, брат? - Д-да. Алима потихоньку опустила руки, ее лицо все еще было ярко красное. Младшая дочь Посейдона откашлялась, прежде чем обратилась к брату. -Значит то, что сказала Лэйси, было правдой? – Спросила она уже тихим голосом. Девушка видела, что Лука все еще спит. Перси кивнул и посмотрел на своего парня, на тот как Лука продолжал дремать. Во сне старший полубог выглядел расслаблено и умиротворенно, таким Перси не видел его никогда. Всегда было что-то, из-за чего сын Гермеса выглядел напряженным. - Это то, почему Аннабет уехала, да? – Все же Алима требовала точных ответов. - Ты не обеспокоена этим? – Перси приподнял бровь, глядя на свою сестру. -Я обеспокоена только тем, что на вас обоих нет штанов, - ответила полубогиня. – Я слышала истории и мифы в нашем лагере. Так почему я должна быть обеспокоена тем, что мой брат спит с другим парнем, если даже у нашего отца был Пелоп. Перси удивленно моргнул. У их отца был любовник? Он не знал всех мифов и историй этого лагеря, но он частично знал о Пелопе. Полубог встряхнул головой, он не желал думать о отце и его любовнике, особенно сейчас. -Аннабет любила нас обоих,- сказал он девушке. – Она любила сначала Луку, потом меня. Потерять нас обоих, пусть, даже если мы и друг с другом, слишком больно для нее. Я не думаю, что она когда-нибудь простит меня. - Ты, правда, думаешь так? – Алима закрыла дверь и села на свою кровать. – Ты сказал, что она любила вас. Конечно, ей больно, но со временем она простит тебя. Я не утверждаю, я ведь не знаю ее очень хорошо, но вы ведь были с ней друзьями очень долгое время. - Начиная с моего первого лета здесь. - Тогда я думаю, что все будет в порядке, - улыбнулась Алима. Для двенадцатилетней девочки, она зрела не по годам. – Дружба, как твоя с Аннабет не разрушается так легко. Перси думал над этим. За прошлые пять лет они много прошли вместе. Между всеми этими поисками, опасными для жизни ситуациями, изменяющими жизнь решениями, дружба постоянно была с ними, она делала их невероятно сильными. Он прекрасно понимал, что не любил ее так, как она заслуживала. Она была для него просто близким другом, и он был им для нее. Они должны решить еще много вопросов между собой, но пройдет много времени, прежде чем Аннабет простит его. Ведь она дала шанс Луке, после его предательства, она любила его. Перси мог только надеяться, что она также даст и ему шанс. Он все еще хотел быть ее другом, в конце концов. Просто, то что они не являются больше парой, не означает, что они не могут общаться. Правильно? - В любом случае, - заговорил Перси. – Аннабет знает правду. Небольшая часть лагеря, я уверен, еще не уверена в наших отношениях. Я и Лука стопроцентно столкнемся с ними. – Должно быть, они разочарованны в нем. Большинство полубогов знают о прошлом сына Гермеса, они знают о войне. Герой Великого Пророчества или нет, Лука их враг, а Перси лидер. Без сомнения, они станут презирать его. – Никто и не ожидал, что это будет легко. - С каких это пор в нашей жизни хоть что-то было легко? – Спросил Лука, немного напугав Перси. Сын Гермеса усмехнулся, увидев простынь, закрывающую большую часть его тела. – Мы - полубоги, Перс. У нас никогда не будет легкой жизни. Лука приподнялся и сел прямо, соприкасаясь бедром Перси. Он повернул лицо младшего полубога к себе и втянул в страстный поцелуй. Алима вежливо отвела взгляд, чтобы не нарушать эту идиллию. Когда Лука отстранился, сын Посейдона увидел улыбку на губах старшего. -Что ты скажешь, если мы быстро оденемся и продолжим с этим? - Звучит отлично, - с улыбкой ответил Перси.

***

Перси оказался прав, думая, что многие полубоги не в восторге от таких отношений парней. Многие из домика Гермеса были в шоке, когда узнали правду об их брате. Лишь Коннор и Трэвис совершенно не удивились, услышав слухи о полубогах. Но Кларисса, которая имела авторитет у детей Гермеса, уж точно не станет поздравлять Луку, как она поздравила Аннабет с началом их отношений. Нет, дочь Ареса совершенно не обрадовалась, когда слух дошел до нее. Перси знал, что она все еще жутко зла на сына Гермеса, за смерть Силены и за то, что произошло с ее парнем в Лабиринте несколько лет назад. Лишь клятва, которую они дали, сдерживала Клариссу и некоторую часть лагеря от мести. Конечно, большая часть лагеря быстро приняли эти отношения, ведь они не вправе решать с кем должен встречаться Перси, они не имеют власть над сердцем сына Посейдона. Дочь Ареса постоянно кидала на Луку злые взгляды, показывая, что она не одобряет их поступка. Но это не имело для Перси огромного значения. Да, он действительно считал ее другом, но это не значит, что он будет во всем слушать ее. Он и Лука прошли свои испытания, и если боги пожелают, они пройдут любые другие испытания, которые встретятся на их пути, но уже вдвоем. Конечно, Перси понимал, что будут новые испытания. Предчувствие опасности, которое он испытал в лазарете, вернулось к нему с удвоенной силой. Возможно, все это из-за сновидения и незаконченного пророчества. Он не понимал, что означал этот сон и, что теперь ему делать с пророчеством. Сам факт, что сновидение прервалось на самых важных словах, не давал ему покоя. Что же Рэйчел собиралась сказать дальше? - И требует возмездия… Каково же будет возмездие? О чем пытались предупредить его пять Оракулов? Перси был уверен на сто процентов, что это пророчество не что иное, как предупреждение. Что-то надвигается на них, но он не понимал, что же это и когда произойдет. Всегда были проблемы с этими чертовыми пророчествами; они, как правило, всегда расплывчатые, покрыты тайной. Как ни старался, Перси он не мог понять пророчества, какое знание оно несет в себе и каков же конец. Пользуясь, случаем, он вернулся к себе в дом после ужина, Перси вытащил из кармана драхму и подошел к фонтану. Полубог не собирался дожидаться прибытия Рэйчел в лагерь, ему нужно было срочно поговорить с полукровкой. Бросив драхму в туман, созданный фонтаном, Перси призвал Ирис, дабы связаться со смертной девушкой. Единственной проблемой было в разнице часовых поясов. Когда Ирис соединила его с девушкой, на полубога были направленны злобные зеленые глаза, немного прикрытые рыжей челкой. - Персей чертов Джексон, сейчас раннее утро, - прошипела Рэйчел на сына Посейдона. – Тебе сильно повезло, что мои родители поселили меня в отдельный номер. Как ты думаешь, они бы отреагировали на волшебный туман, плавающий над кроватью их дочери? - Рэйчел, твои родители не могут видеть туман, - указал Перси. Он, чувствовал себя виновато, ведь он совсем не подумал о разнице во времени.- Я могу задать тебе вопрос о пророчестве? - Перси, ты же понимаешь, что я не могу включать это или выключать. Сын Посейдона кивнул. - Я понимаю. Но я сейчас нуждаюсь в тебе. Просто повтори. Ты же можешь сделать это, верно? Рэйчел сморщила нос и отбросила волосы с лица, немного зевая при этом. -Если я его изрекла, то да. Я ведь совсем недавно стала Оракулом, ну и не по своей воли, знаешь ли. – Девушка немного смутилась. – Но я не понимаю, почему ты хочешь, чтобы я повторила пророчество. Я изрекла их все три, с момента моего принятия. -Было ли одно из них во второй половине дня? Рэйчел задумалась на некоторый момент и снова посмотрела на Перси. -О чем именно ты спрашиваешь? Перси рассказал девушке свой сон, рассказал о храме Аполлона, о пяти Оракулах и о пророчестве, которое было прервано. С каждой новой строчкой пророчества взгляд девушки становился все задумчивее и задумчивее. От Рэйчел не требовалось и слова, чтобы понять, что полукровка понятия не имеет, о чем тот говорит, ее взгляд полный сожаления выдавал ее. - Я бы хотела помочь тебе, Перси, - сказала ему Рэйчел. – Но я не могу закончить пророчество, которое никогда не изрекала. Перси растерянно посмотрел на нее. Если девушка не может закончить пророчество, то что же ему делать? - Ну, в любом случае спасибо. И извини, что разбудил тебя. - Не беспокойся. Все равно я мечтала о том милом парне из дома Аида. – С мечтательной улыбкой ответила девушка. Перси весело усмехнулся. – Я думал, что ты поклялась Аполлону остаться невинной? Рейчел лишь показала ему язык. - Что мне теперь и мечтать нельзя? Перси еще немного посмеялся с девушкой, прежде чем голос Ирис раздался в тумане, извещая полубогов, что для продолжения беседы нужно кинуть еще одну драхму. -Я отпускаю тебя в тои мечты. Увидимся, когда ты вернешься в лагерь. - Хорошо. Спокойной ночи, Перси, и удачи с Лукой, - Рэйчел подмигнула полубогу и махнула на туман, разрывая связь. Сын Посейдона улыбнулся, конечно же, полукровка знает о нем и сыне Гермеса. Это было самым главным преимуществом Оракулов, они знали обо всем. По крайней мере, ему не пришлось признаваться Рэйчел в своих чувствах к Луке. Девушка, казалось, была рада, что парни, наконец, осознали и приняли свои чувства. Может быть, она на самом деле знала, что Перси и Аннабет не будут долго вместе. Их отношения с Лукой совершенно не похожи на его предыдущие отношения, хотя Перси еще собирался убедиться в этом. Независимо от того, что же означало это пророчество, будущее подвластно лишь этим двоим, и они вправе его изменить. Они уже доказали это, разрушив игры Афродиты. Они выжили в подземном мире, и вернулись обратно. Воспоминания Луки уже медленно начали появляться и правда, в конечном счете, раскроется, но Перси ведь будет рядом. Он поможет справиться пройти через это. Лука как-то сказал, что они на краю гобелена лжи. Перси готов оспорить это. Да, ложь была, что и говорить она всегда будет, но была также между ними и правда, правда, более сильная, чем ложь. Ложь была бахромой и Лука и Перси… … они сами являются этим гобеленом.