Дневник маэстро

* * *       15 мая 18… года       Дон Хавьер из военного университета снова прислал мне ученика. Мальчик несомненно талантлив. Это дон НН из хорошей калифорнийской семьи. Учится здесь уже третий год. И дон Хавьер дал ему все, что мог. К сожалению, для такого алмаза, огранка дона Хавьера слишком груба и примитивна. Он правильно сделал, что прислал его мне. Конечно, в современной войне не нужна уже филигранная, искусная работа с клинком, но такой талант не должен пропасть втуне.       21 июня 18… года.       Сегодня отменил два утренних урока. НН просил побольше позаниматься с ним. Por que no? Я достаточно богат, чтобы не считать каждое песо, заплаченное мне за уроки, и отменять их, когда мне вздумается. Юноша поразительно трудолюбив. Работает в зале, как вол, упорен, как мул, и хитер, как лисица. Уроки с ним – сплошное удовольствие для сердца старого маэстро.       18 октября 18… года.       Он уезжает. НН получил письмо из дома, из Америки. Отец зовет его, какие-то семейные проблемы. Так жаль! Мне будет не хватать уроков с моим мальчиком. Впрочем, теперь он не мальчик, он мастер не хуже меня. Я, как дон Хавьер ранее, отдал ему все, что мог, все свое искусство и мастерство. Он, несомненно, лучший мой ученик за все годы, что я обучаю фехтованию. * * *       Родриго закрыл тетрадь и откинулся в кресле. Тяжесть сдавила грудь. Снова. Как и всегда, когда он открывал эти страницы, исписанные ровным почерком Учителя. Лучший ученик! Талант! Невероятно, невозможно! Он никогда и никого не одарял такими эпитетами.       Родриго был его последним учеником и занимался с Маэстро Федерико де Оливейра до самой его смерти месяц назад. Дон Федерико не раз хвалил его и даже оставил в наследство свою школу, но никогда он не называл его «лучшим». Только теперь, найдя дневники учителя, узнал Родриго, что был у него кто-то, кого он ценил выше всех своих учеников, выше него, Родриго. Таинственный калифорниец, чье имя было старательно замазано чернилами на каждой странице этой тетради. На каждой – кроме последней записи. Там он назвал его Зорро. Не имя – кличка. Можно ли найти в Америке человека по таким скудным данным? Возраст, прозвище и… и все? Нет, не все. Еще его мастерство. Он узнает в его фехтовании руку Маэстро, такого не скроешь.       Родриго вскочил. Он поедет в Калифорнию! Поедет и найдет этого Зорро. Он должен узнать, кто же лучший ученик Маэстро! И он узнает… * * *       Разобравшись с делами в Лос-Анджелесе, Диего заехал в таверну, чтобы освежиться и перекусить. Отец собирался целый день заниматься скотом, готовя его к перегону, а оставаться одному в тиши гасиенды сегодня Диего не хотелось.       Едва открыв дверь, он понял, что не прогадал – уж здесь ему в тишине побыть не доведется. Таверна кипела и бурлила. Большинство посетителей шумно и возбужденно что-то обсуждали. А несколько человек окружили один из стульев, странно суетясь. Трактирщик загородил его от Диего, и тот не сразу узнал, в чем причина этого переполоха. Он подошел к стойке и громко позвал:       – Хозяин!       Тео Гонзалес немедленно оторвался от компании у стула и подбежал к дорогому гостю. Диего обернулся и увидел, что на стуле сидит его старый – еще с детских лет – приятель Ромеро с окровавленной повязкой на левой руке.       – Ты ранен, Ромеро? – всполошился Диего. Его приятель не был таким уж забиякой. С кем он мог подраться с утра?       – Здравствуй, Диего, – спокойно ответил его друг. – Пустяки, царапина. Моя репутация пострадала гораздо больше.       – Что случилось? – Диего, забыв о хозяине и еде, подошел к Ромеро, оперся рукой на спинку его стула.       – Зорро, – ответил тот. – Черт побери этого проходимца. Налетел как коршун, ничего не объяснил и заставил драться. Ты знаешь, я фехтовальщик ненамного лучше тебя, дружище, – подмигнул он Диего. – Но все же от шпаги не шарахаюсь…       Раздались смешки, Диего поморщился.       – Так что ему было нужно? Он так и не сказал?       – В том-то и дело! – голос Ромеро звенел от возмущения. – Клянусь тебе, нет за мной никакого греха, чтобы Зорро вот так на меня бросался. А все теперь будут думать, что же такое злое я совершил? Ведь Зорро – известный борец за справедливость.       – Не волнуйся, – Диего протянул ему руку и пожал здоровую у Ромеро. – Я верю тебе, амиго. Знаешь, Зорро все-таки человек и тоже может ошибиться. Наверняка он с кем-то тебя перепутал.       Люди, собравшиеся вокруг них и с жадностью слушавшие разговор, одобрительно загудели.       – Он прав. Зорро ошибся.       – Не переживай, Ромеро, мы за тебя.       – Спасибо, друзья! – хотел встать со стула Ромеро, но его усадили обратно. – Спасибо! Тео, налей ребятам за мой счет.       Последнее высказывание было встречено радостными криками, а Диего попрощался с Ромеро и отправился домой. Теперь ему было что обсудить со своим верным слугой Бернардо. * * *       На следующий день история повторилась. Правда в этот раз обошлось без ран, и Зорро напал не на площади Лос-Анджелеса, а явился на дом к дону Мигелю, сыну одного из богатейших плантаторов, по своему доходу уступавшему только дону Алехандро да еще двум-трем другим ранчеро. Дон Мигель, в отличие от Диего, благополучно закончил обучение в Испании и даже год отслужил в кирасирских войсках. Он обладал недюжинной силой и такой же отвагой. Однако шпагу и он в руки брал редко, считая ее, скорее, забавой, чем настоящим оружием. Дома у него хранился тяжелый кирасирский палаш.       Конечно, Зорро был ловок и ему ничего не стоило справиться даже с таким здоровяком, как дон Мигель. Но это явно не было его целью. Проведя короткий бой в их гостиной, он отсалютовал противнику и бессловесно испарился. Свидетелей драки не было, но изумленный дон Мигель, отнюдь не переживавший, что его репутация может быть испорчена нападением Зорро, поведал о событии на вечеринке, которую его отец устраивал как раз в тот же день. Как и в таверне, гости заверили молодого хозяина дома, что Зорро наверняка ошибся, а, поняв ошибку, убежал.       На третий, четвертый и пятый день нападения продолжились. Диего пребывал в недоумении и тревоге. Уже не однажды преступники надевали маску Зорро, чтобы свалить свои черные дела на него или испортить ему репутацию. Но нынешний мошенник преследовал явно какую-то иную цель.       Чтобы разобраться во всем этом, Диего заперся в комнате с Бернардо и устроил мозговой штурм.