История одного художника

— Вы когда-нибудь были в деревне? Да-да, именно там, где в глубокий август на полях разносится душистый запах свежего сена и сочной, только что скошенной, травы, которую селяне засушат потом на зиму для скота. Где пахнет парным молоком, домашней выпечкой и козьим сыром. В воздухе витают ароматы лесных ягод: голубики, земляники и малины. Сельские женщины частенько, снарядившись высокой обувью и глубокими вёдрами, совершают походы вместе с детьми в лес, набрав полные ведёрки и корзины ягод, они счастливые возвращаются домой. А потом будет вкусное и сладкое варенье, с которым вечерами семьи пьют горячий чай, забываясь в воспоминаниях. Куда на долгожданные летние каникулы приезжают дети к своим бабушкам и дедушкам, знакомятся с деревенскими сверстниками и проводят с ними все три тёплых месяца. Где уже в шесть утра в ветвях лозы и ивы у реки начинают свои концерты ранние пташки, а прохладный туман окутывает всё вокруг, не предоставляя никакой видимости, просыпается дремучий лес и его обитатели: зайцы, белки, лисы, ежи. Где мычат голодные с утра пятнистые бурёнки, ждущие дойки, и поют первые петухи, оповещая хозяев о начале нового дня. Где слышен стук копыт бегущего по полю стада разномастных лошадей. Где городские внуки встречают алые сельские закаты вместе с роем голодных комаров, а потом разбегаются по домам на вкусный ужин. Ведь бабушка всегда позаботится о том, чтобы все были сыты. В деревне люди не привыкли спать до обеда — хозяйство ждёт… — жизнерадостным голосом вещает женщина из телевизора, стоящего на небольшой тумбочке у стены. — Боже упаси родиться и жить в деревне. — закатывает глаза Тэхён. — Даже если всё так красочно и звучит, не факт, что от нас скрыли тёмную сторону деревни. — Чего? — тут же прилетает из динамика телефона, лежащего под ухом Кима. — Ты мне это тараторил? — Да так, просто мысли вслух. — Понял. Ну как ты там один? Не скучаешь? Всё в порядке? — строит из себя заботливого Джин — старый друг Тэхёна. — Привыкаю, смешанные чувства, по правде сказать, но всё отлично. — глаза направлены в белый потолок, где в отчаянии бьётся жирная муха, жужжа крыльями и всё больше раздражая своим присутствием хозяина. — Так, а почему именно этот город? Ты сам выбирал? — Выбирал-то сам, но у мамы совета всё же пришлось спросить, она и порекомендовала. Говорила, что часто была в этих местах, видите ли, здесь и чище, и люди добрее, и работы валом. Найдётся, сынок, и для тебя место. — пародируя голос и поведение матери, рассказывает Тэ, не сводя глаз с насекомого, что вот-вот и найдёт открытую форточку. — А-а, актёр из тебя великолепный! — смеётся в трубку Джин, а после резко меняется в настроении. — Чёрт, Тэ, я так устал с этими заданиями здесь сидеть, ты себе не представляешь. Чем больше нам задают, тем больше у меня появляется желание кастрировать препода по вышмату. Мне кажется, что моя голова скоро отчалит в мир иной, а там ведь мозги… ну, в голове моей. — с долей сомнения насчёт мозгов жалуется Джин. — Да брось, хён, не у одного тебя проблемы в жизни. Тебе если с мозгами не повезло, так хотя бы со здоровьем всё хорошо, в отличие от меня. — Эй, так-то да, но ты меня за безмозглого не считай. Я, может, в будущем учёным буду, а ты меня тут унижаешь! — дует губы Джин. Тэхён, развалившись варёной сосиской на диване, лениво закидывает правую ногу на колено, так как левая уже затекла и слегка онемела, и усмехается, пытаясь развеселить обиженку. Мышцы ноги свело, поэтому Тэхён, не отрываясь ни на секунду от важного разговора, одной рукой делает себе массаж на ноге, дабы снять напряжение и онемение. — Эйнштейн, знаешь ли, тоже не отличником в школе был. — продолжает топить за свою сообразительность и оригинальность Джин, видимо, бросив решать задания по математике и полностью посвятив себя другу. — Ай, подожди секунду… — Тэхён моментально подскакивает с дивана, как ужаленный, удачно при этом создав точную траекторию для идеальной встречи мизинца на ноге и ножки рядом стоящего с диваном стола, скулит после удара, как собачонка, и на одной ноге скачет к тумбочке возле телевизора, показывающего кадры пасущихся на пастбище коров и овец. Выдвигая верхний деревянный ящик, ноющий от боли потерпевший хватает белую бутылочку и тут же, запрокинув голову вверх, начинает капать лекарство на глаза, быстро моргая. — Слышишь, кажется, в моём доме завёлся Нафаня, или какого хрена я в состоянии убить себя в четырёх стенах метр на метр, при этом ничего практически не делая? Я уже боюсь за свою жизнь. — Просто тебе досталась редкая роль в этой жизни — человек-косяк! — Слушай, Эйнштейн недоспевший, я вообще-то серьёзные вещи говорю, с такими темпами по мне плачет больничная койка. — Тэхён хотел пошутить про свою неуклюжесть, но в связи с его нынешним состоянием здоровья шутка, мягко говоря, не удалась, и друг быстро это просёк. — Перестань, Тэ, ничего по тебе не плачет. Лучше расскажи мне, как продвигаются дела с твоим хобби. — Джин пытается перейти на другую тему, чтобы друг не начал снова сопли растягивать по всей комнате, как это обычно происходит. А убирать-то их Ким точно не будет. — О, кстати, рисую, стараюсь каждый день, развивать в себе навык очень важно! Но у меня есть одна проблема… — Джин затихает, перебирая в голове кучу вариантов неудачных ситуаций, в которые мог попасть его друг. — Я не знаю, куда девать все мои рисунки, ими забит уже весь стол. — а Тэхён, как и хотел Джин, быстро переключается с темы болезней и даже немного веселеет. — Это единственное, наверное, что доставляет мне удовольствие… Ну и еда, конечно же. — Мой Тэ — любитель покушать. — смеётся Джин. — А ты не думал продавать свои рисунки? Я считаю, у тебя отлично получается, ведь в тот раз, когда ты мне их показывал, я не верил своим глазам, что это нарисовал мой друг. И мне кажется, что у тебя их разберут как горячие пирожки на вокзале. В этот момент шестерёнки в голове Тэхёна не хило так задвигались, заскрипели. Там недалеко и лампочка загорелась, а глаза уставились в одну точку и, видимо, засохли, потому что Тэ забыл, что нужно моргать. Почему-то до этого в голову такая идея не приходила. — Хён, да ты реально гений! — кажется, Ким отвис. В его глазах загорелись огоньки, а сердце быстро застучало, гоняя кровь по телу. — Почему я до этого не додумался раньше? — Я рад, что ты это признал. Гении, они такие, появляются в нужный момент! — Ладно, гений, теперь скажи мне вот что, как и где мне продавать мои рисунки, и кому они вообще нужны будут? — Тэхён кидает взгляд на стол, ящики которого доверху забиты белыми листами. Бумага торчит со всех сторон, а некоторые неудачные произведения искусства валяются на полу: что-то скомкано, что-то порвано, а что-то изрисовано и зачёркнуто в порывах злости из-за того, что не получилось так, как хотелось художнику. Тэхён действительно нашёл себя в этом деле, он мог часами сидеть за столом до болей в спине и затылке и выводить карандашом линии на бумаге. Там провёл линию, здесь провёл линию, подтёр немного ластиком, смахнул пару раз рукой грязь, дальше штриховка, добавил теней, пару бликов, и готово. Можно в галерею нести, да только нет таких культурных мест в городке, один рынок. — Рынок? Может, там попробуешь? Ты не переживай, тот, кому надо, купит. Тебе главное показать свои рисунки, чтобы люди увидели. Покупатель обязательно найдётся. — Думаешь? Хорошо, Джин-хён, я воспользуюсь твоим советом обязательно. — поблагодарив в очередной раз старшего, Тэхён нажимает на красную кнопку на экране и откидывает телефон в сторону. — А мы возвращаемся к нашей теме деревни и сельского хозяйства. Как говорят сами жители, иметь своё молоко, яйца, мясо и овощи с фруктами в разы лучше, чем покупать в магазине, ведь они экологически чистые. Поэтому каждый уважающий себя сельский житель не проживает свою жизнь в одиноком и пустующем доме! Без хозяйства тут никак. — корреспондентка какой-то неизвестной Тэхёну передачи продолжает свой репортаж. — Скажите, пожалуйста, — предложив мимо проходящей кучерявой с вздёрнутым носом женщине микрофон, спрашивает ведущая, — нравится ли вам жизнь в деревне? На что звучит положительный ответ. — А хотели бы вы в городе жить? — Ой, знаете, я выросла в этой деревне, мои родители были обычными скотоводами. Я всегда помогала маме и папе по хозяйству, но потом влюбилась, уехала в город, да не прижилась ни любовь моя с тем человеком, ни я в городе… Поэтому сразу же вернулась в отчий дом. — Как интересно, а каких животных вы содержите, может быть, у вас есть кошечки или собачки? — Конечно! Куда же без них? — воскликнула женщина. — У меня и корова есть, и две козы, овечки, лошадка… — Тоже хочу себе кошечку. — задумался Тэхён, почёсывая затылок. — Лошадка пока что не надо. Ким Тэхён — обычный, среднестатистический парень с ростом выше среднего, не молод и не стар (хотя насчёт не молод можно поспорить). Ютится в небольшом городке, в который приехал из-за работы, а также по совету родной матери. Человек невероятно чистой души и совести. Прежде чем что-то делать — думает о последствиях, хотя иногда подумать Тэхён забывает. Это связано с его повышенной активностью и стремлением изучить мир от корки до корки, начиная с огненного ядра Земли и заканчивая холодным космосом. Творческие люди часто такими бывают, они придумывают или находят что-то гениальное, что-то, что никогда бы не пришло в голову обычному человеку, в то же время забывая о простых вещах. Это и повлияло на жизнь Ким Тэхёна.

***

— Здравствуйте, извините, я тут в своей тарелке мусор нашёл. Можно, пожалуйста, позвать повара и официанта? — слегка подозрительной внешности мужчина и женщина, одетые во всё чёрное, подходят к бармену и, нагло облокотившись на стол, указывают на блюдо. — Да, сейчас. — почуяв что-то неладное произносит бармен и удаляется на кухню. Через пару минут к посетителям выходят бармен, повар, который готовил блюдо для этих клиентов, и официант в лице нашего героя, который обслуживал их. Ким Тэхён тогда проходил стажировку и тут же, оказывается, накосячил. Чёрт. «Ну, видимо, только я так могу». — подумалось Киму, из-за чего он приуныл, считая себя последним человеком на земле, никчёмной душонкой и ошибкой природы. В какой там телевизионной программе давали советы, как полюбить себя и жить в гармонии со своим телом? Тэ срочно надо узнать или он скоро с ума сойдёт. Специально же уехал от матери в новое место, чтобы начать, так сказать, жизнь с чистого листа, нашёл новую работу, в которой можно показать себя, заявить о своей личности, перестал общаться с теми, кто морально поедал Кима, тянул на самое дно общества. «Я опять не смог. Прости мам. И Джин тоже». Тэхён возвращается в реальность, когда слышит вокруг себя крики и споры. Пелена перед глазами исчезает, и Ким видит, как парень с девушкой, звеня серебряными пирсингами в ушах, в носу и на губах, те самые посетители, пытаются доказать халатное отношение персонала к своим гостям. А те в свою очередь добиваются правды, прекрасно зная, что мусор ну никак не мог попасть в тарелку, если только официант его не обронил, не обронил же? Все тут же поворачиваются в сторону Кима, грозно сверля его тяжёлыми взглядами, а что Тэхён? Неопытный молодой зелёный тут же напрудил в штанишки и проглотил язык. Дальше всё по сценарию: выговор, увольнение, гуляй Вася. Уже стоя на улице у кафе, Ким опять встречает эту же пару фриков, они окидывают бывшего официанта взглядом с долей отвращения и противно смеются, говоря, что так ему и надо, слепому очкарику. Даже при плохом зрении, но в очках Тэхён хорошо видит, поэтому в тарелку он не мог ничего уронить. Это был очередной обман и развод заведения на бесплатный обед. Та пара не дотягивает до параметров адекватных людей, даже если этого не было заметно. Ким умеет разбираться в людях, поэтому сразу понял, что произошла афера. Но в силу своей неопытности и закомплексованности не смог показать своё Я, доказать свою невиновность, поэтому сейчас он стоит на улице ни с чем, а нет, всё-таки вагон и маленькая тележка хренового настроения у него за спиной имеется. С кем поделиться?

***

К слову, плохое зрение у Тэхёна не от того, что он всё своё детство просидел буковкой «Г» за компьютером, быстро перебирая пальчиками по клавиатуре, в телефоне тоже особо важных дел не было, из-за которых пришлось бы торчать в нём, не вылезая. Всё дело в редкой болезни, которую Тэхён унаследовал от своей прабабушки — альбинизме. Данный «подарок» из прошлого стал причиной задираний и всяческих обзывательств со стороны одноклассников в младшей школе, что плохо сказалось на психике парня, пошатнуло его репутацию и в крах уничтожило самооценку. Но не всю жизнь Кима было всё настолько печально. В старшей школе многие, наоборот, делали комплименты парню, говорили, что он словно солнечный зайчик среди серой массы угрюмых морд, вечно спешащих куда-то. Кто-то не скрывал восхищения голубыми глазами Тэ. Мол, чувак, да тебе даже линзы не надо покупать, твои глаза как холодные воды Атлантического океана. А кожа, она точно не из фарфора? А вены, словно синие реки, те самые, в которых рыбы много! Стоит заметить, что больше всего комплиментов было адресовано в сторону волос Тэхёна. Волнистые, длинные и белые-белые, как снега Севера в сорокаградусный мороз. Иногда Тэхёна мило называли барашком, а тот не скрывал своей яркой улыбки на лице, говоря, что не впервые это слышит в свою сторону. Он не обижался, в некоторой степени Киму даже нравилось это. Наверное, из-за хорошего питания или по какой-то иной волшебной причине волосы и ногти Тэхёна отрастают с большой скоростью, что часто приходится их подкорачивать. Так что увидеть Кима лысым или хотя бы с короткой стрижкой невозможно, да и парню не нравится так. Он чувствует себя лучше, когда собирает свои кудри в маленький хвостик. Когда Тэхёна кто-то старался задеть по поводу его внешности, на помощь приходил Джин. Они подружились, когда им было четыре и пять, играя в песочнице. Тогда Тэхён, заметив большими синими глазами с пушистыми ресницами лежащего на лавочке коричневого динозаврика, пытался откусить ему голову, думая, что он шоколадный. А Джин кинулся спасать свою любимую игрушку, потом драка, слёзы и выяснение отношений. Всё закончилось хорошо, дети подружились, и каждый день их мамы выводили гулять во двор вместе. Джин даже в знак дружбы подарил Тэхёну того динозаврика. Будучи школьниками, они вдвоём много проводили времени, отдыхали, ругались и ссорились, когда приходилось, а потом опять мирились. Джин всегда был опорой и поддержкой для Кима, даже мать родная уступала в этом другу сына. Но Тэхён любит их одинаково и уже успел сильно соскучиться, хочет увидеть и крепко обнять их, но не может. Здесь он один. Увольнение своё парень решил пока что утаить от близких людей, не хочет их расстраивать, да и загружать лишними проблемами, у них ведь тоже жизнь не сахар. Ким сильный, он соберётся и сам всё решит, устроит свою жизнь. Для чего же он тогда здесь, в этом богом забытом городке? Ах да, рисунки или как их ещё называет сам автор «творения тэхёновской души» — заявление громкое. Должно быть, юный да Винчи останется без пальцев, потому что с таким названием его рисунки будут отбирать с жадностью, а не покупать. Замотивировав свою белоснежную головушку, Ким решает не медлить и начинает отборочный тур для своих «разукрашек» — одни на продажу, другие в мусор. Лишь бы не перепутать. Для полного убеждения в безопасности Тэхён осматривает комнату. Ну а что? Мало ли Нафаня где-то рядом спрятался. Закончив с работой, мозг Тэхёна предлагает гениальнейшую идею — поесть. Ким никогда и ни в чём себе не отказывал, не голодал. Деньги мать периодически пересылала, зная, что сын с голоду-то пропадёт, совсем один там, а покушать любит. Выбор пал на то, чтобы приготовить тушёную курицу с пастой в сметанном соусе. Звучит прекрасно, как приготовить-то? Ведь есть — не готовить, ломать — не строить, а кулинарными способностями, в отличие от художественных, парень не выделялся, всю жизнь мама готовила. Она всегда смеялась: «может мне за тебя ещё поесть, Тэхён-а?» На что Тэ морщил забавную моську, запрокидывал голову вверх и с достоинством произносил: «оставьте это на меня, женщина, я справлюсь!» Воспоминания вызвали на лице Тэхёна улыбку. И с поднятым настроением художник начинает борьбу с продуктами. Прошло около тридцати минут, а то и больше, Ким всё ещё у плиты. Сделав что-то на подобии того, что готовила мать, парень берёт круглую тарелку и вдыхает горячий аромат через нос, исходящий от пищи. Вкусно. Наверное, по вкусу будет также. Тэхён надеется. После плотного обеда, полагается сон. Ведь кто не работает, тот ест. А завтра уже можно и поработать, точнее на рынок пойти, для начала. День выдался тёплый, сквозь открытую форточку доносятся голоса и смех с улицы, лай собак и щебетание птиц. Эти звуки моментально переносят спящего художника в ту деревню, которую описывала ведущая по телевизору. В голове Тэхён представляет тех коров, туман у реки и комаров, встречающих закат, рыжую женщину, рассказывающую что-то о не сложившейся любви и табун разномастных лошадей, бегущих на водопой. Почему-то парень видит все эти картины так ясно и чётко, будто бы он не является тем человеком, который ни разу в своей жизни не был в сельских местностях. Всю создавшуюся идиллию нарушает звук от пришедшего на телефон сообщения, и Ким разлепляет глаза, чтобы проверить, кто ему пишет. Сообщение содержит информацию о том, что кто-то пытался несколько раз позвонить блондину с неизвестного номера. Сообщение успешно удаляется и моментально забывается. Белые кроссовки прекрасно сочетаются с волосами Кима, кожаная сумка, набитая «творениями тэхёновской души», широкие штаны цвета приторной плитки молочного шоколада с орехами, кремовая рубашка, поверх которой была натянута лёгкая горчичная кофта с V-образным длинным вырезом до груди и жёлтый беретик — всё это вызывает восхищение в глазах прохожих. Некоторые, не стесняясь, оборачиваются и ахают, желая иметь такую же внешность и чувство стиля, ещё долго стоят, пялятся вслед и только потом продолжают идти по своим делам. Некоторые думают, что Тэхён модель, приехавшая в их город. — И что только забыл здесь этот модник? — звучит где-то в стороне. А этот модник, имея небольшой остаток от денег матери, семенит на местный рынок, чтобы заработать хоть копейку. До каких пор он будет сидеть на материнской шее как медведь на дереве? Полетав в облаках с единорогами час-другой, художник понимает, что заблудился. По улицам он этим никогда не хаживал, да и не было надобности тащить сюда свою тушу. Городок хоть и небольшой, но до сих пор ещё не знакомый для Тэ. — Так, я шёл сюда вроде бы по прямой дороге. — Ким начинает оборачиваться и изучать местность. — Стоит мне пойти обратно? Или попросить помощи у прохожих? Страшно почему-то, вдруг на меня наорут, за то, что я такой тупой… Думай, Ким, думай. Не успевает художник развернуться, чтобы пойти обратно, как в мгновение ока появляется черноволосый худой мальчик откуда-то из кустов и хватается грязными пальцами за ручку сумки. В надежде вырвать чужой кошелёк и драгоценные вещи, парнишка с ростом как половина Тэхёна изо всех сил пытается отобрать сумку, дёргая её на себя. Ким, испугавшись чуть ли не до остановки сердца, реагирует на удивление моментально быстро и спасает себя и свою задницу от мелкого воришки, толкнув того на дорогу. Сорваться на бег и унести оттуда себя любимого становится одной из лучших идей в данный момент. Тэхён не помнит, сколько пробежал, но судя по высохшим, как изюм лёгким можно сказать, что немало. Отдышавшись как надо, придя в себя и удостоверившись, что за ним никто не бежит, Ким смотрит вперёд и радостно визжит: — Рынок!! Свинина, рыба и птица, фрукты и овощи, домашний скот, одежда и обувь, посуда и канцелярские товары. Глаза разбегаются от изобилия товаров. Стоящий шум, суматоха, крики, споры, смех давят на ушные перепонки. В первые минуты голова Тэхёна кружится от визуального шума и количества цветов на один квадратный метр, после, немного привыкнув к здешней обстановке, парень начинает подыскивать себе свободное место, чтобы расположиться и, наконец, начать долгожданную продажу. Находиться в таком месте непросто: мужики, держа в зубах под усами тлеющие сигареты, непонимающе осматривают Тэхёна с ног до головы, а женщины то ли от зависти, то ли от неприязни хмыкают, делая вид, что королевы здесь только они. Ким старается на них не обращать внимания и бредёт прямо по узенькому проходу. — Мальчик! Мальчик в жёлтой шапке, прошу, помоги бабке старой сумки до автобуса дотащить. Уж сильно больно руки натёрла от этих городских пакетов. — кричит бабушка позади Тэхёна, потирая морщинистые ладошки. — Когда уже додумаются что-то по совести делать, а не так, как вздумается. Тэхён, увидев недовольную производством пакетов и уставшую старушку, тут же подскакивает к ней, выхватывает сумки из чужих рук и направляется к автобусу, на который указала пальцем бабуля. — Спасибо тебе, я уж думала не дойду. — бабушка с благодарностью смотрит на Кима, её глаза сияют от счастья, а вокруг них рассыпались дорожки морщинок. — Я ж вот, приехала из деревушки сюда, закупиться, зерно для курочек и индюшечек взять. Они у меня несутся, стараются. А деревня-то недалеко, километра три будет отсюда. Я так часто езжу. — Пожалуйста. Мне несложно. — честно отвечает художник, улыбаясь. — А ты сам откуда такой красивый? Местный иль приехал к старикам своим? А волосы, небось, перекисью осветляешь, пожалел бы их, выпадут же. Тэхён немного теряется то ли от комплимента, то ли от количества заданных ему вопросов. — Я, это, приехал сюда недавно. Родственников нет, живу один. А волосы с рождения такие. — Ба-атюшки, свои? Ты бабку не дури, сами по молодости с девками такой ерундой занимались. — бабушка демонстративно взмахивает ладонью у своих покрашенных в тёмный цвет волос, чтобы не видно было седины, и продолжает улыбаться, будто не она минутой ранее возмущалась на весь рынок. — Как эта, Марлен Манро хотели быть! Услышав искажённое старушкой имя актрисы, Тэхён улыбнулся ещё ярче. Что-то есть в этой женщине. Интересная она, забавная. Так и хочется слушать её. — Я честно ни разу не красился. — У тебя даже волосы как у неё, вот повезло. А я с соломой уже в двадцать ходила, хотела мужикам нравиться, а те нос воротили. Радовало хоть, что подруга моя тоже им не особо нравилась, такая же страшная была. — рассказывает старушка, иногда посмеиваясь над собой в юности. — Но вы хорошо выглядите. — Ой, не те годы, старая я уже, а красота в молодости осталась. — женщина смотрит, не пришёл ли ещё водитель автобуса и, увидев пустой транспорт, продолжает. — А ты береги свою красоту. Как есть говорю. Доселе не встречала таких. Запомню тебя теперь навсегда. Девки, наверное, толпами бегают, проходу не дают. — Спасибо большое, я тоже вас не забуду. — щёки Тэхёна стали краснее свеклы, и чтобы не показывать собеседнице смущение, он опускает голову вниз, будто бы заметив что-то на дороге. — А хочешь, в гости ко мне приезжай, вот на этом жёлтом автобусе. — показывает рукой бабушка в сторону. — Я тебя с хозяйством познакомлю, у меня много скота. — Я обязательно постараюсь. — улыбается художник. Наверное, эта старушка волшебница под прикрытием, или как у неё так быстро получилось очаровать Тэхёна, для которого знакомства с новыми людьми это что-то типа дайте мне верёвочку и мыло? Почему-то так захотелось туда поехать, за эти три километра, посмотреть на курочек, индюшечек, поговорить по душам с этой милой бабулей, чтобы она рассказала все смешные истории из своей молодости за кружкой тёплого какао с домашним печеньем со сгущёнкой… — Ой, побежала я. Автобус. Как тебя звать-то? — напоследок обращается женщина к художнику. — Тэхён! — А я Чонён. Я буду ждать Тэхёна в гости! — и зелёный платочек с розовыми цветками скрывается за дверцей транспорта. Ким ещё минуту стоит на месте, как вкопанный, и не знает, что делать: то ли рисунки пойти продавать, то ли дождаться такого же жёлтого автобуса, наплевать на всё и махнуть в необъятные сельские края. «Боже упаси родиться и жить в деревне».

***

— Джин-хён, не занят? Привет. — Ты хочешь сказать, что продал все свои работы, поэтому так радуешься? Если это не так, не звоните мне больше, неизвестный мужчина! — услышав весёлый голос друга, произносит хён. — Не-а, я ничего не продал. — честно признаётся друг, сидя за столом и попивая сладкий кофе с молоком. Тэхён та ещё сладкоежка, он может есть сладости, запивая их же сладким напитком. И нет, пока что у него ничего не слиплось. — Окей, хотя ну, нихрена себе, тогда почему я чувствую, как твои тридцать два тычут мне в щеку, Ким Тэхён? И где ты уже успел заложить за воротник? Признавайся, беспризорник. Оторвался от материнской груди, так теперь дебоширить дозволено? — Ты меня совсем недооцениваешь, ну как я могу употреблять при и так убитом здоровье? Понимаешь, я сегодня помог одной бабушке донести пакеты до автобуса, а после мы с ней так разговорились. — вспомнив всё до мелочей, на лице Кима снова засияла квадратная улыбка. Тэхён небрежно чешет макушку, после чего его волосы путаются ещё сильнее. Тем самым сделав себя похожим на домовёнка, только не Кузю (тот был грязный), а домовёнка какой-нибудь мыльной феи, ведь Тэхён блестит и сияет чистотой. — Я вспомнил своё детство и свою бабушку… И понял, как они похожи, будто это была моя родная бабушка. Хён, она пригласила меня к себе, и я очень хочу съездить. О-очень. И самое страшное, что я не могу контролировать это желание, оно неподвластно. — Тэ, она точно ведьма. — Не смешно… — Откуда она? — Сказала, из деревни. — Так. Ага. Ким Тэхён и деревня. Деревня и Ким Тэхён… Я как-то связи не улавливаю. Ты точно именно в деревню собираешься? — акцентирует внимание на предпоследнем слове Джин. — Да точно. — Тебе не напекло? — Хён, я был в берете. — А на рынке ничего подозрительного не покупал, может настоечку какую? Са-мо-гон, например? — Да нет же, хён, я серьёзно. Съезжу один раз и всё, ничего со мной не случится. Посмотрю, хоть, как люди живут. — Уверен, что ничего не случится? А что, если у неё мешочек с костями под подушкой лежит? Или она занимается подпольным производством кукол Вуду, заставляя работать местную детвору по семнадцать часов в сутки, при этом не давая им ни крошки хлеба. — Джин, блять! Перестань! Ты же прекрасно знаешь, что я постоянно верю в эту чепуху. — Люблю тебя, Тэ, пусть дорога будет лёгкой! — Мудак. Я назло тебе туда отправлюсь. — Без проблем, тебе ж заживо в печи гореть, не мне. Честно сказать, я удивлён. Впервые слышу тебя такого. — Какого? — Уверенного. Наверное, тебе и правда стоило уехать от матери, это даёт свои плоды. Я рад за тебя, Тэ, растёшь. — Спасибо, хён. Твоему двуличию нет предела! — Что будешь делать, когда приедешь в деревню? — Не знаю, там много домашних животных, бабушка обещала показать мне их. — Как она, старый человек, в состоянии содержать большое хозяйство? — задумался друг. — Что, если она наврала тебе? Или я всё больше начинаю сомневаться в том, что она простая бабка без каких-либо магических способностей, умения колдовать и варить зелье из мухоморов и лягушек. — Она не могла меня обмануть. — стоит на своём Ким, цокая на ответ Джина. — И она не ведьма! — Ладно, успокойся, наверное, ей просто кто-то помогает, вот и всё. У меня-то сейчас кости рассыпаются, а что будет в её возрасте? А бабуля скот в кулаке держит. Чудеса! — Ты хочешь сказать, что она живёт не одна? — Возможно. — Но мне она ничего не говорила про внуков или помощников. — Тогда у тебя есть причина туда смотаться, дабы разведать обстановочку. Расскажешь мне потом какого цвета мешочек и привезёшь куклу Вуду как сувенир, подброшу её своему преподу по высшей математике. У нас просто отношения тёплые очень, хочу его порадовать чем-нибудь. — А ты всё за своё.