Вместе

Маша, это тебе:)

-Мерлин, - произносит король твоё имя и ты вздрагиваешь. Оборачиваешься, встречаешься глазами с его пристальным взглядом и произносишь своё "Да, сир?" отчего-то дрожащим голосом. Взгляд Пендрагона становится откровенее, и под ним ты немедленно краснеешь, впрочем, сам не понимая, почему. А Артур улыбается как-то по-особенному, и все твои насмешки комом застревают в горле. Ты шумно сглатываешь, а затем вызывающе смотришь в ответ, призывно проводя языком по вмиг пересохшим губам. Король не мигая следит за твоими действиями, подаётся вперёд, ловя приоткрытыми губами твоё рваное дыхание, глядя ненормально расширившимися зрачками. Ты резко подаёшься вперёд и целуешь дико, яростно, до крови прокусывая губы короля. Он стонет прямо в поцелуй, прижимается ещё ближе, притираясь, и ты задыхаешься от этой правильности, от этой страсти, от этой опьяняющей близости. Вы не говорите ни слова. Только отчаянно-пошлые, на грани крика и истерики стоны непроизвольно вырываются из горла, сменяются треском разрываемой ткани и шумом упавшего на кровать балдахина. И Артур поражённо замирает, любуясь твоим влажным от пота, чуть сияющим в свете свечей телом, раскинувшемся на бордовом бархате балдахина; сверкающими лихорадочным блеском глазами и влажными, чуть приоткрытыми губами. -Ты прекрасен, - выдыхает он, припадая губами к твоей шее, а ты выгибаешься и надсадно стонешь. -Я люблю тебя, люблю, - шепчет он, покрывая быстрыми поцелуями каждый миллиметр твоего тела. -И я тебя, - выдыхаешь ты, прижимаясь ещё ближе, пытаясь слиться с ним в одно целое. Навеки. -С годовщиной, - мягко улыбается Артур тебе в губы утром, когда ты открываешь глаза. -С праздником, - отвечаешь ты. - С той вечностью, что мы провели вместе.