Взаперти

      – Ну что ж… ура!       Комната огласилась перезвоном трех бутылок безалкогольного пива. Пить, впрочем, никто не стал. Мелисса отставила бутылку в сторону и принялась сосредоточенно нарезать большой кремовый торт, а потом раздала всем по куску.       В комнате воцарилось задумчивое молчание.       – Хорошо, что все закончилось, – наконец глубокомысленно произнес Малдер.       – Хорошо, – подтвердила Дана, соскребая с торта кремовые розочки.       – Жаль, что Шон не с нами, – добавила Мелисса, и остальные, кивнув, тоже замолчали.       – Я говорила сегодня с детективом Эрнандезом, – откашлявшись, сказала Дана. – Адвокат считает, что ему удастся уговорить его на сделку и они узнают, где находятся останки Мэри. Но он все равно сядет надолго.       Малдер отметил про себя, что она больше ни разу не назвала профессора ни Дэниелом, ни даже Уотерстоуном, а говорила только и исключительно «он».       – Вот и отлично. Хотя я бы предпочла, чтобы он сел на электрический стул, – мстительно подытожила Мелисса и уселась на диван, закинув ногу на ногу и поставив тарелку с тортом на колено. – Ну а ты? – обратилась она к Малдеру. – Как все прошло с деканом?       – Я на испытательном сроке, – довольным голосом объявил Малдер. Дана нахмурилась.       – Ты же и был на испытательном сроке?       – Ну… – Он пожал плечами. – Теперь я на очень, очень испытательном сроке. – Все улыбнулись. – Кажется, они намерены замолвить за меня словечко в полиции и спустить все на тормозах. Им и без меня сейчас хватает репутационных потерь. К тому же… – Он загадочно повел бровями. – Я все-таки раскрыл убийство. Мы раскрыли, – поправился Малдер и мягко взял Дану за руку.       – И все-таки… как? – поинтересовалась Мелисса, с аппетитом уплетая торт.       – Дедукция и интуиция, – важно ответил Малдер, а Дана закатила глаза.       – Ты можешь ей рассказать, – сказала она, кивнув в сторону Мелиссы. – Она тоже верит во всякую чепуху.       – О! – Глаза Мелиссы округлились. – Так ты правда видел ее призрак? Между прочим, я испытывала нечто очень похожее во время одного спиритического сеанса. Дана, ты помнишь?       Малдер с деланным изумлением уставился на Дану.       – Не знал, что ты увлекаешься спиритизмом!       – Ничем я не увлекаюсь! – Она раздраженно отпила из бутылки и поморщилась. – Это было сто лет назад, мы взяли у мамы разделочную доску и играли в спиритический сеанс. Мисси уверилась, что слышала лай нашего пса, который недавно умер.       – Но я его слышала! – заспорила Мелисса.       – …это была игрушечная собака Чарли! Над нами подшутил Билл. Это наш старший брат, – пояснила она для Малдера. – Но я вижу, разубеждать вас глупо, вы уже спелись.       Малдер не без удовольствия услышал в ее голосе ревность и приобнял за плечи.       – И как же ты все это объяснишь?       – Галлюцинации и совпадение. – Она пожала плечами и упрямо надула губы.       Входная дверь внезапно отворилась, и прежде чем все успели обернуться, они услышали возмущенный голос:       – А почему никто не пьет пиво?       – Шон! – Мелисса вскочила со своего места. Малдер и Дана с изумлением наблюдали, как она бросилась к Шону и, порывисто обняв его за шею, поцеловала в щеку – не по-дружески – чуть ниже и ближе к губам.       – Как бы не пришлось везти его обратно в больницу, – шепнул Малдер Дане, и та улыбнулась. – С сердечным приступом.       Шон, светясь от гордости, пожал руку Малдеру, а потом и Дане.       – Тебя все-таки отпустили сегодня. Как ты? – спросила она, показывая на повязку у него на голове.       Шон выразительно махнул рукой: мол, не стоит о пустяках.       – Жить буду, – сурово сказал он и взял со стола бутылку. – Безалкогольное? То, что надо, алкоголь мне нельзя.       – Я бы на твоем месте больше в жизни не подошел к спиртному, – с усмешкой сказал Малдер. – Это же надо – так надрался с бутылки пива, что заснул в шкафу у убийцы!       Мелисса ухмыльнулась и покачала головой, а Шон залился румянцем.       – Не заснул, а отключился! Потому что стукнулся головой, когда упал! И вообще, посмотрел бы я на тебя, если бы ты увидел, что там творилось!       – И что же там творилось? – низким соблазнительным голосом спросила Мелисса. Она, конечно, уже слышала эту историю в пересказах, но ей явно хотелось услышать ее от него.       – Я никогда в жизни не видел подобного, – высокопарно произнес Шон, как герой войны, только что вернувшийся с поля боя. – Двери открывались и закрывались сами собой, вся комната плыла перед глазами…       – Звучит кошмарно, – комично выпучив глаза, прошептал Малдер.       – Звучит как будто кто-то слишком много выпил, – с ухмылкой добавила Дана, и Шон снова стремительно побагровел – на этот раз от обиды. Но волна его праведного гнева была вовремя остановлена Мелиссой, которая снова чмокнула его в щеку и, обняв за шею, сказала:       – Ты настоящий герой, Шон. Ты спас мою сестру. Спасибо.       Дана, застыдившись, взяла его за руку и пожала прохладную, по-женски мягкую ладонь.       – Это правда, ты спас мне жизнь. Не уверена, что успела поблагодарить тебя.       – Не стоит благодарности, – смущенно ответил Шон и уткнулся взглядом в пол.       – Ладно, если все всех поблагодарили… – вмешался Малдер, и Шон сразу вскинул голову.       – Вот ты-то ни разу не сказал мне «спасибо»!       – …то давайте все-таки выпьем. – Он выдал Шону еще одну бутылку и свой кусок торта. – За моего славного друга, который, как никто, умеет взять себя в руки в нужный момент и треснуть кого надо по голове. Даже с сотрясением мозга!       – И рассеченной бровью, – важно добавил Шон, но его замечание потонуло в общем радостном «Ура!»       

***

             Едва успев проводить Шона и Мелиссу, они набросились друг на друга и занялись любовью прямо на диване в гостиной. Он был старым, твердым, неудобным и скрипел, как черт знает что, но им, истосковавшимся друг по другу, это нисколько не мешало.       – Осталось чуть больше полугода, – задумчиво сказала она после, когда они сидели рядом, завернувшись в большой мягкий плед.       – До чего?       – До того, как ты уедешь. Твой план поступить в ФБР все еще в силе? – спросила она, посмотрев на него.       – О да, – он уверенно кивнул, не заметив, как поникли ее плечи. – Больше, чем когда-либо. Мне кажется, я мог бы там пригодиться. Делать что-то новое, что-то такое, чего никто не делал раньше.       – Искать инопланетян? – с улыбкой, но беззлобно спросила Дана.       – Детка, ФБР скрывает правду об инопланетянах как минимум с сорок седьмого года, – пафосно сказал Малдер, и она, запрокинув голову, громко рассмеялась. – Я серьезно! – обиженно сказал он, но все-таки улыбнулся.       – Ладно, но если ты еще раз назовешь меня деткой, я покажу тебе, как хорошо отец научил меня стрелять. – Она сложила вместе указательный и средний палец, изображая пистолет, и наклонилась к его уху. – Бам!       Он с наигранным ужасом отшатнулся.       – Так ты еще и стрелять умеешь? Выходит, в ФБР надо поступать тебе, а не мне.       Дана усмехнулась.       – А это неплохая идея. Мы бы неплохо уравновесили друг друга.       Он обнял ее, притянул к себе и поцеловал в губы.       – Если ты все-таки решишь влачить жалкое и скучное существование биофизика, помни, что Вирджиния совсем недалеко. Все же подумайте об этом, агент Скалли.       – Так точно, агент Малдер, – ответила она и, ловко переместившись ему на колени, прижалась губами к его губам.       Увлеченные друг другом, они не заметили, как в доме напротив мигнул свет. Желтая штора в окне на втором этаже колыхнулась и медленно отодвинулась в сторону. Красивая рыжеволосая девушка с улыбкой посмотрела в окно, прижавшись лбом к холодному стеклу, сдернула с волос резинку, и рыжие кудри рассыпались по ее плечам. Она запрокинула голову и глубоко вздохнула. Желтая штора вернулась на место, а силуэт позади нее превратился в расплывчатую тень и постепенно растворился в воздухе.