Горячий шоколад

— Ой, да Сань, кому ты мелешь, — Слава приложил пропуск к дисплею турникета, тот загорелся зелёным. — Видел я, как ты тот экзамен «сам» сдавал. — Да Славик, чего ты пристал. Я честно билеты учил, — парень прошел следом. — Я ж не виноват, что вопрос такой попался… — Ты лучше б уши перед экзаменом прочистил, — Слава усмехнулся, кивнул на Дениса. Тот как раз шел следом. — А то его, вон, вся аудитория слышала, кроме тебя. — Во-во, — поддержал Денис. — Я ему потом также сказал. Туалет, знаешь ли, не самое лучшее место для того, чтоб сидеть и надиктовывать тебе в наушник билеты… Особенно когда ты ещё и глухой. — Надо было в обморок падать, — Рома с улыбкой хлопнул Сашу по плечу. — Мы б тебя из аудитории вынесли, и прям бы к Денису доставили. — Главное, чтобы не ногами вперёд, — с ухмылкой добавил Слава. — Парни, вы чего Сашу застращали? — иронично возмутилась Катя. — Мы ж всё сдали, правильно? Никого даже с экзамена не выгнали. Так что всё. — А это мы на будущее, — Слава прикоснулся к ручке двери, обернулся на девушку через плечо. — Чтобы Денис в следующий раз не сидел на толчке и не кричал ему в трубку на весь универ, объясняя, что такое «солифлюкция»… Денис, уже еле сдерживая смех, весело улыбнулся: — Да, учитывая, что я ещё и сам так и не понял, что это такое — то вообще было зашибись. — Да е-мае, пацаны… Слава толкнул дверь, и Сашу на полуслове оборвал резкий порыв ветра — он прокатился по вестибюлю, коснулся теплых щек ребят, заставив удивлённо сморгнуть. Всё их внимание обратилось на улицу. За то время, пока они собирали вещи в аудитории и спускались с третьего этажа, погода приготовила для них «сюрприз» — с неба, упорно засыпая тротуар, падал снег, да такой, что сквозь эту «стену» невозможно было разглядеть дома на противоположной стороне улицы. — Вот тебе раз… — пробормотал Денис. Люди проходящие мимо, опускали головы вниз, надевали капюшоны и прибавляли шаг — они тоже были застигнуты врасплох. Слава первым шагнул наружу, и тут же поёжился: холодный воздух, с непривычки, легко пробрался под куртку, и потому он сцепил руки перед собой. — Да уж, не позавидую я некоторым, — произнес он, и взглядом указал на Катю. Именно в этот день девушка решила сменить свой длинный черный пуховик на более лёгкую, короткую куртку, и не надела шапку. «Зато кудри накрутила», — усмехнулся парень про себя. — Блин, прям вот как закон подлости, — пробурчала та в ответ. — Сейчас волосы ещё намокнут, станут похожи не пойми на что… — Могу предложить только пакет, — Саша широко улыбнулся. Девушка же легонько толкнула его в плечо: — Ну спасибо, Сань, таких «комплиментов» мне ещё никто никогда не делал… — Да ладно тебе. Я ж без подтекста. Так просто голова не намокнет. — Ага, и люди не испугаются, — добавил с усмешкой Слава. — Представляешь, а то выйдешь так без пакета на голове на улицу, промокнешь, и будут у тебя волосы как у той бабы из «Звонка». Народ ещё подумает, откуда такое чудо-юдо выл… Он осёкся, потому как ладонь девушки угрожающе близко оказалась рядом с его лицом — точнее, скорее, рядом с грудью, потому как до лица она попросту не доставала. — Ну, Василевский! — в шутку пригрозила она. — Получишь ты у меня когда-нибудь… — Я лилипутов не боюсь, — с лёгкой улыбкой ответил парень. — Зубочистками только не кидайся. Тем временем Рома, стоящий у Кати за спиной, уже начал активно натягивать на голову капюшон своей бежевой толстовки: — Зачем и кто вообще придумал этот снег? Да и всю эту зиму дурацкую… — он стал затягивать шнурки, так что ткань теперь плотно обрамляла его лицо. — Когда уже весна будет…? А то я не могу уже больше… Слава был с ним полностью согласен. Этот внезапный снегопад заставил внутри что-то разочарованно ухнуть. Несмотря на то, что он, в отличие от той же Кати, не собирался пока менять одежду на более лёгкую, любое даже небольшое потепление его искренне радовало. За эти три месяца, которые, казалось, длились уже год, ему, как и всем, успела надоесть окружающая серость и навязчивый холод. Пейзаж был слишком однообразен, и потому каждый день в городе был похож на День Сурка. От такого уже попросту хотелось избавиться. Отвлекаясь от мыслей о непогоде, Слава скользнул взглядом по лучшему другу. С затянутым капюшоном он стал похож на мешок для сменки, который с собой таскают школьники. Такое сравнение заставило его улыбнуться. «Но лучше не буду озвучивать». И тут Слава случайно поймал его взгляд. Совершенно обыкновенно, как и сотни раз до этого, однако… Он почувствовал, что еле ощутимо вздрогнул. Захотелось опустить глаза, переключить на что-то внимание, сбежать… Любое действие, что угодно, только бы увернуться от того, что он почувствовал после. Несмотря на мороз, в лицо ощутимо дохнуло жаром. Слава прочистил горло и обратился ко всем ребятам: — Ну что, будем стоять мокнуть, или, может, по домам…? Первой отозвалась Катя: — Мне нужно зайти в Студклуб. По делам. Так что я ещё пока точно не ухожу. — А я не знаю, — сказал Денис. — У меня девушка только через час закончит. Надо где-то убить это время… Он бросил взгляд на небо и добавил: — Только, желательно, где-нибудь в помещении. — Знаете, а по-моему, даже красиво… Саша сделал шаг назад, запрокинул голову вверх: — Если вот так смотреть, то вообще прям космос. После этих слов парень широко раскрыл рот и высунул язык, на который почти тут же приземлилась крупная снежинка. — Саня, ты что, давно язык свой не выгуливал? — ехидно усмехнулся Денис. — Или ты решил нарушить привычный порядок и поработать им не в «жаре», а в холоде…? Саша, не отрываясь от своего занятия, махнул на него рукой: — Ой, Вен, иви вы в вавницу… — Может, мы тогда Катю проводим, раз у всех пока время есть? Голос, от которого по телу снова пробежался непонятный разряд. Слава постарался не подавать виду — ведь он так засмотрелся на незамысловатое занятие Саши, что совсем не услышал, как Рома подошёл ближе. — Думаешь, гном в сугробе застрянет? — он кивнул на подругу. Несмотря на то, что он старался придать голосу все той же привычной насмешливости, что-то внутри него все равно дрогнуло. Всё потому, что взгляд, словно магнитом, притянулся к Роме, к его лицу. — Смотри, чтоб ты сам там не застрял, — поддразнила Славу Катя. Однако, ему до её слов уже не было никакого дела. Какой раз уже за этот день он вот так переводит взгляд на Рому? Сколько раз ловил себя на этом? А сколько оставалось за пределом его понимания…? Слава сглотнул. В последнее время все слишком усложнялось. Столько дней прошло в сомнениях, в самокопании, что он уже не просто подозревал, а четко осознавал, что с ним происходит что-то не то. Что-то, к чему даже страшно прикасаться, страшно тормошить. Ему не хотелось до конца разбираться, потому что он понимал, что его реальность тогда пошатнётся, а может, и вовсе рассыпется в прах. И потому он решил, что запрячет это в глубине себя. Запрет, закопает и постарается забыть. Это должно помочь. Так он думал изначально. Однако, пока что все пошло с точностью, да не по плану. После того, как он принял для себя это решение, то «нечто» в его сознании начало вырываться с удвоенным рвением, да так, что Слава уже не имел над ним прежнего контроля — скорее, теперь все было как раз наоборот… «Как бы там не было, я смогу. Всё это ведь лишь в моей голове, а значит, я способен это перебороть». Этой мыслью он себя и утешал. Он знал, что придется нелегко, но и понимал, что такая мера вынужденная. То, что зрело в нём в последнее время — было чем-то новым, будто совершенно инородным. И отделаться от чувства, будто совсем скоро где-то поблизости произойдет взрыв — было невозможно. Будто ещё немного — и всё изменится. Эдакое затишье перед бурей. Но он верил, что сможет её предотвратить. Нужно лишь держаться изо всех сил. Внезапно, его сердце дрогнуло, и все мысли рассыпались: всё потому, что Рома посмотрел на него в ответ. И этот взгляд был не случайным, не таким, как в прошлый раз. За все эти месяцы Слава уже научился распознавать его настроение — и даже заметил, что в зависимости от него у парня даже меняется его и без того непонятный цвет глаз. Рома тоже о чем-то думал. Только это была не простая задумчивость, нет. Он словно спрашивал себя о чём-то. А может, и не только себя. Однако Слава понимал, что всё это может быть совсем не так. Всё лишь догадки и представления. «В моих мыслях — ты. А что же в твоих…?» И вновь привычный холодок коснулся желудка. Слава незаметно сжал в кармане куртки кулак, вдавив ногти в ладонь, и тут же незаметно для остальных поморщился. Ему нужно учиться контролировать себя и свои мысли. Потому что пока эту миссию он проваливал раз за разом. Даже сейчас. — Так что, значит, идём? Услышав голос Дениса, который возник словно из параллельной вселенной, парень обернулся. Одногруппник тем временем обратился к Кате: — Можно мы только тоже с тобой в Студклуб зайдём? А то чёт тут уже вообще не жарко становится… — Пф, да без проблем, чего спрашиваете? Девушка уверенно развернулась, шагнула вперёд и махнула ребятам рукой: — Давайте-давайте. А то чёт вы позависали все, — она многозначительно посмотрела сначала на Славу, затем на Рому. — Ещё немного тут постоим, и сами будем как сугробы. — Надо не стоять, а разминаться, чтобы не замёрзнуть! — Саша подскочил со своего места, забежал вперёд Кати, и, продолжая бежать на месте, крикнул ребятам: — Давайте, кто последний до Студклуба, тот завтра оплачивает всем обед в столовке! — Эй, подожди, так не честно! — крикнула ему в догонку Катя. Она поправила лямки рюкзака и тоже сорвалась с места. Оставшиеся Рома, Слава и Денис молча переглянулись — и побежали за ними следом, во внутренний двор университета.

***

— И всё-таки, Саня, ты жулик, — сказал Денис, когда вся компания вышла из небольшого сарайчика, где располагался «штаб» Студенческого клуба. — Надо было всем вместе стартовать, с одного места, а ты вон куда ускакал. — Ден, да ты просто спортом не занимаешься, — ответил Саша. — А надо как я, каждое утро зарядочку, вечером тренировку… — Ага. Или быть такой шпалой, как вот эти двое, — Денис усмехнулся, кивнув на Рому со Славой. — У них только шаг один больше, чем половина меня. — Попрошу, — Слава с важным видом поднял палец вверх. — Ты со шпалами полегче. — В следующий раз тогда делайте скидку коротконогим, — подала голос Катя. — А то я за вами вот вообще никак не успеваю. — Да и ты сам меня считай на голову выше, Ден, — заметил Саша. — Так что не в росте дело. Денис махнул на него рукой: — Да прям уж, на голову. — Давай проверим? После этих слов Саша вышел вперёд, встал рядом с Денисом. — Что скажете? — обратился он к остальным. Удивительно, но только сейчас Слава действительно увидел, насколько Саша ниже Дениса — тот едва доставал до уровня его носа. — Ну, до лилипута ты, конечно, не дотягиваешь… — произнес он вслух. — Но Ден определенно заметно выше. — Знаете, мальчики, а вы, кстати, так похожи… — задумчиво сказала Катя. — Как будто братья. Саша и Денис переглянулись, а Слава задумался над её словами: что-то общее между ними, определенно, было. У обоих были каштановые волосы — у Дениса более светлые, у Саши — темные. И оба немного кудрявые. А ещё, у них было схожее телосложение. Несмотря на то, что Саша регулярно занимался спортом, он был таким же худощавым, как и его друг, который к этому роду деятельности вовсе не имел никакого отношения. — Да все возможно, — сказал Саша. Когда он повернулся, Слава отметил, что у него, в отличие от голубоглазого Дениса, глаза карие, а лицо усыпано веснушками. — Может, мы и правда братья. Какие-нибудь далёкие придалекие. Поэтому и фамилии разные. — Эй, а кто-нибудь заметил, что снегопад закончился? — подал голос Рома. Слава машинально посмотрел на небо. И действительно. Снег больше не шел. Более того, на улице стало ощутимо светлее и теплее. Как они могли не увидеть этого сразу, когда вышли? «Как вообще часто мы чего-то не замечаем? Даже того, что совсем очевидно?» — Смотрите, а снег, кстати, сейчас лепится, — сказала Катя. Она провела рукой по подоконнику Студенческого клуба, стала сминать между пальцами небольшой холодный комочек, который с лёгкостью поддавался этим махинациям. — Можно слепить снеговика. Затем она сгребла к себе чуть больше снега, стала уплотнять его обеими ладонями. И тут она посмотрела на ребят. По тому, как коварно блеснули ее глаза, Слава понял, что девушка что-то задумала, однако, не успел он после этого даже и моргнуть, как этот самый снег прилетел ему прямо в плечо и взорвался сотней холодных брызг, да так, что ему пришлось зажмуриться. — Это тебе за гнома! — Катя торжествующе показала ему язык. — Как видишь, это даже не зубочистка. Последовав её примеру, Саша тоже наклонился, собрал с земли снег и быстро слепил из него шар — точнее, то, что по форме его лишь напоминало. — Самому тормозу тоже можно закинуть, — с этими словами он подбросил снежок в воздух, затем поймал его и, используя эффект неожиданности, запулил в Дениса. — Ах ты мелкожопый засранец! — воскликнул тот, вытряхивая снег из-под капюшона. — Щас ты у меня опять бегать будешь! Он быстро подхватил горстку снега, а когда разогнулся, Саша уже убегал от него к ближайшему сугробу. — Эй, пацаны, я тоже с вами хочу! — крикнул Рома. Однако, когда он был уже готов сорваться с места, Слава придержал его за рукав. Как бы там не было, Рома для него — лучший друг. То, что он отгораживался от себя, совсем не значило, что он будет отгораживаться от него. — Подожди, брат. Давай два на три. Ему хотелось, чтобы было так. Чтобы даже в такой безобидной игре они не были против друг друга. Катя, услышав такое предложение, не стала медлить с вопросом: — То есть два на три? А я с кем? — С ними, — ответил Слава. Он обыкновению закинул руку на плечи Ромы, притянул его к себе. — Мы ж как попугаи-неразлучники. Наш дуэт нерушим. В ответ Рома свободной рукой протянул ему кулачок, который Слава тут же отбил: — Всегда вместе, брат. — В таком случае, вот вам! — используя момент, когда парни того не ожидали, Катя кинула в них снежком, и тут же развернулась, убегая. После этого всё и началось. Пятеро студентов, словно маленькие дети, стали носиться друг от друга по внутреннему двору университета, продолжая вести постоянный обстрел снежками: они летели со всех сторон и во все стороны, да так, что в иной раз, кидая очередной «снаряд», никто не разбирал его траектории. Однако Слава и Рома, как и договаривались, действовали сообща, четко закидывая снежками Сашу, Дениса и Катю. Вот и сейчас Катя высунулась из-за сугроба, за которым до этого пряталась, приготовившись кинуть снежок в Славу, который находился где-то неподалеку, но парень ее опередил, швырнул первым. — Ай! — воскликнула девушка, когда снежок приземлился прямо ей на макушку. Слава же хотел резко развернуться назад, чтобы скрыться «с места преступления», дёрнулся — и тут же почувствовал удар в грудь, да такой мощный, что ноги потеряли опору, земля и небо в миг поменялись местами, сердце ухнуло — и когда он уже приготовился к ещё одному удару, только, на этот раз об заледеневший асфальт, он вдруг приземлился на что-то мягкое. А точнее, на кого-то… Он приоткрыл глаза. Его нос был почти у самой земли, но вот грудью он лежал на ком-то. И раньше, чем этот человек успел хоть что-то из себя выдавить, Слава заметил белую куртку. К лицу тут же подкатил жар: «Твою ж налево…» Сначала ему сложно было даже слегка пошевелиться, потому что он понимал, что одно лишнее движение — и то положение, в котором они оказались, станет несколько более неловким, чем сейчас. Однако, нужно было действовать. И потому он сначала аккуратно отполз немного назад, затем упёрся локтями в землю, выпрямился на руках… И тут же об этом пожалел. Сначала, мысли не хотели собираться в кучу. Понимание реальности задержалось где-то в медленно переливающимся времени, мгновении, в котором Слава пытался перебороть ступор, осознать происходящее. Сейчас он впервые смотрел на Рому в подобном ракурсе — сверху вниз, нависая над ним. Почему-то мысль об этом словно что-то перещёлкнула в его сознании: он настолько растерялся, что не мог даже пошевелиться, не мог заставить себя двигаться дальше. Ведь нужно было всего ничего — просто как ни в чем не бывало сесть на корточки, потом подняться на ноги… А вместо этого он продолжал смотреть. Слава разглядывал его лицо: брови, горбинку носа, ту родинку, покрасневшие от мороза щёки и приоткрытые тонкие губы… И тут он снова подумал о том, как же Рома близко. О том, как сейчас уязвим — по сути, сейчас ничего не помешало бы Славе наклониться ниже и… Парень тут же вздрогнул. Сердце забилось быстрее, да так, что он услышал его стук в горле. Тогда не то, что жар — а самое настоящее пламя обожгло его изнутри. Как такое возможно? Что с ним происходит? Почему он вообще допускает такие мысли…? Все эти вопросы словно в лихорадке проносились в голове, хаотично сменяя друг друга. Один за другим, разбегаясь по кругу, они раздавались в ушах с ударами сердца, замирали с дыханием в лёгких. — Слава… Услышав голос друга, парень резко поднял взгляд к его глазам. И сразу же понял, что совершил ещё одну ошибку. В голове пронесся уже привычный вопрос: «Зелёные или карие?» Однако и он растворился так быстро, что Слава не успел и заметить. Все мысли были лишь о том, что именно отсюда начался его путь в неизвестность. Вот она — отправная точка. Его глаза и этот чёртов вопрос. Наверное, именно с них все и началось. И кто знает, может, именно тогда, когда он найдет ответ, всё и закончится. Нужно лишь только понять… — Слава. Парень моргнул, резко оторвавшись от собственных мыслей, и посмотрел на Рому так, будто видел впервые. — Ты тяжёлый просто капец, — парень поморщился, затем попытался приподняться на локтях. Однако Слава не успел даже пропустить через себя эти слова, как совсем рядом послышалось покашливание Дениса: — Кхм-кхм. Ребят, а может нам это, выйти…? Эта фраза окончательно вернула Славу к реальности. Да настолько быстро, что он тут же вскочил на ноги и повернулся к друзьям. Чего-чего, а в этот раз оправдания ему не найти. Никаких объяснений, предположений — всё это будет бессмысленно. Важно только остановиться — прямо сейчас. Захлопнуть дверь в сознании и не пускать внутрь то, что стоит уже на самом пороге. — Да можете остаться, — произнес Слава, натянув на лицо подобие своей фирменной улыбки. — Смотрите и наслаждайтесь сколько влезет. Сколько прошло времени? Точнее, сколько времени он вот в таком положении пялился на Рому? Парень сглотнул. Ему даже знать не хотелось. — Блин, а я и не видела, как вы столкнулись, — сказала Катя. — Мы вообще сначала не заметили, как вы пропали. Вас за сугробами вообще не видно было. Не ушиблись хоть? «Да лучше б я ушибся…» — подумал Слава. Рома отряхнул сзади куртку, затем штаны, и ответил, усмехнувшись: — Ну, у меня конечно посадка была не такой мягкой, как у Славы, но я в норме. Затем он залез рукой под капюшон, стал выгребать оттуда снег, а Слава удивлённо моргнул. Всё это время у него за шиворотом было вот это, а он даже и слова не сказал. Терпел. И Слава невзначай задумался: «Как часто ты молчишь о том, что беспокоит тебя…?» — Ого, да Ден тебе там прям хорошо засыпал как я посмотрю, — сказал Саша. — Могу представить эти ощущения. Бр-р… — Да ладно, я сейчас домой доеду, и там переоденусь в сухое, — отмахнулся Рома. — Потом на работу ещё идти. — В таком случае, думаю, что пора нам двигаться, — сказал Слава. — Не хватало ещё, чтобы ты заболел. Он тут же замер, с опаской посмотрел на друзей. Фраза сорвалась с языка слишком неожиданно, даже для него самого. Но, благо, никакой реакции от остальных на это не последовало, и он смог хоть немного, но выдохнуть. — Да, надо бы уже, — поддержал Денис. — Мне тоже уже по времени пора. И тогда ребята кивнули, и дружно направились в сторону выхода.

***

Уже когда они собрались на остановке, Катя вдруг хлопнула себя рукой по лбу и воскликнула: — Точно, чуть не забыла! Она обвела взглядом одногруппников, засунула руки в карманы. — У меня в следующие выходные будет день рождения. И я приглашаю всех вас. Соберёмся в квартире у моей подруги. Вот. — Еда будет? — с улыбкой спросил Рома. Девушка кивнула: — И еда будет, и выпивка. — Тогда точно идём, — сказал Слава. — Да и когда ещё у нас будет возможность побывать на празднике у гнома. — А гном может и не пустить! — Катя фыркнула. — За вредность. Слава примирительно поднял руки вверх: — Ладно-ладно. Так и быть, пока опустим этот факт. — Адрес и время скинешь тогда? — спросил Денис. — Мы с Саньком точно придем. Второй парень согласно закивал: — И можно ли со своим? — Как хотите, — ответила Катя. — Если вам нужно, то берите. Внезапно все люди, что стояли на остановке, дружно стали подтягиваться ближе к краю дороги. Студенты непроизвольно повернули головы в их сторону, чтобы узнать в чём дело, и увидели, что к ним подъезжает маршрутка. Долго приглядываться к номеру не пришлось. Слава почти сразу распознал «любимое» транспортное средство по наклейке с рекламой тренажёрного зала на капоте — на этом направлении такая маршрутка была только одна, и именно она шла до его дома. — Похоже, моя карета прибыла, — сказал он, поворачиваясь к ребятам. — Так что мне пора. Он пожал руку Денису, затем Саше. Кате он просто дал пять. И теперь пришла очередь прощаться с Ромой. — Давай, брат, — парень положил руку ему на плечо, слегка сжал. — Спишемся. Слава кивнул. Как бы сейчас ему не хотелось, чтобы всё встало в порядок, то, что так тянуло его куда-то в неизвестность, не давало ему забыться. Все ведь могло быть иначе — как раньше. По сути ничего не изменилось. Но вот только сам он внутри был уже не тот. И Слава слишком хорошо это понимал. В груди что-то кольнуло. Тоска и раздражение, от которых на душе мгновенно посквернело. Ему надоело это. Надоело, что он ничего не понимает, надоело самого себя держать в подвешенном состоянии. Но иначе сейчас он не мог. Потому что тогда что-то может случиться. А он не хотел допустить этого. Перед тем, как маршрутка уже подъехала к остановке и открыла свои двери, он посмотрел на Рому: «Я смогу. Я выдержу. И всё будет хорошо». — Давай, — он также пожал ему руку, а затем быстро развернулся, и, не оглядываясь, запрыгнул в транспортное средство. Когда он проходил между сидений, голова его была пуста. По крайней мере, он старался её там удержать, чтобы хотя бы на минуту выдохнуть. И у него это получалось до тех пор, пока он не занял место и не посмотрел в окно. Маршрутка тронулась, а Слава, прислонившись лбом к холодному, запотевшему стеклу, никак не мог отвести взгляда от парня в белой куртке, что стоял на остановке. Слишком много его мыслей он занимал в последнее время. Настолько много, что не осталось места для чего-то ещё. Слава вздохнул, зажмурил глаза. Остановка стала удаляться, а вместе с ней и он. «Я справлюсь с этим», — подумал Слава. А затем он достал из кармана наушники, подключил их к телефону и, вставив в уши, включил почти на всю громкость. «Справлюсь…»