Ошибки прошлого

      — Ты не ушиблась? — Скорпиус подбежал к Розе, помогая ей подняться с холодного каменного пола.       — Нет, все нормально, — Роза схватилась за его руку, поднимаясь и приводя в порядок одежду.       — Что ты… — хотел ругаться Скорпиус, но первых взглядов было достаточно, чтобы понять, где они.       Это был Хогвартс, который совсем никак не изменился, в какой год они бы не попали.       — Мы в Хогвартсе, — констатировал факт Скорпиус. — Но как, почему…       — Тихо! — Роза приложила палец к губам, а на лестнице послышались шаги. — Бежим…       — Поздно, — Скорпиус застыл на месте, смотря на лестницу.       Там стоял профессор Дамблдор в своей цветастой мантии.              — Вы хотите сказать, что мы проведем здесь целый учебный год? — ужаснулся Скорпиус. — Но зачем…       — Да и как мы впишемся в прошлое, его же нельзя менять, — поддержала его Роза. — Нам придется тогда взаимодействовать с нашими родителями.       — Я вам все объясню чуть позже, — улыбнулся Дамблдор. — А пока запомните свои новые имена, и я бы вам порекомендовал чуть-чуть изменить свою внешность, разумеется, полностью оставив вашу индивидуальность.              — Этот старик правда сумасшедший, — ругался Скорпиус, когда они с Розой спускались в Большой зал, где их вместе с первокурсниками дожидалась ничего не знающая о путешественниках во времени МакГонагалл. — Это все ты виновата, зачем ты трогала эту штуку, как нам теперь выбираться отсюда?       — Неужели ты не понимаешь, что это все было кем-то задумано? — повысила голос Роза. — Дамблдор нас явно ждал, указания были четкие.       — Не понимаю зачем, — хмыкнул Малфой. — Просто наше присутствие тут уже поменяет будущее, что возможно нам некуда будет возвращаться, или нас не будет, что тогда?       Роза пожала плечами, но делать было нечего, только играть по правилам Дамблдора, в этом времени они ничего не смогут сделать.              Рон и Гермиона сидели за гриффиндорским столом. Рон показательно зевал, а Гермиона то и дело беспокойно оглядывалась по сторонам. Вот-вот должна была начаться церемония распределения первокурсников.       — Где же Гарри, — прошептала Гермиона, осматривая все столы.       Но вместо Поттера в Большой зал вошла вереница младшекурсников, выстраивавшихся перед Распределяющей шляпой. Однако до этого момента скучающий вместе с Роном зал оживился. Вместе с первокурсниками стояли и два подростка их возраста.       Девушка была очень эффектной. Длинные прямые рыжие волосы, которые можно было назвать даже огненно-красными. Высокая и фигуристая, однако выглядела она слегка зажатой, все теснее прижимаясь к парню и оглядывая помещение.       Парень был блондином, как и ненавистный им Малфой, однако вместо прилизанных волос беспорядок на голове походил на тот, как у их друга Гарри. Парень был высоким и очевидно чистокровным, потому что слегка свысока смотрел на всех, чуть дольше задерживая свое внимание на слизеринцах. Он был атлетически хорошо сложен, скорее всего, играет в квиддич.       — Новенькие? — удивленно спросила Джинни. — Я знаю, что переводы возможны, но я ни разу не слышала, чтобы кто-то приходил не на первом курсе.       — А девчонка ничего, — Симус приподнялся из-за стола, чтобы рассмотреть получше рыженькую девушку. — Это не ваша родственница? Неплохо, если бы в Гриффиндор попала. Я бы с ней…       — А парень мне не нравится, — буркнул Рон. — Слишком на Малфоя смахивает, держу пари слизеринцем будет, и мы еще оберемся проблем.       Гермиона совсем не обратила внимания на обсуждение однокурсников, но заметила за столом Малфоя, который был непривычно задумчивым. Если бы он что-то сделал Гарри, весь Слизерин его бы на руках уже качал. Так куда же пропал Гарри, если Малфой уже здесь.       — Прошу внимания, — послышался голос МакГонагалл, который вмиг подарил Большому залу тишину. — Хочу представить вам новых учеников. Помимо первокурсников у нас пополнение и на шестом курсе. Надеюсь, каждый факультет примет каждого в семью, и особо я надеюсь на старост, помогайте, пожалуйста, ребятам освоиться.       Шестикурсники вновь оживились, начиная гадать, куда же попадут новенькие и кто они такие.       — Шарлотта Ламбер, — произнесла МакГонагалл.       Парни начали восхищенно смотреть на девушку, которая со знанием дела вышла на середину помоста, села на стул и надела на себя шляпу.       — Интересно, интересно, — заговорила шляпа. — Ум и отвага. Хотели бы вы попробовать себя в новом амплуа? Хотя нет, вижу, вижу… Что ж, тогда… Гриффиндор!       — Вот это класс! — у Финнигана загорелись глаза. — Чур я первый…       — Симус, ты ее даже не знаешь, — закатил глаза Невилл.       Только обязанности старосты заставили Гермиону оторвать взгляд от слизеринского стола и обратить внимание на девушку, которая, очевидно, будет жить у них в комнате, и первое время ее надо поддерживать и знакомить со школой.       — Луи Гонтье, — произнесла следом МакГонагалл.       Блондин тоже уверенно подошел к шляпе, а она вынесла вердикт уже через секунду. Гриффиндорцы проводили парня недовольными взглядами. А вот слизеринцы приняли его с распростертыми объятиями, начав тут же что-то спрашивать.       — Ты откуда? — не теряя времени, насел на новенькую Симус, пододвигая Рона.       — Я… мы из Франции, — запнулась Роза. — Наших родителей позвали в Англию по работе, они не захотели оставлять нас так далеко, в такой-то ситуации…       — Да, ситуация та еще, — вставил Рон. — Когда уже этих первокурсников распределят, есть хочу.       — Вы родственники? — спросил Дин, высматривая Луи.       — Нет, друзья, — поспешно ответила Роза.       Наконец, первокусники были распределены, а на столах появилась еда. Мальчики набросились на куриные ножки, Роза положила себе немного салата, все еще чувствуя себя очень странно, а тарелка Гермионы так и осталась пустой.       — Прекрати лопать, сколько можно, — вдруг Гермиона ни с того ни с сего начала лупить Рона учебником по спине. — Твой лучший друг пропал.       Роза вздрогнула от подобного обращения мамы с папой. Было так необычно видеть их подростками. И сейчас даже не похоже, что они испытывают друг к другу романтические чувства…       — Успокойся, он у тебя за спиной, — ответил Рон с набитым ртом.       Роза обернулась и увидела, как в маггловской одежде к ним идет Гарри, а его лицо в крови.       — Где ты был? Ух ты, что это у тебя с лицом? — спросил Рон, выпучив на него глаза, как и все остальные их однокурсники.       — А что с ним такое? — Гарри схватил ложку и прищурился, разглядывая свое искаженное отражение.       — Ты весь в крови! — ахнула Гермиона. — Повернись-ка сюда…       Гермиона привела лицо Гарри в порядок, а Роза обернулась посмотреть на Скорпа. Он продолжал что-то рассказывать Крэббу и Гойлу, а Драко ненавистно прожигал спину Поттера. Почему им родители не рассказывали ничего о том, что их отношения были настолько плохими в школе, что даже во время пира с разницей в целый стол между ними чувствовалось это напряжение.       — Потом расскажу, — коротко ответил Гарри.       Роза вернула свое внимание гриффиндорцам и заметила, что Джинни, Невилл, Дин и Симус требовали от Гарри тоже ответа, и даже Почти Безголовый Ник, призрак факультета Гриффиндор, подплыл поближе, чтобы послушать.       — Но… — сказала Гермиона.       — Не сейчас, Гермиона, — мрачным и многозначительным тоном произнес Гарри.       Но в этот момент основные блюда сменились десертом, и все забыли о Гарри. Роза посмотрела на преподавательский стол. Слизнорт и МакГонагалл что-то обсуждали между собой, а Роза была уверена, что их. Кажется, Дамблдор ничего не сказал и им. Сам директор сидел с улыбкой на лице, сложа свои руки перед собой, одна из которых была черной.       После пира уставшие гриффиндорцы отправились в свою башню. Роза бросила взгляд на Скорпиуса, помахав ему, прежде чем слизеринцы потащили его в подземелье. А ей пришлось идти со своей… мамой рядом, ведь она чуть не забыла, что на деле не должна знать, куда им идти.       Мальчики быстро отправились в свою спальню, Парвати и Лаванда закрылись пологом, наложив на него заклинание, поэтому они с Гермионой остались вдвоем, а та ее попросила рассказать о себе. Роза помнила, что мама ей рассказывала, что у нее в школе кроме Джинни не было подруг. Видимо, она сейчас хотела исправить ситуацию, совсем не подозревая, что хочет дружить с собственной дочерью.       — У тебя очень красивые глаза, — заметила Гермиона, когда Роза рассказала свою выдуманную легенду про Шармбатон. — Как у…       — Как у кого? — подняла брови Роза, хотя прекрасно знала ответ.       — Да так, неважно, — чуть улыбнулась Гермиона, доставая свою пасту и направляясь в ванную.       Что ж, Гермионе уже нравился Рон, но что же у них было дальше, что через столько лет они все-таки пришли к разводу?