Ошибки прошлого

      — Драко, — до Скорпиуса донесся женский голос, пока он изучал свое расписание, которое ему только что выдал Снейп.       Скорпиус повернул голову на отца, который сидел чуть вбок напротив него. К нему наклонилась Пэнси Паркинсон, что-то шепча на ухо с легкой улыбкой, а к концу фразы и вовсе закусила губу. Скорпиус скривился и бросил взгляд на маму, которая сидела со своими подружками, а Скорп за ночь так и не смог свыкнуться с мыслью, что на неопределенное время его отец и тетя будут учиться вместе с ним, точнее, он с ними.       — И проводи новенького, — Пэнси провела по плечу Драко рукой, слегка его поглаживая. — У него тоже руны.       Если бы Скорпиус не знал, что у отца на руке метка, а голова забита приказом убийства Дамблдора, то посчитал бы его самым неприветливым человеком в замке, потому что пока они не дошли до нужного коридора, Драко не сказал ему ни слова.       — Вот кабинет, — сухо сказал Драко, указывая ему на дверь, а сам отошел в сторону, вновь принимая задумчивый вид.       Скорпиус осмотрелся. Кажется, продолжать заниматься рунами осмелились очень немногие (интересно, а в его время кто-то кроме него набрал необходимый балл на СОВ для продолжения?). Около кабинета, но совсем не вместе стояли еще два человека — Гермиона Грейнджер и какой-то когтевранец, как потом понял Скорпиус, их староста — Энтони Голдштейн.       — В класс, — в коридоре появилась старая пухленькая ведьма, со стопкой книг в руках.       Скорпиус вошел в класс последний, тоже занимая отдельную парту, ибо никто не собирался садиться рядом друг с другом. Да, сейчас он явно будет заниматься только рунами. Ведь в его время преподаватель по рунам была красивая рыжеволосая девушка, поэтому парней, которые на третьем курсе выбрали руны как факультативный предмет, было очень много.       — Нет, дорогие мои, это никуда не годится, — осмотрела их профессор Бабблинг. — Мы приступаем к сложным рунам, поэтому будете работать в парах. Мистер Гонтье, садитесь к мистеру Голдштейну, а мистер Малфой займет место рядом с мисс Грейнджер. И возьмите один словарь на пару.       Скорпиус пересел к когтевранцу и внимательно следил за отцом, который хоть и сел с Грейнджер, но всем своим видом демонстрировал, как ему от этого противно.       — До сегодняшнего дня вы могли подумать, что руны — это просто язык, — профессор Бабблинг медленно ходила по классу, отчетливо проговаривая каждое слово. — Мы с вами переводили простые древние тексты, изучали диалекты. Однако волшебники никогда не использовали руны просто для общения, только если письма были секретные, ведь шансов, что перехватчик в совершенстве владеет рунным языком достаточно малы. Руны используются как для снятия, так и для наложения проклятий.       Не удивительно, что во времена жизни Волан-де-Морта подобное входило в учебную программу, Дамблдор постарался, не иначе.       — Разумеется, мы с вами в рамках наших занятий не будем углубляться слишком, ведь Ликвидаторы в течение всей своей карьеры могут изучать все новые и новые руны, сталкиваясь с более древними и темными проклятиями, — продолжала урок профессор.       Слова профессора стали меркнуть где-то вдалеке. Скорпиус видел, как отец смотрел, нет, буквально прожигал взглядом Гермиону, а та сжалась от страха и отодвинулась на край парты. Что между ними произошло, что он упустил?       — Профессор Бабблинг, можно мне уйти? — Драко встал со своего места, все еще косясь на Гермиону, словно был готов проклясть ее одним лишь взглядом.       — Что-то случилось, мистер Малфой? — нахмурилась ведьма, прекращая свой рассказ.       — Меня тошнит, — ответил Драко и, не дожидаясь разрешения, направился на выход.       Все удивленно смотрели Малфою вслед, а потом перевели взгляд на Гермиону, но та лишь покачала головой, давая понять, что не знает причин такого поведения слизеринца.       — Так, на чем я остановилась? — опомнилась профессор. — Ах, да. Мы с вами рассмотрим разные виды применения рун: преобразованные заклинания, защитные и усиливающие руны, а также руны с помощью которых можно проклясть волшебника. Ну и конечно попробуем создать антиподные руны, чтобы избавиться от несущей руной магии или же даже какого-нибудь несильного проклятия, чистокровные волшебники часто прибегают к подобным методам.       Последняя фраза вернула Скорпиуса в урок. Их научат создавать руны, блокирующие проклятия? Конечно, вряд ли это будет касаться сильнодействующих проклятий, завязанных на чистой крови, но зная принцип и точный диагноз, от какого именно проклятия умерла мама, может, он сможет создать для нее защитную руну, и в будущем она не умрет?       Остаток занятия они переводили небольшие послания с помощью расширенных словарей. Кажется, даже Грейнджер пришла в себя, заработав за перевод двадцать баллов Гриффиндору. Но как только прозвенел колокол, первая вылетела из класса, едва Бабблинг закончила диктовать огромное домашнее задание.       Оставшись без провожатых, Скорпиус попрощался с Энтони и направился на четвертый этаж. Около кабинета уже стояли гриффиндорцы, в том числе и Роуз. Скорпиус подошел к ней, отводя в сторону.       — Смотрю, гриффиндорцы тебя приняли, — чуть улыбнулся Скорп, замечая, как Рон с опаской посмотрел на то, что он забрал Роуз.       — Как руны? — поинтересовалась у него Роза, но стараясь не смотреть ему в глаза, будто сделала какую-то пакость.       — Интересно, — кивнул Скорпиус, размышляя, стоит ли рассказывать Розе, что он придумал вмешаться в ход истории, чтобы сохранить матери жизнь, да и судьба отца не перестала его волновать и соблазнять нарушить основное правило. — Но, честно говоря, меня больше поразило то, что произошло между нашими родителями.       Скорпиус принялся рассказывать о странном поведении отца, при этом наблюдая за ними сейчас. Кажется, Драко стало лучше, потому что он стоял в коридоре с Блейзом, тоже ожидая начало урока. А Гермиона рассказывала своим друзьям о куче домашнего задания, но ни слова не сказала про Малфоя, хотя Скорпиус по ней видел, что она все равно немного растеряна и изредка бросает настороженные взгляды в кучку слизеринцев.       — Что с тобой? — не выдержал Скорпиус, когда Роза почти никак не отреагировала на его рассказ, а ведь это была первая зацепка, что возможно Рон до сих пор и не знал, что происходило у Гермионы и Драко в школе, когда их подруга была не с ними.       — Я знаю, мы с тобой договаривались, но… — поджала губы Роза и заговорила шепотом. — Я хочу вмешаться во время. Ты меня не поймешь, но я не смогу без квиддича. Поэтому я пойду на отборочные.       — Я… я тоже хочу вмешаться, — признался Скорпиус. — Только в куда более опасную авантюру.       Скорпиус успел рассказать Роуз только о своих намерениях попробовать создать руну, как леденящий душу голос Снейпа послышался из кабинета, приглашая студентов на занятие.       Ребята сели вместе, с ужасом осматривая портреты в классе, на которых были изображены страшнейшие темные проклятия или же само что ни на есть воплощение темной магии, например, инферналы.       Снейп начал рассказывать о многоликости темных искусств, недобро поглядывая то на Поттера, то на Розу. У Скорпиуса каждый раз сжимались кулаки, когда он чувствовал этот холодный и пронзающий взгляд на своей девушке. Что ему от нее надо?       — Сейчас вы разобьетесь на пары и попробуете невербально наносить и отражать порчу, — закончив с теорией, Снейп дал им практическое задание.       И почему нельзя было их перенести на пятый курс? Они бы были лучшими на курсе. Ведь ни Скорп, ни Роза еще ни разу в жизни не пробовали создавать невербальные заклинания.       — Очень хорошо, мистер Гонтье, — одобрительно произнес Снейп, проходя мимо их пары.       Роза пересеклась взглядом с профессором и тут же почувствовала острую боль в голове. Мама ей всегда рассказывала о том, как важно уметь защищать свое сознание, даже занималась с ней окклюменцией. Собственно сейчас ей впервые в жизни понадобились навыки.       — Продолжаем, — Снейп разорвал с ней зрительный контакт и пошел дальше по классу.       Роза была так сильно сбита с толку, что пропустила заклинание от Скорпа, которое угодило в нее, сбивая с ног, а Малфой тут же подбежал к ней, помогая подняться.       — Он хотел залезть ко мне в голову, — прошептала Роза. — Почему мне?       — Может, на мне не работает? — предположил Скорпиус. — У меня же защитные амулеты рода есть от подобного воздействия.       — ПРОТЕГО! — послышался крик Гарри на весь класс.       Роза со Скорпиусом обернулись, вместе с остальными студентами наблюдая, как Снейп отлетает на несколько метров, сбивая собой парты.       — Вы помните, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер?       — Да, — сдавленно ответил Гарри.       — Да, сэр.       — Совсем необязательно называть меня «сэр», профессор.       — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снейп. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого… даже и от Избранного.       — Вы не имели право атаковать студента! — вступилась за Гарри Роза.       — Кажется, Гриффиндор это заразно, — язвительно сказал Снейп. — Мисс Ламбер, явитесь ко мне в кабинет в воскресенье вечером.