Черный лебедь

Сигаретный дым наполнял легкие, вытесняя лишние мысли. Только никотин и щепотка внутренней опустошенности. Малфой стоял перед Министерством, устало оглядывая Лондон. Все те же люди, улицы, человеческие проблемы и переживания. Косой Переулок наполнен детским топотом, восторженными разговорами в преддверии учебного года. Будто что-то должно было измениться, став отражением его собственной израненной души. После окончания войны он с тоской оглянулся на руины Хогвартса, не упуская мысли, что вся его жизнь теперь сплошные катакомбы. Ему восемнадцать, а что осталось за спиной? Ни своих принципов, ни устоев. Только плачущая мать и отец. Лишь тени прежних столбов, на которые можно было опереться. Возможно, надо было остаться и сражаться за собственную жизнь, за родителей. Но сил на это не осталось. Только привкус сожаления от того невероятного количества ошибок и неправильных выборов. Побег из Великобритании принес мнимое облегчение. Или ему так хотелось верить? Бычок летит в мусорку, а остатки никотина щекочут язык. Какая теперь разница, как все могло сложиться? Уверенной походкой Драко Малфой подходит к Министерству, вход в которое теперь представляет собой маленькая закусочная: белые панели, красная стойка и такие же столики с небольшими диванчиками. Кивок официантке, шаг в камин и вот он, знакомый атриум. Волшебники и волшебницы спешат на работу, а фонтан в центре является отражением культуры всего человечества: художники, писатели, ученые как магического, так и магловского мира. На самой вершине Мерлин и Эйнштейн держат в руках чашу с огнем познания. Быстрые и колючие взгляды оценивают молодого человека в лифте, не уставая напоминать ему, что он навсегда останется нежелательным элементом. Во Франции такого не было… Первые полгода были наполнены легкостью, весельем и беззаботностью. А дальше смерть матери, полубезумный отец, который запирается в поместье и лишь разговаривает с портретом любимой женщины. Спустя полгода не останется и он в жизни Драко. Поминальная церемония, документы о наследовании состояния — и вот уже потерянность достигает размеров Вселенной. Ответственность. Язык касается гладких зубов, а взгляд отрешенно смотрит на макушки магов в лифте. Обучение во Франции, Дурмстранге, Ирландии, курсы в США. Он лучший из лучших. Второго такого специалиста не найти во всем мире. Ведь не у каждого есть круглый счет в Гринготтсе, чтобы оплатить все лучшее образование. Наверное, только Грейнджер могла бы похвастаться не менее внушительным списком, но он о ней мало что слышал в последние годы. Кто знает, куда ее завела эта жизнь? Хотя какая разница? Все это ненужная ностальгия. Сигнал оповещает об этаже, а мужчина выверенной походкой подходит к кабинету главы аврората. — Здравствуй, Поттер, — стараясь придать голосу отдаленную доброжелательность, поздоровался Драко. — Малфой, — протягивая руку, приветствует бывший сокурсник. Крепкое рукопожатие не может скрыть ожоги и шрамы на руках Спасителя. Похоже, что не все начальники отсиживаются в кабинете. — Итак, — распахивая полы пиджака, закидывая ногу на ногу и растягивая слова, произносит выпускник Слизерина, — ты добился от моего начальника консультативной помощи. Но ведь это не все? — Нет, прозвучит весьма резко, но мне нужно, чтобы ты стал агентом в одной из самых влиятельных группировок Великобритании. — Я, кажется, видел в сводках о чем-то таком, — лениво ответил Малфой, оглядывая кабинет. Небольшой, но уютный. Темное дерево, колдография Джинни Уизли с детьми, золотой троицы. Огромное количество бумаг. И сейф, который периодически сотрясало что-то изнутри. — Проблема в том, что наши агенты прекращали свою деятельность и примыкали к группировке. Один был пойман на шпионаже и попытке выкрасть конфискованный артефакт. Даже после череды допросов с сывороткой правды я не могу доверять в полной мере своим сотрудникам. Они достаточно неустойчивы к ней. — Глава группировки — женщина? — с нескрываемым любопытством поинтересовался Драко. Большая редкость, когда преступные организации возглавляла женщина. Хотя о чем говорить, если все руководящие посты в правительстве были заняты мужчинами. — Да, женщина. И, похоже, какой-то невероятной красоты и очарования, — поправляя очки, внимательно смотрит своими зелеными глазами Поттер. — Интересно, интересно, — задумчиво почесывая подбородок, ответил мужчина, — а в аврорате не работают девушки? Они бы смогли ей сопротивляться. — Не смогли. Скажем так, — нервно закашлявшись пояснил гриффиндорец, — она не разделяет свою любвеобильность на пол. — Потрясающе, давно не было такого интересного дела у меня, — смеясь произнес слизеринец. — Я не могу тебя принуждать, Малфой. Твоя помощь будет полезна и в других делах, или же аспектах именно этой задачи. Но не буду скрывать, что от имени всего Министерства я выражаю надежду, что ты согласишься. О твоих талантах ходят легенды. — Да ладно, Поттер. Я же не девушка в первую брачную ночь, которой необходима прелюдия. Поделись со мной фактами, а дальше все беру на себя. — Группировке принадлежит целая сеть ресторанов, клубов. Тебе нужно познакомиться с неким мистером Монро, который часто бывает в одном клубе. Я почти уверен, что он казначей всей организации, однако, доказать ничего невозможно. Его палочка чиста, документы все в идеальном состоянии. Подобраться к нему достаточно сложно, но на твое счастье он как раз планирует открытие нового заведения и ищет инвесторов. Конечно, он лишь доверенное лицо. Тебе нужно настоять на встрече с ней. А дальше придется импровизировать. Мне нужны доказательства всех махинаций. Чтобы я мог устроить облаву и накрыть всю банду целиком. Но помни, мне нужен глава. Потому что мозг всего этого — женщина. — В чем именно она провинилась перед законом? Ведь если это хищения или даже вымогательства, то это не особенно мой профиль. Я, конечно, смогу помочь в этом, но без удовольствия, — скептически морща лоб, отвечает Малфой. Дело было интересное и даже в какой-то степени азартное, но хотелось, чтобы отголосок опасности присутствовал, который мог всколыхнуть хотя бы отдаленно душу. — Убийства, пытки. Она подмяла под себя всю преступную верхушку и теперь пытается диктовать в Министерстве. Драко внимательно слушал, впитывал информацию и размышлял, кто же мог скрываться под маской такой могущественной женщины. Никотиновый дым наполняет легкие, а голова трещит от пустой информации. Никаких фактов, лишь полудогадки, размышления и фразы с окончанием «может быть». Пепел разлетается на тысячи частей ветром, а за спиной слышится: — Не дадите даме огонька? Малфой с усмешкой поворачивается, слыша знакомый голос: — Конечно, Грейнджер. Удивленный взгляд тонет в затяжке, а позже и в сигаретном дыме. — Добро пожаловать в Лондон! Девушка словно бы не изменилась: непослушные каштановые волосы собраны в пучок, лишь несколько прядей обрамляют лицо. Ни грамма макияжа, джинсы и бежевый свитер с V-образным вырезом, из-под которого колюще выглядывают ключицы. Шоколадные глаза полны ехидства, огнём и интеллектом. Хорошо, что что-то остается постоянным. Реперные точки непоколебимы. — Спасибо, — спокойно отвечает Драко, выпуская дымное колечко из своего рта. Потребность в человеческом общении уходит вместе с желанием быть нужным, обласканным и любимым. Возможно, последствие работы. Или то, что было выгравировано на подкорке в Дурмстранге. Если ты ни за кого не цепляешься, то тебе нечего терять. Грейнджер в молчании докуривает и, спокойно говоря «до свидания», уходит ровной походкой в сторону Министерства. Внутренний метроном работает без перебоев, анализируя, как лучше подобраться к роковой женщине. Аппарируя в поместье, игнорируя тихое восторженное лепетание домовиков, мужчина направляется в спальню. На дубовом столе письма, отчет по делам от управляющего. Драко оглядывает стопку скучающим взглядом и, скидывая на ходу одежду, направляется в ванну. Горячая вода обжигает, оставляя розовые разводы на коже. Голова блондина запрокинута на бортик, вдыхая царящий пар. Малфой лежит в ванне, пока вода не становится ледяной. Капли скатываются по торсу, кубикам пресса, скрываясь за полотенцем, небрежно завязанном на бедрах. Сквозь череду костюмов, взгляд останавливается на стальном и белоснежной рубашке. Волосы небрежно зачесаны назад, а пара пуговиц остаются не застегнутыми. Из зеркала на Драко смотрит мужчина, так же не верящий ни во что, как и 18-летний мальчишка. САУНДТРЕК: «NEVER TEAR US APART» — BISHOP BRIGGS Клуб встречает зажигательной музыкой, прожигателями жизни и легкой дымкой. — Красотка, я уверен, что ты никогда не встречала такого как я. Роскошной женщине нужен роскошный мужчина. Женский смех тонет в оглушительных аккордах, а от глупой попытки затащить девушку в постель Малфой скучающе закатывает глаза. — Виски, — уверенно заказывает слизеринец у официанта, сразу бросая несколько купюр. Вдвое больше, чем положено. Слегка пригубив обжигающий напиток, Малфой оглядывает пространство. В былые времена мужчина обязательно стал бы завсегдатаем такого заведения. Неоновый свет мягко отражался от кожаных диванчиков и зеркальных панелей, которые имели вид гексагона. Дорогой алкоголь, красивые девушки, намек на элитарность. В такие места все стремятся попасть, а оказываясь пытаются всеми силами стать постоянным посетителем. Танцовщицы соблазнительно кружили на шестах, балансируя на грани развратности и похоти, но не срываясь в вульгарность. Стоит отдать должное создателю, здесь хотелось задержаться. Цепкий взгляд сразу же высматривает того, кто чувствует себя хозяином. Опытный взор встречает таких людей в толпе: глаза полные уверенности, звериной хватки. Походка неспешная, тягучая, напоминающая прыжок пантеры. — Мистер Малфой, позвольте предложить вам вип-столик, — предлагает высокий брюнет атлетической внешности. — Мы знакомы? — сухо спрашивает Драко, подмечая талант руководителя моментально вычленять из толпы премиальных клиентов. — Мистер Монро к вашим услугам, — удача благоговеет перед ним, и мужчина пружинистой походкой следует в зону для особых гостей. — Рад, что по возвращении в Лондон Вы наведались именно в мой ночной клуб. Пожалуй, мне это даже льстит, — смеясь прокомментировал управляющий, властно подзывая кого-то из глубины зала. — Ваш персональный официант. Бар с премиальным алкоголем и лучшие танцовщицы Великобритании к вашим услугам. — Благодарю, мистер Монро. Не могу не отметить уровень вашего заведения. Слышал, что готовится к открытию не менее высококлассный клуб. — Совершенно верно, — не без хитринки отвечает брюнет, присаживаясь на одно из кресел. Мягкое выражение лица, глаза не лишенные расчета и прозорливости. И по-женски ухоженные руки. Похоже, что до грязной работы он не опускается. — Я недавно вернулся в Лондон и всерьёз думаю задержаться здесь на какое-то время, — лениво смотря на сверкающую задницу девушки, соблазнительно изгибающуюся на шесте, проговорил Малфой, — мне совсем не интересно инвестировать в добывающие компании или же стартапы. Хочется чего-то для души, — неопределённо взмахнув рукой закончил Драко, отпивая порцию виски. — Понимаю Вас. Смею ли надеяться, что Вы хотите вложить определённую сумму в мое скромное предприятие? — Вы прекрасно чувствуете собеседника, мистер Монро. Именно так, — не отрывая стальных глаз, смотрел Драко на мужчину. Едва уловимая усмешка коснулась губ управляющего, но лишь на секунду. — Мне кажется, необходимо присутствие еще одного моего компаньона. И если Вы согласитесь, то мы бы могли ее пригласить. — Конечно, такие вопросы лучше обсуждать полным составом. — Тогда прошу за мной. Монро вел через витиеватое помещение клуба, как казалось Малфою, стремясь его намеренно запутать. Когда же они наконец пришли, то, произнеся пароль, разобрать который удалось лишь наполовину, мужчины оказались в затемненном помещении, единственным освещением которого являлись огни от свеч. Через все пространство комнаты тянулся черный фатин скрывающей лицо женщины, сидящей перед ними. — Благодарю, Андруа, — мягким и обволакивающим голосом произнесла его обладательница. Ткань не могла скрыть соблазнительной фигуры и глубокого декольте черного облегающего платья. Ярко-красные губы были призывно полуоткрыты, но это единственное, что можно было увидеть под вуалью, скрывающей лицо. Как ни пытался Драко, он не смог различить ни одной черты. — Мистер Малфой, я знала, что Вы придете, — сжимая во рту мундштук и выдыхая дым, констатировала незнакомка. Неудивительно, что все агенты перебегали на ее сторону. От этой женщины сквозило природным магнетизмом и шармом, который вынуждал мужчин беспрекословно становиться ее рабами. Драко спокойно сел на противоположное кресло, закидывая ногу на ногу и продолжая изучать главу всей преступной организации Англии. Уверенная, спокойная, соблазнительная и стервозная. Гремучая смесь для мужчин. — Я хотел бы проинвестировать в новый клуб. — Как интересно. Это все, что Вы хотели бы? — Пока да. Но я слышал много интересного о вас. За пределами Лондона. Это даже не было ложью. Слухи витали о такой засекреченной особе с завидной периодичностью. Кто-то говорил, что дом моды Франции теперь под ее патронажем. А конгрессмены в США, что со стороны демократов, что и со стороны республиканцев, были к ней расположены. Итальянцы же с опасением перешептывались, что у нее была возможность ознакомиться с библиотекой Ватикана. Таинственнее личности мир еще не встречал. — Я тоже многое слышала о Вас. Как поживает мистер Поттер? Не тоскует по львиной доле своего штата? — с полуусмешкой поинтересовалась незнакомка. Прямолинейность. Осведомленность. Расчетливость. Список качеств возрастал, как и интерес. — Простите? — стараясь придать своему лицу безмятежное удивление, поинтересовался Драко. — Мистер Малфой, Вы прибыли в Лондон в командировку на неопределенный срок с возможностью переезда. Ведь так записано в вашем деле во французском аврорате? Поправьте меня, если я что-то упустила. Мужчине оставалось лишь выжидающе смотреть. Она не спрашивала, а констатировала. Спорить с ней было довольно глупо. — Я могла бы сыграть с Вами в довольно интересную игру, в которой я не знаю о цели Вашего знакомства. Но она мне наскучила еще на Джеферсоне. Тем более Вы намного умнее предыдущих посланников. А потому, — доставая очередную сигарету из серебряного портсигара, — я не вижу нужды играть в этот фарс. — Неудивительно, что авроры теряли голову при знакомстве с Вами. — Неудивительно, что Поттер именно Вас отправил ко мне, — парировала женщина, не стараясь скрыть усмешку и капельку яда в своем мелодичном голосе. — Если же карты раскрыты, — произнес Малфой, подходя к стеклянному столику и наливая порцию виски, — то в какую игру хотели бы Вы сыграть на этот раз? — Работайте на меня. Драко стоит вполоборота и благодарит сумрак комнаты. Удивление? Шок? Неверие? Трудно дифференцировать свои эмоции. Также как и понять эту особу. — Почему я должен согласиться? Ведь я аврор, с восстановленной репутацией и безукоризненным резюме. Я представитель закона, а Вы — преступного мира, — Малфой рискует и подсаживается к девушке в попытке разглядеть лицо. Но лишь улавливает алые губы и белоснежные зубы. Скорее всего маскирующие чары, ведь вуаль не могла справиться так хорошо. — Так зачем мне рисковать? — Именно потому, что Вы порядочный гражданин, Вы не стали возвращаться в Лондон? Именно поэтому Вы невольно содрогаетесь от косых взглядов в свою сторону и думаете, чем бы еще обелить себя? Вам нечего терять, мистер Малфой. И Вам безумно наскучила ваша «правильная жизнь», — отпивая коктейль, закончила женщина. От нее исходил какой-то невероятный аромат фруктовых нот граната, лилии в середине и терпкости виргинского кедра в шлейфовом остатке. Драко никогда не считал себя открытой книгой, тем более навыки окклюменции и воспитание Люциуса сделали из его лица нечитаемую маску. Либо у этой женщины были великолепные осведомители, либо она была чертовски проницательной. А может быть и то, и другое. — Хотите, чтобы я стал Вашим личным приобретением? — Ваша попытка меня соблазнить, мистер Малфой, даже в какой-то степени мной оценена, но не думайте, что я предлагаю Вам работу только из-за того, что Вы невероятно привлекательный мужчина и я так жажду оказаться в ваших сильных объятьях и раскрыть все свои секреты, — слегка наклоняясь в сторону мужчины, шепчет ему на ухо незнакомка, — не переживайте, — уже отстраняясь, откровенно подшучивает женщина, — я знаю о том, что ходят легенды о том, как я заманиваю к себе людей. Будто я обладаю невероятным сексуальным талантом, но я лишь предлагаю людям то, что они хотят получить. — Значит, слухи насчет Вашей любвеобильности — ложь? — Лишь частично, — с усмешкой отвечает женщина, беря в руки мундштук и сигарету. — Почему Вы думаете, что работа на Вас — это то, что мне необходимо? — Потому что меньше всего в жизни Вам нравится быть аврором. Драко в ответ лишь откинулся на спинку дивана и в задумчивости закурил. Ему никогда не нравилась его работа. Машина правосудия была далеко от безупречности, что, конечно, злило, разочаровывало и опустошало. Но для чего были эти годы учебы, изнуряющие тренировки и вечный страх оказаться на социальном дне? С другой стороны, какой смысл стараться исправить то, что было уже давно загублено даже не им самим, а его незабвенным отцом? Отчего будучи уже взрослым мужчиной так необходимо искупать грехи его семьи? И ведь эта чертовка была права. Никогда его не простят, никогда не посмотрят с уважением. Не поможет ни список благих дел, ни круглый счет в Гринготтсе. Холод окутал душу мужчины, когда пришло осознание, что терять ему нечего. — В чем именно она провинилась перед законом? Ведь если это хищения или даже вымогательства, то это не особенно мой профиль. Я, конечно, смогу помочь в этом, но без удовольствия. — Убийства, пытки. Она подмяла под себя всю преступную верхушку и теперь пытается диктовать в Министерстве. Как все это было похоже на Волан-де-Морта. Грязь, мрак, крики и непроходимое желание скрыться от всего происходящего. Драко никогда не забудет свои чувства, когда Темный лорд выбрал в качестве резиденции Малфой-Мэнор — липкое ощущение причастности к каждому возгласу, каждой агонии и смерти. Виски раздирает горло, а сердце от тягостных раздумий. Когда-то давно, стоя на руинах Хогвартса, он поклялся себе, что больше не окунется в водоворот ошибок. И вот спустя столько лет Драко сидел перед перспективой окунуться в него. Водоворот, чьи губы были цвета крови.