Черный лебедь

Сердце отбивает отчаянный ритм, длинные пальцы в задумчивости сжимают рокс, а взгляд цепляется за плавность переливов янтарной жидкости. Верхние пуговицы белоснежной рубашки непозволительно соблазнительно расстегнуты, волосы в беспорядке спадают прядями на лицо, а немигающий взгляд направлен лишь на тлеющие дрова в камине. С момента встречи прошла пара дней, но решение так и не зародилось. Изящным движением Малфой достает сигарету и не спеша закуривает, медленно выдыхая дым. Глаза закрываются, и под веками трепещет образ таинственной незнакомки. Такой опьяняюще соблазнительной. Драко никогда не относился к тому типу мужчин, который спал с женщиной, как только представлялась такая возможность. Терялся интерес и привкус чего-то недосягаемого и запретного. Мало было быть обладательницей красивой фигуры и миловидного личика для того, чтобы заинтересовать слизеринца. Но в этой женщине было действительно что-то поистине увлекательное и, бесспорно, пугающее. Манеры, изящность, соблазнительность, интеллект, расчетливость — все слилось в какой-то бешеный коктейль качеств, который не мог оставить равнодушным. С силой надавив на глаза, Драко тяжело выдохнул дым и отпил немного виски. Восхищение не решит его дилемму и не поможет принять решение. В аврорате наверняка есть шпион, который поставлял информацию группировке. Не рядовой сотрудник, а из верхушки. Подозревать Поттера не было смысла, однако полностью откидывать эту кандидатуру Малфой не стал. Работа научила его, что верить мало кому можно. Если он сообщит, что ему удалось внедриться и работа приступает к более активной фазе, то с высокой долей вероятности в тот же вечер аристократический труп найдут не в самом благовидном образе. Остается лишь согласиться с предложением, но при этом оттягивать момент с откровенным разговором и параллельно просматривать дела мракоборцев. Кивнув собственным мыслям, мужчина убедился, что это самый безопасный и разумный вариант. Осталось лишь претворить его в жизнь.

* * *

Шаги отдавались эхом в пустых коридорах Министерства, а полумрак мягко окутывал мужскую фигуру. Леденящий взгляд, уверенная походка и властные манеры. Можно поменять страну, искоренить внутренние сомнения, но Малфоя из души не изгонишь. Порой, стоя перед зеркалом, Драко не мог не заметить черты Нарциссы в своем лице или поступки Люциуса в своей жизни. «Так бы сделал отец» Каждый раз, когда возникала подобная мысль, дрожь пробирала тело и невольно становилось жутко. В одном магловском университете профессор читал лекцию на тему генетики, входившую в один экспресс-курс по биологии. Трудно объяснить порыв, с которым волшебник оплатил обучение и стал как прилежный ученик ходить изо дня в день в стены Сорбонны. Но в очередной раз Малфой прилежно записал и обвел пару-тройку раз фразу: «В воспитании ребенка на 50% влияет внешняя среда, а на 50% — гены родителей» Сбежав из Лондона и поменяв в корне свою жизнь, Драко, бесспорно, внес коррективы в декорации, но гены невозможно изменить, подправить или заколдовать. То, что будет с ним всегда. Недовольно качнув головой, Малфой с характерным душевным скрежетом стал выбираться из размышлений, однако очередная мысль успела прорваться сквозь уже закрытую дверь: «Тяга к тьме будет с ним всегда? Потому что это часть его предков, а значит, и его самого» Механически постучавшись и открыв дверь, Драко и не заметил, что глава аврората был в кабинете не один. — Добрый вечер, Грейнджер. — Здравствуй, Малфой, — с хитринкой во взгляде ответила гриффиндорка. Обтягивающие темно-синие джинсы подчеркивали стройные ноги и упругую задницу, сквозь черный топ на бретельках прорезались ключицы и кожаная куртка, которая придавала образу еще большую резкость. Вид мало походил на образ отличницы и правильной девочки. Но ведь внешность бывает так обманчива, не так ли? — Драко, привет. Присаживайся. — Я, кажется, просил о личной встрече, Поттер, — немного резко сказал Драко, опускаясь в кресло. — Ты можешь свободно говорить в присутствии Гермионы. Она и так в курсе дела, потому что возглавляет смежный отдел. Так что? Удалось увидеться с нашей таинственной незнакомкой? — не заметив резкости, приветливо встретил избранный, устало откинувшись на кресло. — Пока нет. Я действительно виделся с Монро, но не было даже отдаленного намека на нее, — ложь слетала с языка плавно, не вызывая никакого подозрения. Если хотите, чтобы Вам поверили, скажите часть правды. — В чем заключалась загвоздка? — с нескрываемым любопытством поинтересовалось девушка, облокотившись на стол. — В том, что такие личности не подпускают к себе незамедлительно. Нужно время, — недовольно и нехотя ответил Драко. Не любил он личных отношений на работе, которые могли помешать раскрытию дела. Знают трое, знает и свинья. — Что же, тебя, конечно, никто не торопит, но лучше не тяни. — Поттер, мне нужен доступ ко всем делам работников аврората. А точнее твоих непосредственных помощников и заместителей. — Малфой, при всем моем уважении, но мне кажется, что ты требуешь слишком много, — не сводя строгих глаз, отчитала Гермиона, как какого-то школьника, скрещивая руки на груди. — Грейнджер, при всем моем уважении, но этот вопрос не в зоне твоей компетенции, — парировал мужчина и, выдержав огненный взгляд в свою сторону, перевел его на мракоборца. — Мне надо все взвесить, — массируя виски, приглушенно ответил Гарри, не обращая внимания на колкости. — Тяжелый день, Поттер? — не собираясь уходить, подметил Драко. Усталый вид начальника всех мракоборцев Великобритании мужчина заметил еще в первую встречу: круги под глазами, пара седых волос, морщинки и взгляд, полный накопившихся забот и нерешенных проблем. Наверное, все мы так выглядим спустя годы. Когда груз ответственности за своих близких давил с каждым вздохом все сильнее. И как бы ты не бежал от этого чувства, как бы не прятался среди алкоголя, безрассудной жизни, по итогу оказываешься перед простым выбором: нести свою ношу, как и большинство людей на планете, но быть в окружении родных людей, или сгореть в водовороте собственных желаний, оказавшись наедине только с одиночеством и неприспособленностью. Странное дело, но с детства нас учат фразе «надо». И чем старше ты становишься, тем сильнее это слово отпечатывается на подкорке. Правилен ли поступок или нет, продиктован ли он собственным «я» — все это становится ничтожным по сравнению со всемогущим словом «надо», которое тяжестью придавливает все остальные душевные порывы. Когда мучительный кашель сковывал легкие из-за удушающего дыма и пепла, ноги путались в трупах, а страх смерти дышал в затылок, Драко думал о том, что если бы он поступил не так, как «надо», а как подсказывала его подростковая душа, то как бы изменились события? Хаотичный поток размышлений прервал ответ Гарри: — Тяжелое дело, Малфой. Эта дама изрядно потрепала мои нервы, но если говорить откровенно, — вставая из-за стола, открывает один из шкафов избранный, — чисто по-человечески я ее даже понимаю, — фраза заканчивается звоном роксов, которые оставались незаполненными довольно недолго. — О чем ты? — слегка сводя брови к переносице от задумчивости Малфой. —Ты же говорил, что в списке ее преступлений убийства и пытки. — Но все ее жертвы, — на секунду замолкает мужчина, делая внушительный глоток, — должники перед законом по крупному счету. Ловя недоуменный взгляд, глава аврората быстрым движением допивает оставшееся и, закусывая лимоном, морщась, продолжает: — Например, — новая порция виски со звоном наполняет рокс, — был такой персонаж в нашей картотеке — Руперт Смит. Ответственный налогоплательщик, своя компания, которая квалифицируется на частных детских садах для волшебников, няни, гувернантки, преподаватели по узким предметам. Занимался благотворительностью, очень много жертвовал на восстановление Хогвартса. Где-то месяц назад его находят в Лютном Переулке со спущенными штанами, половой орган отрезан и всунут ему рот. А к шее привязан конверт, в котором многочисленные колдографии, на которых он насилует детей или совращает их. — Мерлин, — все, на что хватает сил сказать Драко, который в ту же секунду полностью осушает рокс. — И мне доверяют расследование его убийства и проверки по факту клеветы, — подливает себе и Драко Поттер, не переставая ни на секунду говорить. — И что ты думаешь? Все чисто. Никаких зацепок ни по убийству, ни по его грязным делам. В итоге папка с его именем все еще лежит в моем архиве. Избранный вздыхает и смотрит на колдо, где по лужайке перед домом бегают дети, а Джинни Уизли счастливо смеется. — С одной стороны, совершено жестокое убийство, и я должен найти виновного и посадить в Азкабан. А с другой — я бы руку ей пожал. — А в честь чего ты решил, что это совершила именно эта группировка? Почему не родитель, который решил отомстить за свое чадо? Или старший брат за сестру? Секундное замешательство печатью отражается на лице у гриффиндорца, после чего он удивленно отвечает: — На теле была метка Черного лебедя. Так она себя называет. — Были такие еще случаи? — Все убийства, — впервые за долгое время подает голос Грейнджер, — с таким почерком. — То есть, — выдерживает паузу Драко, стараясь обдумать весь хаос в своей голове, — вы хотите сказать, что появился народный мститель? — Ее сложно назвать народным мстителем, — доставая сигареты из кармана кожаной куртки, продолжала отвечать на вопросы Гермиона, — какие-то ее поступки выглядят, как карающая рука, но некоторые выгодны исключительно для нее. Она старается, — огонь отражается на лице у девушки, короткое мгновение, и никотиновый дым наполняет комнату, — балансировать. Малфой рефлекторно облизывает губы и осознает, как сильно ему хочется курить. Но вместо этого он отпивает еще немного виски, в задумчивости смотря прямо перед собой. Запах сигарет витает в комнате, оставаясь на кончике языка. Ваниль… Слишком сладко. Драко никогда не любил сигареты с какой-то вкусовой отдушкой, больше нравилось, как табак терпко окутывает рот. — Что ж, тогда буду ждать дела авроров, Поттер, — вставая с кресла, заканчивал эту встречу мужчину. — Малфой, если у тебя будут какие-то вопросы, то в ближайшие две недели тебе надо будет обращаться к Гермионе. Я уезжаю в командировку. Отрывочно кивнув, слизеринец лишь захлопнул дверь кабинета, отметив напоследок, что Грейнджер умела красиво курить.