Московский гость

Всё вдруг рухнуло. Ещё только что Саша держала ситуацию под контролем, и вдруг план Б и вместе с ним остальные планы потеряли смысл. Саша пронзала взглядом закрытую дверь, будто она ещё могла открыться, и тот сержант мог извиниться и сказать, что произошла ошибка, будто можно было повернуть время вспять. Ещё одно убийство не вписывалось в картинку Саши. Точнее, это Саша не готова была включать его в свою картинку. Едва успели разобраться с уликами, построить первые теории, как приходится всё бросать, чтобы ехать неизвестно куда и неизвестно зачем. Саша уже вела несколько дел одновременно и представляла, как это тяжело. Новое убийство могло быть связано со смертью Агапова, но и это всё бы усложнило. А Юрков ведь говорил, что здесь что-то интереснее. Расспрашивать было некого, не на ком и вымещать раздражение. Саша с грохотом задвинула стул. Валя уже был на ногах и с выражением полного непонимания смотрел на злосчастную дверь. Марат прислонился к косяку, скрестив руки на груди, и ждал. У его ног уже стоял чемоданчик. Вот, кто готов ко всему и всегда. Саша выдохнула, поправила пиджак, накинула на плечо рюкзак. Возбуждение не давало ей стоять на месте. Мысли путались, как бы Саша ни злилась на саму себя. Она готова была резко изменить все планы и прямо сейчас ехать на место преступления. Но снова открылась проклятая дверь, и снова показался на пороге молодой парнишка в форме. Саша хотела возмутиться или хотя бы задать вопросы. Она не сразу заметила, что это был совсем другой сержант. Робко он приоткрыл дверь и, не решаясь войти в отдел, с порога объявил: — Подполковник Юрков, вас ждут у входа. Говорят, майор Калинин из Москвы. Это срочно. Сержант захлопнул дверь, его приглушённые шаги ещё несколько секунд доносились из коридора. И что за привычка сразу сбегать? На этот раз Саша нашла человека, от которого можно было ждать объяснений. Но Юрков извинился взглядом, наклонил голову и встал, оправив рубашку. — Я вас догоню, — бросил он уже у двери. В третий раз раздался хлопок. Торопливые шаги слились с постукиваниями по столу, жужжанием компьютера и тиканьем часов. — Не будем терять время. — Марат взял дело в свои руки. Саша не протестовала. Послушно, будто подчинённая, она вышла из отдела и, не глядя под ноги, первой направилась к лестнице. Повезло, что на ногах оказались балетки. Саша едва не споткнулась на первой же ступеньке. Это отрезвило, вернуло способность рассуждать. Саша снова чувствовала себя собой, пусть Юркова и не было рядом, образ Ольги оставался свежим в памяти, а дело запутывалось с каждой минутой. Саша надеялась, что хоть теперь не появится ещё какой-нибудь сержант и не испортит всё окончательно. Адрес — это единственное, что Кушнир узнала на ресепшене. Там оставили записку для группы уголовного розыска, не то что объяснить, они и лично донести информацию не смогли. Но адреса было вполне достаточно, чтобы продолжить расследование. Через десять минут все машины были на месте. Нужный дом располагался в паре кварталов от дома Агапова. Саша сразу обратила внимание на это совпадение. Такое же старое пятиэтажное здание, над которым, стуча в окна, нависал огромный дуб — единственная отличительная черта маленького дворика. Квартира на втором этаже — меньше возможностей для побега. Этого Саша тоже не могла не заметить. Когда, поднимаясь по ступенькам, Кушнир сравнивала этот дом с домом Агапова, она автоматически подмечала каждую деталь. Органы чувств обострились настолько, что слабый запах парфюма и сырости показался Саше резким. Нужная квартира была вскрыта, и понять, чьих рук дело, не смогла и Саша. Она разглядывала дверь три драгоценных минуты. Искусно взломанный замок Саша рассмотрела со всех сторон. Только отличить работу полиции от работы преступника порой очень сложно. — Идём. — Саныч коснулся плеча Кушнир. Саша обогнала висящую на одной петле дверь и ступила на кафельную плитку пола. Квартира, в которой она оказалась, не отличалась роскошью. Но после крайнего минимализма Агапова обстановка выглядела богато и эффектно. Владелец этой квартиры бежать не планировал и никого не боялся. Саша не знала, радоваться ли несовпадающим деталям. Марат уже прошёл вглубь квартиры. Саша не спешила. Медленно она обходила комнаты, оценивая по их состоянию личность владельца. Педантичный порядок, эстетическая красота — дело рук, обычно, женщины. Но никаких следов третьих лиц Саша не нашла. Выходит, парень жил один в великолепном доме, отлично следил за ним, и вдруг найден мёртвым в собственной спальне. Саша прошла по всем комнатам прежде, чем войти в спальню. Ей хватило на сегодня кошмаров. — Смирнов Виктор Владимирович, — пояснил Марат. Он успел уже провести первичный осмотр и даже нашёл досье жертвы. Саша ещё не увидела погибшего, но уже знала его имя. Она ждала чего-то похожего на убийство Агапова. Каково же было удивление, когда, вместо алых пятен на кровати и на рубашке, вместо стеклянных глаз и мертвенной бледности, Саша увидела человека, как будто совсем живого. Он лежал на кровати, на спине, словно готовился спать. Лишь его лицо было искривлено судорогой. Ни единого повреждения на теле Марат не нашёл. Оставался один самый вероятный вариант: — Яд, скорее всего, яд, — высказал его вслух Марат. — Подробности после вскрытия. Саша подошла ближе к кровати. Белая простынь, совсем чистая, была ровно расстелена, подушки лежали у изголовья, почти не примятые. Смирнов и не предполагал, что так скоро встретит смерть. Марат складывал инструменты в чемоданчик. На этот раз он справился ещё быстрее, чем утром. Саша подошла ближе, даже опустилась на край кровати. По спине пробежали мурашки от ощущения, что здесь, рядом с ней, на этой кровати человек, не подозревающий о близости смерти, попал в её когти. Саша наклонилась над телом. Глаза Смирнова были закрыты, кожа лица покрылась мелкими морщинками, ледяные ладони — без единой царапинки, чистые, белые ладони человека умственного труда. Саша рассмотрела и одежду: клетчатая рубашка и брюки. Не в такой одежде люди ложатся в постель и не в три часа дня. — Сколько времени прошло с момента убийства? — решила уточнить Саша. — Час, не больше. Час с момента отравления, но яд могли подсыпать в любой момент. И снова, незаметно для самой себя, Саша приблизилась к утреннему делу. Ведь и Смирнов, и Агапов приняли смерть от руки того, кому доверяли. Один убийца человек или нет, разные ли дела — об этом Саша пока старалась не думать. Квартиру осмотрели, забрали всё, похожее на улики. Марат взял лидерство над лабораторией и провел всё время на кухне за проверками. Саша на пару с Валей искала сейф. Это было непрофессионально, но не всегда ведь следовать уставу. Предчувствие подсказывало, что сейф должен быть, без него никак. Это та ниточка, за которую можно зацепиться и объединить два дела. Вся слава снова досталась Вале. Абсолютно случайно он обнаружил замаскированный среди книг сейф. А ребята неожиданно узнали, что Широков — тайный поклонник поэзии XX века. В сейфе Смирнова оказалась ещё большая сумма, чем у Агапова. Сомнений почти не оставалось. Один и тот же человек, одна и та же группировка, убрали ненужных. Когда машина остановилась у отдела, Саша едва выбралась со своего заваленного бумагами места. До отдела вызвался нести улики Валя. Саша шла налегке, под свежим вечерним ветром, тем ветром, который уже не душит и не колет щёки, только несёт прохладу и чистоту, если не обращать внимание на пыль с дорог. — Значит, Смирнов, — Дима встретил ребят в отделе. В расстёгнутой на верхние пуговицы рубашке со спрятанными за спину руками он был похож на человека, которому есть, что скрывать. Но Саше было не до допросов своих сотрудников. — Двадцать восемь лет, образование высшее, архитектор. А тут вот. Работает в цветочном, — вслух рассуждал Валя. — Цветочном? Саша посмотрела на Диму. Дима перевёл взгляд с Вали на Сашу. Одинаковое триумфальное удивление горело в их глазах. Убийства сшились в одно полотно. Осталось найти исток. — Значит, он вернулся с ночной смены, — предположила Кушнир. — Вот, откуда кровать и одежда. Слова Саши встретили общим согласием. Да и некогда было заниматься пустыми теориями, в суде они ничего не докажут. Нужны были факты, с которыми дело обстояло сложнее. — Цветочный — центр этой цепочки, — смело заявил Юрков. Его не было на месте преступления. Он знал и видел меньше остальных. Но именно его словам больше всего доверяла Саша. — Надо бы туда наведаться, — предложил Юрков. — Не будем нарушать традицию, — с этими словами Саша окинула взглядом Абашева. Смех разрядил обстановку. Саныч сопротивляться и не пытался. Он уже привык к своей роли актёра. Саша боялась, что Юрков предложит себя на роль покупателя, но ему хватило здравого смысла оставить дело более готовому физически Сане. — Эти магазины разбросаны по всему городу, — Марат повернул экран ноутбука, на котором мигали с десяток красных точек. — В этом работали Агапов и Смирнов, — Валя указал на ближайшую из них. — Десять минут, магазин круглосуточный, — пояснил Марат и вернулся к телефону Смирнова. Больше работу никто не продолжил. Все столпились вокруг Сани и ждали, что будет дальше. Абашев нацепил солнечные очки и уложил в бок волосы, демонстрируя, что изменить внешность для него ничего не стоит. — Надо сменить одежду, — задумчиво произнёс Дима, критическим взглядом обводя Саню. — Кожанка Марата подойдёт. По-хозяйски Юрков прошёл к столу Хайдарова, снял со стула кожанку, покрутил в руках, оценивая, и кинул Сане. Марат не мог не заметить, но даже не оторвался от телефона. А Юрков вошёл во вкус и продолжал командовать: — Кепка, футболка вместо рубашки, джинсы и кроссовки. — Уверен? Кушнир с недоверием следила, как Саня надевает кожанку Марата. — Он будет выделяться. — Это нам и нужно, — отрезал Дима и наконец соизволил пояснить: — Его должны принять за своего без всяких подтверждений, которых у нас нет. Если он будет выделяться, никто не спросит. Останется дерзость и уверенность. Пока сообразят, кто перед ними, Саныч уже всё узнает. — Тем более мы скрываем внешность, — попытался поддержать Валя. К чему ведёт Дима, Саша поняла. Её мысли не были так категоричны, но, может, прав Юрков, и перестраховаться стоило? В любом случае, спорить Саша не стала. Абашев сбегал в квартиру, переоделся и вернулся уже совершенно другим человеком. Юрков лично наладил связь, спрятал прослушку и маленькую видеокамеру, проверил всё несколько раз и только тогда одобрил операцию. У Саши никто разрешения и не спросил. И когда наглость, самоуверенность Юркова перестали быть чем-то раздражающим? Саша спокойно отошла, уступая дорогу Диме и Санычу. Остальных просили остаться, следить по камере. Валя попытался было спорить, но Саша сама остановила его. Лишние люди не входили в образ Абашева. — Мы на месте, — раздался голос Димы в наушнике через десять минут. Чётко. Юрков словно не умел опаздывать. — Работаем, — по привычке скомандовала Кушнир. — Я захожу, Саш. Нет, в этой команде лидерство не захватит никто. Да Дима и не пытался. Он делал свою работу, Саша просто поняла это, поэтому и перестала злиться, она давно не ребёнок, и Геленджик не Москва, чтобы биться за своё место. На экране появилась картинка. Звякнул колокольчик, открылась дверь магазина. Саша вглядывалась в лица редких покупателей и молодых людей за стойкой. Двое парней и одна девушка в цветочном магазине в одну смену — это уже выглядело странно. Группу покупателей составляли двое подозрительных мужчин в чёрном и молодой человек в костюме. Саня отлично влился в эту компанию. — Спроси, где заказ, — подсказал Юрков в наушник. Сомнений не оставалось. Дима был уверен, что магазин — прикрытие для контрабандистов или наркоторговцев. Саша уверена не была, поэтому прильнула к экрану. Если Дима прав, операция рискованная, по-настоящему опасная. Если удастся, можно накрыть всех и сразу, если нет… Об этом думать Саша не хотела. — И где мой заказ? — с вызовом бросил Абашев и, расталкивая покупателей, подошёл к прилавку. Актёрских способностей ему не занимать. Саша видела, как вздрогнула девчонка, которая уже упаковывала букет для молодого человека в костюме, и зашептались подозрительные мужчины в чёрном. Если бы у них было время подумать, оценить ситуацию, операция, несомненно, провалилась бы. Но этого времени Саныч не дал. — Где заказ, я спрашиваю? — он повысил голос. Девочка побежала за помощью к коллегам, они переглянулись между собой, и более смелый вышел вперёд. Саша успела рассмотреть его, и не просто рассмотреть, а узнать в нём Михаила Гальцова, того самого, номер которого был в телефоне Агапова. — Извините за задержку… — Нужны мне твои извинения, — дерзко оборвал Саня. — Заказ тащи, у меня две минуты. Гальцов послушно ретировался, прикрыв за собой дверь складского помещения. Вышел он секунд через тридцать. И все эти тридцать секунд и персонал, и посетители магазинчика разглядывали Абашева. Саше это не понравилось. Юркову тоже, потому что в наушнике раздался его голос: — Отвлекай их. Не давай запомнить себя. И ровно в тот же момент вышел Гальцов с букетами. На каждом из них была бирка, заказные. — Ваш заказ? — несмело спросил парень, опуская цветы в вазы. — Неужели так сложно запомнить? — Саныч для правдоподобности ударил кулаком по столу. Гальцов вздрогнул. Но ситуация начинала выходить из-под контроля. Ни о каком заказе Абашев ничего не знал. Один вопрос — и вся афера легко раскрылась бы. За секунды ожидания Саша поняла всё несовершенство их спонтанно придуманного плана. — Да, конечно, — испуганно пробормотал Гальцов и схватил самый большой букет. — Оплата? — робко спросила девушка, немного осмелев. Абашев и тут не растерялся. Судя по всему, он просто проигнорировал вопрос. А повторно напоминать никто не посмел. Беспрепятственно, хоть и в сопровождении пристальных взглядов, Саныч вышел из магазина. Теперь камера снимала прекрасный букет белых роз. Саша больше не смотрела на экран. Наконец можно было выдохнуть. Когда опасность миновала, всё представилось Кушнир в новом свете. Им повезло, несказанно повезло, что за прилавком оказалась неопытная, ещё пугливая молодёжь, что вносить плату можно заранее, что были заказы, а Саня походил на кого-то из местных завсегдатаев. Саша предпочитала не рассчитывать на везение, но иногда без него не обойтись. Камеру выключили, на экране появились помехи. Саша закрыла ноутбук. Теперь все ждали голоса в наушниках. — Наркотики, — сухо объявил Дима. Он был прав во всём, снова. Его категоричность и риск оправдали себя. Не то, чтобы Саша завидовала, нет, но давно она пыталась научиться той холодной невозмутимости и умению принимать самые сложные решения. В работе Дима не походил на человека, который боится ошибок. Дело прояснилось, как проясняется погода, когда расходятся тучи, пропуская первые лучи ещё бледного солнца. Саша чётко видела его суть, но детали оставались скрыты в тени. В руках Саши оказался конец верёвки, осталось распутать её, медленно, узел за узлом, чтобы не оборвать и не упустить. Валя вызвался вернуться в квартиру Смирнова, чтобы искать наркотики. Олег поехал к Агапову. Марат остался разбираться с телефоном. Приведённые наркотики, да и весь букет сразу направили на экспертизу. Саныч не без помощи Димы влез на сайт магазина, чтобы найти все нужные имена. Узлы начинали развязываться. Но оставался один главный вопрос, который не давал Саше покоя. — Мотив и связь между убийствами, — вслух заключил Дима, подкатившись на кресле к столу Кушнир. Он угадал. Именно об этом думала Саша. — Если мотив очевиден, то почему такие разные способы? — Саша не ждала ответа, но Дима решил иначе. — Выбирали удачный для каждого, нашли слабое место. Хотя слабо верится. — В первом случае — мужская сильная рука. Во втором — убийцей мог быть кто угодно. Не хватало данных. И Марат быстро их предоставил в виде заключения из лаборатории. Предположение оказалось верным: смерть Смирнова наступила в результате отравления цианидом натрия. Большая доза, смерть наступила почти мгновенно. — Старый способ. Прям из детективов ХIХ века, — заметил Юрков. Цианид и правда редко использовали для отравления в настоящее время. Саша с таким сталкивалась лишь один раз. Зато достать цианид — не такая уж и проблема, в отличие от быстродействующего зарнина. — Способ женский, — вставил своё слово Марат. — Но не удар ножом в спину, — задумчиво пробормотал Юрков. Различий между убийствами было едва ли не больше, чем сходств. Это поражало Сашу. Уникальный случай. Уже очевидно, что это одно дело, закрученное вокруг одной сети наркоторговли, а способы столь разнятся. Если так решили прикрыть следы, то выбрали весьма странный маневр. Теперь дойти до сути убийств, вместо того, чтобы слепо взять банду, для Саши стало делом принципа. Поэтому она не столь внимательно рассматривала распечатки звонков с телефона Смирнова и список имён со страницы магазина. Всё это могло подождать. — Брать их сегодня нельзя, — напрямую заявил Дима. — Помните, как они смотрели на Саню? Заподозрят сразу. Безопаснее будет переждать пару дней. — Один день. Завтра возьмём их, — скомандовала Саша. — Всех разом. Взять всех разом было невозможно, и Саша понимала это не хуже Юркова, который косился на неё следующие полчаса. На половину ребят нет и компромата. Хоть одной рыбке, но удастся улизнуть. Самое главное — не упустить акулу, найти голову этих магазинчиков. Одного дня должно хватить. Но, несмотря на важность готовящейся облавы, Саша мысленно вернулась к отличиям между убийствами. Олег и Валя принесли новую информацию. В квартире Агапова не нашли и следов наркотиков. Зато наркотики оказались в квартире Смирнова. Ещё одной проблемой Саши стал Дима. Он изменился. Кушнир будто вернулась в прошлое, в дни ведения первого дела. Не хватало ещё официального обращения на вы и выглаженной парадной московской формы. Юрков опять закрылся, пустота заволокла его глаза, в голосе не проскальзывало и тени эмоций. Он ходил по отделу, чётко вымеряя шаг, покручивая в пальцах ручку. Только этот последний жест привычки ещё сохранял частички жизни в бесчувственной статуе. Саша думала о майоре из Москвы. Это его приезд так изменил Диму. В том, что дело связано с прошлым Юркова, Саша не сомневалась. Майор Калинин напомнил Диме о прошлом. Саша даже попыталась поймать Юркова наедине, спросить в лоб, заставить его сказать правду. Но её попытки разбились о показное равнодушие. Его руки были холодными, как и его голос. Он ушёл, чтобы не продолжать разговор. Он с необычайным рвением хватался за любую работу, сортировал досье, составлял списки, лишь бы что-то делать. Он не выходил из отдела, только наскоро выпил предложенный Сашей кофе и сухо поблагодарил. Странное состояние коллеги не укрылось и от ребят. Уже в конце рабочего дня Валя спросил Сашу о Диме. Марат намекал, что нужно бы поговорить. Саша попыталась второй раз, безрезультатно. Пожертвовав несколькими минутами, Саша нашла досье майора Калинина. Он работал в том же отделе, что и Дима. Раньше. Сейчас он перевёлся в Ростов, судя по заявлению, по собственному желанию из-за семьи. Что такого важного могло произойти в Москве, что бывший коллега Димы, который сам уже не числится в отделе, лично приехал сообщить? Этот вопрос встал в один ряд с вопросом о способах совершения убийств. Во втором из них Саша пришла к выводу, что исполнителями были разные люди. Говорить о большем даже на основании всех имеющихся данных было сложно. Но оба этих исполнителя вели к одной голове. Сколько времени понадобилось, чтобы добраться до его имени, идеально запрятанного среди лабиринтов лишней и ложной информации! Но в четыре утра Саша не сомневалась, что знает нужное имя. Лёгкая дымка триумфа на секунду заволокла мысли и тут же растворилась. Глаза закрывались, в голове всё перемешалось. Имена и фотографии, словно отпечатанные под веками, возникали каждый раз, когда Кушнир поддавалась порыву. Ни кофе, ни чай, ни шоколадки уже не помогали. Саша, Дима и Марат были единственными, кто за всю ночь так и не уснул. Никто не уехал, но диваны и даже кресла в отделе оказались неплохими кроватями для измотанных ребят. Марат захлопнул ноутбук, закрыл глаза, его силы тоже были на пределе. Только Дима выглядел до невозможного бодро, так же, как и весь прошлый день. — Предлагаю перерыв, — громко объявил Абашев и, закинув ноги на второе кресло, соорудил для себя своеобразную кровать. Валя спал, положив голову на руки, прямо на ноутбуке. Игорь похрапывал в кресле в углу. Олег, недавно разбуженный, ещё не до конца понимал, что происходит и какова ценность одного имени на экране компьютера Саши. В общем, предложение Абашева приняли единогласно. Саша скрылась в кабинете. Диван был в её распоряжении на несколько часов заслуженного отдыха. Как только голова коснулась подушки, глаза закрылись, померкли последние картинки перед глазами. Имя и фотография с экрана были последним, что затянулось чёрной пеленой. Саша погрузилась в сон, в котором не было места ни вопросам, ни эмоциям. В сон погрузился весь отдел. Весь город ещё не пробудился от него. Только тихо поскрипывало кресло и щёлкали клавиши клавиатуры.