Горячая линия Зверополиса

      По ночной трассе с большой скоростью ехал автомобиль, что из-за своего цвета сливался с ночным пейзажем. В машине стоял сильнейший запах алкогольного перегара и запах сыра, от которого голова идёт кругом. Рядом с водительским креслом построилась, словно солдаты, армия бутылок, некоторые из которых были наполнены мочой.       Рысь безмолвно смотрел в окно, а на его морде застыла недовольная гримаса. Одет он был довольно-таки просто: синие джинсы, серая футболка, да коричневая кожанка. Из отличительных черт у кота была гетерохромия. Левый глаз был карий, а правый — зелёный. Шкура имела серый окрас, и была усеена чёрными пятнами.       Чтобы хоть как-то скоротать время, волк, слегка улыбнувшись и всё также смотря на дорогу, спросил:       — Как звать-то тебя, кот? — голос деда был родной, как у друга бати, которого ты прекрасно знаешь.       Рысь перевёл свой взор на волка. И всё с такой же недовольной гримасой и усталым голосом ответил:       — Мы на допросе? — волк хотел ответить, но Зак, не дождавшись от него ответа, продолжил: — Если да, то засунь средний палец себе в жопу, прокрути его и поезжай дальше. Если нет, то на хрена тебе знать?       — Да просто мы только что выехали из Джемрока. В Зверополис ехать ещё 3 часа, так что можно скоротать время разговором, — по эмоциям нельзя было точно сказать, что он оскорблён, но по тембру голоса и изменённой интонации в нём — да.       — Ну, значит захлопни пасть и смотри на дорогу, — грубо ответил разноглазый, после чего вновь перевёл взгляд на пейзажи за окном.       — Ладно, — спокойным голосом проговорил себе под нос волк, но спустя минуту он снова задал вопрос своему угрюмому попутчику: — Кстати, а что ты собрался-то делать в Зверополисе? Просто, судя по тому, что у тебя нет багажа, ты там не на…       Взбешённый кот внезапно прервал старика:       — К мамке твоей я решил приехать! А теперь завали свой ебальник и следи за ёбучей дорогой! — Зак надеялся, что хотя бы этот «словесный приём» даст понять навязчивому волку, что он не настроен на разговоры.       — Слышь, смешила, — уже более агрессивно проговорил дед, — если продолжишь рычать, то щас из машины вылетишь. Так что повторю вопрос: что ты в Зверопо… — Старый не успел договорить, как его прервали.       — Живу я там, блядь! — сквозь зубы нехотя прорычал хищник из семейства кошачьих. — Вещей с собой я в Джемрок не брал, поэтому в Зверополис еду без багажа, — уже немного успокоившись и поняв, что Волк от него не отвяжется, прервал его рысь.       — Вот так бы и сразу. А звать тебя как? — В ответ Закари ничего не сказал, надеясь, что серый всё-таки от него отвяжется. Но за молчанием со стороны волка вновь последовал вопрос: — Как тебя зовут, кот? — дед повторил вопрос уже чуть громче, так как думал, что кот его не услышал.       — Господи, Боже мой!.. — вздохнул Зак, после чего вновь повернувшись к волку, сказал: — Зак. Меня зовут Зак. Доволен? — волк хотел что-то сказать, но вновь не дождавшись ответа, Закари проговорил: — Вот и славно. А теперь давай ты включишь радио, и мы спокойно доедем до Зверополиса?       — А вот и нихуя. Радио не работает: оно разъёбано к чёртовой бабушке, — дедок включил радио, внешний вид которого оставлял желать лучшего, и оно действительно было сломано, так как не издавало ни единого звука. — Вот видишь? Не работает оно. Так что давай болтать. — волк уже хотел вновь задать вопрос коту, но внезапно продолжил: — И чтоб без рычаний, а то до Зверополиса будешь на своих двоих шагать.       — Ладно, задавай свои вопросы, — уже смирившись, ответил Зак.       — Так вот: по каким делам в Джемрок ехал, кот?       — В тюрьме сидел, — кратко ответил рысь, смотря на освещённые луной поля за окном.       — Опа! За что сидел? Если, конечно не секрет.       — За убийство. Я убил зверя, — хладнокровно проговорил кот.       Факт того, что Закари является убийцей, слегка испугал деда. Но он, стараясь говорить всё таким же спокойным голосом, сказал:       — Ясно. Ладно, бывает. Ну и как там, в тюрьме?       — Просто чудесно! Нас кормили мороженым, пирожными, пиццей. А вечером мы устраивали пижамные вечеринки в розовых пижамах, — саркастично проговорил кот с натянутой на морду улыбкой. Но как только он закончил сарказмировать, натянутая улыбка пропала и вновь появилась усталая кошачья морда. — Ну как может быть в тюрьме? Естественно, хуёво. Особенно если тебе не повезло с сокамерником.       — Ладно, больше вопросов нет, — проговорил волк, после чего наконец-то замолчал.       Зак же, в свою очередь, что-то пробормотав себе под нос, закрыл глаза и спустя примерно 6 минут отправился в объятия Морфея. Но в его объятиях кошак пролежал недолго: его разбудил внезапный грохот, за которым последовала остановка автомобиля.       Проснувшись, Закари широко зевнул, протирая глаза. Когда сон полностью исчез, кот принялся осматривать причины остановки. И, как оказалось, дед заснул за рулём, а машина в сраном поле!       То, что они с дедом находятся хер пойми где, одновременно испугало и разозлило Зака. Кот в панике начал трясти серого и во всю глотку вопить:       — Волчара, блядь ёбаный! Мы, сука, оказались хер пойми где!!! Какого, блядь, хуя мы оказались в сраном поле!?!?       Но в ответ волк лишь с довольной улыбкой на морде громко храпел. Физиономия на волчьей морде буквально говорила Заку: "Мужик, мне поебать, сам разбирайся с этой проблемой". Но рысь в панике продолжал трясти серого и орать, пытаясь его разбудить.       Спустя 5 минут кот всё-таки успокоился и вышел из машины, чтобы узнать, где трасса. Выйдя из автомобиля, его лёгкие начал обжигать холодный осенний воздух. А ещё он понял, что дорога была совсем недалеко, буквально в десятке метров от машины. Поняв, что бояться нечего, рысь с облегчением выдохнул, после чего вытащил волка из машины и кое-как перетащил его тушу на задние сиденья, а сам сел за руль.       Сев на нагретое дедом место, кошак надавил на педаль газа, заехал на трассу, после чего продолжил ехать в «Город Мечты».       Дальше ничего не происходило. Дед храпел на заднем сидении, а Зак ехал по ночной трассе. И спустя чёрт знает сколько времени, преодолев живописные поля Малых Норок, автомобиль добрался до всемирно известного Зверополиса.       Заехав в город, Зак пытался найти бар «Ах-Уедь», принадлежавший его сестре Крис. И спустя 10 минут рысь всё-таки нашёл данное заведение, в котором до сих пор сидел народ, что состоял из представителей семейства кошачьих и одного оленя. А выглядел же бар как большое помещение в тёмных тонах, по которому были раскиданы столики.       Но хватит о питейном заведении. Давайте перейдём к оленю и его собеседнику.       — Гарт, ну, понимаешь, мне нужна алкогольная доза, — проговорил олень, глядя на малорослого тигра, который, судя по всему, был барзверем. Одет рогатый был в брусничный пиджак, белую рубашку и чёрные брюки.       — Нет, Юджин, — кратко ответил тигр Гарт, что был занят протиранием стакана.       — Почему?!       — Потому что в прошлый раз, когда я налил тебе выпить, ты: 1) Сломал 2 стола и 2) Напугал до смерти посетителей, бегая по бару без штанов и размахивая своим пистолетиком.       — Мудила! Я бухать хочу! — агрессивно воскликнул Юджин.       В ответ Гарт ударил кулаком по барной стойке и, переведя взор на оленя, агрессивно рявкнул:       — Тебе было мало слова "Нет"?! — не услышав от Юджина ни единого словечка, Гарт уже более спокойным голосом продолжил: — В таком случае расчехляй свой пистолет, как в прошлый раз, и, крутя им, вылетай из бара, как вертолётик.       Юджин же, что-то бормоча про барзверя Гарта, но удалился из данного заведения, даже не заметив Закари.       Как ни странно, коту было фиолетово на разбушевавшегося оленя, и поэтому он подошёл к барзверю и проговорил:       — Добрый вечер. Я хотел бы поговорить с хозяйкой бара, — облокотившись о барную стойку, сказал Зак.       — Ну и что же Вам от неё нужно? — подняв правую бровь, поинтересовался тигр.       — Я её брат, сегодня вышел из тюрьмы и хочу с ней повидаться.       — А я тогда её муж, и мы с ней долбимся прямо на её столе, — в шутку проговорил Гарт, которому не очень верилось в слова кота. — Брат начальницы освобождается из тюрьмы завтра. Так что, не знаю, кто тебя подослал, но лучше уходи отсюда по-хорошему.       В ответ Закари лишь саркастично засмеялся, но в один момент сразу поменялся в морде.       — Если ты хотел пошутить, то поздравляю. Шутка смешная. Ну а если пытался выебнуться, то у тебя это получилось невероятно хреново.       Гарт приблизился к Закари, да так близко, что со стороны это выглядело так, как будто он собирается его поцеловать. И проговорил:       — Знаешь, мне не нравится, когда какой-то случайный зверь, скорей всего подосланный копами, выбрал самый дебильный способ примазаться к банде.       — А я не люблю, когда такие пидорасы, как ты, слишком близко свои хлебальники ко мне подносят, — Закари схватил полосатого за бордовый жилет, что сильно его испугало. — Так что лучше позови мою сестру, или я опять сяду в каталажку за убийство. Только уже за умышленное, мать твою!       — Да, хорошо, хорошо, — с дрожью в голосе ответил Гарт. Он подошёл к чёрной металлической двери, приоткрыл немножко её и что-то сказал тому, кто за ней находился. Спустя примерно 5 минут тигр подошёл к рыси со словами: — Она вас ждёт за той дверью, — палец первого указывал на дверь, к которой он только что подходил.       — Молодец, так бы сразу, — проговорил с улыбкой на морде кот.       Закари подошёл ко входу в кабинет. Вход из себя представлял дверь тёмно-коричневого цвета с холодной металлической ручкой, что была приятна на ощупь. Наш дорогой кошак положил лапу на ручку со словами:       — Ну что же, была не была… — после этого он отворил дверь.       Кабинет был достаточно небольшим. Стены были выкрашены в красный и чёрный цвет, из-за чего в нём было достаточно темно даже с включённым светом. За столом, что стоял посередине помещения, откинувшись на кресло, сидела девушка средних лет, ожидая своего братца. На ней была белая рубашка без рукавов, и тёмно-синие брюки. Шкурка девушки была точно такой же, как и у Закари.       — Ух-ты! Что это за хуила к нам пожаловал? — на морду девушки была налеплена ехидная улыбочка, а взор её зелёных глазок был направлен на только что вошедшего зверя.       — И мне очень приятно вновь встретиться с тобой, Крис, — морда рыси растянулась в лёгкую усталую улыбку. Видимо, в отличии от своей сестры, он и вправду был рад её видеть.       — Как там, в тюряге? Очень понравилось быть наездником и полировать приборы своим ртом? — думаю, не нужно быть Шерлоком, чтобы догадаться до того, что это сарказм.       — Конечно, блять, просто охуеть как понравилось! — физиономия была в переносном смысле стёрта, появилась просто усталая кошачья морда.       Крис глядела на своего брата и тихо, ехидно смеялась. Когда противный для ушей Зака смех прекратился, последовали слова его дорогой сестрички:       — А теперь разреши спросить: на кой хрен ты сюда припёрся?       — За ключами от моей квартиры.       — Ах, да, совсем забыла, — кратко ответила девушка, открыла комод и вытащила оттуда ключи, которые она положила на стол. — Вот ключи от твоей квартиры. А теперь уйди с глаз моих долой.       Рысь подошёл к столу, за которым сидела его сестра, и взял ключи. Так он простоял минуту, разглядывая их в своей правой лапе, ожидая подвох.       — Тут какой-то подвох? — поинтересовался Зак, переведя взгляд на свою сестричку. Судя по всему, он не доверяет Крис.       — Какой догадливый, — усмехнулась Крис, после чего уже без улыбки, более серьёзным тоном проговорила: — Тут нет никакого подвоха. Я, конечно, тебя и недолюбливаю, но не настолько.       — Это довольно-таки неожиданно, — Закари слегка улыбнулся и положил ключики в карман. После чего направился к выходу.       Когда Зак уже собрался открыть дверь, как приятный ушам голосок рысихи внезапно его остановил:       — Если будет нужна работёнка, то приходи, — проговорила она с вновь появившейся улыбочкой глядя на своего братца.       — Можешь не ждать, — сказав это, рысь открыл дверь и удалился из бара.

Спустя одну неделю.

      Закари вновь вошёл в кабинет своей дорогой сестрички, что считала денежки, сидя за своим столом. Закари не смог найти себе работу, так как из-за того, что он сидел за убийство, на работу его никто не принял. Кошачья морда бывшего копа была ещё измученнее, и на ней можно было легко прочесть отчаяние.       — Что ты там говорила о работе?