Демон из «Липхабе»

— Ты… что-то хотел? — как можно мягче и дружелюбнее спросил Тео Пола, отложив в сторону инструменты. Он собирался починить протез Свята, но никак не мог сосредоточиться: Пол стоял в проходе и смотрел на него каким-то диким взглядом. Это беспокоило. — С чего ты это взял? Я просто стою. Нет, Пол точно что-то хотел: иначе бы не крутился возле порога лаборатории, потом уходил, но через некоторое время снова возвращался, словно метался и боялся что-то сказать. Просто так к Тео он никогда не приходил. — Уверен? — Тео осторожно шагнул навстречу к Полу. — Ты выглядишь не очень хорошо. Слишком напряжённый, словно вот-вот набросится, и… опасный. Будто бы снова одичал. Но это невозможно — дикость прошла буквально чуть меньше недели назад и не должна была так быстро появиться, — да и симптомы совсем другие. Медленнее на всё реагирует — ответ, движение, неважно; всё время за что-то держится, словно боится упасть; возможно, у него болит голова и всё плывёт перед глазами. Тео это очень не нравилось. Пол ничего не ответил, медленно развернулся и побрёл по коридору, рукой держась за стену, — Тео озадаченно смотрел ему вслед. Следил, как Пол дошёл до лестницы, шатался, с трудом поднимался по ступенькам, всем весом опираясь на перила, но запутался в ногах и с грохотом повалился на колени. В последний раз он так выглядел во время ломки… Себастьян тут же подлетел к Полу, потянул за руки, помогая встать, и спрашивал, как тот себя чувствует, — Пол сопротивлялся. Прижимался лицом к коленям Себастьяна, цеплялся за ткань штанов, притягивая ближе к себе… и принялся расстегивать ему ширинку. Себастьян замер, испуганно посмотрел вглубь коридора, прямо на Тео. — Ох, чёрт… — выдохнул тот и поспешил к лестнице. Даже когда Пол дикий, помешанный на сексе и убийствах, он никогда не домогался тех, кто в нём не заинтересован. Особенно Себастьяна. Но сейчас Пол абсолютно точно собирался залезть ему в трусы, неустойчиво устраиваясь перед ним на коленях. — Эй-ей-ей, ты чего это делаешь? Тео обхватил Пола под мышками и потащил вниз по лестнице, но тот успел цепко ухватиться за карман штанов Себастьяна и потянул его за собой. — Я хочу, чтобы Сиба меня трахнул, — на выдохе промурлыкал Пол. Словно и правда был под наркотиками. Коснулся щеки Тео и, хохотнув, добавил: — И ты. И Свят. Все сразу! — Какая глупость, — отозвался Тео и посмотрел на Себастьяна. Тот уже снова выглядел собранным и непоколебимым, без лишних слов обхватил Пола под коленями и, кивнув, помог занести его в лабораторию. — Почему бы тебе не переспать с кем-нибудь другим, а не с нами? — Нужно было срочно разобраться, что происходит и что с этим делать. — Давай его на кушетку, — обратился к Себастьяну, пятясь вглубь лаборатории. — Уже, — отозвался Пол и утробно хохотнул, запрокидывая голову. — Но это не проходит. — Что «это»? — Тео вцепился Полу в плечи, крепче прижал к кушетке. — Это… Пол расстегнул пуговицу на джинсах и стянул их до колен. Тео замер в исступлении. Стояк. Пол мучился от стояка, или это лишь побочный эффект его проблемы? Тео озадаченно переглянулся с Себастьяном, пока Пол продолжал бормотать: — Мне так плохо… Я так хочу трахаться, но ничего не помогает… Тео!.. Пол потянулся к нему рукой, но чуть не навернулся с кушетки, благо Тео успел подхватить и отодвинуть его ближе к центру, медленно, но верно начиная паниковать. Что это с Полом? Что с этим сделать? Тео не знал. В голове не было ни одной толковой мысли, а принимать решения нужно срочно: Пол слишком непредсказуем и никто не сможет совладать с ним, если он выйдет из-под контроля. — Тео!.. Вылечи!.. Вылечи, Тео! — Послушай меня, — Тео схватил Пола за плечи и посмотрел ему в глаза, но в ответ получил лишь мимолётный затуманенный взгляд. — Когда это началось? — Мне так плохо… — как в бреду бормотал Пол. — Ответь на вопрос! — закричал Тео, с силой тряхнув его за грудки, но вмешался Себастьян, прося отойти и успокоиться. — Я спокоен! — всплеснул руками. — Я просто спрашиваю, когда это началось! — С сегодняшнего утра, — спокойно ответил Себастьян. — Может быть, раньше. Я заметил, что Пол вялый, но не придавал этому особого значения. Тео хотел возмутиться, с какой стати Себастьян о таком молчал, даже ему ничего не сказал, но замолк и затих, глядя на него бегающим взглядом. Тео сам не лучше. Он тоже ещё утром заметил, что Пол не такой, как обычно, но ничего с этим не делал, боялся лишний раз разозлить или обидеть Пола… и снова получить за это. На мгновение Тео осознал, что начал его бояться, и это… ужасно… — Тео? — А, эм… прости, я задумался, — затушевался Тео и отвернулся от Себастьяна, старясь не замечать на себе его пристальный взгляд. — Ты не мог бы позвать Свята? Я хочу, чтобы он мне ассистировал. Тео молился, чтобы Себастьян поскорее ушёл — последнее, что ему сейчас нужно, так это отвлекаться на окружающих, — и это случилось. Нужно заняться делом. Натянув медицинские перчатки, Тео на мгновение остановился, пристально окидывая Пола взглядом. Совсем притих. Еле слышно бормотал что-то под нос, протяжно, даже болезненно постанывал и поскуливал, но больше не цеплялся за одежду, не выклянчивал ласки, а весь сжался, лёжа на боку, и свешивал с кушетки голову. — Пол, давай я тебя осмотрю. Но Пол никак не реагировал, будто не слышал, но стоило Тео невесомо коснуться его оголённого бедра, тут же вздрогнул и схватил за руку. — Не надо там… как Рин… Там?.. Как Рин?.. Тео тут же осенило. — Это всё из-за Рина? Что он сделал? — Я не знаю, — ныл Пол, упираясь лбом в кушетку. — Мне сначала было хорошо, а теперь плохо… Значит, всё это из-за Рина. Но что вообще мог сделать человеческий школьник, чтобы довести Пола до такого состояния? Единственный способ наверняка это узнать — спросить у самого Рина. — Мне так очень-очень плохо… Нельзя медлить. Тео выскочил в коридор, поспешил к телефону возле лестницы и на повороте чуть не сбил Свята и Себастьяна, шедших к нему в лабораторию. — Надо срочно звонить Рину. — Себастьян кивнул и без лишних вопросов пошёл к телефону, а Тео задержался, командуя теперь ничего не понимающим Святом: — А ты, будь добр, последи за Полом. Он на кушетке в лаборатории. — Чё? Почему я? — летели недовольные выкрики вслед. — Вообще-то я не могу, у меня костыли, так что ещё неизвестно, кто за кем присматривать должен! Но Тео не обращал на них внимания: устроился возле Себастьяна, который уже зажимал трубку между ухом и плечом и, сверяясь с записями из блокнота, набирал номер телефона. С волнительным трепетом слушал длинные гудки. Растерялся, услышав серьёзное «Алло». И облегчённо выдохнул, вспомнив, что говорить должен не он. — Алло, Рин, это Себастьян, — сказал с непоколебимой уверенностью и, выдержав небольшую паузу, добавил: — Тебе срочно нужно приехать к Полу. Рин молчал. Точнее неразборчиво и приглушённо что-то сказал, а потом сбивчиво, словно бежал, заговорил: — Хорошо, конечно. Что-то случилось? Себастьян и Тео переглянулись. Случилось, но только никто не имеел ни малейшего представления, что именно, а говорить: «Хах, да вообще без понятия» — явно не вариант. — Скажи, что это сложно объяснить по телефону, — прошептал Тео. — Мы всё тебе объясним уже на месте, хорошо? — вновь заговорил Себастьян. — Главное приезжай поскорее по адресу, который скажу. Я тебя встречу возле остановки на… — Блять! Судорожно перебирая костылями, из лаборатории выскочил Свят, хлопнул дверью и вцепился в ручку, чтобы изнутри её не смогли открыть, — раздались истошный вопль и оглушительный треск. В одно мгновение полетели щепки и Свят рухнул на пол, закрыл голову руками. Тео больше не слушал разговор Себастьяна с Рином: смотрел на острые крылья, крылья Пола, насквозь пробившие и застрявшие в когда-то бывшей двери лаборатории, и хотел, чтобы всё это оказалось кошмарным сном. Потому что, если с этим ничего не сделать, следующим на очереди будет он. — Я, пожалуй, пойду скорее привезу Рина, — не менее растерянно произнёс Себастьян и, схватив ключи от машины, молнией выбежал на улицу. — Ахуеть… — прошептал Свят, уставившись на дверь. Не то слово. Сейчас Тео как никогда раньше не хотелось приближаться к Полу, не мог побороть липкий страх, сковывающий тело и застилающий глаза, но там, среди пыли и щепок валялся Свят, который не мог встать без помощи, и с Полом тоже нужно было что-то делать, нельзя оставлять это на самотёк, поэтому на несгибаемых ногах Тео подошёл к лаборатории и спросил: — Ты в порядке? — В порядке? — с претензией в голосе передразнил его Свят. — Ты и меня, блять, чужими руками убить решил?! Присмотреть за Полом! Да этот псих мне чуть голову не отхуячил! — Капюшон сполз с головы Свята, который смотрел на оторопевшего Тео округлившимися от страха глаза. — Спасибо, блять, что я ссыкло ебаное и успел убежать! — Прости, — Тео протянул Святу руку, но тот не ухватился за неё, а рассерженно уставился Тео в лицо, требуя объяснений. — Я… я правда не думал, что так получится. Честно. — Ты вот вроде бы умный, а думать вообще не умеешь, — помолчав, сказал Свят, и крепко схватил Тео за руку. Эти слова больно кольнули, но Тео не стал обижаться: Свят прав и не хуже самого Тео понимал, что стратег из него отстойный, а жизнь из раза в раз это только подтверждала. Когда Свят устойчиво встал на костылях, вновь натянув капюшон, оба озадаченно вытаращились на уничтоженную дверь. Пол не шевелился, не издавал никаких звуков и, кажется, застрял намертво. Тео нажал на ручку и аккуратно, медленно приоткрыл дверь. Вслушался. Тихо. Приоткрыл ещё чуть-чуть. И ещё. — Тео, мне так плохо!.. — вновь захныкал Пол, заставив дёрнуться от неожиданности. — Верю… Он был болезненно вялый. Совсем обессиленный. Стоял на коленях, упирался лбом в дверь и даже не пытался высвободить крылья, застрявшие на четыре головы выше него. Тео даже не знал, как подступиться к Полу, помочь ему: сквозь слегка приоткрытый проём пролезть не получалось, и без инструментов безопасно вытащить крылья сложно, только если попробовать толкать их снаружи внутрь. Стоило Тео коснуться крыла, Свят тут же схватил его за кисть и приглушённо сказал: — Давай-ка ты не будешь это делать. Ему и так неплохо. — Это не смешно. — А я и не шучу, я серьёзно, — повысил голос Свят. — Я не хочу, чтобы он на меня снова напал, и вообще… — Давай отойдём, — перебил Тео и большими быстрыми шагами прошёл по коридору. Остановившись, обернулся. Свят даже не сдвинулся в места, лишь смотрел Тео вслед. — Что? — спросил он. Накренившись чуть набок, указал на Пола. — Ты правда думаешь, что оставить его без присмотра будет хорошей идеей? А если он выберется? Тео не хотелось говорить о Поле при нём же — пусть он немного не в себе, это же не значит, что он ничего не слышит, — но Свят не оставлял выбора. — Послушай, — на выдохе произнёс Тео, вплотную приблизившись и рассерженно посмотрев ему в лицо, но тут же осёкся, отступил на шаг и продолжил спокойней: — Я не знаю, что происходит и что мне делать, и мне тоже страшно, но это не значит, что нужно вести себя… так. — Как? — Как эгоист. — Тео с трудом выплюнул эти слова, и внутри у него всё сжалось от мерзкого удушающего чувства. — Разве ты не видишь, что ему плохо? А мне меньше всего хочется, чтобы Пол страдал: он уже и так всего натерпелся и… — А я не хочу, — Свят угрожающе приблизился к лицу Тео, заставляя невольно смотреть на рваный рот и сухие облупленные губы, двигавшиеся синхронно грубым словам, — чтобы на меня снова напали, желая убить. Прошлого раза хватило. — И, отстраняясь, добавил: — Я не мать Тереза и не хочу сюсюкаться с вот такими, — Свят покрутил пальцем у виска. Тео пристально смотрел на мрачного Свята, пытался подобрать нужные, правильные слова, которые успокоят и поддержат, ведь и Свят тоже много ужасного пережил, но неосознанно вырвалось только одно: — Пол не такой как Макс. Повисла звенящая тишина. Свят только ухмыльнулся и звучно выдохнул, а Тео тут же пожалел, что вообще это сказал. — Да, Пол, может быть, и не такой, а вот тот дерзкий пацан — очень даже. — Нет, это не… — Это так, Тео. И ты это знаешь. — С каждым словом голос Свята звучал сильнее, увереннее, убедительнее, и Тео не знал, что сказать в ответ, оттого и молчал, понурив взгляд. Его словно отчитывают. — А ещё ты знаешь, что если пустить всё на самотёк, то мы все нахуй подохнем, как это было с Максом. Я вот не хочу умирать. А ты? Тео отрицательно покачал головой. Он тоже не хотел. Умирать страшно, особенно во второй раз. — Просто признай, что Пол дерьмовый лидер. И ты. И я. А Себастьян всего лишь человек. — Он тоже человек, к тому же ребёнок, — не отступал Тео. — Подросток, которому можно внушить всё, что угодно. Это настоящее безумие — сваливать проблемы химер на обычного мальчика, который беспомощней самой слабой химеры. Это неправильно и эгоистично. Этот рискованный, воистину дурацкий план может не только сломать жизнь ни в чем неповинного человека, но и привести самих химер к ещё большей опасности. — Тогда попробуй внушить ему больше не приходить сюда после сегодняшнего дня, — приглушённо отозвался Свят и пошёл прочь, неторопливо переставляя костыли и напирая на них всем телом, а Тео глядел ему вслед, не найдя, что ответить. Почему Свят так уверен в Рине, что готов доверить ему свою судьбу? Видел же его всего раз. Но так непоколебим и настойчив… Тео не знал. И очень надеялся, что сам Свят не начал сходить с ума.

***

Примерно через час приехали Себастьян и Рин. Всё это время Тео не мог найти себе места, брался за дело — раз пять принимался высвободить крылья Пола, — но бросал не в силах сосредоточиться и чувствовался себя по-настоящему гадко. Словно совершал преступление. Рин не сможет совладать с Полом, Тео был в этом уверен, потому что ни сам он, ни Макс, ни кто-либо ещё из химер не смогли этого сделать, а человеческий ребенок — уж тем более. Пол слишком стихийный, чтобы кому-то подчиняться. Сила и грубость на него не работают, вежливость и компромиссы — тоже. На Пола вообще ничто не работает! А Свят просто сошёл с ума. Однозначно. А этот Рин… он лишь глупый ребёнок. Немного совестно это признавать, но Тео злорадно радовался, видя растерянный взгляд Рина: в дом он зашёл весь такой деловой и серьёзный, но, увидев Пола, застрявшего в двери, оторопел и не сразу нашёлся что сказать. Ничем он не особенный. Но Свят специально заговорил первый: рассказывал, что произошло, что такого никогда не было, и предлагал варианты, как вытащить Пола, — потом подключился Себастьян, и вот уже мальчишка складно влился в их компанию, и они втроём дружно ковырялись с дверью. Пока Тео стоял в стороне. Пока в нём бурлили раздражение, обида, чувство, будто его предали, нашли замену, ведь из них четверых — Пола, Свята, Тео и Себастьяна — больше всего надеялись именно на Тео. Когда Пола высвободили, он был уже совсем никакой: смотрел в никуда, заторможено отвечал и нёс откровенный бред, как под наркозом, — но даже сейчас вешался именно на Рина, обессилено обнимал, бормоча его имя, и жаловался именно ему, как плохо себя чувствует. А Рин этим неприкрыто упивался. Горделиво заявил, что сам со всем разберётся и донесёт Пола до второго этажа. Да, он однозначно похож на Макса — такой же выскочка. Тео с трудом подавлял улыбку, наблюдая, как Рин пыжился, пытаясь взвалить Пола на спину и подняться — крылья у Пола широкие и тяжёлые, в общей сумме под пятьдесят килограммов, плюс ещё собственный вес Пола, и того получается больше центнера, — но и тут Свят с Себастьяном не остались в стороне, помогли донести, поддерживая крылья, хотя Свят и остановился на полпути, не рискнул взбираться на лестницу с костылями. А потом Рин выпроводил Себастьяна из комнаты и закрыл дверь на замок. Полный абсурд. Если Пол решит на него наброситься и выпотрошить, Тео ни за что и с места не сдвинется. Он вслушивался, пытался понять, что творится там наверху, но из-за сдавленных охов и вздохов Пола воображение рисовало лишь одну картинку. И это просто… отвратительно! — Что, подслушиваешь? — хмыкнув, сказал Свят и опёрся плечом о дверной косяк лаборатории. Тео встал и ушёл вглубь комнаты, к столу с химикатами, и принялся перебирать пузырьки, переставляя их с места на место. Для видимости работы. И пробормотал: — Нет, я очень занят. Меньше всего Тео хотелось разговаривать сейчас именно со Святом. Да, во многом он прав и его слова звучат убедительно, но его методы слишком эгоистичны, и Тео никогда, никогда и ни за что не поймёт, почему он такой равнодушный и жестокий. …Или это сам Тео чересчур мягкотелый. Свят вздохнул. — Лучше почини скорее протез. Уже надоело на одной ноге скакать. Это уже перебор. — Мне не нравится то, что ты делаешь! — выкрикнул Тео, не оборачиваясь. — Вот как? Эта фраза прозвучала настолько безразлично, что Тео начало трясти, и вовсе не от злости, а больше от беспомощности, потому что уже изначально знал, что проиграет Святу. Во всём. Так всегда было, есть и будет. Но Тео хотел быть правым хотя бы сегодня. — И мне не нравится, как мы живём. — Как? — Как неблагодарные паразиты! — Тео опёрся руками о столешницу, чувствуя, будто земля уходит из-под ног. — Вечно прячемся, вечно убегаем и приносим один только вред. Но раз мы живём дольше людей и во многом выносливее них… — Тео сделал глубокий вздох и, с трудом шевеля губами, сказал: — Почему бы нам не делать что-то хорошее и полезное?.. А для этого нам нужен кто-то, кто сможет исправить всё то, что сделал Макс и… ну, грубо говоря, перевоспитать химер, чтобы от нас была польза и никто нас не боялся. И человеческий ребёнок для этого совсем не годится, понимаешь?.. Воцарившаяся тишина убивала. В лаборатории стало так тихо, что Тео без труда слышал, как Себастьян что-то резал на кухне и Пол стонал в своей комнате, и знал: Свят смотрел на него как на идиота. Свят усмехнулся. — Я даже не знаю, как это цензурно прокомментировать. — Тео закрыл глаза, чтобы не видеть, как всё поплыло перед глазами, но так стало только хуже: каждое слово Свята отчётливее и больнее врезались в сознание. — Какая польза от химер людям, если эти люди для химер — ходячие куски мяса с кровью? Это уже из разряда откормить свинью, чтоб её потом зарезать. Ещё отвратительней, чем просто убить. Так что засунь поглубже в жопу свой извращённый альтруизм и чини уже мой протез. Свят тут же развернулся и ушёл, не сказав больше и слова, а Тео медленно сел и растёкся по кушетке, уставившись в потолок. Лучше бы он снова промолчал.

***

— Эй! Кто-нибудь! Себастьян! Свят! — долетали до Тео крики Рина, но они звучали так отдалённо, словно просто мерещились. — Тут Пол вырубился, — раздалось уже тише и спокойней, — но я не знаю, нормально ли это. Смешно. Химеры не могут вырубиться ни от усталости, ни от ударов по голове — проверено на практике, точнее, личном опыте… хотя в таком случае мысль, что Тео парализовало, очень даже неплоха: он чувствовал себя так погано, что не мог даже пальцем пошевелить. Всё из-за слов Свята — они никак не выходили из головы. Неужели Тео и правда альтруист-извращенец?.. В фантазиях он видел всё под более благородным углом. — Тео! Тео, ты где? Теперь звал Себастьян, причём как-то взволнованно. Тео не отвечал. У него не было на это сил, да и Себастьян без труда отыскал его, заглянув в лабораторию, и продолжил: — Вставай, тебе нужно это увидеть. Тянул за руку, не давал останавливаться, чуть ли не пинками выгонял за порог лаборатории и тащил за собой по коридору и лестнице, а Тео не знал, на что ему вообще смотреть, и желанием узнать, откровенно говоря, совсем не горел. Но Себастьян был прав: на это стоило взглянуть. Перейдя порог комнаты, Тео тут же увидел Пола: он лежал пластом на спине среди скомканных одеяла, простыни и подушек, крылья свисали с кровати на пол и через них приходилось широко переступать, чтоб случайно не задеть, и выглядело всё это так, будто его и правда что ни на есть вырубило. И украшала эту картину очень любопытная деталь — весь живот Пола был обильно измазан в прозрачно-белой слизи. Сперма. Тео пристально посмотрел на Рина, стоявшего возле зашторенного окна. Явно не обессиленный, не растрёпанный и спокойный, будто ничего особенного не произошло: — Что-то не так? — спросил он, глядя Тео в лицо. — Это твоя сперма? — Тео, мотнув головой, указал на Пола. — Нет. Тео напрягся. Либо мальчишка безбожно врёт, либо и правда случилось что-то из ряда вон выходящее. — Это невозможно, — отчеканил в ответ. — Химеры неживые существа и не размножаются, поэтому не могут извергать семя. — Подтверждаю, — влез в разговор Свят, и Тео мимолётно глянул в сторону Свята и Себастьяна, которые не без интереса следили за происходящим. — Но это правда, — упирался Рин. — Это всё Пола. — Точно врёшь. — Нет. Так было в прошлый раз и теперь. Тео подозрительно сощурился. Слушал сердцебиение Рина, следил за его глазами и не выпускал из виду не малейшего движения, и… кажется, Рин и правда не врал. Волновался, но не врал. Или врал, но очень искусно. Тео ещё не определился. — Что ты сделал в прошлый раз? — Я… — Рин запнулся, звучно выдохнув, и принялся переминать пальцы, бегая взглядом по комнате, но вскоре продолжил: — Я ему подрочил. Точнее, попытался, но не получилось. А сейчас получилось, и Пол вырубился. Свят прыснул от смеха. Ржал как конь и, чтобы не упасть, цеплялся за Себастьяна, который без пользы одёргивал его и тоже давил в себе смешок. — У тебя есть с собой камера это заснять? — на мгновение успокоившись, протараторил Свят и вновь залился неудержимым хохотом. А вот Тео было не до смеха. Нет, это конечно смешно, в плане: «Как абсурдно», но Свят наверняка же смеялся не над словами Рина, а именно над Тео — неудивительно, он ведь даже не нашёл что ответить. Всем, кто хорошо знают Пола, известно: дрочка для Пола табу. Он даже себя не трогает, а другим уж тем более не позволяет. Тогда с какого перепугу… — Врёшь, — всё, что мог ответить Тео. — Нет. Это правда. Рин смотрел на Тео глазами, полными уверенности, даже неутихающий хохот Свята его не стеснял, а будто бы наоборот придавал сил. И, кажется, и правда не врал: Пол ведь тоже говорил, что Рин его где-то потрогал. Сейчас, когда Тео безоружно стоял перед Рином, он невольно вспомнил, каково ему было стоять перед Максом. Тело сковывало такое же липкое чувство ничтожности. Это невыносимо. Тео больше не хватало духу находиться рядом с ещё одним Максом, который одним только упёртым и надменным взглядом отвешивал невидимые, но такие болезненные пощёчины. Тео выскочил из комнаты и побежал вниз по лестнице к себе в лабораторию.