Ангел

Pern - yann tiersen

Юнги правда считает себя невнимательным. Он знает, что не замечает многое, что упускает прямо из-под носа. Он иногда не замечает плохого настроения друзей, не замечает моросящего дождя, когда выходит из дома, из-за чего приходится возвращаться, не замечает важных новостей по телевизору, не замечает пыли на полках. Но не заметить его он не может. Примерно в одиннадцать вечера Юнги звонят, и он, занятый поеданием хлеба с нутеллой, почти незамедлительно поднимает трубку. -Мин Юнги у аппарата. - дежурно говорит он. -Хён! Хён! Юнги! - в трубку кричит знакомый голос друга, из-за чего лицо скривливается. -Чего тебе? -Чонгук звонил в кинотеатр! - Тело Мина напрягается. - они будут показывать их концерт! - в сто раз громче орёт Тэхён, и Юнги больше не кривит гримасу. Он ненадолго застывает, не веря счастью, а потом подрывается со своего места. -Серьёзно?! - парень подносит динамик прямо ко рту. - Боже мой, Тэхён, я зацелую вас обоих! По ту сторону провода звонко смеются. Конечно, никого Юнги зацеловывать не будет. Это просто эмоции такие бурные. Ну конечно они бурные! Концерт группы, от которой Юнги со своими друзьями кипятком писаются будут показывать в их городе! Хотя в начальном списке его не было! Боже, блять, за что такое счастье?! Парень спрашивает примерную цену на билет, зачёсывая рукой отросшие чёрные пряди и когда слышит «шесть долларов» ушам не верит. -Не смеши, Тэ. - успокоившись, отвечает он. - шесть долларов за их концерт? -Ну, они сказали, что цена будет меняться, так что может даже и вырастет. - бурчит Ким. - да и вообще, нам-то лучше будет! Хён, шесть долларов! Тэхён прав. Если цена будет такая, то всей их компании лучше - не обанкротятся. Но даже если будет и больше - Юнги заплатит. Конечно заплатит! В тот же вечер они уже списываются в их общем чате, обсуждая концерт, а на следующий день, в первый же час продажи, шесть билетов оказываются прямо на их руках. Цена оказывается в два раза больше — 13 долларов, но это не мешает счастливому Юнги видеть сообщение с чеком об оплате. Честно сказать, терпения нет. Хочется поскорее двенадцатого марта, чтобы ощутить это на своей шкуре. Услышать голоса, увидеть лица хоть и через экран. Но будет не только через экран. Юнги уверен. Но позже. Две недели до судьбоносной даты проходят почти как в тумане: они обсуждают этот день почти каждый раз, когда списываются, Мин работает на износ, чтобы хоть немного убрать из головы эти навязчивые, но счастливые мысли. «уже завтра» - печатает Юнги в 23:57, когда не может уснуть. Он поднимает телефон над своим лицом и со вспышкой фоткается. Отправляет с подписью о том, что сон никак не приходит и, похоже, придётся пить успокоительные. Успокоительные Юнги пить не осмеливается, ведь это страшится сном до обеда, а концерт начинается в без пятнадцати двенадцать! Так оплошать нельзя, хотя друзья проспать не позволят, это точно. В десять утра звонит будильник, и Юнги подрывается с кровати. Сон был совсем не крепким. Он бежит в ванную комнату приводить себя в порядок. Умывается, бреет совсем немного выступившую щетину, красиво укладывает волосы. Затем выбирает, что надеть. Выбирает тщательно, хочет выглядеть красиво. Накидывает на себя рубашку в чёрно-белую клетку на размер больше и чёрные свободные джинсы, открывающие щиколотки. Обувается в мягкие кроссовки и ровно в одиннадцать закрывает дверь на замок, попутно вызвав лифт. Телефон в кармане вибрирует каждые тридцать секунд от сообщений нетерпеливых друзей. Стоя в лифте, он печатает то, что выезжает и почти не обманывает, потому что фраза отправляется именно в тот момент, когда Юнги сидит в такси и говорит название торгового центра. Уже через пять минут видно разноцветную крышу, а потом и яркие высокие стены. Мин нетерпеливо ёрзает на месте, разблокирует и обратно блокирует телефон, закрывает и открывает глаза, а затем, как только машина останавливается на парковке, вручает две купюры и, не дожидаясь сдачи, выпрыгивает из машины. Он спрашивает в беседе, где сейчас приехавшие чуть раньше друзья, и те отвечают о том, что в магазине. Юнги печатает, что сейчас подойдёт, суёт телефон в карман и уже через две минуты стоит напротив супермаркета внутри торгового центра. Первым подходит Тэхён, обнимает счастливо, говорит, что в предвкушении. За ним Чонгук, который видит хёна впервые. Они здороваются, Чон лепечет что-то о том, что у него сейчас ноздри разорвутся из-за нежелания ждать. Мин смеётся. Потом подтягиваются другие. Юнги говорит о том, что ему нужно снять деньги с карты. За ним идёт и Тэхён. Ким в нетерпении говорит без умолку, пока они подходят к терминалу. Говорит без умолку, пока автомат выдаёт деньги. Говорит без умолку, когда они идут к эскалатору на второй этаж.  Но замолкает, как только Юнги останавливается впиваясь взглядом в спешно проходящего мимо него парня. Такой изящной и лёгкой походкой, этот парень оставил после себя приятный запах цитрусового парфюма. -Какой изумительный.. - шепчет Юнги, провожая глазами подтянутую, невысокую фигуру, что уже скрывается с глаз. -Чего ты сказал? - вместо очей на тэхёновом лице появляются две монеты. Юнги отмахивается левой рукой, правой засовывая деньги в карман. Он решает забить на это. Считает, что сегодня нужно насладится концертом, а о прекрасном парне с розовыми пухлыми губами и щёчками, как у божества, думать потом. Тэхён соглашается со старшим и не расспрашивает. Двое подходят к шумным друзьям и вливаются в атмосферу. Друзья переговариваются, орут кричалку любимой группы, смеются, ходят по торговому центру, снимают всё на телефон. Чонгук с Джином везде с камерами. Снимают то это, то то, то собственное лицо, рассказывая камере о том, какой сегодня прекрасный день, хотя на улице снег и мокро. Юнги по сравнению с ними более закрытый. Нет, не подумайте, он чувствует себя комфортно. Точно комфортно. Но сам себе вот так кричать среди тихих посетителей позволить не может. Он просто улыбается друзьям, в шутку говорит что-то вроде: «с кем я связался», а потом тоже смеётся от высказывания Джина, как и все. Ровно в 11:30, все шестеро стоят возле входа в пятый зал, где будут показывать концерт и нетерпеливо облизывают губы, разговаривают громче обычного, хотя громче, казалось бы, некуда. Мин вытирает вспотевшие ладони о жёсткую ткань джинс, а потом этими же ладонями проходится по лицу, едва ли не размазывая макияж. Он занимает своё место за десять минут до начала. Справа сидит Тэхён, рядом с ним Хосок и так по цепочке. А возле Юнги пусто. Последним в зал вбегает кто-то в последние три минуты, садится на только что пустующее место возле Мина, но тот внимания не особо обращает. В зале не стоит тишина. Почти все переговариваются тихо, знакомятся друг с другом, обсуждают то, что они все скоро умрут. Так слишком громко сказали Чонгук с Джином, и некоторые девочки из зала поддержали слова. Тэхён оглядывается по сторонам, сначала откидываясь назад, на спинку кожаного сиденья, а затем вперёд, опираясь ладонями в колени. Его взгляд вдруг подгорает, пальцы сжимают ткань спортивных штанов, и он немного съезжает по сиденью, откидывается, смотрит на Юнги почти в панике. -Влево. - шепчет он. Мин приподнимает бровь в непонимание. - посмотри влево. Юнги смотрит на парня возле себя, как раз того, что только вбежал в зал, и сразу напрягается, резко разворачивается к другу, который вдруг кажется спасательным кругом. Обожечёртвозьмиэтототсамыйкоторыйбожествовродекак. Сердце так не вовремя начинает делать один кульбит за другим, ладони заново потеют и уже не от того, что экран загорается, и в зале орут как не в себя. Дыхание заходится новыми оборотами, срываясь на почти истеричное. Апокалипсис начался. Тэхён заботливо берёт за руку Юнги, сжимает пальцы, а свободной рукой нажимает на грудь старшего, чтобы он откинулся на спину и немного расслабился. Да как же тут расслабится?! Первая песня звучит спустя долгих десять минут. В зале кричат, визжат. На сцену выходят они. Такие прекрасные. Талантливые во всём. Такие красивые. Будто из самых крутых модельных агенств. Хотя агенства эти позавидуют. А ещё позавидуют внешности этого ангела слева от Юнги. Светлые, пшеничного цвета длинные волосы завязаны на затылке в короткий хвостик, у корней уже видно настоящий - тёмный - цвет. Глаза лисьего разреза смотрят прямо на экран, маленький прямой нос дышит, наверное, часто, ведь в зале жутко душно, а эти красивые губы плотно закрыты. Ангел. Такому ангелу позавидует и любой ангел виктории сикрет и любой ангел с небес. Юнги громко выдыхает отворачивается в сторону. Отдаётся моменту. В этот вечер они кричат много. Срывают голос на припевах особенно любимых песен, приподнимаются с мест, подтанцовывая хореографии. Орут, когда на экране появляется биас и берёт камеру в руки, направляя её объектив прямо в лицо. И Чонгук прав. Все они сегодня умрут. Первая спокойная, даже грустная, песня встречается редким вскриком и затишьем. Все почти плачут. За первой спокойной идёт вторая, а затем третья. Зал подпевает не так, как подпевал раньше, а более трепетно, с быстро бьющимся сердцем. Нежно выговаривает текст песни. Чонгук берёт руку Тэхёна и Хосока и поднимает их, начиная покачиваться. За ними повторяет зал, и вскоре все сидящие устраивают океан из рук. У Юнги поднята лишь одна рука. Вторая на подлокотнике. Он не знает, брать за руку ангела или нет. Сомневается. Парень сидит совсем один, опустив руки. Он улыбается, правда, счастливо. Оглядывается на зал, рассматривая поднятые руки, но сам свою не подаёт. -Тэхён, - шепчет Мин опускаясь на уровень уха Кима. - мне взять его руку? Тэхён кивает остервенело, из-за чего голова почти слетает с плеч. Он ещё и руку Юнги трясёт, подбадривая. И Юнги правда уже собирается подать свою ладонь, но песня заканчивается. Предательство. Парень выдыхает разочарованно, опускает взгляд на свои бёдра и разглядывает пальцы. Сразу после начинается новая слишком энергичная песня и спустя её половину, минов голос начинает занаво срываться. Концерт заканчивается почти неожиданно. По залу волной проносятся грустные вздохи и вопли. Ангел тоже разочарованно выдыхает. Он так тихо сидел весь концерт, хотя под ухом басил Юнги, что даже непонятно, как он смог выжить. Он так счастливо улыбался, когда на сцене появлялся второй главный танцор, с таким блеском смотрел на отточенные движения тела. Все начинаются расходится. Медленно, но расходится. Юнги не поднимается с места, собираясь с мыслями для того, чтобы познакомиться с ангелом, но за руку тянет Тэхён и приходится встать. Они фотографируются. Долго так. И Мин старается сделать всё быстрее, ведь счастье может и убежать. И оно убегает. Когда Хосок, Джин и Чонгук нафотографировались достаточно, в зале уже почти никого нет. И его тоже. Юнги вздыхает грустно и выходит из зала, а за ним и остальные. На входе в кинотеатр людей много. Здесь громко. Он пробегается взглядом по всему помещению, но не находит того, кого ищет. -я хотел познакомится с одним парнем. - говорит он, когда Гук с Хосоком стоят возле кинобудки и издеваются над Намджуном. - он сидел прямо рядом со мной. - продолжает, рассматривая вдруг интересные ладони. - он такой маленький, миленький.. С хвостиком на затылке. А я затупил, ничего не сделал. -Тормоз. - Тэхён хлопает его по плечу. - найдётся он, не бойся. Юнги вздыхает. Он надеется на это. Правда надеется. Друзья помогают забыться и перевести дух. Все проблемы почти исчезают, когда Чонгук выбирает, где поесть. Он выставляет перед Юнги две свои руки. -Правая рука - бургерная, левая - фуд-корт на четвёртом этаже. - Юнги хлопает глазами. - Считалочкой, давай же, хён. - подталкивает Гук. В итоге они идут в бургерную, где ещё сидят час, а затем разъезжаются по домам. Прощание не совсем грустное, они просто говорят, что скоро снова встретятся. Эмоции однозначно положительные. Счастье. Юнги косвенно был на концерте любимой группы, провёл день с друзьями и.. влюбился? Боже, если это называется любовью с первого взгляда.. Такое прекрасное чувство. Будто перед глазами бабочки, цветочки и лепестки сакуры, хотя на улице снег. Возвращается домой Юнги с улыбкой. Щёки уже болят. Заваливается спать тоже с улыбкой. И с мыслями об ангеле. Утро находится снежным. На улице почти метель, хотя середина марта. Мин недоволен такой погодой. В их общем чате уже висят новые сообщения. Хосок скинул ссылку с видео, которое выложил один из фанатов. Видимо, некоторые всё же нарушили запрет о съёмке. Грузится долго, секунд пятнадцать. А когда догружается, и Юнги смотрит видео, рот сам напрашивается открыться. Руки начинает потряхивать, и он в панике в группе пишет: вы: «это парень» «который рядом со мной сиделU・x・U» Ответ ждать приходится недолго.                                          Чонгук:                                    «АААААААА»                                          «ХЁЁЁН»              «ТЕБЕ НУЖНО ЕГО НАЙТИ» Юнги усмехается в телефон и делает глоток холодной воды. «Я ОБЯЗАН ЕГО НАЙТИ»   

                       Чонгук

      «ДА»

«ИДИ»

«бегу!» Юнги, что делать не понимает и минуты две смотрит в телефон, замерев на месте, а потом заново открывает ссылку и пишет в комментарии: minyoongi: «здравствуйте! человек, выложивший это видео, напиши мне, пожалуйста, в лс!» Дальше он просто ждёт. Ждёт минуту, две, три, десять. Заедает свой стресс шоколадными печеньями, пока нервно стучит длинными пальцами по столу. Телефон вибрирует коротко, издаёт звук колокольчика, и Юнги подрывается схватить его, чуть не роняет на кафель кухни, но в итоге всё же открывает инстаграм. hwanyeji: «добрый день. вы просили написать вам» Юнги вздыхает разочарованно, потому что ангел, сидящий возле него в кинотеатре - не эта девушка. Да и вовсе не девушка.

                                                               minyoongi:

                                                       «да, всё верно»                       «вы случайно не с шестого ряда?» Ответ следует незамедлительно. «нет, с седьмого» Разочарование становится сильнее, и Юнги зачем-то говорит про причину своего вопроса:                                           «очень жаль. я ищу         парня с шестого ряда, седьмого места, но безрезультатно ( ; _ ; )/~~~» hwanyeji: «блин.. я бы помогла, честно, но даже не знаю чем :(» Мин улыбается милосердию этой девушки, печатает «вы и так помогли! спасибо, что потратили своё время.» и пишет уже в общую группу о том, что этот человек с седьмого ряда и вообще девушка. Чонгук пишет сообщения грустные о том, что пойдёт полицию, и они вместе с хёном создадут фото-робота и так найдут запавшего в сердце Юнги парня. Тот усмехается в голосовое, отвечает мол: «конечно», - и пытается дальше придумать, как искать. Пишет Чону в личные сообщения с вопросом, что ему делать, а младший подкидывает стоящую идею - написать под этим же постом в комментариях о попытке найти этого парня. Благодарит Чонгука за идею, переходит в инстраграм, где всё так же печатает в комментариях: minyoongi: «добрый день! очень хочу найти парня со вчерашнего концерта. время 11:45, шестой ряд седьмое место. запал глубоко в душу! помогите!» Вполне миленько, не похоже на что-то маньяковское, поэтому Юнги нужно теперь только ждать. И он ждёт. Ждёт день. Ждёт два. Но нет ничего. Абсолютно. Ти-ши-на. Чонгук пишет два раза в сутки с вопросом о продвижениях, но каждый раз получает «ничего». Это грустно, правда грустно. Но сдаваться Мин не намерен. Что угодно, но не это. Может, позже чуть-чуть, но точно не сейчас, когда так отчаянно хочется найти того, кто толком и не был частью жизни. Гук в шутку предлагает выложить объявление в популярных пабликах такого типа, и Юнги кажется это заманчивой идеей, даже гениальной немного. Он не ждёт больше ничего. Ищет новостные каналы во всех социальных сетях и всем печатает в директ один и тот же текст: «здравствуйте! вот уже который день пытаюсь найти молодого парня лет двадцати, что был на концерте в кинотеатре ( время 11:45 ), сидел на шестом ряду, седьмое место. прямо возле меня. пожалуйста, помогите найти его!! запал в душу. из примечательности во внешности был только, наверное, короткий хвостик на затылке и длинные, пшеничного цвета волосы. а ещё проколотые во многих местах уши. помогите пожалуйста!» Как же хочется, чтобы он скорее нашёлся. Юнги отписывается Чонгуку, тот поддерживает хёна, говорит, что ангел точно найдётся и просит терпеливо ждать. Мин ждёт, хотя и не умеет этого делать. Ждал три дня, и ещё подождёт. Главное, чтобы не напрасно. Главное, чтобы все старания окупились тем, что минов взгляд снова наткнётся на глаза-щёлочки, щёки милые, хвостик, дополняющий весь образ непорочности, нежности и трепета. Правда ангел. С какой стороны не посмотри, с какой не огляди — как ангелом показался сначала, так таким и остаётся. Проходит ещё три дня в ожидании. Это больно. Нет, не больно. Скорее неприятно. Неприятно думать, что, может быть, объявление увидели, но побоялись ответить. Неприятно думать, что объявление не увидели и даже не знают, что в мире есть один бедный Мин Юнги, что влюбился так глупо. Неприятно думать, что вообще, возможно, ангел больше никогда не попадётся на глаза. У Юнги хандра. Весенняя-невесенняя, без разницы. Хандра есть хандра. Хоть летом, хоть осенью, хоть в Африке, хоть на Антарктике. Такая, что залечь на дно с бутылочками соджу, ведь впервые в жизни такая неожиданная влюблённость! Ладно, возможно Юнги преувеличивает, и это не влюблённость, ведь он толком и не знает ангела, но то, что он Мину понравился, в душу запал, захапал себе его внимание отрицать бесполезно. Потому что факты отрицать не нужно. Факты отрицают только долбоёбы, а Юнги таковым не является. Друзьям такой расклад событий не нравится, и как-бы парню не хотелось, но «залечь на дно» ему не позволяют. Вытаскивают в один снежный день на улицу, отдохнуть. Не говорят куда и зачем, но обещают, что будет весело. Юнги верит, доверяется, потому что другого выхода особо-то и нет. Весна как назло не приходит. Снег всё идёт и идёт. На улицах ужасный гололёд, из-за чего на машине особо осторожно ехать надо. Мин одевается почти как лук — в сто шуб, ведь заболеть не особо и хочется. Сидит в машине нагретой, едет к дому Намджуна и Сокджина. Эти двое соседи. Как-то получилось, что Намджун чуть не сжёг квартиру при попытке готовить, а Сокджин тогда, злой после дежурства, на панические крики Кима-младшего, зашёл в квартиру через стенку и помог приготовить обед, но с обещанием того, что он шуметь больше не будет. Получилось так, что Кимы эти подружились, и в скором времени Джин уже был неотъемлемой частью их небольшой, но шумной компании. Стал старшим хёном, из-за чего Юнги спокойно выдохнул: теперь все будут называть старым хрычом другого. Счастье-то какое! Намджун садится спереди - возле водительского места -, а Сокджин запрыгивает на задние сиденья. Младший говорит адрес того, куда они, всё-таки, едут, и Мин, чёрт возьми, отказывается. -Каток?! - он разворачивается корпусом в сторону друзей. - да вы же знаете, что я на катке, как рыба на суше, какого хера?! - злится он, конечно, сильно, но особо повода-то и нет. -Ну да. - Сокджин вскидывает плечи, намекая на то, что на кого-на кого, а на него наезжать не получится. - там инструктор есть, он тебе точно поможет научится. -Нахрена мне учится кататься на коньках? -Чтобы ты спросил. - Ким-старший нагло пользуется своим рождением на четыре месяца раньше. - вот как ты собираешься умирать, если не умеешь вставать на коньки? -Я не собираюсь умирать. - хмурится Юнги в ответ, всё ещё не заводя машины. -А вот когда научишься кататься, можешь и собираться. - не отступает старший, пока Намджун тихо хихикает, прижавшись к двери. -Не буду. - Мин упрямится. -Да тебе слабо просто. - а вот это низко и не по-человески. Как вообще этот дьявол смеет брать Юнги на слабо?! Знает же, что слабое место! -Не смей.. - начинает он. -Спорим на десять штук вон, что ты не сможешь встать на коньки? - ухмыляется Сокджин. -Чтоб ты в аду расплавился. - Юнги ворчит, думает с секунду и поворачивается обратно. - спорим. Ким усмехается победно, а Мин чувствует себя ущербно, будто его растоптали только что, а не просто на спор взяли. Терпеть он не может вот так проигрывать. Они едут не спеша, осторожно, чтобы не вляпаться в аварию нелепую. Каток от жилого комплекса, где живут Кимы, недалеко, так что дорога занимает минут семь. -Кажется мне, что десять косарей не так уж и много. - бормочет Юнги, глухо захлопывая дверь автомобиля. Каток под открытым небом и новый, похоже, потому что раньше о нём Мин не слышал. Прямо к нему прилагается небольшое кафе, что выглядит куда лучше, чем это ледовое покрытие. -Вы идите пока что туда. - он кивает на испытание ( по крайней мере для себя на ближайшее время ). - а я туда. - снова кивает, но уже на кафе. - поем, выпью для смелости.. -Юнги, Бога ради, ты не девственность терять идёшь. - закатывает глаза Намджун. -а чувствуется, будто так! - парирует в ответ Мин и, не дожидаясь ответа, движется к симпатичной широкий двери. Дверь кажется правда симпатичной до того момента, как её чисто отполированное стекло встречается с носом Юнги. Правду говоря, парень в тот же момент распрощался с красивой формой этой прекрасной части своего лица, потому что.. ну потому. Нос - это, на памяти Мина, первое, что он принял в своей внешности, когда при подростковых загонах ненавидел всего себя. Юнги героически летит на асфальт под аккомпанемент приглушённого хохота друзей откуда-то сзади и громкого визга, а затем извинений, что слышатся не тише. Парень прикрывает глаза и подносит руку к пострадавшему носу, проверяя, не кровоточит ли он, потому что, право слово, раненный нос сейчас - это лучшее, что может случиться вместо катка. К нему подлетает тот, из-за кого всё сейчас и случилось, быстро садится перед Юнги на корточки и своими салфетками тычется в лицо, а вот этими «извините, извините пожалуйста!» приятным высоким голоском уже бесит. Юнги забирает из чужой руки одноразовую ткань и дотрагивается ей до ноющего носа, тем временем открывая глаза. Закрывать их больше не хочется. И так тяжёлое дыхание срывается и, кажется, парень больше не дышит, вгрызаясь глазами в узенькие очи напротив. Время, как в самых сопливых фильмах, замедляется с каждой стороны от этих двоих, пока Юнги не может отвести взгляда, а незнакомец, до этого лепечущий извинения, почему-то замолчал, так же не прерывая зрительного контакта. -Ангел.. - шепчет Юнги, протягивая перед собой руку, пытается дотронуться до лица этого парня, но в итоге не решается, засматриваясь на забавно открывшиеся как буковка «О» губы, и в непонимании хлопающие глаза. -с Вами всё в порядке? - волнуется ангел, спохватывается и снова суёт новую салфетку в руки Мину. Он своими аккуратными пальцами в массивных кольцах несмело дотрагивается до подбородка Юнги, нажимая, заставляя закинуть голову вверх, и теперь в миновы глаза тычется не красивое лица, а небо серое из-за туч. Парень хмурится недовольно, пытается отвертеться, но рука сжимает подбородок сильнее, а вторая промакивает остатки крови. Юнги сдаётся, полностью наслаждаясь теми мгновениями, когда ангел сам дотрагивается до лица, и не верит, что он не спит. Боже, разбудите его кто-нибудь, потому что, если это сон, то это слишком плохой сон, чтобы быть сном! -ну, вроде всё. - шепчет всё ещё незнакомец, отодвигаясь от Юнги, а оному хочется взять и прижать руку ангела к своему лицу, чтобы она больше никогда не отлипала, потому что пальцы слишком идеальной длины, кожа слишком гладкая, касания слишком нежные.. Юнги вздрагивает всем телом, садясь как требуется и только потом понимает, что он сидит. На земле. Напротив Ангела, чёрт возьми! Глаза распахиваются, заново впиваясь в такое красивое лицо. Глаза лисьи, подведённые тёмно-коричневыми тенями и, похоже, с линзами, губы плюшевые, блестящие то ли от слюны, то ли от блеска, щёки едва ли пухлые (Юнги кажется, или ангел похудел с того момента, как Мин его впервые увидел?), волосы мешающие красивому взгляду. Правда Ангел. -хён, ну тебя и угораздило! - хохочет из ниоткуда взявшийся Чонгук, хлопая Юнги по плечу. -да-да! ты на самом деле неудачник! - Хосок подходит сзади, помогая встать. Мин собирается заткнуть друзей. -Всё, пойдём уже. Не терпится увидеть, как ты шлёпнешься на льду. - но Намджун мешает. Юнги шипит на друзей в негодовании, осматривается, но ангела уже нигде нет. Да ёп вашу мать, Мин его только нашёл, но уже теряет?! -где он? - парень вертит головой в разные стороны. -кто.. -где тот парень, который ударил меня дверью? -хён, если ты собираешься его убить, то он сто раз извинился, так что.. -да блять, куда он ушёл? - почти рычит Юнги. Как-бы он не вертел головой, ангела не видно. -в сторону катка вроде. - Чонгук с секунд пять стоит с открытым ртом, а затем глаза его распахиваются, рот захлопывается, а потом снова открывается. - только не говори мне.. -да, это он, блять, был! -Боже, хён, он точно ушёл в сторону катка! - Чон хлопается Юнги между лопаток, подталкивая туда. - давай, мы догоним! И Юнги точно не думает о том, что он чёртов неудачник и «шлёпнуться на лёд» - это реальная угроза, потому что она не кажется таковой. «потерять ангела во второй раз» - вот что настоящая угроза. Он направляется с почти что паром из ноздрей, сжимая и разжимая кулаки. Главное успеть. Главное успеть. То, как ему выдают коньки и браслет для выхода на лёд, Мин не особо понимает. И даже то, как завязывает в спешке шнурки, потому что там - на льду - он снова заметил Ангела. И в этот раз не затормозит. И Юнги не понимает, какие высшие силы им управляют, когда он без бортиков решает встать на лёд, не понимает какие высшие силы ему помогают проехать пару метров и не понимает какие высшие силы в итоге не хвастаются милосердием, потому что он шлёпается как малолетка на лёд. Хохот друзей, честно сказать, забыть не получится. Потому что ирония, веселье и насмешка так гармонично смешались, что.. Что захотелось убивать, нахрен, ведь вместо Чонгука, вместо Хосока, вместо Тэхёна, в конце концов, на помощь приехал Ангел. Что за стыд, Боже! -Вам помочь? - поджимая губы, чтобы сдержать хихиканье, спрашивает он. Юнги бездумно кивает то положительно, то отрицательно, и Ангел добрую усмешку сдержать не способен. - Вы сегодня, похоже, собираетесь отбить себе всё, что можно? - парень подаёт руку, помогая подняться. -да.. точнее нет. - Юнги бурчит непонятно что даже для самого себя, задерживает дыхание, набирает воздуха побольше и.. - дай мне, пожалуйста, свой номер и имя и желательно руку и сердце, я тебя уже неделю ищу, Ангел. - и выдыхает всё это разом. Незнакомец снова хлопает глазами невинно, снова приоткрывает губы. Он стоит с минуты две, взволнованно смотря на Юнги, и Мин уже проклинает сам себя и свой язык без костей. -а.. - он опускает голову, снова поджимая губы. - руку и сердце в скором времени не обещаю, но меня зовут Пак Чимин, и номер я, возможно, дам позже, потому что сейчас ты немного не в состоянии, думаю, записывать его. Теперь очередь Юнги хлопать глазами, приоткрывать губы и дышать громко, взволнованно. -а.. да, конечно, хорошо. - пару раз кивает и.. краснеет? Только что подошедший Тэхён смотрит на своего хёна, улыбается глупо и счастливо, даёт «пять» Чонгуку и кричит: -скажи ему своё имя, тупица! - прикладывая обе ладони возле рта, а-ля эффект громкоговорителя. -заткнись! - Юнги снова краснеет застенчиво, а Чимин хихикает. - Мин Юнги, да. - кивает он, снова засматриваясь на ангела. Похоже, высшие силы реально не жаловали его, ведь шлёпнуться о лёд второй раз - катастрофа. Настолько катастрофа, что Сокджин с Хосоком смеются так, что хочется ебануть их по бошке чем-нибудь, а Пак снова хихи-хаха ловит, да такие очаровательные, что ебануть по бошке хочется себя. -Юнги-щи, вставай. - он подаёт свою руку, но Мин её одёргивает и смотрит нахмуренно. -хён. - поправляет Юнги умным тоном. Чимин краснеет легонько, кивает. -Юнги-хён, вставай. - повторяет, подавая руку ещё раз. Мин берётся за неё, пытаясь встать. Ангел хорошая опора — держит, будто он сын Аполлона. И ладонь его так контрастирует с юнгиевой, что хочется визжать от умиление, потому что у Чимина - нежная, небольшая, но пальцы довольно длинные, аккуратная, с кольцами огромными, которые почти не вписываются в картину, а у Юнги - грубая кожа, пальцы длинные очень, украшений никаких. И Кожа! Паковская - медная, загорелая (хотя март только начался), а у Мина - бледнющая, почти под цвет льда под ногами. Так подходит! Юнги смущается своих же мыслей, пытается отогнать их. Чимин неловко предлагает свою помощь в инструктаже, ведь: «я на льду, как рыба в воде!». Мин, не задумываясь, соглашается, предвкушает это прекрасно проведённое время. И оно правда такое. Они знакомятся ближе, пока старший пытается научиться кататься. Друзья никак не мешают им, что очень радует. Как бы Юнги их не любил, сейчас они не в тему. Полтора часа проходят незаметно и для Чимина, который вообще сегодня ни с кем знакомится не собирался, и для Юнги, который тоже не собирался делать ничего такого (конечно, если ему дверью в нос не долбанёт один конкретный ангел). Пак смущается иногда, потому что Юнги говорит всё, как есть: «я искал тебя неделю, наверное. Ты сидел совсем один на концерте, красивый такой, очаровательный, а я затормозил. Даже за руку тебя не взял вовремя того момента.», говорит, что никаких объявлений не видел и даже не знает, под каким постом старший писал эти комментарии. В один прекрасный момент, когда у Юнги начинает, наконец, получатся самостоятельно ехать, пролетает Намджун, сбивая с некрепко держащих ног. Мин матерится громко, готов убить друга, но видя, как вновь смеётся Чимин, уже не сдержанно, а давая волю и голосу, и невероятной улыбке, где очаровательно (снова) едва выступает передний зуб на другой, превращая свои узенькие глаза в щёлочки-полумесяцы, успокаивает порывы маньячества и готов поблагодарить друга за то, что вызвал такую природную аномалию. И, Боги, знали бы все люди на Земле, как это красиво! Юнги не может не засмотреться. Чимин подаёт свою аккуратную, небольшую ладонь, чтобы помочь встать, всё ещё широко улыбается. -может, пойдём? присядем? - Мин чешет заднюю часть шеи. -да, конечно. - поспешно кивает Чимин и, всё ещё держа руку Юнги, медленно едет к бортикам, а затем - к небольшой дверце для выхода со льда. Когда и Юнги, и Чимин снимают коньки ( а Юнги, на самом деле, не знает, зачем младший это делает ), Мин предлагает зайти в ту кофейню, что возле катка. Чимин соглашается. Юнги, как самый настоящий порядочный человек, придерживает для Пака эту судьбоносную стеклянную дверь, на которой до сих пор остался след от его лба, и спешит зайти внутрь, потому что смотреть на это, откровенно, неприятно. Помещение приятно оформлено в приглушённых цветах. С потолка светят тёплым светом частые, встроенные лампочки. Они садятся практически в самом углу, ожидая официанта. -Кем ты работаешь? - Чимин аккуратно откидывается на спину мягкого диванчика, смотря на собеседника. -Вообще на радио, и ещё подрабатываю продюсером в одном из лейблов. - отвечает Юнги и подмечает приближающегося официанта. - а ты? -Я.. - Пак отвлекается на подошедшего работника. - латте и черничный чизкейк, пожалуйста. - и вежливо улыбается, переводя взгляд на Юнги. -Капучино и вафли. -К вафлям что-нибудь добавить? - поднимает свой взгляд официант. -На ваш вкус, мне без разницы. Здешний работник кивает, повторяет заказ и под конец добавляет: «ожидание будет не больше пятнадцати минут», уходя. -Так, чем ты занимаешься? - продолжает старший. -Я пока что только учусь. В университете искусств, танцую. -Так вот почему ты так смотрел на танцоров во время концерта. - кивает Юнги сам себе, а Чимин снова смущается. Они остаются на своих местах, ещё долго разговаривая и поедая вкусности. И только когда начинает вечереть, они расходятся. И теперь Чимин не пропадает, а оставляет свой номер, взамен записывая номер Юнги.