там, где тает снег

      — Почему у тебя всё вечно не слава богу?       — Да что опять не так?       Син Цю вёл Чун Юня в дальний угол библиотеки, где никто не ходил, чтобы им никто не мешал. Молодой господин очень крепко держал экзорциста за здоровую руку, да так, что она начинала болеть так же, как и раненная. От этого второй зашипел, давая знать о своём присутствии. Син Цю же полностью проигнорировал это, шагая по длинному коридору и будто бы специально ускоряясь.       Библиотека его семьи и правда была достаточно большой, настолько, что из некоторых шкафов и вовсе валились какие-то свитки и книги. Чун Юнь был здесь всего дважды, когда искал Син Цю по каким-то причинам, и осматриваться не успевал. Сейчас тоже.       Тем временем Син Цю остановился, завёл Чун Юня за угол и усадил на стул между полками, тут же плюхая небольшой мешочек с бутылками с лекарствами на стол. Раненый громко сглотнул, замечая, _насколько_ Син Цю был раздражён и взволнован.       — Слушай, я ведь не специально…       — Замолчи, пожалуйста.       Когда Син Цю был зол, его правда лучше было не трогать лишний раз. Молодой господин выпотрошил мешочек резким движением руки, осмотрел бутылочки и тяжело вздохнул. Чун Юнь опустил взгляд. Он хотел бы объяснить ситуацию, но, видимо, следовало подождать момента, пока Син Цю остынет.       Парень подошёл ближе и сел перед Чунем на корточки, осматривая порванную ткань на руке, что уже успела налипнуть на рану. Рваная рана уже успела подсохнуть, что было не совсем хорошо для её обработки. Син Цю сильно выдохнул прямо в чужую кожу, Чун напрягся, чуть краснея и чувствуя, как сердце начало биться быстрее. Будет ли Син Цю аккуратен сейчас?       Но молодой господин нежными движениями пальцев коснулся налипшей ткани и осторожно зацепил её, снимая. Экзорцист сморщился и зашипел, на что парень снизу вновь никак не отреагировал. Син Цю полностью снял остатки ткани чужого рукава с раны, взял первую бутылочку, полную какой-то зелёной слизи, и запустил в неё два пальца, тут же извлекая из неё немного очищающего средства.       Он осторожно коснулся бледной раздражённой кожи, так нежно, будто гладил кошку и боялся её спугнуть. Мазь оказалось холодной, но из-за того, что пальцы её наносящие были теплыми, прикосновения ощущались приятно и мягко. Син Цю не дергался, наносил лекарство аккуратно, стараясь удерживать друга за локоть, чтобы предотвратить лишние движения и вздроги.       Затем он взял бутылочку с водой и заранее подготовленный кусочек чистой ткани, быстро смочил его и промыл рану. Чун Юнь мысленно сравнил прикосновения молодого господина с шёлком на коже; он действовал максимально осторожно и медленно, тем самым немного смущая и заставляя пялиться в свою же синюю макушку, почти не дыша. Син Цю что-то тихо пропыхтел, прикусил губу и принялся очищать рану посильнее. Экзорцист в его руках снова скривил лицо.       Когда молодой господин полностью промыл рану, он провёл по чистой коже смоченной тканью и осмотрел её, немного застывая. Чун Юнь уже почти спросил, что случилось, как вдруг парень внизу наклонился вперёд и очень нежно, будто пробуя покрасневшую кожу на вкус, коснулся её губами. Раненый моментально поджал губы от смущения, но ничего не сказал. Син Цю поднял взгляд и посмотрел в чужие глаза, неловко улыбаясь.       — Ну… — Чун Юнь подумал, что это хороший момент для того, чтобы объяснить случившееся, — вообще, я просто хотел проверить одно место на наличие демонов и призраков…       Син Цю взял в руки третью баночку: она была знакома Чуню, друг часто делился с ним этим средством, потому что ситуация, что имела место быть сейчас, являлась далеко не первой. Парень быстро взял в руки немного средства и начал щедро размазывать его по ране.       — В общем, я пришёл, но там никого не было. Я хотел уйти, но внезапно там появились два Мага Бездны. Сам понимаешь, я ещё недостаточно хорош, чтобы самому справиться, ну и я попробовал убежать… — несколько мыслей растерялись, когда Син Цю большим пальцем руки, что держала его за локоть, начал поглаживать кожу. Чун Юнь снова начал краснеть, но сдержался. — И свалился со склона на реке близ города.       — Невыносимо, — прыснул парень, снова проглаживая гладкую нежную кожу и расплываясь в нежной улыбке. — Ты такой дурак, Чун Юнь.       — Я не хотел ничего такого, ну, прости меня…       — За что прощать-то?       — Я заставил волноваться, да и вообще…       — Меня никто не заставлял, я прекрасно сам себя заставил, ты тут не при чём.       — Но ведь…       — Чун Юнь.       Син Цю встал, вновь хватая мокрую ткань со стола и начиная вытирать руки от заживляющего средства. Экзорцист поднял голову, вглядываясь в чужое лицо. Молодой господин продолжал улыбаться, с нежностью уставившись в одну точку.       — Просто старайся быть осторожнее, а, — надул щёки Син Цю, поворачивая голову и не разрывая зрительный контакт. Он тряхнул головой, чтобы откинуть чёлку, и продолжил осматривать белое лицо, которое снова тронул румянец. Чун Юнь неуверенно кивнул, съеживаясь под чужим взглядом. — А лучше сразу зови меня, ладно?       Чун Юнь встал, не решаясь уйти. Молодой господин повернулся к нему всем телом, вытерев пальцы до конца. Он положил руку на шею Чуня, запуская уже чистые пальцы в белокурые волосы.       — Ч-что? — Чун уставился на него, моментально заливаясь краской полностью.       — Вредина ты, вот что, — на выдохе выпалил синеволосый, приближаясь и оставляя на краснющей щеке Чун Юня невесомый, но полный заботы и переживаний поцелуй. — В следующий раз зови меня, пожалуйста. Не ходи один.       Чун Юнь расслабился в чужих руках, смущённо улыбаясь.       — Хорошо.