Seven

Не каждому человеку дано ужиться в большом городе. Мегаполисы манят своей красотой и возможностями, но со временем эти города становятся похожи на огромные муравейники. Чонгуку иногда бывает интересно наблюдать за этим бесконечным потоком людей. У каждого из них есть своя история. Вот вроде смотришь на бесконечно движущуюся толпу и не замечаешь многих деталей: кто-то торопится на работу, кто-то беспокоится из-за своих проблем. Каждый человек уникален и интересен по-своему. Но Чонгук про себя так не думает. Он обычный среднестатистический человек: встаёт с утра, принимает душ, целует жену, отвозит ребёнка в школу, едет на работу, выпивает с коллегами, уезжает домой. Порядок действий меняется не очень часто, обычно это происходит по выходным или праздникам. Чонгук не считает себя какой-то очень интересной личностью. У него в жизни всё понятно и предсказуемо. Женился он очень рано на своей однокурснице. Они с Чонхой познакомились на первом курсе, и это можно было назвать любовью с первого взгляда. Буквально через год у них родилась дочка. Чонгук в ней души не чает. Маленькая Ынджу всегда была похожа на папу. Её чёрные бездонные глаза вызывают восхищение у очень многих родственников и знакомых. Сам Чонгук всегда старается проводить всё свободное время с ними. Они живут по понятиям консервативной семьи. Чонха в основном проводит время дома. Работает она дистанционно. У них в семье очень много негласных правил, которых они постоянно придерживаются. Пример таких правил: Чонгук отвозит дочь в школу, а Чонха забирает; дома быть не позже десяти вечера, по субботам обязательно ездить к родителям жены, и если собирается кто-то зайти в гости, то это обязательно должно согласовываться со всей семьёй. Всех устраивает такой порядок жизни. В какой-то степени можно сослаться на привычку. Чонха и Чонгук очень похожи по характеру, поэтому проблем никаких не возникает. Наверное, в этом была главная причина их любви — они просто нашли друг друга. К Чонхе постоянно приходили подружки, об этом она тоже сообщает заранее. Чонгук их не любит, считает таких девиц — типичными сплетницами. Но главное для него — это счастье жены. А вот у Чонгука не было друзей. Единственное с кем он общался время от времени — это коллеги по работе и его приятель Хичоль. Он, несмотря на свой характер, как-то нашёл подход к Чонгуку и обычно вечерами зависает с ним в баре напротив офиса. Про Хичоля можно говорить много. Он полная противоположность Чонгука. Этот человек больше тридцати раз прыгал с парашютом, любит путешествовать по разным диким местам по всему миру, участвовать в уличных гонках и т.д. Он никогда не сидит на месте и постоянно находится в движении. Чонгук временами думает, что у того просто «шило в заднице». Как-то раз Хичоль пришёл с отпуска на работу и показал свою спину. Чонгук просто ахнул от увиденного: спина была похожа на одну сплошную гематому и покрыта какими-то дырками. Он рассказал, что решил попробовать одну практику — подвешивания за кожу на крюках. После такого Чонгук посмотрел на него как-то по-другому. И вот на данном этапе своей жизни Хичоль решил, что он хочет стать боксёром, а Чонгук просто наблюдает за очередным его порывом. Их нельзя было назвать друзьями. В нерабочее время они практически не созванивались. Всё находилось в пределах офиса. Но Чонгуку и этого всегда хватало с головой. Чонгук сразу после университета устроился на работу в офис. И вот уже на протяжении семи лет влачит своё существование на одном месте. Зарплата его устраивала, но хотелось большего. За всё это время он всего раз добился повышения, но и этого было мало. Чонха не жаловалась, а Чонгука такой порядок вещей не устраивал. Но он не был таким человеком, который пойдёт напролом и будет добиваться своего. Временами Чонгук выговаривает своё недовольство, но это происходит очень тихо и за закрытыми дверями. Как и вся его жизнь.       — Вы подготовили отчёт к завтрашнему совещанию? — Хичоль перекинулся всем телом через стол Чонгука и проговорил всё как можно официальнее. Чонгук всегда ко всем не близким людям обращался в уважительном стиле, и Хичолю пришлось очень постараться, чтобы выбить из него эту привычку. Но иногда сам язвил и подшучивал над своим приятелем.       — Как раз этим и занимаюсь, а вы меня отвлекаете, — по всей видимости, Чонгук даже не заметил тушу, которая разложилась на пол стола. Он был настолько занят бумагами и работой, что отвечал машинально.       — Ты меня бесишь, — честно признался Хичоль, вернувшись в вертикальное положение. — Пошли хоть пообедаем, а то ты тут себя скоро похоронишь под этими бумагами.       — У меня нет времени, — два глубоких вдоха немного привели Чонгука в чувства, и он, наконец, заметил, что перед ним стоит его коллега. — Ты так хочешь есть?       — Да. И если ты не пойдёшь со мной, я страшно обижусь и больше не буду с тобой разговаривать.       — Тогда я точно не пойду, — усмехнулся Чонгук на такое заявление. Ему наоборот было бы намного лучше, если бы Хичоль сейчас отстал от него и дал спокойно закончить отчёт. Чтобы добиться желанного повышения, надо постоянно всё предоставлять в самом лучшем виде. Чонгук подлизывался к главному, как только мог, но тот его не замечал. Потому что таких, как Чонгук, было много.       — Нет, — Хичоль обогнул стол и начал тянуть Чонгука за руку. — Давай уже. Время обеда. Хватит мучать себя этими нескончаемыми цифрами.       — Отпусти мою руку, и я пойду, — он угрожающим взглядом посмотрел на Хичоля, и, когда тот исполнил просьбу, Чонгук поднялся со своего рабочего места и пошёл в кафетерий. Хичоль всегда старался приходить раньше, пока офисные клерки не занимали все свободные места. Пока здесь было тихо, и этот факт очень радовал Чонгука. После многочасового мозгового штурма он хотел лишь покоя.       — У тебя будет тысяча вон? Мне не хватает, — за кассой стояла очень недовольная женщина, и ждала, пока Хичоль отыщет нужную сумму в кошельке. У Чонгука всегда весь бюджет был распланирован. Лишние траты приносили лишнюю головную боль.       — Не будет, — соврал Чонгук и отвёл взгляд куда-то в стену.       — Да? — Хичоль многозначительно окинул взглядом Чонгука, на несколько секунд задумавшись о чём-то. — Ну тогда я остаюсь без пирожка, — он извинился перед женщиной за предоставленные неудобства, и, забрав свою еду, пошёл за столик. Чонгук расплатился быстро и сел рядом с Хичолем. Они сразу забыли про эту ситуацию и начали обсуждать рабочие моменты. Спустя двадцать минут в кафетерии начали собираться люди. Голова у Чонгука от шума разболелась ещё больше. Возникло желание побыстрее закончить с едой и вернуться в свой кабинет, чтобы продолжить заниматься полезным делом.       — Сегодня в бар? — спросил Хичоль, открывая дверь своего кабинета.       — Нет. К Чонхе сегодня приехали подружки, и мне нужно в это время занять дочь. Ну ты понимаешь …       — Ага, ага, — сочувствующая улыбка не сползала с лица Хичоля. — Семейные дела. Как жаль, что у меня нет такого счастья.       — Не язви, — потребовал Чонгук. Он уважает свою семью и никому не позволит, даже в такой форме, над ней насмехаться. — Завтра сходим. Чонха попросила, чтобы Чонгук приехал домой к восьми вечера. Из-за таких временных ограничений после обеда пришлось работать практически без перерыва. Когда стрелка часов показала семь вечера, Чонгук выдохнул и отложил все бумаги. Прибирать за собой он не стал. Это его кабинет, и такой рабочий беспорядок его полностью устраивал. Он иногда даже ругался с уборщицей. Та, бывало, пыталась поправить всё, что находилось за столом, но Чонгук был категорически против. По пути на выход из здания Чонгук столкнулся с Хичолем в лифте. Сделать вид, что он его не знает, было нельзя. А очень хотелось. Тот снова начал свой бесконечный трёп. И не закончил его даже тогда, когда они вышли из офиса. Чонгук привык к этому и уже даже не обращает внимания, лишь иногда кивая головой в знак согласия. Место, где работает Чонгук, находится практически в центре Сеула. Рядом с ним множество торговых центров, разных баров и кафе. На огромных билбордах постоянно мелькает различная реклама. Чонгуку даже говорили, что он и сам может попробовать себя в качестве модели. На это он лишь отмахивался. С возрастом он не утратил свою природную красоту, но она спряталась за уставшими глазами, потёртым костюмом и лёгкими морщинами. С нескольких огромных рекламных щитов на него смотрел один человек: с одного он рекламировал телефон, с другого одежду и так далее. Этого человека знали все.       — Засмотрелся на Ким Тэхёна? — прервал свой бесконечный монолог Хичоль, заметив, как его коллега уставился на билборды.       — Да как на него не засмотришься? — на улице было очень шумно, поэтому пришлось повышать голос. — Даже Чонха со своими подружками собрались сегодня, чтобы посмотреть его прямую трансляцию.       — Он сейчас один из самых известных людей в Корее. Да во всём мире, — не успокаивался Хичоль, даже заметив, как Чонгук немного напрягся. — Певец, модель, выбор нации, что там ещё? Его стримы собирают десятки миллионов просмотров. Он молод, богат и безумно красив. А мы с тобой старые уже, и приходится лишь наблюдать.       — Особенно ты, — они шли вместе на остановку и уже оба участвовали в беседе. — Мне кажется, ты умрёшь, свиснув с какой-нибудь скалы головой вниз.       — Это адреналин, Чонгук. Тебе не понять.       — Даже не хочу понимать, — Чонгук облегчённо вздохнул, заметив, как приближается его автобус. — До завтра, Хичоль. Хорошего вечера.       — И тебе, приятель, — он с какой-то горечью в глазах смотрел, как Чонгук сливается в толпе с такими же людьми в одинаковых чёрных пиджаках. — Ну ладно, посмотрим, — сказал Хичоль уже сам себе и развернувшись, пошёл в сторону парковки.

***

До дома Чонгук добрался окончательно вымотанным. Ему уже стало казаться, что Хичоль высасывает у него энергию и постоянно подпитывается ей. В квартире уже стоял шум и гам. Подруги Чонхи очень активно обсуждали свои женские дела. Чонгук не вслушивался в их разговор. Ему не было интересно: кто с кем спит, у кого заболел ребёнок и т.д. Сейчас в голове находилось лишь одно желание — это набрать горячую ванну и пролежать там часа два. Но к сожалению, его мечтам сбыться было не суждено. Он обещал весь вечер посвятить дочери. Нет, это его не напрягало. Он всегда рад провести время с ней. Но сегодня он вымотался как-то особенно сильно.       — Привет, — Чонха стояла в проходе в гостиную и немного пьяненько улыбалась. Всегда, когда они встречаются с девочками, она позволяет себе несколько бокалов вина. — Как рабочий день?       — Ничего интересного, — пожал плечами Чонгук и затем поцеловал свою жену в губы. — Где Ынджу?       — Она в комнате, а пока поздоровайся с моими подругами, — она потянула Чонгука за рукав пиджака прямо в гостиную. Чонгук очень любит свою жену, а вот её подруг — нет. Но показать этого он не мог, приходилось терпеть и вежливо здороваться с каждой из них.       — Через десять минут начинается прямая трансляция, — взвизгнула одна из них, тем самым прервав Чонгука. — А вы знали, что Тэхён недавно переборол свой страх высоты и попробовал банджи-джампинг? Я сто раз пересматривала это видео. У меня так сердце болит за него.       — А вот если бы трос оборвался, и он бы упал вниз? — Чонгука очень удивлял этот момент. Почему все вокруг пытаются развлечься такими дикими способами? — Это же опасно.       — Если всё правильно делать, то тогда нет, — ответила Чонха на вопрос Чонгука.       — А ты как развлекаешься? — одна из девиц, закинув ногу на ногу, с нескрываемой насмешкой посмотрела на Чонгука. — Судя по рассказам Чонхи, единственное, что ты сделал необычного — это залез на колесо обозрения. Вся гостиная разразилась диким хохотом. Смеялись все, кроме самого Чонгука и его жены.       — Так, девочки, успокоились, — попросила Чонха. — Он у меня спокойный человек. И нам такое не нужно.       — А, ну да, — другая девушка встала с дивана и направилась к бутылке с вином. — Глаженый галстучек, секс по расписанию… Все снова начали смеяться, а Чонгук даже глазом не повёл. Ему всегда было всё равно на высказывания этих девушек. У одной из них есть любовник, которого она скрывает от мужа. Другая вообще не встречается ни с кем больше месяца, ссылаясь на то, что все её недостойны. Так можно продолжать бесконечно, но Чонгуку этого совсем не хотелось. Легко чмокнув Чонху в щёку, он, снимая на ходу пиджак, пошёл в комнату дочери. К его очень сильному удивлению, Ынджу заснула прямо на полу в обнимку с плюшевым медведем. Обычно она дожидалась папу, и только после того, как он расскажет ей сказку, засыпала. Улыбнувшись такому зрелищу, Чонгук поднял дочь на руки и уложил на кровать. Он понимал, что нельзя так рано укладывать дочь, но и сам очень сильно устал, поэтому не стал будить её. За дверью слышались восторженные крики. По всей видимости, прямая трансляция уже началась, и девушки уже во всю её смотрят. Как бы Чонгук не старался, но из головы почему-то не выходила их беседа в гостиной. Что такого необычного должен сделать Чонгук? Его никогда не тянуло к адреналину, и он ничего бы не хотел менять в своей жизни. Хотя в каком-то плане они были правы. И это очень сильно раздражало. Решив отложить эти мысли в долгий ящик, Чонгук полностью разлёгся на кровать рядом с дочерью и очень быстро заснул.

***

Не думать об этом оказалось куда сложнее. Весь следующий рабочий день он провёл в полном напряжении. Ещё этот Хичоль постоянно маячил перед глазами и рассказывал, куда он собирается отправиться в путешествие в следующий раз.       — А они мне такие: «Чонгук, ты старый», — они сидели с Хичолем в баре, и Чонгук пытался процитировать слова одной из подруг своему коллеге. — Я не старый!       — Так, успокойся, — попросил Хичоль, попутно забирая у Чонгука уже третью кружку пива. — В чём они не правы? Ты просто такой человек. Я практически уверен, что если ты вдруг заблудишься, то постесняешься спросить дорогу у прохожего.       — И ты туда же? — он ожидал услышать слова поддержки, но получилось совсем наоборот. — И что ты предлагаешь мне делать? Пойти заняться этим джимп … джумп … мать его, джампингом, как этот Тэхён? — от этого имени у Чонгука переворачивалось всё внутри. Он немного ревновал свою жену к Тэхёну.       — У меня есть идея, — прищурился Хичоль. — Не знаю, подойдёт тебе она или нет, но можно попробовать.       — Ты же знаешь, я не хочу, — Чонгук отвоевал свою кружку с пивом и посмотрел на Хичоля. — Но всё равно рассказывай.       — Я же сейчас хожу на боевые искусства, помнишь? — дождавшись кивка со стороны Чонгука, Хичоль продолжил. — Один знакомый рассказал мне про подпольные развлечения. Ну по типу: казино, игровые автоматы, подпольные бои.       — И ты предлагаешь мне проиграть все деньги в казино, а потом набить кому-нибудь рожу?       — Ага, именно это, — рассмеялся в голос Хичоль. — А если серьёзно, то там есть один тип. Он устраивает что-то вроде игры. Для каждого она подбирается индивидуально, отталкиваясь именно от того, кем является этот человек. Он говорит, что это реально очень интересно и многих она очень сильно меняет. Я до этого пока не дошёл, вот предлагаю тебе. Давай я расскажу про тебя?       — Ну а вдруг меня продадут в рабство? — эта идея очень не нравилась Чонгуку.       — Судя по твоей жизни, ты и так в рабстве. Может быть, правда стоило бы попробовать? Хотя бы встретиться и узнать, что это такое и как работает. Всё равно всегда можно отказаться.       — Ладно, будь по-твоему, — Хичоль радостно захлопал в ладоши на такой ответ. — А какие ставки?       — Я не знаю. Но могут быть очень серьёзными.       — Отправляй заявку, — ещё раз согласился хмельной Чонгук. — Если что — я откажусь.       — Надеюсь, что нет.