Несущий жизнь

      Витя решил называть себя Гарри Поттером, хотя радости это ему не добавляло. Кому охота ощущать себя оленем? А из того, что уже мальчик помнил, главный герой саги был непроходимым, клиническим… оленем. Но тем не менее чтобы не путаться, Витя решил называть себя именно так. По году выходил третий курс, который Витя, разумеется, помнил очень смутно: какие-то летающие плащи, родственник типа «невиноватая я» и лохматая девочка, с которой автор саги поступила несправедливо. Видимо, именно это хотела исправить умершая девочка, что сотворила этот мир.       — Хм… — произнес Гарри, наблюдая за животными, — все-таки, получается, кролики. Тетя, тут бывший дядя свою бывшую сестру инцестит, не знаете, у кроликов это норма?       — Думаю, раз он это делает, — Петунья задумчиво посмотрела на очень толстого зверя, — то будем считать нормой. Все равно в жаркое пойдет.       — По-моему, он нас понимает, — проговорил мальчик. — Вон как скачет… Правильно ли будет его есть?       — Не знаю, как насчет правильности, — мстительно оскалилась тетя, — но зато наверняка вкусно.       — Ну, вам виднее, — умыл руки Гарри. — Пойду, посмотрю, что у меня с заданиями на лето.       В этот момент в дверь позвонили, и мальчик отправился открывать. Два волшебника в красных мантиях с интересом посмотрели на Гарри, мгновенно его узнав, а мальчик взглянул на них взглядом типа «сегодня пива нет», чем сильно смутил представителей магической общественности. Представители магической общественности открыли ротовое отверстие одного из них:       — Поттер?       — Это риторический вопрос? — поинтересовался мальчик, с интересом глядя на вопрошающего.       — Поговори мне тут! — замахнулся на него представитель магической общественности.       — Кролика с красной шкурой я вижу впервые, — поделился с коллегой мага Гарри. — А чего пришли-то?       — Чары с палочки снять, да и с дома тоже, авроры мы, — тяжело вздохнул мужчина в красном, держа коллегу за уши, отчего тот висел спокойно. — Вы теперь совершеннолетний.       — А, это… Это сколько угодно, — Гарри пошел за палочкой.       — Джон, сколько раз тебе говорили — не торопись, — сказал красному зайчику аврор. — А теперь ты только в жаркое годишься… Ну, или в Мунго, но с наказаниями Магии — это без шансов.       — Вот моя палочка, — произнес вернувшийся мальчик. — Не в курсе, школу в этом году таки охраняют, как тюрьму и с тем же успехом?       — Да, — кивнул аврор, — хотя это и бессмысленно. Ладно, пойдем мы, удачи вам, целитель.       Авроры ушли, Гарри на пробу сотворил Люмос, полюбовался на огонек и пошел делать уроки, по дороге залечив тетин синяк всплывшими в голове чарами. Откуда мальчик знал чары лечения синяков, Вите было совершенно непонятно, так как олень учиться не любил. Предыдущий арендатор, ушедший к родителям, любил валять себя, получать круглыми предметами по черепу и сражаться со злом в своем понимании. И в понимании «доброго дедушки», конечно. Интересы Вити лежали совсем в другой плоскости, он как раз любил учиться, лечить детей и не любил начальство в любом его проявлении.       — Гарри, кушать будешь? — поинтересовалась тетя.       — Буду, — кивнул мальчик. — Даже если это будет ваш муж. Говорят, кролики вкусные… Кстати, а гавкающие зайчики соседей не смутят? — поинтересовался он, видя, как два бывших песика весело поскакали на лужайку.       — Кого смутят, того парамедики увезут, — сварливо сообщила любимая тетя.       — Тоже верно, — согласился Гарри. — Тогда кушать и учиться, учиться… А то Гермиона мозг вынесет. Как и каждая девочка, она должна быть профессионалом в этом деле, а мне мой мозг дорог как память.

***

      Вспомнив о том, что надо сходить за покупками, Гарри с Петуньей отправились в магический квартал. На дядиной машине отправились, благо тетя водить умела, да и Виктор, естественно, тоже. Надвинув поглубже бейсболку, неузнанным магглорожденным проскользнул мальчик в сопровождении веселящейся тетушки мимо бармена Тома, прямо к стене, по которой надо было постучать. Стучать следовало быстро, потому что запах резал глаза.       Косая Аллея была косой, кривой и грязной, как нецензурное сравнение, которое Гарри озвучивать, разумеется, не стал. По стенам красовались развешанные объявления о побеге самого страшного преступника современности, кушающего детей на завтрак и обед, а вот вечером, вместо еды, предпочитающего вступать в половые отношения с любым, кого увидит. На колдофотографии бесновался БОМЖ с обширным поражением психики. «Амфетамины, что ли?» — подумал Гарри, глядя на изображение. Специалистом в наркологии он не был, поэтому оставил вопрос на потом.       Для начала следовало посетить банк, куда и направил свои стопы обновленный Гарри Джеймс Поттер. «Надеюсь, у гоблинов мозг есть», — подумал он, заходя в операционный зал. Увидев одинокого гоблина за конторкой, мальчик двинулся к нему. Гоблин присутствие мальчика игнорировал примерно секунд пятнадцать, потом столько же разглядывал средний палец мальчика.       — Чем банк может помочь целителю? — поинтересовался гоблин.       — По идее, — почесав свою лохматость, сообщил Гарри. — У меня тут сейф.       — По идее, — ехидно спародировал его сотрудник банка, — у вас их минимум два.       — Интересное кино, — мальчик удивился и спросил: — Так и будем тут стоять, как три тополя?       — Следуйте за мной, — вздохнул гоблин.       Оказавшись в достаточно простом кабинете с серыми стенами, смутно что-то напоминающими, Гарри с интересом посмотрел на сотрудника этого заведения. Вздохнувший гоблин достал такой же серый, как и стены, камень, предложив положить на него руку, при этом поклявшись, что и не думает причинять какой-либо вред. Мальчик пожал плечами и положил руку на камень, руку что-то кольнуло, а камень стал золотым.       — У вас действительно тут есть сейфы, — сообщил гоблин, таинственным образом вытягивая из камня ключ, выглядевший древним по дизайну. — Вам только деньги, или… Впрочем, я выдам вам кошель, напрямую связанный с хранилищем — сами разберетесь.       — Вы не выглядите радостным, — заметил Гарри. — Возникает ощущение…       — Целители по воле Магии редки, очень редки, — объяснил сотрудник банка. — И как с вами себя вести — непонятно.       — Что у вас случилось? — поинтересовался мальчик, замечая, что гоблин хочет что-то сказать, но будто останавливает себя.       — Дети болеют, — тихо сказал гоблин. — Непонятно от чего…       — Насколько дети гоблинов отличаются от детей людей? — сразу же спросил Гарри, настраиваясь на работу.       — В этом возрасте — только цветом кожи, — спокойно ответил зеленокожий мужчина. — Целители Мунго могли бы помочь, но…       — Ну так чего сидим? — удивился мальчик. — Показывайте, магических способов я, правда, почти не знаю, но кое-где и маггловские сгодятся.       Гоблин с недоверием посмотрел в лицо мальчику, после чего попросил Петунью подождать и, ухватив Гарри за руку, куда-то повел. Мальчик настраивался на работу, остро сожалея о том, что у него нет под рукой любимого стетоскопа. Они проходили сквозь какие-то переходы, несколько раз опускались на лифте, им кланялись стражники, пока наконец не дошли до пещеры, полной детей. На кроватях лежали, наверное, десятка два гоблинских детей, некоторые тихо плакали. Гарри сразу стал серьезным. Если физиология действительно не различалась, то суть проблемы была ясна, как божий день.       У некоторых детей болезнь была в периоде разгара, демонстрируя утолщения запястий, характерное облысение, теменные бугры, а у некоторых — в самом начале. Принюхиваясь, целитель обнаружил характерный резкий и кислый запах пота. Хмыкнув, Гарри обернулся к гоблину, который его привел сюда:       — Рахит у них, детям надо часто бывать на солнце, нужно больше витамин-д содержащей еды, я вам напишу, какой. А по рекомендациям… рациональное питание, достаточное пребывание на свежем воздухе, проведение массажа и лечебной гимнастики, ультрафиолетовое облучение, солнечные ванны, солевые и хвойные ванны, витаминотерапия… Ну и так далее, это я вам тоже напишу. Детям необходимо много времени проводить на свежем воздухе, солнце — это ежедневная необходимость.       — Благодарю, целитель, — поклонился гоблин.