Школа АСП

— Ты чего, Антох? — Я с мамой сейчас разговаривал, и она сказала, что готова попробовать встретиться. Прикинь?       Паша взволнованно смотрел на Антона. Странно то, что Шастун говорил очень спокойно, словно рассказывал о погоде за окном. Паша рассчитывал на другую реакцию подростка. — Ты не выглядишь счастливым… — Я рад… или… не знаю. Я хочу попробовать довериться ей, и одновременно не хочу. Я не знаю, что от неё ожидать.       Радость Антона во время разговора с мамой была слабостью. Именно так он считает. Поддался соблазну сладкой жизни, которой не должно быть. С чего бы вдруг? Антон ненавидит всё, что с ним связано. И эти минутные слабости Шастун ненавидит больше всего. Когда-то когда был ещё наивный Тоша с ним обошлись жестоко, почему теперь ему быть мягким и пушистым? Правильно, он себе такого не позволит. — Я её ненавижу. И себя. Паш, я больше хочу познакомиться с сестрой, чем проводить остаток времени до восемнадцати с Арсением Сергеевичем. — Тох… — Паша встал из-за стола и приобнял мальчишку, — Я тебя понимаю… но будь осторожен, а то кто будет мне уроки своими шутками срывать?       Антон хихикнул. С Волей всегда было хорошо. Он поддержит и примет любое решение, которое выкинет неожиданно Антон. За это он был очень благодарен Паше, но всё же Шастуну было интересно, почему Воля так к нему относится. Почему все в интернате не могут быть такими? Ах-да, лицемерное общество, зацикленное на личном, моральном состоянии, нежели заботясь о других. Здесь учителя могут не бояться за последствия, да и в принципе, ученики зависят от учителей, так что, если ты не понравился преподу, считай, не повезло, ведь жить тебе будет сложно. — Кстати, ты чего там наговорил математику? Он там что-то так яро высказывал Попову про тебя.       Антон закусил губу. Блин, совсем забыл про Арсения Сергеевича и свои косяки, от чего настроение вообще пропало. Ясно одно — будет больно. — Ну… если кратко, мне пизда, — Паша дал слабый подзатыльник Шастуну. — Не матерись, Тох. — Не, ну а что? Оно так и есть… — Держись, Шастунишка, потом можешь прибежать ко мне и пожаловаться на Арсения, — пытался подбодрить Воля.       Антон кивнул, и они разошлись. Ведь до следующего урока осталось пару минут.

***

      Остаток дня прошёл спокойно. Антон с Позовым тусили в туалете. Шастун старался не бесить учителей, дабы лишний раз не искушать судьбу. Правда, был грешок: с Матвиенко кидали самолётики, благо химичка подумала на 8Б. С Диманом прикалывались над шпаной во время прогулки. Вообще прошло всё нормально.              После уроков Шастун сразу пошёл к себе в комнату, где был Матвиенко. — Привет, армяшка, — хихикнул Антон. — Не называй меня так, шпала!       Шастун конечно же будет так его называть, но сейчас не об этом. — Слушай, давай я тебя познакомлю с Димоном? Он мой друг, думаю вы подружитесь. — Окей, я только за.       Они договорились завтра сходить к Позову. А сейчас Антон решил в первый раз за долгое время сесть делать дз, надеясь, что Попов забудет про его существование. Как итог Антон обматерил создателя математики, посрался с ребятами из соседней комнаты, откуда из-за криков пришли два парня. Антон и их обматерил, потом чуть не подрался, но все решили, что во всём виноваты пидоры-создатели математики. За тем Антону стало скучно, поэтому он доебался до мебели, которая явно старше самого Тохи. Но тем не менее, он стал её переставлять, не, ну а что она так по-дибильному стоит. В итоге пришла какая-то училка, обитавшая на этаже ниже Антона, и такая: «это ты дибильный, а мебель не трожь, фашист!». И ушла.       Пришло время ужина, и Антон, конечно же, на него не пошёл. Он просто лежал у себя на кровати и слушал музыку. Группа ЛСП его любимая. Поётся по-простому и суть интересная. Иногда Антон находил что-то похожее в песнях себя. А главное, музыка для Антона как наркотик. Наркотик, без которого он уже не сможет и прожить день. Спокойствие, что дарит каждая песня в плейлисте — спасение.       Парень лежал с закрытыми глазами, поэтому не заметил, как в комнату зашёл Попов. И лишь через некоторое время Антон открыл глаза от чувства чьего-то присутствия. Каким был его шок, когда он увидел Арсения. Не, эффектно конечно, но нахуй так делать? — Как дела, Антош? — такой противно-сладкий голосок, что аж повеситься захотелось.       А как могут блять быть дела, когда ты капец как накосячил за эти сутки и за тобой пришла смерть? Охеренно дела. — Н-нормально. Пока ты не пришёл. — Ну вот и славно. Пойдём, побеседуем.       Антона бесила эта тупая улыбка, как у садиста. Хотя почему «как» он чёртов садист. Ну ведь навряд ли, чай предложит попить. Словно реально получает удовольствие от мучений детей. Шастун сидел на месте, не двигаясь. Что не могло не начать бесить Попова. — Советую не бесить меня. Или ты ещё не понял, что я вполне могу лишить тебя возможности сидеть и стоять как минимум на несколько недель. — Не имеете права!       Да, остатки разума Шастуна отправились в закат. — Хм, ты, наверное, прав…       Антон впал в ступор. Невозможно, чтобы Арсений неожиданно поменял подход к воспитанию ни с того ни с сего. Это подвох. Как Антон и думал, через считанные секунды к нему подошёл Арсений и силой сжал шею мальчишки. Антон вцепился руками в руку, что мешала сделать глоток воздуха. Сначала Арсений удивился, будто держал фарфоровую куклу, ведь шея парня была непозволительно тонкая и хрупкая. Но прилив агрессии вернул Арсения в себя.       Голубые глаза были пустыми. Холод, который завораживал, но одновременно и пугал, заставил тело покрыться мурашками. Он смотрел так равнодушно, словно не причиняет боль мальчишке, а просто рассматривает картину. Антону становиться нечем дышать, он из-за всех сил пытается оторвать руку от шеи, но Попов однозначно сильнее. Арсений что-то рычит, смотря ровно в глаза Антона, но Шастун уже не различает звуки. У Антона появляются слёзы на глазах. Он пытается что-то сказать, но это больше похоже на кряхтение. Когда Шастун почти отключается, Попов отпускает мальчишку, и тот падает на кровать.

***

      Когда Антон открыл глаза, он оказался не в той страшной комнате, в которой был в прошлый раз на «воспитательной беде» Он был в классе Арсения Сергеевича, а сам Антон лежал на диване в конце класса. Парень сел и взъерошил волосы, при этом тут же сильно закашлял. Шея болит, горло садит. Великолепно, хули.       Всё-таки подняв взгляд на учительский стол, слегка дёрнулся. Конечно же, там сидит Арсений-исчадие-ада-Сергеевич. — О, проснулся. Молодец, — без доли похвалы сказал Арсений.       Антон с дикой злостью смотрел на преподавателя. Ему надоело бояться его, его тупых угроз и наказаний, надоело прикидываться пай мальчиком. И он больше не будет.       Шастун встал и направился к учительскому столу. — Я тебе не разрешал вставать. — А Вы мне не мама, чтобы указывать.       Арсений поднял злой взгляд на Антона, но в зелёных глазах был оскал, как у зверя, загнанного в угол. Нет страха, который преследует всех учеников, что общаются с Арсением. — Ты понимаешь кому дерзишь? — Понимаю! Поэтому расставим все точки над И… — сделав небольшую паузу, Антон продолжил, — Вы чёртов псих, который очень много позволяет себе как учитель. Вы не имеете права бить детей, душить и использовать какие-либо телесные наказания! Вас нужно нахуй в психушку сдать! Вы натуральный псих! Вас явно прикалывает, что вас бояться почти все! И я констатирую факт. Это, блять, ненормально!       Арсений слушал. Он очень хотел проучить мальчишку, но решил дослушать. Интересно, что будет дальше. Впервые кто-то из учеников позволил сказать ему такое. Поэтому Арсений встал из-за стола, чтобы быть на одном уровне с подростком. — И знаете что, идите Вы нахуй, Арсений Сергеевич!       После этих слов Антон стремительно вышел из кабинета, хлопнув дверью, полностью забив на последствия. Ему глубоко похуй, что потом с ним сделает Арсений. Сейчас Антону нужно покурить. Срочно нужно покурить.

***

      Арсений так и стоит, смотря в проход двери, где минуту назад стоял Шастун и, грубо говоря, посылал Попова. Странное чувство… его словно обыграли, унизили. Для Арсения это непозволительно. Не может какой-то школьник быть выше Попова. Только вот проблема: Шастун необычный школьник, вернее не такой как все. С момента, как Антон попал в группу к Арсению, что-то поменялось. Да, мужчина по-прежнему не потерпит наглости от мальчишки. Но если после ухода Антона, Попов хотел пойти за ним и как следует наказать, дабы такого поведения больше не повторялось, то сейчас Арсений не хочет делать этому зеленоглазому мальчишке больно. Необъяснимая смена поведения к подростку начало изрядно пугать преподавателя. Но Арсений не хочет ломать свою репутацию строгого учителя, так что нужно перебороть себя.

***

      Антон буквально летел по лестнице к заветному месту. Хотя нет, сначала нужно зайти к Паше. Да, нужно именно к нему.       Уже подходя к кабинету Воли, Антон обратил внимание на время. Паша уже наверняка ушёл домой. И, дёрнув ручку двери, мальчишка убедился. Уже ушёл.       Агрессия опять подошла к горлу. И, смотря на ни в чём не повинную дверь, ударил по ней кулаком, выкрикнув: «Сука!»       «Вот почему, когда ты так нужен, тебя нет!» — Шастун вновь занёс руку для второго удара. То ли из-за адреналина, то ли Антон усердно игнорирует боль, но на месте костяшек появились ссадины. Не понятно, что именно заставило остановиться Антона, но замахнувшись, удар не последовал. На месте, куда прилетали удары, остались вмятины.       Свет фонарей маняще озаряет пустой коридор. Мальчишка даже и не заметил, как на улице стемнело. Антон сделал пару шагов в сторону окна, от чего по коридору разнеслось тихое эхо. Антон взял пачку сигарет и закурил, сидя на подоконнике. «Хм, может реально сбежать…? К вроде как семье.»

***

      Майя сидит на диване вместе с маленькой Настенькой, а за столом сидит Дима и работает. Настя раскрашивает рисунок и только звук фломастера отражается от стен в этой бесшумной квартире. Женщина встала с кровати, взяв на руки малышку. — Зайка, пора ложиться спать, — по-доброму сказала Майя.       Девочка не стала спорить, спокойно пошла в комнату, пожелав родителям спокойной ночи.              В голове у женщины мысли… мысли об Антоне. Точнее, как аккуратнее сказать об этом мужу. Есть проблема: Дмитрий очень принципиальный человек, так что вероятность, что он с Антоном подружиться, очень мала. Но рассказать всё же стоит. Она тихонько подошла и села на стул, что был рядом с мужчиной. — Дим… я должна тебе кое-что рассказать… — Дмитрий поднял глаза на Майю и взглядом показал, что слушает, — У меня есть сын… Антон. Помнишь, я тебе говорила про Андрея Шастуна? , — Лицо мужа резко изменилось, — ему 16 уже. — И где этот подкидыш? — Не называй его так, он мой сын, — Майя перевела дух и продолжила, — Он в интернате, может попробуем взять его на выходные? Познакомитесь и Настя про брата узнает… — Нет. Мне чужие в доме не нужны, — Майя попыталась что-то сказать, но мужчина продолжил, — Или ты забыла, кто в доме хозяин? Кто работает, кто принёс всё нужное?       Возникла ссора. Переубедить у Майи не получилось. Дмитрий манипулировал женщиной, напоминая, что та полностью зависит от него, поэтому выбора нет.

***

      Антон сидит на подоконнике и курит. Мысли покинули голову после третьей затяжки. Сейчас только спокойствие. За окном давно темно и по-хорошему нужно пойти в комнату спать. Но ведь сегодня Антон решил показать свой характер и отстоять свою сохранность в этом интернате. Поэтому, забив на последствия, продолжил курить в тёмном коридоре. Но на ведь вишенка на торте всегда хороша? Именно поэтому Шастун взял почти севший телефон и написал ему: «Ты сука.» И со спокойной душой отправился в сторону спален.       Арсений-пидор-сука-уёбок-и ещё кто-нибудь-Сергеевич.

***

      Арсений едет в своей машине домой, а в голове смешались два желания: убить завтра Шастуна или принять поражение. Второе сразу отлетает. Арсений Сергеевич Попов не будет проигрывать какому-то школьнику. Жизнь и так повернулась к нему своим коронным местом, начиная с самого детства, так что сейчас он не опустит свой статус.       Нужно найти подход к этому мальчишке. Бить? Явно теперь бесполезно, да и желания нет. Шантажировать? А чем? Он явно не тот человек, у которого есть то, что болезненно можно забрать… Тем не менее, найти эти слабости можно. Он же вроде общается с Матвиенко. Поговорим.       Арсений подъехал к дому. Заглушив машину он закрыл глаза, облокотился спиной о сидение и тяжело выдохнул.       Антон-чёртов-наглый-бесстыжий-Шастун