Школа АСП

      Ребята сидели в холле. Всех настораживает долгое отсутствие Антона. Такое стало происходить всё чаще, Шастун перестал рассказывать, а когда разговор доходит до этого, парень лишь коротко отвечает, либо отвечает, не давая ответа. — Меня начинает пугать, что Антон вечно куда-то пропадает, – настороженно сказала, Оксана, – Дим, Серёж, вы же с ним чаще общаетесь, есть варианты что с ним?       Парни тоже не находили себе место. Шастун явно много чего не рассказывает. — Я не знаю… Пойдёмте в столовку, может там он. — Самому бы знать.       В столовой конечно же Антона не оказалось. Оксана подбежала к поварихе. — Тёть Надь, Вы не видели Тошу? — Видела, Оксаночка, пришёл как-то паренёк и они вместе вроде ушли, но я не помню такого у нас.. – повариха озадачено смотрела на девушку. — Полагаю, Вы не знаете куда они ушли? – женщина отрицательно покачала головой, – ладно, спасибо большое, – девушка слегка улыбнулась и пошла к парням.       Суркова села на скамейку и опустила голову на стол. Дима ничего не говоря, быстрым шагом вышел из столовой в сторону охранника. Может они выходили куда-то? — Виктор Андреевич, Вы Шаста не видели? — Да нет вроде, – мужчина перевёл взгляд на незнакомого парня, что шёл на выход из интерната, – Эй! Ты как здесь оказался?       Дима отречётесь повернул голову к выходу и… этот парень.. очень кого-то напоминает, только он не может вспомнить кого же.       Этот парень ехидно улыбнулся и молча вышел из здания интерната, а за ним охранник. Позов же стоял, пытаясь вспомнить, слишком уж больно знакомая улыбка…

***

      Антон лежит на полу, всё тело онемело от неудобного положения, а голова раскалывается будто молотком стучат по вискам. А что вообще произошло? Антон облокотился спиной о стенку и зарыл пальцы в волосы. В голове начинают всплывать кадры происходящего последний час, а именно то, как его сейчас отмудохали, снова.. как раньше. После того что Скруджи сделал Антону в их прошлые встречи, у парня до сих пор тремор в руках от воспоминаний. После стольких издевательств. Но почему? И так проблем навалом с этим Поповым так ещё и Скруджи.       Сколько вообще времени прошло? Наверное не меньше часа. Нужно хотя бы дойти до комнаты. Антон на ватных ногах попытался встать, держась за стенку, и тут же сложился пополам от сильной боли в рёбрах, походу хорошо засадил ногой. В глазах парня всё было размыто и фокусироваться на что-то определённом, давалось с большим усилием.       Антон вновь сел и повернул голову в сторону окна, где уже темно и только свет фонарей, которые так красиво освещают падающий снег. Наверное было бы здорово прогулялся, но сил ни на что нет.        Тик так.. мы никогда не ошибались так.. да мы вообще никогда не ошибались, мы терялись, но нас находили, выносили из горящих домов на руках.. привет..мы никогда не говорили нет..       Эта песня ему так дорога, с этими строчками столько всего связано, эта песня ему так дорога, столько воспоминаний..       Антон, держась за стенку, всё же встал, медленно открыл дверь туалета и вышел. В голове шумит, как после долгого запоя, и думать получается через раз, благо идти получается на автомате, так что спустя пару минут, Антон уже был в комнате. Остатками мыслей, всё же было принято решение сразу завалиться спать.       Определённо стало легче, как только голова опустилась на подушку. Парень хотел о чём-то поразмышлять, но мозг сразу же впал в сон.

***

      Дима посмотрел на время. Полвосьмого. Хреново. Надо уже в комнату, а иначе они могли здорово получить от их кураторов, за отсутствие.       Окси и Серёжа решили разойтись по комнатам, так как их скоро будут проверять, ведь благодаря Антону, такие проверок стало чаще.       Серёжа зашёл в комнату, включил свет. Прохладно. Уже желая завалиться спать, парень испуганно уставился на Шаста? На кровати лежал Антон? Как? Его же искали по всей школе, а он в итоге оказался в их комнате, так просто? Матвиенко подошёл к кровати и с силой толкнул Шаста, как в ответ послышался мат, а затем это чудо в одеяле, окончательно превратился в клубок, что издавал тихий скулёж. — Блять.. — Шаст, сука, какого хуя ты здесь? Мы тебя искали, а ты здесь? И что с тобой? Я же не так сильно ударил.       Кучей посыпались вопросы, на что Антон ответил только : Так получилось.       Серёжа лишь скинул одеяло с тела друга, и тут же охренел. На теле Антона было пару синяков на руках. Подняв повыше футболку, шок увеличился вдвое, там было прям звёздное небо во весь живот, синяки, которые проходили от ребер до таза. Сказать, что на Шастуна нет живого места, ничего не сказать.       Серёжа сел рядом с Антоном, пытаясь о чём-то спросить, но глаза бегло разбегались по телу парня. Решившись поднять глаза, Матвиенко заметил бледное лицо, где ярко сиял небольшой синяк, возле скулы. — Антон.. откуда..? — Серый, давай завтра? – послушался тихий голос.       Вопросов много, а главное страх, но донимать сейчас, и без того настрадавшегося парня, не хотелось. Накрыв одеялом обратно, Серёжа поплёлся к себе в кровать. Лишь перед сном написав сообщение ребятам, что Антон с ним в комнате, что завтра всё расскажет, и лёг спать. Точнее попытался уснуть.

***

      Антон спал неспокойно. Постоянные кошмары, которые заставляли постоянно просыпаться, а главное, что сон один и тот же, как он и Скруджи были в туалете, как тот бил Антона, как занюхнул дорожку, как пообещал приходить почаще. Этот сон повторялся снова и снова, а Шастун просыпался в слезах снова и снова. Ему страшно. Страшно открыть глаза и вновь оказаться в том туалете. И лишь под утро удалось поспать пару часов, но уже без снов.

***

      Попов в очередной раз поправляет подушку, ведь уснуть никак не получается. Какое-то волнение, хотя причин для этого нет. Он хорошо провёл вечер, лёг спать, но заснуть не получается. Остался час, потом на работу. Продуктивный день получился (нет)       Смирившись с тем, что поспать не судьба, Арсений встал с кровати и пошёл на кухню сварить себе кофе.       Приятный аромат разливался по всей квартире. Солнце уже выглядывает, одаряя последними своими лучами. Действительно, доброе утро, только если не учитывать тот факт, что мужчина так и не спал. Попов посмотрел на полки, которые висели возле входа. Много разнообразных фотографий природы, которые он делал, когда путешествовал, и одна фотография с его сестрой. Она тоже брюнетка с голубыми глазами, такая красивая, маленькая, и как же долго он её не видел. Ей уже девятнадцать, но для Арсения она всегда будет маленькой малышкой, которая совершенно не умеет сидеть на месте, проще говоря, полная противоположность брату. Она и привела Арса в мир путешествий и бесконечных фотографий, а ему в свою очередь быстро появилось это дело. София её зовут, Попов помнит как он семилетний уговаривал так её назвать. Он очень сильно её любит, всегда был рядом, уделял всё своё время, она всегда была послушна, но как только ей исполнилось восемнадцать, сразу же переехала учиться за границу, и лишь редкие звонки как-то разбавляли жизнь Арсу.       Почему же он стал таким тираном по отношению к детям? Потому что его в детстве не меньше били, их наказывали буквально за всё, но Арс старался всегда взять вину на себя за Софу, чтобы она меньше получала. Такие метода воспитания заставили Арсения быть собранным и дисциплинированным. Но лучше было бы счастливое детство, чем такое.       Мужчина сделал ещё один глоток кофе.       А ведь она терпеть не может кофе, Софа любительница сладкого чая.       Резко в голове всплыл образ Шастуна. С чего бы вдруг?т       На столе лежит коробка с конфетами для Шастуна. И непонятно, с чего бы такой серьёзный, даже грозный дядька как Попов, будет стремиться задобрить какого-то шкета? У него в группе таких полно, все малолетние дебилы, которые требуют дисциплины, а тут нашёлся паренёк, который срал на правила, огрызается и так же срал на учёбу. Почему именно он? Нет. Нельзя менять свои способы воспитания, ведь без такого как он, не получилось бы хоть как-то поддерживать поведение подростков.       Хватит этих мыслей, пора собираться на работу.

***

      Антон спокойно лежал на кровати, вставать вообще не хотелось, но уроки никто не отменял, а увидеть злого Попова с самого утра, такое себе счастье. С большими усилиями, Шастун приоткрыл глаза, Матвиенко уже одевался и пока не обратил внимание на пробуждение Антона. Немного позалипав в стенку, Шаст всё-таки скинул с себя одеяло, медленно сел калачиком и тело сразу же покрылось мурашками от резкой смены температуры. Пытаясь прийти в себя после сна, уткнувшись носом в колени, однако в сознание возвращало лёгкое покалывание в теле от синяков. Не самые приятные ощущения с утра пораньше. Что ж, день будет весёлый.       Первым уроком была математика. Все ученики выглядят помятыми тряпочками, без какого либо желания познавать данную науку. Оксана и Дима, увидев приближение Сереги и Тохи, сразу же ринусь в их сторону. — Антон блять,– строгий и одновременно же беспокоившийся голос донёсся от Окси, – какого чёрта ты пропал вчера? Мы волновались, а от тебя ни слова ничего, – закончила Суркова и всё же обняла друга. — Ну… – Антон облокотиться на стенку, не желая сильно рассказывать настоящую причину своего внезапного отсутствия, всё-так это же вроде его проблемы и вроде ему их разгребать, – я просто отключился. Видимо действительно надо было покушать, оттуда и синяки Серёг,– обратился уже к другу, понимая, что будут вопросы про его космос.       В глазах ребят было сомнение. Не понятно врёт ли парень или же правда. Антон говорил довольно спокойно, словно говорил о погоде за окном, что тоже настораживало.       Уже ожидая дополнительных вопросов, Антон с удивлением смотрел на всех, ни вопроса, ни реакции, ничего, это странно, но с другой стороны ему же на руку, меньше знают - крепче спать будут. А то вопить будут, а это сейчас нахрен не сдалось.       Прозвенел спасательный звонок, и все пошли на урок и каждый думал о своём, не говоря ни слова.

***

      Попов уже сидел своём кабинете. У него не было первого урока, так что он был занят заполнением отчетов по успеваемости. Уже пришла сонливость, и глаза всё больше и больше слипались. – А вот надо было спать, Попов, – Сам себе сказал мужчина и сделал глоток из чашки кофе, а это уже третья по счёту за это утро. На улице стало ещё холоднее, от чего мужчина поёжился на кресле, сразу же потянувшись за слегка горячую кружку, немного согревая руки.       По кабинету резко раздался звонок телефона, что слегка напугал Арса от неожиданности. — Слушаю, Стас — Хочу узнать как проходит перевоспитание Антона Шастуна – Попов откинулся на спинку кресла, предвещая плохие новости, ведь Шеминов не стал бы звонить просто узнать о Шастуне, значит тот накосячил. А день то всё хуже и хуже. — Полагаю Вам виднее. Что он сделал? — О, Арсюш, – от этого искажения имени, Попов сжал сильнее челюсть, не желая больше никогда не слышать этой формы имени, – ты прав, что ж, начнём с того, что этот придурок, по-другому сказать не могу, залез на крышу нашего спортзала, – Арс от услышанного всё больше и больше злиться, а ручка что находиться в руке, с треском распалась на части, – и это ещё не всё! Когда я сделал ему замечание, чтобы он слез с крыши и зашёл ко мне в кабинет, этот дебил пришёл ко мне в кабинет через окно! Я вообще не понимаю, как такие придурки на земле живут, но именно поэтому я его к тебе направил в группу, чтобы он перевоспитывался, а в итоге нихера не меняется. Что, Попов, не справляешься? – Арсений еле сдерживал себя чтобы не ринуться в класс за Шастуном и не убить его прям там, и как только звонок завершился, Арс вскочил с кресла и быстрым шагом направился в свой кабинет, пытаясь немного успокоится, чтобы не прибить этого мальчишку, а ведь есть за что.

***

      Пока идёт урок математики, Антон растёкся по большей части парты, иногда про себя шипя, когда ребра соприкасались с партой от дискомфорта после встречи с "другом". А так он залипал в окно, где ещё так недавно светило солнце, которое хоть немного согревало, сейчас же его поглотили тяжелые, тёмные тучи, напоминая, что так-то осень и хрен вам, а не лучезарные дни. А вот такое положение Шастуна Серёжу вообще не устраивает, ведь тот занимает почти всю парту, а на просьбу сдвинуть свою тушу, прозвучало недовольное "мне лень". Друг недовольно цокнул и подложил что-то невнятное записывать в тетрадь.       "И жить хорошо и жизнь хороша, может застрелиться?" Еле слышно сказал Антон и в эту же секунду прилетает подзатыльник, на что зеленоглазый лишь закатил глаза и всё так же продолжил смотреть в окно. Окси и Катя сидели впереди и играли в морской бой. — Тох — Нет, не подвинусь, мне лень, – парень слегка вытянул вперёд руку, разминая её. — Да похуй на это, а кто вообще эта девчонка? Вроде я её раньше не видел у нас       Антон приподнял голову, обращая внимание на девушку лет семнадцати. — Бля, Серый, не ебу. И если ты не заметил, я не очень-то интересуюсь всеми этими утырками, спроси у Сурковой, раз так интересно.       Матвиенко сначала наигранно обиженно смотрел на затылок друга, а потом по детски показал язык, прекрасно понимая, что этого не увидели. Когда же он повернулся лицом а доске, чтобы переписать написанное там, Серёжа увидел злого математика, что прожигал взглядом и его и Антона. С силой толкнув ушастого, чтобы тот встал, парень опустил глаза в парту. — Антон! Ты охренел? – Шаст лениво поднялся, посмотрел на учителя — Вы бы что-нибудь новенькое придумали бы, а то даже скучно как-то, – лицо преподавателя стало растерянным от такого заявления, а потом ещё злее, что вот-вот лопнет вена на виске. — Как ты смеешь, гадёныш малолетний?!! В край оборзел! Забыл, что с учителем разговариваешь?! – Антон спокойно, даже безразлично смотрел, немного забавляясь от такого поведения математика. — Мне похуй если честно — Быстро к Попову!! – тут на лице парня появилось лёгкая растерянность, от воспоминания что обещал с ним сделать Арсений Сергеевич за ещё один проёб, а тут и не один. — Окей, – решил пойти ва-банк.       Антон быстро встал, закинул тетрадь в рюкзак и пошёл к выходу, но на пути встал преподаватель и протянул бумажку, где написано про поведение парня. — Отдашь Арсению Сергеевичу, а я потом спрошу, донёс ты или нет, – в ответ Антон лишь фыркнул, но листочек взял.       А Серёжа мысленно молился за Шастуна, чтобы тому не сильно влетело.       Выйдя из кабинета, парень нервно выдохнул, повезло, а ведь математик мог пойти вместе с ним и тогда было бы точно пиздец. До конца урока десять минут, так что, не торопясь, он пошёл к своему дьяволу. Конечно же он не отдаст это листик, и тонкие пальцы медленно рвут записку на много маленьких кусочков, превращая это в мусор, а а мусором что делают? Правильно, выбрасывают.       Подняв голову, смотря в коридор, у парня сердце ёкнуло, вот как так получается, что Арсений везде и всегда, этот сраный интернат большой ведь, а ему постоянно "везёт" встречать Попова. Мужчина его увидел и судя по взгляду, тот был зол, неужели математик уже сообщил? Навряд ли. Антон снизил шаг, но второй же наоборот ускорился и через пару секунд Шастуна взяли за шкирку и потащили за собой. — Доброе ут..тро, – неуверенно промямлил парень, пытаясь успеть за мужчиной, а то просто окажется лицом в полу. — Доброе блять, очень доброе утро, Антоша, – прорычал брюнет.       Парень решил не задавать вопросов, и так огребёт, так что лучше не бесить ещё больше.       Его привели в тот же коридор,что и в прошлый раз, но на этот раз другой кабинет. Странно то, что Антон только сейчас догадался, что это часть тоже учительская, но так как его водили исключительно к Стасу, поэтому он узнал об этой ученой части от Димы, после последнего прихода сюда. В этом кабинете стоял стол, диван и книжные стеллажи с бесконечным количеством книг.       Типа умный, Арсений-идите-Вы-нахуй-Сергеевич?       Также здесь стоит небольшой шкаф и кофейный столик. Большое окно без ручки, типично для такого места, но теперь Антон немного успокоился, значит может ему повезёт и будет уже реальный разговор без насилия.       Попов повесил свой пиджак на спинку кресла и сел на край стола, прожигая холодным взглядом своих голубых глаз, которые потемнели на пару оттенков. Потемнели? Всё равно красивые, но в прошлый раз такое изменение в цвете глаз, привело меня в мир боли. Ну заебись чё, вот так и умру, все свои носки и браслеты завещаю своему пауку Валере и таракану Боре. — Шастун, ты реально дебил или жить надоело? – строго спросил Арсений, сложив руки на груди. — Э.. думаю дебил, – спокойно ответил парень, но всё же боязнь сказать что-то не так, вновь овладело им.       Попов очень сдерживался, чтобы не пройтись по своим обычным методам воспитания. Подойдя к парню, Арсений взял того за челюсть, слегка сжимая. — Шастун, ты меня поражаешь. Единственный человек, который после недавнего наказания, смеет так сильно косячить, – Антон опустил глаза, не выдержав тяжелого взгляда Попова, – что я там говорил? В сарай тебя отправлю? — Не надо пожалуйста.. — Не надо? А лазить по крыше спортзала, надо? А потом зайти к директору через окно, надо? Игнорировать слова преподавателей, надо? – Мужчина сохранял спокойствие, стараясь обойтись без рукоприкладства, но парень будто издевается. — Ну.. Никто же не пострадал и я ничего не сломал..       В следующий момент прилетела сильная, хлёсткая пощечина, от чего Антон чуть не упал. В уголках глаз скапливается влага, но парень не хочет показаться слабым. Или может из-за жалости его пощадят и он не так сильно получит? — Ты залез на спортзал! Ты считаешь это нормальным?! – мужчина вновь подошел к парню и взял того за волосы. — П.. простите.. я больше так не буду.. — Говоришь как маленький ребёнок, который нашкодничал. Но проблема в том, Антон, что тебе уже не пять лет, – Попов был очень злым и чем больше он вспоминал косяки Шаста, тем больше его агрессия поглощала, – и откуда у тебя столько смелости мне дерзить?       Антон еле сдерживался, ведь последние дни он то и дело огребал. Так ещё и Скруджи, который обещал "навещать" Шаста, ему то Попова с головой хватало, а сейчас он чувствует себя слабым, маленьким щенком, которого постоянно шпыняют и бьют за любой неверный шаг.       Не желая больше спорить, Антон поднял глаза. — Какой же ты глупый, ни капли воспитания – когда парень поднял глаза, смотря насколько беззащитно гнев сменился на смятение, и у мужчины что-то внутри сжалось, – Вали нахуй отсюда!       Парень сначала растерялся, но не стал упускать шанс, сразу же выбегая из кабинета.       Арсений тяжело дышал. Злость и растерянность переполняли. Он с силой скинул всё, что лежало на столе, с такой же злостью перевернул кофейный столик, разбрасывая всё, что только попадается на глаза. Для него такое поведение недопустимо, но сейчас эмоции полностью поглотили разум. Он хотел быть сдержаннее, хотел применять физическую силу, но снова всё это шло нахуй.

***

      Антон забежал к себе в комнату, запрыгнул на кровать, тяжело дыша, слезы застыли на щеках. Парень лёг на кровать, прожигая взглядом потолок, но тот всё по-прежнему был грязно белым, с прожженными пятнами в некоторых местах. Как Антону рассказали, прежние подростки, которые здесь жили так пытались поджечь здешних тараканов, дебилы в общем, ведь так веселее, чем просто взять тапочек и как нормальные люди убить паразита, но как говорится, кто как хочет так и дрочит.       Уроки закончились, а значит свободное время и можно пойти погулять что ли, или просто поспать и надеяться что больше не проснёшься, ибо Антон находит всё больше и больше причин, почему эта идея не такая уж и хреновая, а даже наоборот.

***

      Арсения попустила злость, и подойдя к письменному столу, с помощью ключа открыл полку, в которой аккуратно лежала пачка конфет Ferrero, которые предназначались для Шаста. И нахуя он старается для пацана, если в итоге всё равно возвращается от того с чего началось, кому нужна эта поблажка?       Взяв пачку, мужчина отправился к Воле, пусть сам отдаст парню, так будет лучше. — Паш, можно? – после стука послышался голос из-за двери. — Конечно заходи, – с замученной улыбкой сказал Воля, явно уставший от сегодняшнего дня, – какими судьбами?       Арс зашёл и сел напротив друга, положив напротив сладость. Павел улыбнулся, понимая, что друг всё-таки прислушался к нему, но вид у того был разочарованным. — Что, отшил? Ну ты не расстраивайся, они всё такие.. — Не паясничай. Или в юмористы решил поддаться? – без намёка на юмор ответил брюнет. — Именно, куда же без этого. А чего малому не отдал то? Ты конечно хороший, но я женат вообще-то, – вновь залился улыбкой Воля.       Арсений устало посмотрел на друга, всем взглядом показывая, что у того херовые шутки и стоило бы закончить концерт. — Ладно-ладно, и всё же, почему Тохе не отдал? — Я опять сорвался. — Плохо. Не меняешь, Попов. А я чем могу помочь? — Можешь сам отдать? – тихо попросил Арс, школьник перед учителем.       Паша редко видел такого виноватого Попова, а точнее почти никогда. И в голове крутится один вопрос, как Шастун так повлиял на его друга? — Арсюх.. — Пожалуйста. Либо я выкину эту пачку. — Хорошо, – Коротко ответил, и после этого Попов поблагодарил, встал и вышел из кабинета.       Паша смотрел на эту несчастную сладость, не понимая как стоит правильно поступить. Если этот ушастик смог вызвать сожаления у такого холодного, принципиального человека как Арсений, то стоит с этим что-то делать. У Воли есть семья, поэтому он со всеми ребятами вполне хорошо общается, а строгость Арса всегда напрягала его, хотя с этим ничего сделать не мог, а сейчас мужчина меняется из-за одного хулигана - Шастуна. Что ж, будет интересно. Мы никогда не остывали к любимым Мы терялись, но нас находили и женили На тех, кому мы нужней А кому мы нужней?