Школа АСП

      За окном каждый день становится всё холоднее и холоднее, снег нежными, пушистыми хлопьями ложится на землю, а желание выходить на прогулку всё меньше и меньше, ведь такая погода обманчива. Любое существо, которое заболеет в этом заведении, всегда лечиться святым духом и чаем, который приходиться отвоевывать в столовой. Не болеть - это так сказать негласное правило всех, а если все-таки заболел и это не будет просто обычная простуда, то лучше притвориться мертвым, чем обратится к медсестре, методы лечения Тамары Ивановны, она же медсестра, врач, стоматолог, травматолог, офтальмолог и всё что связано с врачами. Её методы лечения представляют собой: полное изолирование от остальных, сопровождая уколом с витаминами и клизму, местами активированный уголь, а если и это не поможет, то отправляют в больницу, в которой срали на тебя и на лечение болячек, так что проще претворяться здоровым или наоборот мертвым, среднего не дано. Одного паренька, что сломал руку отвели силой к этой Тамаре Ивановне, она увидев этого бедолагу, цокнула языком как бы показывая что ей не дали допить чай, подошла парню, схватила его больную руку отчего тот взвыл, и сказала, – Нормально, жить будешь! – Намазала йодом руку, что-то вроде обвязала, неизвестного происхождения бинтами и все. Вообщем зима это зло.       Антон высунул нос из-под одеяла и поёжился, хоть и отопление уже включили, в комнате по-прежнему было намного холоднее ежели под нагретом одеялом. Сегодня уроков нет, так что свободное время, которое сути не меняет, что и в обычный день, поэтому желание подняться и встретить этот день с улыбкой не обоснован, все дни одинаковые.       Что там мама говорила? Заберёт хотя бы на время? Пиздит как дышит, а дышит часто. Не то чтобы Антон на что-то надеялся, но всё равно обидно, ведь вся хрень, что сейчас происходит в его жизни по вине мамы. А можно ли её так называть? Она бросила своего сына. Единственное что она сделала для него, это родила, да и для чего? Что бы его шпыняли и херачили за всё, вот так радость. Даже матерью не назовёшь, инкубатырша только. Что-то опять мысли начали поглощать, лучше всё же встать и может что-нибудь поесть, а то живот неистово сводит. Парень натянул худак и поплёлся в сторону столовой.

***

— Да кому наш интернат сдался? – обречённо в трубку выдал Стас. - В очередной раз какие-то дохрена богатые люди организовывают экскурсию для бедных, несчастных детей, будто им действительно жаль их и некуда девать свои деньги, на самом же деле, это хорошие комментарии, мнение о них, в следствии чего они получают больше чем вложились. Понимая сколько обычно проблем с подопечными, Шеменов старается отнекиваться от этих мероприятий, но видно сегодня не его день. — Понял. Когда? Завтра? Хорошо.         Стас сбрасывает звонок и начинается поток ненависти и мата. Будет тяжело, будет сложно, здоровья преподавателям.

***

— Тоха! - Оксана сидела на диванчике, листая новости в вк, увидев Антона, встала и приобняла того, – стоп, а что у тебя с щекой..? — Антон округлил глаза от неожиданности и испуга, не зная что говорить. В целом Оксана в курсе не простых отношений с Поповым, но афишировать тот факт, что Арсений его херачит за все что не так стоит или дышит, не хочется. Окси относиться к Шасту как к братишке и лишний раз её волновать не хочет. — Да так, – парень слегка приложил, свои вечно холодные руки, к щеке, – не волнуйся…, это я.. упал, – не очень убедительно и достоверно, но времени думать нет. — Каким образом? Шаст.. ты постоянно пропадаешь, синяки с тебя вообще не сходят, что с тобой? – в голосе подруги слышится сильная тревога и волнение.       Антон упал на диван и смотрел в потолок. А что ему говорить? Что он как игрушка для издевательств? Что он слабак и не может дать отпор? Что его не пиздят разве что младшие группы и то только благодаря росту, из-за чего мелкие пока что не решались лезть к Шасту.  — Все окей, Окси, просто бежал по лестнице и упал как обычно, не бери в голову, я здесь, со мной все хорошо, – парень обнял подругу, – а где остальные? — Ну Дима вроде был в комнате, а Серёжа не знаю, – Окси немного потянулась и устало посмотрела на Антона.  — Не выспалась? – девушка кивнула, – понимаю.       Неожиданно по громкоговорителям раздались неприятные щелчки, как бы проверяя звук, а после прозвучал голос директора — В час всем ученикам и преподавателям быть в актовом зале, если кого-то не будет, то этот человек будет на отработках!       Тон голоса Стаса с каждым предложением становился всё строже и громче, а так же противный писк, который так же сопровождался из громкоговорителя, буквально разъедал все ушные перепонки. — Эээ.. – Не зная что сказать, выдал Антон. — Тоже в шоке? Шеминов всех зовёт в актовый? Кто-то очень накосячил? — Не знаю, Окс, но голос доброжелательностью не веял, так что у нас есть час и за это время надо найти пацанов.

***

— Бля, Серёг, ты дебил или да?! – шипел Дима пока армянин, оглядываясь, прошмыгнул к фургону, в котором привозят продукты в интернат. — Да тише ты! – так же тихо крикнул Серёжа.       Дима боязно наблюдал за этим, понимая, что если их заметят, то им знатно влетит. Матвиенко встал позади фургона и через пару секунд туда же подходит молодой парень, который разгружал продукцию. Позов с вниманием наблюдал за ними, парни пожали руки, а затем пожали ещё раз уже другими руками, они не говорили друг другу ни слова, но было видно что они давно знакомы и то, что они явно не просто поздороваться пришли. Парни друг другу кивнули и Серёжа пошёл к Диме, параллельно убирая что-то во внутренний карман штанов. — Это что сейчас было? – строгим голосом спросил Позов.  — Бля, Дим, давай потом, сейчас валить срочняк надо, – армянин потянул друга ко входу спортивного зала, но Позов потянул обратно Матвиенко, не давая уйти. — Нихуя, Серый, сейчас говори, что он тебе дал?! — Матвиенко тяжело выдохнул, начиная злиться, но продолжал идти, ведь если их поймают будет много вопросов, а этого никак не нужно, Дима злостно выдохнул и все-таки пошел за другом, однако пытался добиться ответа, но в ответ ничего. Серёжа открыл дверь спортзала и также быстро направился к актовому залу, ещё немного и они опоздают. — Серый, сука, если ты прямо сейчас не скажешь, что только что сейчас произошло, и я реально всеку тебе и сам достану то, что ты убрал в карман.       Сергей остановился и повернулся, устало смотря на товарища. С одной стороны если он скажет, тот его ударит и если не скажет то же действия. — Ладно, только давай не здесь, в туалете расскажу.       Дойдя до мужского туалета, Серый потянулся в карман и положил на подоконник два маленьких черных пакетика, в первом  разноцветные таблетки, а во втором.. маленькие пакетики?       Что в пакетиках? – больше чтобы убедиться спросил Поз. — Котики и снюс.    Дима округлил глаза и смотря на черные пакетики, а затем прозвучал громкий хлопок от удара. Серёжа сзялся ладонью за щеку и ухо. — Ты даун блять?! – заорал Дима.  — Это ты ахуел? Ты меня оглушил!  — Ты большего заслуживаешь! Это что блять такое? Зачем тебе это? Ты дебил конченный.       Дима схватил пакетики и сделал пару шагов в сторону сартиров, собираясь смыть содержимое и сами пакетики, но Матвиенко с силой толкнул в стенку очкастого, выхватив из рук пакетики.  — Котики это не мне! Я только снюс выкидываю, чтобы на уроках не так скучно было, они слабые! Отъебись, я за них не хреновые деньки отдал, – договорив, хвостатый достал один пак и закинул под губу. — Это не меняет ничего! – Дима встал, с ненавистью смотря на Серого, – Ты.. стоп, а кому котики тогда?  — Антону. Стой, стой, стой, не ори, они тоже слабые как мне Тоха сказал, я просто за него забрал, там всего пару штучек. Я тоже против, но и его понять можно. Ты видел его? Весь в синяках, а это считай как обезбол легкий. — И что блять! Это нар.. котики, это не обезбол, это пиздец, – все продолжал прикрикивать Дима.  — Бля, Поз, ты же умный, не мне же тебе объяснять что во всех обезболах есть наркотик, это их состав, просто доза оч маленькая, но это норма, тут почти тоже самое, у нас ведь не возьмешь в мед кабинете таблы, их нет, а что ещё остается делать.       Позов немного успокоился и понял, что друг отчасти прав, он против, но смысл в этом есть, однако надо следить чтобы Тоха действительно их использовал как обезболивающие, а не как логично для этих разноцветных таблеточек.  — Ладно, но тема еще не закрыта, но сейчас уже надо идти в актовый.

***

      Зал был почти заполнен, все лениво садились на свободные места и о своём разговаривали. Дима и Серёжа увидев ребят, пролезали через всех в конец чтобы занять места рядом с Шастом и Окси. На сцене устало стоял Стас, который явно манал идею собирать всех и уж тем более организовывать завтрашнюю поездку на экскурсию, а главное куда? В музей победы, в центр Москвы, когда их интернат находится в глуши за МКАДом, и ладно доехать до него, хотя та ещё задача, но ведь всем этим утыркам малолетним это тоже не очень то сдалось. Единственная их радость в том, что они выберутся за пределы территории, а для "старичков", которые здесь уже более трёх-четырёх лет, так вообще счастье. Поэтому директор понимает, что скорее всего кто-то потеряется, подерётся, что-нибудь спиздят, а того страшнее разгромят весь музей. Почему такие мысли о подопечных? А ведь у Шеминова до сих пор глаз дёргается от воспоминании с прошлой такой поездки, когда из группы Павла Воли трое подростков накинулись на охранника, за то что тот сделал замечание не курить в парке, в итоге их пришлось забирать из полиции. Двое из группы Аллы Николаевны вообще пропали, нашли их только черед час поисков по всему парку в пруду, где они два дебила купались и кричали «ЗА ВДВ!»       А Шастун? Почему он всё-таки довёл Стаса? Это началось давно. А именно он сделал "смешные" фотографии с памятником, где тот как бы курит, пьёт энергетик и похож на Гитлера. А ведь он тогда только попал в интернат, а уже показал всю прелесть своего поведения.  А на другой экскурсии, когда Антону видите ли стало скучно слушать про древний мир, решил в тихую уйти ЧЕРЕЗ ОКНО, а самое тупое, что они все были на третьем этаже, но ведь это не помеха, и тот перелез и по трубе начал спускаться, но устройство не выдержало, итак весело да добром слове и Шаст упал, сломав ногу.  И ведь это не всё, что произошло, но завтра начинается новый круг ада. 

***

— Тошка! Зайди сейчас ко мне в кабинет, – где-то зажатый подростками, крикнул Павел Алексеевич, параллельно пытаясь собрать свою группу в кучу. — А зачем? – однако ответа не последовало и Воля уже вышел со всеми из актового зала.       Ладно, но зайдет чуть позже, сейчас нужно добраться до Серого и забрать свое. В помещении уже практически никого не осталось и в том числе парни, раздраженно выдохнув, Шастун пошёл на поиски этих, но все-таки друзья не кидалы, они жали возле дверей актового зала. Сережа быстро отдал Антону его пакетик и Шаст быстро убежал в пристройку возле интерната, не отзываясь на зовы парней.        Зайдя за пристройку Антон кое-как достал черный пакетик, дрожащими руками от холода, и взял одну ярко-желтую таблетку, которую сразу же закинул в самое горло. Однако проглотить довольно сложно без воды, но парень упорно исчерпывает все слюни и таблетка все-таки попадает в организм. Он убрал пакетик в корман и присел на землю, смотря на свои руки, которые увешаны браслетами и кольцами. Небольшой мандраж окутал тело и взор Шаста направлен на небо, где серые тучи, плавно и медленно проплывают где-то там высоко. Глаза медленно закрываются, тяжесть в попытках дышать увеличивается и в таком положении парень выпал из мира. 

« 5 лет назад »

      Антоша, ему 11 лет, он пинает мячик, который ему только недавно подарил друг на его день рождения, яркие зеленые глаза горят радостью, а слегка кудрявые пшеничные волосы взъерошены. Мальчик пинает мячик, а тот укатывается очень далеко, Антоша бежит за ним, но какой-то не знакомый парень держит ногой Антошин мяч. — Ой, а можешь пожалуйста отдать, – безобидно и наивно просит мальчишка.       Парень ехидно смотрит смотрит на мальчика, который младше его на 5-6 лет. — А чего ты тут один? – смотря прямо в глаза, спросил парень. — Эээ, да у меня особо нет друзей.. а мой единственный друг сейчас на море с родаками.        Старший пнул мячик в сторону мальчишки. Антоша засиял, взял в руки мяч.  — Спасибо, ну я пойду..,– больше спросил Шастун. — Нет, – улыбнулся парень, – кстати, мне зовут Скруджи, давай поиграем.       Антон напрягся и повернул голову в сторону старшего, увидев странную улыбку.

***

      Паша сидит в своем кабинете и нервно поглядывает на время, Антон должен уже был давно прийти к нему, но его так и нет, хотя прошло уже около часа. Пачка тех самых конфет так и лежит на столе преподавателя, ожидая своего получателя, но никто так и не пришел сегодня.