Демон-хранитель

Стэн механически шагал вперёд, сам плохо понимая, куда несут его ноги. С каждым шагом всё сильнее ныло пострадавшее колено, кровь с разбитых губ закапала всю куртку, но подросток даже не замечал этого. В какой-то момент мозг, не выдержав напряжения, просто выключился, оставив лишь простейшие реакции. Шаг, ещё один… Марш тупо прошагал мимо своего дома, даже не заметив этого. Лишь оказавшись на окраине, когда вперёди лежал район, упорно именуемый Картманом "гетто", Стэнли понял, куда вывело его подсознание. Местечко, конечно, оправдывало название, данное ему жирным. В отличие от прочих частей города, где жили приличные люди, домишки этого района отличались омерзительной неухоженностью, от них буквально веяло сыростью и безнадёгой. Даже находясь в полуобморочном состоянии, Стэн Марш инстинктивно запахнул куртку и поднял воротник повыше, словно пытался защитить себя, такого перспективного молодого человека, сына известного и уважаемого учёного, от духа нищеты, который так и норовил пробраться под одежду, впитаться в кожу, парализовать его... Нищета, она затягивает... мало у кого есть силы, чтобы вырваться отсюда. Не потому, что это невозможно, а потому, что человек не хочет. "А знаешь, Стэнли, это ведь и с чувствами так бывает... твоя любовь несчастна, ты сам несчастен только по одной причине – ты слишком слаб, слишком труслив, чтобы переступить эту чёрту... да-да, такую же, как крохотная улочка, что разделяет чёртово гетто и мир успешных людей..." – Твою мать... – процедил Стэн сквозь зубы, обернувшись так резко, что у него заныла шея. – Это ты, адская твоя жопа? Он был готов хоть сейчас присягнуть на Библии, что слышал голос Дэмиана где-то совсем рядом. – Переглючило, наверное... – с ноткой лёгкого разочарования сплюнул Марш и, сунув руки в карманы, свернул с тротуара к одному из домов, отличавшемуся от прочих, пожалуй, тем, что выглядел он ещё более убого и по-нищенски. Осторожно постучав в дверь, Стэн привычно посторонился, и как только дверь распахнулась, из неё сначала пулей вылетела пустая бутылка из-под пива, а уж потом выглянула миссис МакКормик. Только Стэн открыл рот, как из глубин дома донёсся вопль: – Да пошла ты, сука тупая! – Добрый вечер, миссис МакКормик, – Стэн, как всегда, сделал вид, что ничего не слышал и не заметил. Но и мама Кенни сегодня благодушием не отличалась: – Завали пасть, – рявкнула она через плечо, а потом равнодушно добавила уже Стэну: – Он в своей комнате. Больше ничего не спрашивая, Марш с трудом проковылял наверх и без стука распахнул дверь в комнату Кенни. Младший МакКормик проводил вечер как обычно – то есть находясь в горизонтальном положении на старом, заляпанном Бог знает чем диване, с бутылкой дешёвого пива в руках и с совершенно мутными глазами. Рюкзак сиротливо валялся в углу комнаты, книги наполовину вывалились из него и, судя по всему, Кенни не спешил уделить им хоть какое-то внимание. Этот тоже не хотел выбираться из грязи, в которой он родился. – Хуясе... – однако даже у Кенни в глазах блеснула искорка рассудка, когда он увидел на пороге своей комнаты Стэна в, мягко говоря, потрёпанном состоянии. – Это что за пидорюга тебя так? – Венди, – со всей мрачностью, на которую он был только способен, произнёс Стэн и, сделав несколько шагов, бухнулся на диван рядом с Кенни. Голубые глаза блондина округлились, увеличившись в диаметре по крайней мере вдвое, и он только кашлянул, не то сочувствуя, не то стараясь подавить издевательский смешок: – Блять, ты как до такого докатился-то, что тебя баба бьёт?.. Стэн сжал кулаки и, резко выдохнув, прошипел: – Да не в ней дело. Я пошутил, чел... – А я уж хотел тебе посоветовать напинать ей по яйцам, – гоготнул Кенни, подтягивая поближе бутылку. – Будешь? Вот чего-чего, а пить Стэну сейчас никак не хотелось. Но ещё меньше хотелось обидёть Кенни, для которого такое предложение было равносильно тому, как если бы Кайл подарил ему весь свой дом со всем содержимым. Кайл… Сердце Стэна болезненно сжалось, он резко выхватил бутылку из непослушных пальцев Кенни и сделал большой глоток. Разбитые губы на плохое кислое пиво отозвались болью, не желая терпеть такое издевательство. – Э, э, мне оставь, – буркнул Кенни. – Да на, на... – раздражение тут же завладело душой Стэна Марша, и он протянул бутылку обратно МакКормику, который уже сменил мало-мальски обремененное интеллектом выражение лица на другое, более привычное, а иными словами – развратно-пропитое. Стэн вздрогнул и поморщился. Всё-таки эту чёрту характера, этот факт биографии друга он не понимал и, следовательно, не мог принять. Вполне естественно, что подобное поведение Кенни вызывало у идеального мальчика Стэнли Марша чувство брезгливости. – Ну и чё тогда, что за пидор тебя так размордовал? – рыгнув, поинтересовался Кенни. – Я вообще вроде как думал, что ты у нас любому жопу надерёшь, капитан команды по футболу и всё такое... нет? Блять, ты меня разочаровываешь, чел, я хуею с тебя... – вполне возможно, МакКормик изрёк бы ещё что-нибудь весьма содержательное и познавательное, а главное – необходимое Стэну в сложившейся ситуации, но тут вид бутылочного горлышка всецело завладел его вниманием, и Кенни припал к заветной бутылке, делая большие жадные глотки. – Блять, сегодня что, все на жопах помешались? – не удержал раздражения Марш. – Я вообще не любитель их драть! Кенни только фыркнул и облился пивом. – Ну да, ну да… Ты ещё Кайлу это скажи! Стэн побагровел. – Да какого хера, при чём тут вообще рыжий?! – в голос завопил он. Кенни осклабился. – Так вот в чём дело… – хмыкнул он. Стэн окончательно взбеленился. – Твою мать, Кенни, можешь ты, наконец, оторваться от своей бутылки?! Или тебя, кроме её донышка ничего уже не интересует? Блять, да какого хуя я вообще к тебе припёрся? Уж лучше у Картмана помощи просить, чем у тебя!.. – последняя фраза прозвучала совсем истерично, даже сам Стэн это почувствовал. Осушив, наконец, волшебный сосуд, Кенни бросил его на кровать, и неожиданно ясными глазами посмотрел на Стэна. – Если бы тебе нужны были вопли, ты бы к Картману и попёрся… А раз ты пришёл сюда, давай уже, поведай миру, чем тебя Кайл так достал. У Стэна сердце оборвалось. – Да с чего ты взял? – Это прозвучало уже совсем неубедительно. – Да трахнули его Кайла, а он подглядывал, – вдруг раздался насмешливый высокий голос Дэмиана. Оба подростка подскочили, как ужаленные. – Ах ты выблядина мерзкая, чмо сраное! – зарычал Стэн и попытался было вскочить на ноги, но неизвестно какая сила – выпитое только что пиво, быть может, а может, всего лишь последствия этой идиотской драки, – швырнула его обратно. Голова мальчика нестерпимо закружилась, в глазах рябило, к горлу подступала тошнота. Почему-то от затылка до кончиков пальцев разливалась ядовитая волна боли, словно Марша изо всех сил ударили чем-то тяжёлым. – Фу, как грубо... – пискнул Дэмиан, запрыгнув на обшарпанный подоконник и зевнув во весь рот. – Некрасиво, Стэнли, а ещё из такой хорошей семьи... – Э... чел, а что ты в моём доме забыл? – произнёс Кенни, поглядывая на незваного гостя с некоторым опасением. Тот лишь хохотнул да прижал колени к груди – сыну Сатаны явно не хотелось, чтобы его ботинки касались грязного пола в комнате МакКормика. – Ничего, беднячок, не бойся – в утконоса я тебя превращать на сей раз не собираюсь. А ты присмирел, я погляжу... – он поморщился, не то брезгливо, не то с отвращением. – Это мне по душе, забавно, когда вы, смертные, понимаете, что вам до нас, существ высших, никогда не добраться, что нам дано вашими судьбами играть, как вы сами играли в куклы в детстве... – Я тебе сейчас ещё раз ебло расхреначу, что, мало было? – Стэн снова дёрнулся и снова упал навзничь, скрученный судорогой адской боли. Дэмиан снова зевнул, прикрыв рот узкой ладонью: – Ты на меня посмотри, задница, – похоже, что меня кто хоть пальцем трогал? Головокружение тут же прекратилось, словно по мановению волшебной палочки, и Стэн смог приподняться, опираясь на отчаянно дрожащие руки. Злость, безумная злость ударила ему в лицо, воздух сжёг легкие, и подросток, сузив глаза, прошипел: – Ах ты сын блядищи из ада... Что, папочка раны зализал? И в самом деле, Дэмиан выглядел так, словно час назад вышел из дорогого салона красоты, но никак не поднялся с пыльного асфальта, заплёвывая все вокруг кровью. – В отличие от тебя, Стэн, я привык решать свои проблемы самостоятельно, без папочки, – с неожиданным чувством собственного достоинства ответил сатанёнок. В комнате повисло тяжёлое, тягучее молчание, нарушаемое лишь затруднённым, гневным дыханием Стэна да глухим звуком от постукивания пальцами по бутылке - Кенни, закусив губу, выбивал на тёмно-зелёном боку своей верной подруги какую-то модную мелодию. – Ну и что, ты мне ничего не хочешь сказать, Стэнли? – наконец весело хохотнул Дэмиан. – Только что-нибудь более умное, рациональное, нежели: "Я тебе кишки выпущу, я тебя убью!" Сам понимаешь, – сатанёнок сокрушённо покачал головой, хотя в красноватых глазах вспыхнули недобрые огоньки, – ты и шагу ступить не сможешь, пока я тебе не позволю... Словно в доказательство его слов по всему телу Стэна прокатилась такая волна боли, что Маршу показалось, будто с него одним рывком содрали заживо всю кожу. – Отпусти его, – вдруг тихо сказал Кенни. – Это против правил. Дэмиан удивлённо округлил бровь, насмешливо глядя на полупьяного блондина. – Что-что? Правила?.. Демон расхохотался. – Деточка, ты хорошо подумал? – Мы так… – Кенни осёкся. После паузы он продолжил: – Так нельзя! Дэмиан зевнул. – Э-э… Скучно с вами, молодые люди… Только время зря и теряю… Но Стэн почувствовал, как боль пропала. Облегчение было таким сильным и неожиданным, что у него даже в глазах потемнело. Тряхнув головой, с трудом собрав остатки мыслей, Марш ползком забрался на диван, потеснив Кенни. – И какого хрена ты тогда припёрся? – мрачно, но вместе с тем осторожно поинтересовался Стэн, пытаясь сосредоточиться на чем угодно другом – хотя бы на той же бутылке в руках Кенни. "Лишь бы не видеть это отродье, не смотреть в эти ужасные глаза... погоди, погоди, хреногрыз, я ещё доберусь до тебя..." – Посмотреть, как ты пришел ныть к своему дружку, что же ещё... – фыркнул Дэмиан. – Я же говорю – с вами ужасно скучно, молодые люди... я вот надеялся развлечься... – А тогда какого хера ты не развлекаешься со своим рыжим любовничком, а? – Стэн вспыхнул и, подскочив на диване, ринулся было к Дэмиану... и тут же повалился на прогнившие доски прямо под ноги сыну Сатаны. – А-а-а-а... – таинственно прошептал Дэмиан, поднимая вверх указательный палец. – Вот оно, яблоко раздора... ты читал Гомера, Стэн? Помнишь, из-за чего началась Троянская война? – Да, он фильм смотрел с Брэдом Питтом, это считается? – с опаской поинтересовался Кенни, надеясь своей шуткой хоть как-то разрядить ситуацию. Так или иначе, а план его сработал – Дэмиан, запрокинув голову, расхохотался в голос: – Клянусь Люцифером, вы ещё... ох, не могу... – новый приступ смеха едва не опрокинул сатанёнка навзничь, – вы ещё более убогие, чем я думал... фильм с Брэдом Питтом, надо же, а?.. – Ебало завали, – мрачно прошипел Стэн. – Хочешь поидиотничать – ещё раз повторяю, вали к своей рыжей бляди и идиотничай у нее, сколько влезет... а к нам... Он не успел договорить – Дэмиан поднёс палец к губам и придал лицу таинственное, забавное и вместе с тем пугающе-ледяное выражение: – Яблоком раздора в данной ситуации является Кайл Брофловски, наша еврейская красавица... не так ли, Стэн? Ты ведь хочешь получить то, что имею, – сатанёнок с особенным смаком и издёвкой произнёс это слово, – я, не так ли? – Имеешь? – озадаченно крутнул головой Кенни. Дэмиан только открыл рот, чтобы ответить, но тут вмешался Стэн: – Ты!! – взревел он дурным голосом. – Какого хера ты лезешь в то, что тебя ни разу не касается?! Тебе мало просто сломать всё, всё, что было – тебе ещё и потоптаться надо?! Пока не натешишься – не успокоишься?! – Чел, – коснулся его плеча Кенни. – Чел, полегче… – Пошёл ты, – с силой оттолкнул его Стэн, Кенни повалился на диван на спину. Дэмиан расхохотался. – Господи, как потешно смотреть на вас!.. – он веселился вовсю, едва не падая с подоконника. – Вы такие смешные с этими страстями, они вас так забавно захватывают, друзья мои! Ну все, – сатанёнок внезапно посерьезнел и, спрыгнув с подоконника, подошёл к сцепившимся друзьям. – Хватит! Его голос был тих, не угрожающ, но всё-таки ледяной волной прошёл под кожей Кенни и Стэна, заставив их замереть в оцепенении. Молодые люди разжали пальцы, выпуская одежду друг друга, и одновременно подняли на Дэмиана полубезумные глаза: – Скажи мне, – Дэмиан опустился на корточки и приблизил своё самодовольное лицо к лицу Марша, – на что ты готов ради того, чтобы получить то, что имею я? – Чего ты хочешь? – едва слышно выдавил Стэн. Кенни только зубами клацнул, уже поняв то, чего ещё не понял сам Стэн. Весь хмель как-то сразу выветрился. Марш проиграл. Ему хватило всего только полдня, чтобы пойти на это… Кенни не мог его винить, ведь и он сам однажды сделал свой выбор. Единственное, чего он не мог понять – почему? Почему Кайл? Понятно, лучший друг, всегда вместе, вся хрень… Но почему Стэн не хотел ничего видеть КРОМЕ Кайла? Дэмиан мастерски выдержал паузу, а потом тихо проронил: – Ты знаешь, что мне нужно… – На пацанов вдруг дохнуло могильной стынью от этих простых слов. Стэн поёжился. Кенни привычным с детства жестом затянул завязки капюшона, только прятал он в этот раз не страх, как тогда… – Стэн… – беспомощно выдохнул МакКормик, гораздо лучше Стэна понимая, что сейчас происходит. И абсолютно ясно представляя себе свою полную беспомощность. – Ну и что, ты согласен? – Дэмиан щёлкнул пальцами, и на колени Стэну лёг лист бумаги. Самой обычной белой офисной бумаги, в правом верхнем углу которой красовалась шапка: "Сыну Владыки Ада, Сатаны, Князя Тьмы…" – Стэн, нет! – вскрикнул Кенни. Марш поднял глаза. – Не лезь в это дело, Кенни, – от его взгляда Кенни передёрнуло. Он повернулся к демону. – А как же… – и прикусил язык. – Извини, Малыш. Я изменил условия. Молись, чтобы больше я их не менял… Кенни в изнеможении откинулся на спинку дивана, а Стэн вдруг поднял глаза на сатанёнка и спросил: – А гарантии? – Ты или очень смелый, – хмыкнул тот, – или очень глупый, что вернее… Ты требуешь залога? Я не даю их. Или пиши, или нет. Стэн пробежал глазами по строчкам и осторожно сглотнул. Каждое слово заставляло подростка вздрагивать, на висках выступил ледяной пот. "Я, Стэнли Р. Марш (далее – заказчик), заключаю с Дэмианом, сыном Сатаны, Властелина Ада и Князя Тьмы (далее – исполнитель), нерушимый договор, который скрепляю своей подписью и своей кровью. В течение трёх дней Исполнитель обязуется предоставить мне возможность получить то, чего я желаю, а именно: то, что Исполнитель имеет сейчас. Исполнитель обязуется предоставить мне все возможности и подчинить моей воле все Тёмные Силы, подвластные ему, для достижения моей цели. Однако я, Заказчик, обязуюсь взять управление предоставленными мне Тёмными Силами самостоятельно, не прибегая к помощи Исполнителя. Если же в течение трёхдневного срока Заказчик не получит искомый предмет в своё безраздельное пользование, он обязуется оплатить предоставленные ему Тёмные Силы и вообще возможность заполучить то, что имеет Исполнитель, собственной бессмертной душой. Оплата будет произведена после захода солнца." Стэн поднял перепуганные глаза на ухмыляющегося Дэмиана. - Ты... а не охренел ли ты, выблядок? - выдавил подросток, чувствуя, как сжимается его сердце. – Тебя что-то смущает? – нахально усмехнулся демон. – Или что-то непонятно? – Да нет… – буркнул Стэн. – Меня цена интересует… – И что не так? – изогнул бровь Дэмиан. – Ты просишь самого главного, без чего ты не можешь жить. И ты думаешь, за это меня устроит пара капель твоей крови? Хочешь иметь всё – готовься рисковать всем, что имеешь! Стэн опустил глаза. Дэмиан протянул ему серебряную иглу, которую Марш взял трясущимися пальцами. Внезапно, словно окончательно решившись, он с силой уколол палец этой иглой, прижал его к бумаге и коряво вывел "Марш С." внизу листа. Демон усмехнулся. – Вот и всё, Стэнли, а ты боялся… – ехидно произнёс он. – Надеешься и тут меня обыграть? – спросил Стэн, сам плохо понимая, о чём он говорит. – Конечно, – Сатанёнок повёл бровью, и лист исчез из руки Стэна, зато вместо него появился другой – с отпечатком копыта и резолюцией "Одобряю" в верхнем левом углу. – Я всегда выигрываю. И Дэмиан внезапно исчез, оставив после себя резкий запах серы. Стэн, скрипнув зубами, медленно сполз под стенке, опустившись прямо на загаженный пол комнаты МакКормика, и обхватил голову руками: – Это того стоило... - еле слышно произнёс он, словно обращаясь к самому себе. – Это стоило целой жизни, честное слово... за день с ним... я продам не то, что душу дьяволу... я дам себя на куски растерзать... Он был настолько ошарашен случившимся, настолько шокирован собственным поступком, что даже не услышал, как Кенни нетвёрдой походкой подошёл к нему и опустился на колени рядом. Худая, вся в порезах и старых шрамах рука опустилась на плечо Марша. – Ты... ты даже не понимаешь, во что ввязался, чел... – еле слышно произнёс Кенни. Его голос звучал глухо, словно шёл откуда-то из глубины худого, не раз искалеченного и отправленного на тот свет существа. Стэн резко вскинул голову, глаза у него вспыхнули бешеным огнём. В этой чистоте безумия было что-то общее с краснотой глаз Дэмиана. – Насрать! – выплюнул он. – Стэн… – убитым голосом прошептал Кенни. Стэн сгрёб его за ворот куртки и мелко потряс. – Я. Так. Хочу, – размеренно произнёс он. Кенни опустил голову. Даже не пытаясь сопротивляться или вырваться. – Ты просто не знаешь, что ты сделал, – ещё тише прошептал он. – Мне всё равно, чел, – так же тихо ответил Стэн. – Это того стоило… Стоило, – повторял он, словно уговаривая сам себя. – Да блять! – взорвался МакКормик. Вскочив на ноги, он принялся мерить комнату широкими шагами, то складывая руки на груди, то беспорядочно взмахивая ими. Губы Кенни дергались, он то и дело покусывал их сколотыми, пожелтевшими зубами, бедолагу трясло, как в лихорадке. Наконец он развернулся и вскрикнул так, что задрожало стекло в оконной раме: – Ты когда-нибудь сдыхал, идиот? Ты вообще представляешь, как это? Ты хоть понимаешь, что тебя ждёт? Ад, чел, вечный Ад... он тебя там будет пытать столько, сколько захочет, так, как захочет... то есть – вечность! Придурок!.. – Кенни ринулся к Маршу и, судорожно вцепившись ему в плечи, изо всех сил встряхнул. – Ты сам себя убил, сволочь! Даже хуже, чем убил, ты... – он не договорил и, раздосадовано махнув рукой, отвернулся от друга, стараясь спрятать в тени потёртого капюшона своё искаженное гримасой боли бледное лицо. – Твою мать, – зарычал Стэн, – тебе-то не похуй, нищая твоя душонка?!! Тебе какой с этого интерес, какой тебе интерес, что со мной сделает этот ублюдок, сын красножопого козлоногого пидора? – Неужели Кайл стоил всего этого? – с неожиданной мукой спросил Кенни. – Что в нём такого, Стэн? Что?! – Тебе этого не понять, – зло ответил Стэн. Кенни, не поворачиваясь, только дёрнул плечом. – Да, наверное… Уходи, Стэн. – Что? – Уходи. Марш тяжело, будто глубокий старик, поднялся на ноги и двинулся к двери. Когда он вышел из комнаты, его догнал голос Кенни: – Мне никогда этого не понять, – глухо произнёс он. – Я-то выбрал другого…